Русская линия
НГ-Религии Ирина Будкина02.03.2005 

Несбывшаяся мечта купца Санина
Для властей Самары он до конца жизни ставался «раскольником»

В начале 90-х годов прошлого века жители Куйбышева стали требовать от властей возврата городу исторического имени — Самара. В прессе появилось множество публикаций об известных горожанах, бывших градоначальниках, попечителях и меценатах. Особенно много публикаций было о том, как самарские богачи строили храмы и занимались благотворительностью.

Так самарцы открыли для себя забытые прежде имена купцов Челышовых, Шихобаловых, Аржановых. Но были в Самаре и другие имена, до сих пор малоизвестные горожанам. И первыми среди них должны быть названы купцы и благотворители братья Санины.

Бакалея Саниных в Самаре — это примерно то же, что Елисеевский гастроном в Москве. Именно Санины приучили самарцев к цивилизованной торговле. До этого все городские магазины были, по сути, лавками. Покупатель и продавец могли азартно торговаться, цена на товар устанавливалась по договоренности. Магазины братьев Саниных располагались на главных улицах города. Именно у Саниных самарцы впервые увидели ценники на товары. Горожане знали: товар у Саниных свежайший, без изъяна, в их бакалее не обвешивают и не обсчитывают.

Санины были староверами Белокриницкого согласия. Свой предпринимательский талант и капитал они рассматривали как дар Божий и считали, что это налагает на них обязанность еще усерднее трудиться и помогать тем, кто не в состоянии обеспечить себе достойную жизнь.

Именно поэтому Санины занимались благотворительностью и общественной деятельностью. Особенно преуспел в этом старший из братьев Иван Львович (1831−1910). С конца 60-х гг. XIX века почти сорок лет его неизменно избирали гласным Самарской городской Думы, более тридцати лет — почетным мировым судьей и действительным членом Губернского присутствия по промысловому налогу Министерства финансов.

Занимаясь общественной деятельностью, Иван Львович не забывал и о своем деле. Один за другим открывались новые магазины, расширялся ассортимент товаров. Самарские барышни-сладкоежки могли купить в магазинах Ивана Санина не только «конфекты» и «шеколад», но и последние новинки парфюмерии. Он организовал доставку товаров во все уездные города Самарской губернии и крупные села. Теперь жителям маленьких городов и сел не нужно было ехать в Самару, чтобы купить «душистое мыло» или сыр «рокфор» — все это по заказу доставлялось на дом.

Ивану Львовичу хотелось не только расширить семейное предприятие, но и попробовать свои силы в новом деле. Он стал инициатором создания и председателем правления Общества взаимного кредитования — первого коммерческого кредитного учреждения в Самаре. Вскоре он стал совладельцем «Товарищества механического завода бывшего «Бенке и Компания», которое построило первый в Самаре пароход. Все его деловые начинания были успешны, а порядочность стала легендой. Недаром в первой половине 60-х гг. XIX века многочисленное купечество Самары избрало его главой купеческого самоуправления. И это в тридцать с небольшим лет!

Жену Санин привез из Казани. Мария Кондратьевна из старинного старообрядческого рода Подуруевых стала ему настоящей помощницей и другом. Они открыли бесплатную столовую для бедных, помогали богадельням, приютам и обществу Красного Креста. Иван Санин был почетным членом Самарского губернского попечительства детских приютов. А Мария Санина была попечительницей Мариинского приюта для детей воинов.

В 1901 году Иван Санин стал одним из учредителей Общества любителей пчеловодства, садоводства и огородничества. Санины имели несколько дачных участков на окраине города и сами занимались селекцией. Выведенный Иваном Львовичем сорт яблок до сих пор популярен в Самаре и называется «санинская ранетка». С не меньшим энтузиазмом Иван Санин участвовал в благоустройстве Струковского сада — первого и до сих пор любимого самарцами общественного парка.

Однако не будем забывать, что в те, уже далекие времена открыто заявлять о своей принадлежности к Православной Старообрядческой Церкви означало поставить под удар карьеру… Однако никто из Саниных никогда не скрывал своей принадлежности к староверию. Будучи гласным Самарской городской Думы, Иван Санин был включен в состав Комитета по организации приема императора и должен был участвовать во всех официальных мероприятиях. Сопровождались они молебнами, которые возглавлял архиепископ Синодальной Церкви. С августейшими особами молилась вся местная элита, не молился лишь Иван Львович. Наверное, это требовало немалого мужества и внутренней силы.

Он был награжден орденами Св. Станислава 2-й и 3-й степени и орденом Св. Анны 3-й степени. Это необычно для старообрядцев, официальное отношение к которым было более чем прохладным.

Санины мало походили на классических волжских купцов, знакомых нам по пьесам Островского. Ни кабацких увеселений, ни поездок к цыганам, ни желания пустить пыль в глаза. Дом Ивана и Марии Саниных был весьма скромным, особенно по сравнению с помпезными особняками богатых самарских купцов. Детей у них не было, а на себя они тратили мало. Каждое воскресенье супруги посещали старообрядческую молельню, на содержание и благоустройство которой жертвовали немалые суммы.

Во второй половине XIX — первой половине ХХ в. Самара была важным центром Белокриницкого согласия. Здесь жили старообрядческий епископ, протоиерей, несколько священников и диаконов. Как известно, в 1905 году был издан царский Манифест об укреплении основ веротерпимости, официально разрешавший староверам регистрировать общины и строить храмы. Иван Санин выступил инициатором регистрации Белокриницкой общины. Но свою заветную мечту — построить старообрядческий храм в Самаре — Санин так и не смог воплотить в жизнь.

8 сентября 1910 года Иван Санин скончался. «В смерти Ивана Львовича самарцы понесли тяжкую утрату, — писали городские газеты. — Кто не знал Ивана Львовича? Вся Самара его знала. Всю свою жизнь он посвятил служению родному городу». И это были не дежурные фразы.

Марии Саниной в год смерти мужа было уже 75 лет. Остаток жизни она посвятила памяти супруга. Она писала: «Так как муж не успел при жизни оформить свои благие намерения, то я считаю своей святой обязанностью привести в исполнение его благотворительные цели, каковые были и моими целями, так как по этим вопросам мы действовали сообща. Я приступила уже к исполнению наших общих христианских намерений и единственное теперь мое желание — при жизни своей выполнить их. Для этого и завещано им мне все имущество, и хотя о способе употребления его ничего в завещании и не сказано, но я сама в преклонных летах стою уже пред Судом Божиим и ни одной крохи из завещанного не выроню за пределы благотворительности».

В память о муже Мария Кондратьевна открыла в Самаре две бесплатные столовые «для приходящих всех исповеданий обоего пола, лишенных возможности добывать пропитание личным трудом». Она обеспечила столовые капиталом «на вечные времена».

Но главное — Мария Санина помогла воплотить мечту мужа о храме. В 1912 году она выделила часть своей городской усадьбы под постройку старообрядческой церкви. А через четыре года в храме во имя Казанской иконы Божией Матери начались богослужения.

В годы Первой мировой войны Марию Кондратьевну, несмотря на ее преклонный возраст, избрали членом Комитета Самарской общины сестер милосердия. Но она не успела воплотить все свои планы. Не была построена инфекционная больница, не начато строительство корпуса для малоимущих рожениц.

Революция и Гражданская война уничтожили самарское купечество. Где сейчас живут потомки Саниных, неизвестно. Но тем не менее самарские староверы хранят память о семье Саниных и молятся за них.

http://religion.ng.ru/history/2005−03−02/6_sanin.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru