Русская линия
Российская газета Елена Яковлева23.10.2013 

Узнай обо мне
Внук-ученый и бизнесмен написал книгу о деде-священнике, расстрелянном в 1937-м

Сегодня модно писать книги. Кто только не хватается за перо — богатые графоманы, сомнительные проповедники. Но иногда книги, написанные по частной инициативе, становятся своего рода нравственным долгом.

Известный математик Алексей Сухарев — доктор физико-математических наук, профессор, долгие годы читавший лекции в МГУ, написав 10 монографий и учебников и основав компанию, работающую на рынке высоких технологий в США, неожиданно занялся в России архивными исследованиями, о которых не помышлял.

Он восстановил судьбу своего деда — священника, расстрелянного в 1937 году.

— Как-то ранним утром в июле, проснувшись, вдруг подумал о деде. Очень отчетливо представил себе его, — пишет в книге «Жизнь и смерть священника Илии Попова» профессор Сухарев. — Возникла мысль, что должен воссоздать для себя и других людей его образ. Ничего сверхъестественного не случилось, но все произошло так внезапно и быстро, что лучше всего описать это, сказав, что внутри прозвучал голос деда: «Узнай обо мне и расскажи людям».

Профессор оправдывается: «повышенной впечатлительностью не отличаюсь», уточняет, что был занят делами и о семейной истории не помышлял. Но с того июльского дня занялся архивными поисками и расспросами родственников. Неожиданно много счастливых случайностей, доброжелательная помощь совсем незнакомых людей — и вот Алексей Сухарев уже издает написанную строго по документам книгу — о своем деде-священнике, его верности Богу и защите храмов, мученической судьбе.

Книги о собственных дедах-прадедах, отцах и матерях сегодня не редкость. Помню, как не могла оторваться от книг известного критика Льва Аннинского о матери и отце, изданных в минимальном количестве экземпляров — для своей семьи, для детей. Но книги, написанные для потомков, часто становятся интересны широкому кругу.

Книга Алексея Сухарева, по мнению историка Андрея Венкова, имеет и научное значение, поскольку, воссоздавая жизнь донских священнических династий и исследуя этот социальный слой, она дает пример столь актуальной сегодня «истории повседневности». Но кроме истории повседневности есть еще история подвига — стойкости и верности. Его обвинили в протесте, в «контрреволюционной пораженческой агитации» и расстреляли. А спустя 75 лет внук, послушавшись внутреннего голоса («узнай и расскажи»), скрупулезно восстановил для себя и для нас историю его жизни и смерти.

http://www.rg.ru/2013/10/23/uznay.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru