Русская линия
Православие.RuЕпископ Егорьевский Тихон (Шевкунов)25.11.2013 

Стереотипы прошлые и нынешние

В московском Манеже проходит выставка «Романовы. Моя история» — событие не только значимое в культурной жизни страны, но и важное с точки зрения ажиотажного интереса к нему. Тысячи людей отстаивают многочасовые очереди, чтобы совершить виртуальное путешествие в 400-летнюю историю российского императорского дома. Выставка проводится в рамках ежегодного форума «Православная Русь» под покровительством патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Один из кураторов мероприятия архимандрит Тихон, наместник Сретенской обители, признается, что столь высокое внимание к выставке стало для организаторов настоящим сюрпризом.

— Честно говоря, мы не ожидали, что выставка вызовет такой огромный интерес. Нам даже говорили: ну кто пойдет на выставку — смотреть учебник истории? Но вот как утверждают руководители Манежа, за последние несколько лет такой посещаемости не было. В день бывает до 18 тысяч человек, а всего за две недели прошло около 250 тысяч. Людям приходится стоять в очередях иногда по три часа. В конце концов выставку продлили до 24 ноября.

— Какую главную цель преследовали организаторы, посвятив выставку четырехсотлетней истории династии Романовых?

— Чаще всего мы слышим от посетителей слова: вы открыли для нас нашу собственную историю. Это и было нашей главной задачей — представить необычайно значимый отрезок истории в некой цельности. А еще мы хотели отдать долг за несколько поколений наших соотечественников: поблагодарить эту великую, самую известную, но и самую оболганную, оклеветанную в России семью. Для нас очевидно, что все правители этой династии, за исключением, может быть, одного-двух персонажей, все свои силы отдавали на служение России.

— Двадцатый век оставил в массовом сознании очень много стереотипов о жизни императорской семьи и просто исторических фальсификаций.

— Вы правы. Мы ставили цель максимально полно и честно рассказать людям о жизни правителей из семейства Романовых, не занимаясь идеализацией, но и пытаясь расчистить эти пласты истории от трудов усердных очернителей.

А история наша действительно мало известна, в чем признавалось большинство посетителей выставки, с которыми мы беседовали. Скажем, царь Михаил Федорович: что мы о нем знаем? В лучшем случае слышали, что был такой юноша, на которого выпало управление целым царством. Что им самим управляли бояре и его отец патриарх Филарет и что вроде ничем особенным первый Романов себя не проявил. Но на самом деле приоткрывается совершенно иное зрелище.

Что это было за время? Смута. Страна разорена, раздираема дискредитировавшими себя, не способными к созиданию и управлению государством элитами. Бояре и духовенство дважды венчают на царство самозванца Лжедмитрия, Гришку Отрепьева, делая его своим законным царем. Затем следует бесславный хоровод: Василий Шуйский, второй Лжедмитрий (Тушинский вор), Семибоярщина, польский королевич Владислав, призванный на царство боярами. Политическая и духовная деградация доходит до поистине ужасающего уровня. Население с пяти миллионов человек сокращается до трех миллионов. Множество людей, особенно на южных границах, угнаны и проданы в рабство, в Крым и в Турцию. Причем работорговлей занимаются не только кочевники, но и наши соотечественники. Смута — страшное зрелище самоуничтожения народа и самой страны.

И вот такое государство принимает шестнадцатилетний подросток. Да, конечно, Михаилу в деле правления разоренной страной помогали мать, бояре и в первую очередь его отец — патриарх Филарет. Но надо вспомнить, что патриарх вернулся в Москву из польского плена только в 1619 году, то есть через семь лет после начала правления сына. Михаил Федорович управлял страной необычайно ответственно, с любовью и к тому же, как бы сейчас сказали, по-настоящему эффективно. Население за время его правления выросло более чем в два раза: с трех до семи миллионов человек. Территория увеличилась более чем вдвое. Это самый первый и почти неизвестный нам Романов.

— Но ведь в этом периоде российской истории, как, впрочем, и в любом другом, были и черные страницы, подчас жуткие и кровавые.

— Создавая историческую экспозицию, мы не стремились приукрашивать действительность. Скажем, в материалах, посвященных этому же периоду, рассказывается о трагической странице — казни четырехлетнего сына Марины Мнишек и второго Лжедмитрия, которого сделали знаменем борьбы за власть, а по сути, за новую Смуту.

Мы совершенно не скрываем и разных мнений, в том числе о последнем государе — Николае Втором. Приводим, к примеру, известные слова министра Ивана Щегловитого: «Паралитики власти слабо, нерешительно, как-то нехотя борются с эпилептиками революции». Но все же главным для нас было показать, что Романовы сделали для созидания России, упоминая, конечно, о сложных, противоречивых моментах.

— В представлении большинства людей выставка о царях и императорах — это красивые вещи, короны, иконы, предметы быта. В Манеже совсем не так.

— У нас было два артефакта: посох, принадлежавший первому Романову, и дневник и текст отречения последнего Романова — Николая Александровича. Остальное — это множество экранов, интерактивных панелей, экспонатов, с помощью которых можно самостоятельно углубляться в информацию настолько, насколько будет интересно.

В каждом из залов мы соорудили интерактивные экраны, на которых можно изучить важные вехи истории того времени. Например, Полтавская битва. Воспроизводится расположение войск, компьютерная реконструкция боя, можно увидеть результаты сражения, покрутить фигурку солдата, посмотреть обмундирование, вооружение.

На выставке есть ряд познавательных викторин. Делали для детей, но и взрослые, мягко говоря, не отставали. Мы даже были вынуждены иногда просить старших уступить место детишкам. Сорок-пятьдесят экскурсий в день проводилось только со школьниками.

— И все же, на ваш взгляд, с чем связан такой ажиотажный интерес к этой выставке? Понятны, к примеру, нескончаемые очереди к Поясу Пресвятой Богородицы, когда его привезли в Россию: верующие люди хотели прикоснуться к православной святыне. А здесь просто очередная выставка. Это очень значимый показатель, когда мы так стремимся изучить, принять и пропустить через себя свою историю, это важная составляющая формирования национальной идентичности.

— Вы сказали правильное слово: прикоснуться. Люди прикоснулись к своему прошлому, открывали свою собственную историю. Национальная идея и национальная идентичность неразрывно связаны с нашим прошлым. Мы не ошибемся, если скажем, что именно сопричастность истории своего народа и страны — это и есть значимая часть национальной идеи.

Как-то на выставке ко мне подошла очередная группа школьников, десятый-одиннадцатый класс. И вот один молодой человек на вопрос, что главное он вынес для себя, помолчал и ответил: «Я хочу продолжать их дело». Это дорогого стоит.

— Какое будущее ждет эту выставку?

— Стоит вопрос, чтобы экспозицию провезти по федеральным округам и большим городам. Возможно, будет найдено место для подобной экспозиции, но посвященной уже всей истории России. Но это дальние планы.

Да будет храм!

Помимо выставки в Манеже у отца Тихона хватает и других монументальных планов, особенно в родном Сретенском монастыре. Несколько лет назад у настоятеля и братии появилась идея возвести на своей территории новый храм. После ряда открытых и публичных процедур появился даже эскиз проекта. Однако в битву с монахами решил вступить «Архнадзор». Регулярные претензии к планируемому строительству очень напоминают организованную кампанию с регулярными резкими публикациями в СМИ, с фальсификациями и подложными данными.

— В чем основная идея этого строительства? Зачем монастырю новый храм?

— Сретенский монастырь находится на известной улице Большая Лубянка. Мы знаем, что здесь происходило в двадцатые, тридцатые, сороковые годы двадцатого века. Множество новомучеников находилось здесь в заключении, некоторые приняли мученическую смерть. Это важная часть истории и Сретенского монастыря, ведь на его территории располагались подразделения НКВД. У нас давно была мысль построить храм Новомучеников и Исповедников Российских на Крови, что на Лубянке. Особенно актуальной стала эта задача, когда из-за роста числа прихожан люди по праздникам перестали помещаться в храме и вынуждены в любую погоду молиться на улице. Храм Новомучеников мы хотим освятить в феврале 2017 года.

На территории Сретенского монастыря есть место, где не расположен ни один памятник архитектуры, лишь несколько строений, относящихся к концу девятнадцатого — началу двадцатого века, либо построенные уже в середине — конце двадцатого века. Это единственная площадка, на которой можно поставить храм. Год назад мы объявили открытый конкурс на проект, по итогам провели обсуждение, потом выбрали победителя. А недавно начались протестные выступления и публикации по этому поводу.

— Каковы основные претензии к строительству и на чем они основаны?

— Все это было бы смешно… Но последние недели мы только и делаем, что объясняемся по этому поводу. Вначале общественность уверяли, что сносятся памятники архитектуры. Мы представили документы: ни одно из предназначенных к сносу строений не является и никогда не являлось памятником.

Затем предложили: хорошо, если вам нужен храм, восстановите две церкви, разрушенные в двадцатые годы: храмы Марии Египетской и Святителя Николая. Храм, который мы хотим построить, должен быть рассчитан на две тысячи человек. Площадь разрушенной церкви Марии Египетской была, кажется, около двадцати квадратных метров. Храм Святителя Николая несколько больше. Не говоря уже о том, что для их восстановления нужно будет занять половину улицы Большая Лубянка, поскольку прежде эти храмы находились на нынешней проезжей части.

Потом нас стали обвинять и до сих пор обвиняют в том, что под зданием храма по проекту предусмотрены подземные гаражи. Мы так и не смогли объяснить активистам-общественникам, они просто не воспринимают этих доводов, что по сегодняшним правилам строительства нельзя строить общественное здание без обязательной парковки. У нас просто не примут проект. А гаражи нужны в первую очередь для нашего издательства, на средства которого существует и сам монастырь, и семинария, и детский дом, и многие другие проекты.

Но есть и серьезные аргументы. Одно из зданий, предназначенных к сносу, находится в охранной зоне храма. Сама эта зона менялась не раз, последняя была прочерчена два года назад, в 2011-м. Сейчас мы ставим вопрос о том, чтобы вернуть охранное пространство в положение до 2011 года. Если не разрешат… ну что делать, откажемся от этого строительства.

Вторая претензия — сам проект. Кому-то он нравится, кому-то нет, это тоже обычное дело. Например, композитор Эдуард Артемьев и актриса Анастасия Вертинская очень высоко его оценили и опубликовали свои впечатления. Есть и критические высказывания, к которым мы тоже внимательно прислушиваемся. Надо лишь заметить, что проект, конечно же, дорабатывается и мы учитываем критику.

— Почему необходимо такое большое здание? Доводилось читать, что из общей площади застройки, десяти тысяч квадратных метров, только пять процентов будет задействовано собственно под храм.

— Это неправда. Пятьдесят процентов строящихся площадей будет задействовано под верхний и нижний храмы и их службы, ризницы, а также необходимые лестницы, эвакуационные пути, коридоры. В подклети храма предполагается музей новомучеников, лекторий, воскресная школа, издательство и необходимые технические помещения.

Вроде бы всё, казалось бы, на все вопросы мы ответили. Но нам снова и снова, и упорно, возражают. Последний аргумент: постройте храм где-нибудь еще, только не здесь. Теперь почему? Храм слишком высок, отвечают нам, он выше Успенского собора в Кремле! Ну и что из этого? В Москве множество церквей более высоких, чем Успенский собор, например храм Василия Блаженного на двадцать метров выше, и никакого сакрального значения это не имеет. Снесенная после революции колокольня Сретенского монастыря была около пятидесяти метров. Такой же примерно высоты будет и новый храм, так что его строительство восстановит историческую высотную доминанту.

Но тем, кто действительно хочет услышать наши аргументы, наверное, нет нужды объяснять, почему храм Новомучеников и Исповедников Российских мы хотим построить именно на трагически известной в двадцатом столетии Лубянке. И почему надеемся освятить его в феврале 2017 года. Храм должен нести в себе идею Небесного торжества Новомучеников, радость и свет победы Воскресения Христова, Церкви Христовой над злом этого мира, вечной жизни — над смертью.

С архимандритом Тихоном (Шевкуновым)

беседовал Петр Скоробогатый

http://www.pravoslavie.ru/smi/66 087.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru