Русская линия
Радонеж Андрей Рогозянский12.12.2013 

Позволительное с полезным. Может ли христианин участвовать в протестах?

В одном известном кино герой спрашивал: «Можно есть эти ягоды?» «Можно», — отвечали ему. И добавляли: «Но только отравишься». С некоторых пор что-то творится с православными, в центр интересов которых встают справедливость и общественные протесты. Популярный вопрос последних дней, чего бы ни коснуться — оппозиции Путину, событий на Майдане в Киеве, гомосексуализма или акций против антихристианских кощунств в искусстве - «Можно ли христианину участвовать в протестах?» Можно, братья и сестры. Конечно, можно. Но только отравитесь.

Странное этическое превращение захватывает круг моих друзей и знакомых. Жизнь в Церкви, внутренняя работа, интеллектуальные интересы, семейное общение кажутся скучными, зато борьба с окружающим злом и несправедливостью приковывает внимание, становится чем-то невообразимо актуальным и ценным. Внутреннее христианство невозможно осмотреть и потрогать, зато быть борцом за что-нибудь — куда как определённо. Похоже, нам предстоит пережить очередной виток социально-политического романтизма, чтобы, пройдя мыслимые искушения и разочаровавшись, вернуться на круги своя, к правоте святоотеческого: «Стяжи дух мирен (в себе), и тысячи вокруг тебя спасутся». Увы, нахватав шишек и понеся чувствительные потери.

Но что же, неужели для Православия закрыты уличная стихия, сопротивление, тысячеголосые кличи, удовлетворение от того, что зло и беззаконие наказаны? Наверное, нет, но прежде, чем оказать влияние, мы с нашими неглубокими понятиями о духовной жизни разбредёмся по направлениям и клубам, лишив себя главного — упования на Бога, а не на собственные силы.

Протест многообразен, причина одна: мы отравились. Рассуждения про то, что «христианин не может мириться с общественной неправдой, обманом», упрёки в теплохладности становятся общим поветрием. Увещания святых отцов отметаются. В новой этической парадигме много говорят о правах и называют ревностью в вере обычное политическое фрондёрство. Если хотите, можете называть это православием, с маленькой буквы — в значении славы, воздаваемой современному идолу-праву.

«Все мне позволительно, — пишет апостол, — но не все полезно». Если о позволительности того или иного спорят, то о пользе души чаще всего скромно умалчивается. Послушаем же, что говорит старец Паисий Святогорец: «Христос смотрит на степень несправедливости, которую претерпевает каждый человек, и на степень его жертвенности для того, чтобы воздать ему соответствующую мзду. Но некоторые люди желают сами произвести для Христа расчеты своих заслуг. .. Тенденция «имею право» видна сегодня почти во всей молодежи. Они носят в себе это «имею право», обладают мирским, духом, духовно необъяснимой логикой, человеческой справедливостью — по отношению ко всему. Эта человеческая справедливость, начавшаяся с европейского духа, проникла уже и в монашество. .. Знаете, я заметил, что многие духовные люди взрастили в себе мирское мудрование. Они создали свое собственное мирское «евангелие» — «евангелие», сшитое по их меркам. «Христианин, — говорят такие люди, — должен иметь чувство собственного достоинства, ему нельзя ударить в грязь лицом». «Я имею на это право!» — говорит такой человек. И при этом помысл успокаивает его тем, что он прав. В таком человеке видны все проявления правды мирской. Любочестия у него нет, жертвенности у него нет — ничего у него нет. Он создал свое собственное «евангелие».

Похоже на то. Небольшое смещение акцентов, перемена мест слагаемых, причин со следствиями — и вот цели и смыслы христианской жизни отображаются зеркально: «спаси вокруг себя тысячи и спасёшься сам». Осталось подобрать интересующее направление протеста и несправедливость, которую ты не в силах терпеть. По твоему усмотрению это могут быть коррупция и «путинская вертикаль», к которой некоторые испытывают уже такую неприязнь, что прямо кушать не могут. Но может быть и протест против диссидентов и протестующих — либералов и креативного класса. Есть православные, которые с увлечением протестуют против безнравственности и антихристианских мотивов в общественной жизни. И есть православные, которые тщательно следят за православными активистами и опротестовывают тех, кто срывает майки с богохульными изображениями и прерывает богохульные театральные действа. Одни протестующие недовольны клерикализацией, вмешательством церковников везде; других возмущает, что Церковь содержится в гетто, и они призывают верующих явить силу и влияние перед лицом секулярной тирании. Своя несправедливость легко усматривается и внутри Церкви. Протест вызывают недемократичность, несовременность, роскошь, «жирующие попы», злоупотребление положением и прочее. Число правд, нуждающихся в нашей активной защите, неуклонно увеличивается.

Так может ли христианин брать на себя общественную миссию, взывать к массам, восставать против несправедливости, протестовать, обличать? Теоретически, да, если это такой христианин, добрая совесть которого и жизнь по Богу не вызывают сомнения. Нравственное же поучение, не подкреплённое высотой личной добродетели поучающего, напротив, вызывает в ответ одно отторжение.

Внешние манифестации — исключение из правил, к которому нельзя прибегать слишком часто, дабы не перевоплотиться по типу профессиональных революционеров и критиков. Желательно также не быть роботом на своей индивидуальной программе. «Считаю правильным, и буду делать». Христианская позиция педагогична. Христианин исходит из пользы души и принципа «не навреди».

«Если святые обличали согрешающих и нечестивых, то обличали по Повелению Божию, по обязанности своей, по внушению Святого Духа, а не по внушению страстей своих и демонов. Кто ж решится самопроизвольно обличать брата или сделать ему замечание, тот ясно обнаруживает и доказывает, что он счел себя благоразумней и добродетельней обличаемого им, что он действует по увлечению страсти и по обольщению демонскими помыслами» (свт. Игнатий Брянчанинов).

В конце концов, «Если не мы, то кто?» — не совсем наш слоган. Это для неверующего человека на всякое зло должны найтись обличение и приговор, Если человеческий суд не совершился вовремя, то, стало быть, коррумпированный чиновник, кощунник и «поп на мерседесе» выиграли, и зло победило добро. Но христианство знает Бога как Бога Всеведущего, Бога Ревнителя и Бога Отца. Негодного человека ждёт воздание, но перед тем Божий перст множество раз укажет на беззаконие, даст поводы к вразумлению и призовёт к исправлению. Вы, честно, сильно завидуете участи коррумпированного чиновника и «попа на мерседесе»? Я — нет. Так не будем же отнимать у Бога Его работу.

http://radonezh.ru/83 470


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru