Русская линия
Радонеж Василий Анисимов25.04.2014 

Как бы ни было трудно, надо искать пути понимания и примирения

— Василий Семенович, общественно-политическому противостоянию в Украине уже много месяцев, и конца ему не видно. Более того оно постоянно усугубляется гибелью людей. Как Православная Церковь Украины реагирует на это?

— Как и должна реагировать — призывами к миру, молитвой. Украинская Православная Церковь на тысячу лет старше независимой украинской державы, и мы всегда призывали власть, политиков учиться у нее тому, как в братской любви объединять граждан всей страны. Ведь тысяча общин Донбасса, тысяча общин Волыни, пятьсот приходов Закарпатья, шестьсот приходов Крыма и так далее — миллионы людей находятся под духовным омофором Киевского митрополита, объединенные верой, правдой, любовью и к небесному отечеству, и к земному. Киево-Печерская Лавра, Почаев, Херсонес, Святогорск, две с половиной сотни иных обителей, множество святынь чтимы всем народом, независимо от места их пребывания и происхождения. Если кого-то из новомучеников, подвижников прославили на Ровенщине, он почитается и в Одессе, в Чернигове, и в Полтаве и наоборот. То же и с языком. УПЦ, наверное, процентов на 70 украиноязычная, но и для миллионов русскоязычных она — родной дом, поскольку никто никогда не ограничивал, не запрещал употребление русского языка, как и любого другого. Церковь объединяет людей самым возвышенным, что есть и в каждом человеке, и в народе, в его тысячелетней духовной традиции. И это не пафос, это реальность.

— А власть никогда Церковь не слушала?

— В чем-то, конечно слушала, но предпочитала по-большевистски держать ее под пятой. Мы же единственная страна в Европе, живущая еще ленинским религиозным законодательством. У нас Церкви не возвращен статус юридического лица, не возвращена экспроприированная церковная собственность и т. д. А вот наша политическая традиция заключается в том, что всякая последующая власть объявляет предыдущую преступной, начинает гонения, преследования, аресты, отъем бизнеса, зачистку и прочие. Даже нынешние власти, объявившие себя временными, и чья задача заключается лишь в том, чтобы сохранить социально-экономическую ситуацию на плаву и провести честные президентские выборы, взялись за старое и привычное — зачистку всех приспешников предыдущей власти везде и всюду, вплоть до районного уровня. Опять же уголовные дела, шельмование, аресты.

— А зачем? Ведь через месяц изберут нового президента…

— Традиция политической мести. А новый президент на вполне законных основаниях начнет уже свою зачистку, под свою избирательную программу. А так как в нынешней принятой редакции Конституции у нас объявлена парламентско-президентская республика, то президент первым делом должен распустить парламент и назначить новые выборы, и уже новый парламент сформирует правящее большинство, и уже под свою программу проведет окончательную зачистку исполнительной власти. Так что политический кризис и связанный с ним социально-экономический запрограммированы на долгое время. Это еще при условии, что президентские выборы состоятся и будут признаны легитимными, в том числе и майданом, который по-прежнему стоит на Крещатике и будет контролировать правильность избирательного процесса и его итогов.

— Но украинское общество находится в разделении, конфликтах. Что могло бы объединить людей?

— В современном мире объединяют высокие цели, какая-то соревновательность. Вот есть страны, рвущиеся в будущее, высокотехнологичное, суперпередовое. Это Китай, Индия, другие «восточные тигры». 20 лет назад это были полуголодные, «навсегда» отставшие державы, многие из них самоистреблялись во внутренних склоках. Теперь они запускают свои спутники, своих космонавтов, всенародно восторгаются прорывами на передовые рубежи во всех областях человеческой деятельности, от техники до кинематографа. Они наполнены энергией, устремленностью, у них высокая рождаемость. Мы же вымирающий народ, губящий себя в бесконечных распрях. Я писал о майдане, как о восставшем прошлом. Но это даже не прошлое, а позапрошлое — Бандера, русофобия, антисемитизм. Это так далеко от хоть какого-то прогресса, созидания и даже от самой возможности процветания. Никто не призывает ни строить, ни сеять, а только бороться, воевать, уничтожать.

— Однако киевские власти постоянно твердят о единстве…

— Да. Но они стремятся объединить народ на ненависти к России, Путину, на лжи своих СМИ, которые, как под копирку, врут одно и то же. Российские телеканалы в Украине запретили, на украинских — истерия: оккупанты, диверсанты, роем траншеи на границе, чиним бомбоубежища, отразим агрессию! Словом, все демократично и свободно, как в Северной Корее.

— Говорят, даже за поимку провокаторов-москалей олигарх Коломойский выкуп солидный назначил?

— Десять тысяч долларов! Правда, никто не разъясняет, как этого пойманного москаля надо тащить к Коломойскому — целиком или можно ограничиться скальпом, как это было у наших нынешних американских учителей. Кстати, в Германии при Гитлере тоже была традиция за вознаграждение отлавливать евреев. Так что днепропетровский олигарх возрождает старые «европейские ценности». Единение на ненависти, лжи, охоте на ведьм не может быть продуктивным. Хотя, конечно, отсоединение Крыма дало властям повод поднять гигантскую волну русофобии, которая не скоро уляжется. Все винят в этом русских, хотя, прежде всего, надо винить самих себя.

— Ты полагаешь, что все могло случиться по-другому?

— Конечно, ведь никто не ожидал, что крымчане пойдут до конца. Думали, что, как водится, попугают отсоединением — они не раз это делали, — да и все. Однажды, еще при Кравчуке, я сам был свидетелем такой перипетии. Редактор с утра меня вызвал, сказал, что крымские депутаты решительно настроены на отсоединение, референдум и отправил в аэропорт на симферопольский рейс. К обеду я был на месте: там уже митинги, ликование. Я думал, что буду в числе первых из Киева. Но куда там! В Верховном Совете уже были и зампред Верховной Рады Гринев, множество министров, чиновников, силовиков. Начались долгие и тяжкие дискуссии, Киев пошел навстречу по всем вопросам, дал множество обещаний, но добился одной строчки «в составе Украины».

— Обещание, конечно, не выполнил…

— Сегодня Кравчук говорит, что мы все 20 лет обманывали Крым. Но дело не в этом. Крым и тогда и много раз после, и ныне был открытым к компромиссу, поскольку, если бы даже разъединение было полюбовным, как Чехии и Словакии, оно все равно сопровождалось бы множеством проблем, поскольку Украина и Крым очень тесно связаны общей жизнедеятельностью, и этим связям — столетия. Нынешние руководители Крыма говорят, что они ждали диалога от Киева, но оттуда шли лишь приказы об арестах «Беркута», угрозы, шантаж и т. д. Кивские власти, вместо того, чтобы ехать в Крым, к своему народу, бросились на Запад: «Америка, мама, выручай!» Это удивительно. Главная ошибка нашей власти заключается в том, что она не поняла, что она власть, пусть временная, но всего народа, а не только своих сторонников на майдане.

— Но она пытается вернуть Крым…

— Пытаться можно, но как это реально сделать? Ведь дело не только в России, ее интересах, в Севастополе, но и прежде всего в самих крымчанах. Это их земля, их жизнь, их будущее, они имеют право его определять, и за ними остается главное слово. Как бы мы того не хотели. Все же понимают, что кто бы референдум не проводил, результаты были бы одинаковые. Поэтому все 20 лет мы блокировали его проведение любыми способами. Здесь надо учитывать и эмоциональный фон. Я думаю, точка невозврата была пройдена после того как майдановцы под Кременчугом расправились с тремя автобусами крымчан. Этот случай потряс весь Крым, хотя у нас он прошел лишь одной строчкой информагентств. Они поддерживали Януковича, возвращались в Крым, их задержали, издевались, избили, облили бензином, разогнали, а автобусы сожгли. Крымчане даже отправляли своих афганцев, которые собирали несчастных и доставляли их домой, где они предстали перед телекамерами все в побоях и с леденящими душу рассказами о расправе. В Киеве даже уголовного дела по этому факту не открыли. Очевидно власти из-за этого случая и побоялись ехать в Крым. А те депутаты-майдановцы, которые отважились приехать, были с гневом изгнаны. Это плоды насилия.

Теперь мы хотим через голову крымчан с помощью США и Евросоюза вернуть их в Украину. Как это сделать? Принуждением, опять же насилием?

Или блокадой, перекрыв воду, свет, газ, транспортные коммуникации, создав множество трудностей для существования?

— Это реально?

— Реально то, что с Крымом у Киева нет никакого взаимопонимания. Будто никогда и не жили вместе. Судя по нашей информационной картинке в Крыму и крымчан нет, а есть лишь оккупанты, агрессоры и преступная власть, которая вкупе с российскими чиновниками мародерствует на полуострове. Трагедия Украины заключается еще и в том, что у нас нет независимых СМИ. Все СМИ превратились из средств информации в средства политической пропаганды. То есть все скопом и с жаром пропагандировали евроинтеграцию, затем майдан, шельмовали оппонентов, теперь переключились на Россию, Крым, Юго-Восток.

— Но ведь и достоверная информация тоже появляется?

— Появляется, но, что называется, в свинячий визг. Вот новоназначенный градоначальник столицы депутат-майдановец Владимир Бондаренко сегодня рассказывает, что захваченную мэрию на Крещатике майдановцы разграбили, что в ней функционировал цех по разливу «коктейлей Молотова» и даже цех по производству наркотиков! Вот, оказывается, чем занимались мирные митингующие! Кого наши кураторы из ЕС и США кормили пирожками на майдане? Сегодня на Донбассе чуть ли не ежедневно гибнут, получают ранения люди, которых власть и СМИ настойчиво именуют «российскими диверсантами», «сепаратистами-провокаторами» и т. д. На поверку оказывается, что один убитый — это водитель школьного автобуса Сергей Руденко, другой, покалеченный осколками гранаты — местный житель Сергей Шевченко и т. д. И ложь предназначена для того, чтобы пробудить в украинских военных и силовиках жестокость, потому что ни один из них ни в Руденко, ни в Шевченко стрелять не будет, а вот в безымянных иностранных диверсантов-оккупантов, стремящихся «захватить нашу землю», стрелять начнет. Янукович боялся окропить руки в крови, а нынешняя власть даже подталкивают к этому. Хотя ведь кровь людская — не водица, и за нее всем придется отвечать, в том числе и нынешней власти. Если она не умеет без кровопролития управлять государством, договариваться со своими гражданами, то пусть лучше убегает, как тот же Янукович. Нашей власти, нашим политикам, как бы ни было трудно, надо искать пути понимания и примирения и с Юго-Востоком, и с Крымом, и с Россией, а не только уповать на американский зонтик и всемерную американскую помощь.

— Многие считают, что Украина стала заложницей геополитической провокации США против России. Такие утверждения обоснованы?

— Это похоже на правду. Я слушал одного американского политолога, так он говорил, что даже сенаторы США, не говоря о простых американцах, могут твердо назвать разве что два украинских города — Чернобыль и Киев. Это понятно: где Украина, а где — США. Да и товарооборот у нас с ними, пожалуй, меньший, чем с Молдовой. Тем не менее и руководители американских спецслужб, и первые лица государства напрямую задействованы в нашем кризисе и, безусловно, играют в нем первую скрипку. Ты можешь себе представить, чтобы в урегулировании какого-нибудь политического кризиса в Мексике участвовали руководители спецслужб и даже лидеры Китая, России, Индии, Бразилии, свергали проамериканский режим, поддерживали и подкармливали антиамериканскую оппозицию, а на США накладывали санкции? Я еще осенью прошлого года писал, что Украина стремительно уходит под внешнее управление, выполняя все требования ЕС и США. Теперь это управления явлено в полной мере. Хотя Украина при всех президентах стремилась быть независимой, думать о своих интересах, а не играть на своей сопилке в чужом оркестре.

— Есть точка зрения, что Киевская власть подконтрольна боевикам «правого сектора», бандеровцам-фашистам. Что это за люди? В биографии Яроша и других их лидеров написано, что они начинали политическую деятельность в Рухе. Ты сам являешься «почетным членом» РУХа…

— Я никогда ни в одной партии не состоял, ни в членах, ни в руководстве. Больше двадцати лет назад на одной из годовщин создания РУХа, где были все его гранды — последний президент УНР в изгнании Николай Плавьюк, режиссер Лесь Танюк и др. — лидер Руха знаменитый Вячеслав Чорновил и его секретарь Дмитрий Панамарчук вручили мне значок с руховской символикой, объявив, что вот за журналистские материалы, борьбу за свободу и демократию удостаивают такого почетного членства. Это, помню, была совершенно диссидентская тусовка: бедность, задрипанная кафешка где-то на площади Победы, холод, пили водку из пластиковых стаканчиков, закусывали пирожками с капустой, курили и много говорили. Сейчас уже все они покойные, но вот такими они были идейные основатели независимой украинской державы.

РУХ за перестройку поначалу не был националистическим, он объединял всех, кто выступал за демократизацию и свободу. Его создателями были диссидентами-отсидентами, правозащитники, они не были террористами, терпеть не могли насилия, да и в лагеря попадали за статьи, стихи, выступления, распространение антисоветской или националистической литературы. Махина тоталитаризма разрушалась очень медленно и они ценили борьбу с ней, свободное слово. Даже если человек пишет по-русски и никакого отношение к РУХу не имеет. Когда в 1991 году произошел путч, то оказалось, что все центральные украиноязычные издания, пропагандирующие нацию, мову, поддержали ГКЧП, и только одна крупнейшая русскоязычная газета «Независимость», в которой я работал, выступила против и призвала к борьбе с путчистами. Это было шоком для РУХа, ноЧерновил добился специального постановления Верховной Рады о признании наших заслуг, а даже деньги запрещенной КПУ решили передать нам.

— Передали?

— Нет. Кравчук перевел их своему другу Филарету. Этот «прием» в кафе проходил через год или два после победы Кравчука на выборах, где его основным соперником считался тот же Черновил. Любопытно, что журналисты лишь двух изданий, оба русскоязычных, пришли на него, остальные испугались гнева Леонида Макаровича. Так что РУХ изначальный и те, кто ныне считает его своим истоком — две большие разницы. Сегодня уже нет ни РУХа, ни «Независимости», но вот несколько лет назад древние руховцы выпустили значок в честь 20-летия, нашли меня в парламенте и вручили, мол, помним старых друзей. Я уверен, что нынешняя банберовщина, прославление эсэсовцев и их пособников никакого отношения ни к Руху, ни к национальной культуре не имеют.

— Но на майдане рядом стоят портреты и Бандеры и Чорновола…

— Ну и что? Там стоит и портрет Олеся Бердника, писателя, замечательного мыслителя-мистика, тоже прошедшего лагеря. Он ко мне очень дружески относился, я с ним делал материалы. У меня есть подаренный им двухтомник Владимира Соловьева, с подписью, что это труды «нашего общего учителя». Я уверяю тебя, что никто на майдане не только Соловьева своим учителем не считает, но и не читал никогда. Хотя он по материнской линии родственник Григория Сковороды, первого нашего отечественного философа. Мне кажется, что кто-то хочет подверстать майдан под какие-то высокие смыслы и цели, которых на нем не было. Это касается и Чорновола. Раз ему памятники стоят в Украине — значит он майдановец.

— Он тоже не привечал бандеровцев?

— Я не знаю, какие у него были с ними отношения, когда он был председателем Львовского облсовета, но в Киеве с боевиками у него были сложности. Они не только выгоняли его из офиса РУХа, но даже тапки его выбрасывали (У Черновола после 12 лет лагерей были проблемы с ногами и он на работе носил домашнюю обувь). Кроме того есть его известное «Интервью из-за колючей проволоки», оно было издано в «Континенте» еще когда Чорновил сидел в лагере, а пару лет назад переиздано тем же «Континентом». В нем он говорит, что в лагере политических держали вместе с полицаями, «шуцманами», карателями, пособниками фашистов, которые досиживали свои сроки. Это было сущее наказание для диссидентов, они протестовали, требовали их разъединить. Черновил приводит любопытный факт: в то время Советский Союз поддерживал арабов в войне с израильтянами, и полицаи недоумевали, за что они сидят, ведь арабы делают тоже, что они — бьют жидов. У него есть там и такое замечание. Он пишет, что охрана ГУЛАГа видела в этих полицаях-карателях своих собратьев, они пользовались разными привилегиями: их кормили лучше, встречи с родными разрешали и т. д., сам же Черновил и с сестрой не мог встретиться. Надзиратели друг друга узнали, хотя находились по разные стороны решетки. Черновола воротило от этой полицейщины, охраны, надзирания, проверок, контроля над людьми. А ты посмотри с каким вдохновением это делают майдановцы, тот же «правый сектор»! Они готовы охранять, надзирать, проверять, контролировать всех и вся. Что-то требовать с человека. А если надо — захватывать и опять же охранять. Может, действительно, это что-то врожденное?

— Они до сих пор этим занимаются?

— Конечно. До абсурда доходит. Вот два дня назад идем с приятелем-киевлянином вечером по Крещатику. Людей очень мало. На Европейской их вообще не встретили. Разговариваем, спускаемся в переход. Из него два выхода, расстояние между ними метров десять. Поворачиваем в один, поднимаемся, он почему-то завален шинами. В одном месте они упали и можно легко переступить, что мы и сделали. Тут же вырастает парень камуфляже: почему вы вышли с этой стороны! Говорим: какая разница, все открыто, кругом ни души, и кто ты такой, чтобы нам, местным, указывать, откуда нам выходить? Оказался из Ивано-Франковска. Вот сидит парень в чужом городе, на пустой площади, в пустом переходе, охраняет выход. Кафка!

— Но почему украинская интеллигенция, деятели культуры поддерживают майдан?

— Мне тоже трудно их понять и трудно с ними спорить. Но Христос учит нас по их плодам узнать их. А плоды майдана — это гибель безвинных людей, потеря Крыма, смута, противостояние, чреватое новой кровью, экономическая разруха и социальные бедствие из-за дороговизны жизни. Я им честно говорю, что я их не понимаю. Не понимаю их безответственности перед настоящим, будущим и перед прошлым. Вот мой однокурсник Юрий Сергеев представляет Украину в ООН, где шокировал Совбез докладом с апологетикой бандеровщины. Я думаю, а смог бы он этот доклад прочитать перед Александром Довженко, Андреем Малышко, Олесем Гончаром, Михайлом Стельмахом, Ярославом Галаном и т. д. — перед всей национальной культурой прошлого века, которая была антифашисткой? Полагаю, что он не смог бы не только доклад прочитать, но и глаза поднять. Если в нем, конечно, еще сохранилось что-то от интеллигенции, совести народа.

— А что в этой ситуации, по-твоему, должна предпринять Церковь?

— Я думаю у Церкви, как у всех, кто переживает за свой народ и свою страну, главная забота — вернуть мир в сердца людей, не допустить нового кровопролития. Со всем остальным мы разберемся.

http://radonezh.ru/97 080


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru