Русская линия
ФомаЕпископ Шахтинский и Миллеровский Игнатий (Депутатов)28.11.2013 

Епископ в шахте
Молебен под землей

27 мая 2013 года в жизни Церкви произошло уникальное событие — молебен на глубине 770 метров, в недрах угольной шахты Алмазная в городе Гуково Ростовской области. Необычное богослужение совершил епископ Шахтинский и Миллеровский Игнатий (Депутатов). Как отнеслись к этому событию шахтеры? Что было самым трудным при спуске в шахту? Почему для архиерея оказалось важным совершить подобный молебен? Об этом и многом другом владыка Игнатий рассказал «Фоме».

Несколько месяцев назад мне довелось побывать в шахте и совер­шить молебен глубоко под землей — там, куда до этого я никогда не спускался. Но мысль о таком молебне родилась у меня еще в тот день, когда я впервые прибыл в Шахтинскую епархию — это случилось как раз на День шахтера. Горняки были первыми, с кем я здесь встретился, и именно тогда я решил, что мне нужно, просто необходимо побывать в шахте. Осуществить это удалось не сразу: в городе Шахты все горнодобывающие предприятия закрыты, а в Гукове, где еще остались работающие шахты, я не так часто бывал. Но после того как сменился собствен­ник шахт, новый руководитель пригласил меня спуститься в забой, и я с большой радостью согласился.

Реакция на подземный молебен была разная. Знаю, что в Интернете какие-то люди, представлявшиеся шахтерами, меня за это критиковали. Были и вопросы: а зачем вообще нужен подобный молебен? Почему не как обычно — в храме? Зачем все это нужно мне, епископу, зачем это нужно шахте­рам? Отвечать на эти вопросы в Интернете мне не хотелось. Во-первых, потому что большинство критиков анонимные. Во-вторых, из-за необычайной степени агрессии, которую иногда вызывает даже нейтральная новость на епархиальном сайте. Доходит до того, что необычайно злые комментарии появляются под… расписанием богослужений! Возникает ощущение, что это не личные переживания и вопросы сомне­вающихся людей, а какая-то информационная атака, и в этих условиях непонятно, с кем вступать в разговор.

Однако сам вопрос «зачем?» понятный, хотя реже всего он возникает непосредственно в среде шахтеров, тех, кто каж­дый день спускается на глубину. Итак, зачем же все-таки епи­скопу спускаться в шахту и совершать там молебен? Зачем вообще, скажем, священник погружается с моряками на дно океана в подводной лодке, прыгает с парашютом вместе с десантниками? Не показуха ли это, не реклама ли? Твердо отвечаю: нет, и для таких поступков есть как минимум три причины.

Первая — это внимание к людям, которое для слу­жителя Церкви совершенно необходимо. Если священник на приходе начинает отгораживаться от прихожан, считать себя выше них, между ними не будет взаимопонимания… А что говорить о служении епископа! Многие считают архиерея совершенно недосягаемым для общения, и это восприятие надо преодолеть. То, что епископ вместе с руководителями шахт спускается на сотни метров вниз, — это знак для шах­теров, что их труд вызывает внимание и уважение. В шахте люди с молотками, чумазые, и вместе с ними владыка, в такой же одежде и тоже чумазый! Я, наверное, всегда с большой радостью буду помнить глаза одного из шахтеров, подо­шедших под благословение. Лицо человека было почти чер­ным, в угле, но глаза — светлые-светлые, сияющие. И тогда я почувствовал, что этот молебен действительно нужен.

Во-вторых, каждый пастырь обязан понимать и знать, чем живут люди, которые приходят к нему. Единственный способ понять, что такое труд шахтера, — спуститься глубоко под землю. Можно сколько угодно смотреть фотосъемки и видеосъемки, но они, конечно, не передают той реальности, с которой там сталкиваются люди.

Я всякое представлял перед спуском, но только когда спустился, понял, насколько там жарко, пыльно, душно…

Спускались мы не совсем просто: сперва до 770 м на лифте, а дальше — на приспособлениях, которые в шахтерской среде называются «баба-яга».

И вот в темноте ты никого не видишь, только где-то что-то капает, темно, и ты снизу за камни цепляешься. Далее пешком вниз. И — жуткая жара. Обратно идти уже нет сил, а ведь мы только спустились, посмотрели, как люди работа­ют. А они же там всю смену проводят в таких условиях!

В этой атмосфере действительно тяжело трудиться. Хоть там и работают какие-то воздушные каналы, которые подают воздух, но это все равно не такуж просто. Человек неподго­товленный не сможет там работать. Конечно, со временем он привыкает немного, но вообще это очень тяжелый труд.

Не прочувствовать всего этого — значит, многого не понять в душах и в переживаниях людей, которые потом приходят к нам. Это было важно для шахтеров, но это было важно и для меня, и для других, кто там был. Именно потому, что нужно знать и понимать людей, с которыми будешь общаться и молиться перед Богом.

И третья причина. Это, собственно, и причина, которая разъясняет, почему так часты просьбы построить храмы непосредственно рядом с шахтами. Это напоминание о том, что Бог вездесущ. Все же людям нужно постоянно напоми­нать о том, что Бог находится рядом с нами, что Бог сопри­сутствует нам везде, в том числе и в самой глубине самой удаленной шахты. Ему можно и нужно молиться, но требу­ется пример, об этом необходимо напоминать, к этому приходится людей звать раз за разом. И мы это делаем разными способами — и через молебен на глубине, и через строительство храмов, и через молитву к святым, в том числе к святой Варваре, которая уже давно считается покровитель­ницей шахтеров. Кстати, вопрос о том, почему именно святая Варвара, тоже задают, это порой вызывает недоумение, хотя, с моей точки зрения, вопрос простой. Ни для кого не секрет, что работа шахтера связана с тяжелым трудом и опасностью. Человек всегда должен быть готов к каким-то непредвиден­ным обстоятельствам, спускаясь на такую большую глубину.

А святой великомученице Варваре в церковной традиции уже давно молятся об избавлении от внезапной смерти.

У христиан такая смерть — без покаяния, без принятия Причастия — считается нежелательной. И поскольку для христианства общение не ограничивается миром живых, а включает в себя и самого Бога, и Его святых, то возникает молитвенное общение, в котором святые приходят людям на помощь перед Богом. Так складывалась многовековая тради­ция молитв святителю Николаю. Ему совершенно неслучайно молятся верующие моряки и путешественники. Так же скла­дывалась и традиция молиться святой Варваре. Это живая практика, это опыт христиан, а не выдумка.

Покровительницей и защитницей трудящихся под зем­лей, шахтеров, святая Варвара считается не только в право­славном мире, но и среди католиков и даже некоторых про­тестантов. Варвару чтут шахтеры Польши, Чехии, Румынии.

А у нас в Русской Церкви благословение обращаться к свя­той великомученице Варваре как к своей покровительнице связано с именем ныне покойного приснопамятного святей­шего патриарха Алексия Второго.

На обратном пути, поднимаясь на-гора, я преподал архи­пастырское благословение шахтерам и пожелал им помощи Божией в тяжелом и опасном труде. Я убедился, что труд этот — за гранью человеческого понимания сложности, само­отверженности и самоотречения. И подумалось, что именно о нем сказано в Книге Бытия: В поте лица своего будешь добы­вать хлеб свой.

Фото предоставлены информагентством Шахтинской епархии «Покров»

Подготовила Дарья Прохорова

http://www.foma.ru/episkop-v-shaxte.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru