Русская линия
Газета.Ru Дмитрий Бутрин01.02.2005 

Последнее прибежище антисемита

Как гражданин России я чрезвычайно благодарен президенту своей страны Владимиру Путину за его выступление 28 января на церемонии открытия мемориала 60-летия освобождения узников Освенцима. Владимир Путин действительно оказался единственным среди глав европейских государств, признавшим существование в своей стране проблемы антисемитизма. Однако же не могу не отметить, что проблемы антисемитизма в России не существует. И, если к тому не будут предприняты специальные усилия, не будет существовать. Для этого просто не стоит превращать его в проблему.

Тезис о сокрушительном поражении в России антисемитизма звучит пока, вероятно, достаточно экзотично. Несомненно, антисемитизм в России существует и будет существовать еще достаточно долго — в любом случае он вряд ли окончательно исчезнет ранее таких знаменитых национальных подвидов антисемитизма, как британский, польский, французский или украинский.

Тем не менее похоже, что Россия одна из первых в мире стран, подверженных этому пороку, сумела его преодолеть на уровне общественном.

Наилучшим показателем этого служит ситуация с таким специфическим сектором прессы, как «погромные газеты». Еще десяток лет назад печатная продукция, посвященная злодеяниям евреев против жителей одной шестой части суши, а также и остальных частей света, продавалась из-под полы едва ли не в любом месте общественного скопления москвичей. Сейчас же печатную продукцию, посвященную занимательным подробностям этих злодеяний, продают вполне открыто, и сограждане, охочие до подобной литературы, наизусть помнят адреса книжных магазинов, в которых способны удовлетворить их юдофобские наклонности. Именно эта открытость и легальность вкупе с маргинальностью подобного издательского бизнеса наводит на весьма грустные для антисемита мысли. Антисемитизм в России перестал быть идеей, интересной обществу, и превратился в такое же достаточно опасное для носителя этой идеологии, но почти безопасное для остальных граждан хобби, как собирание свидетельств о контактах с НЛО, уринотерапия или игра в наперсток на деньги.

В России антисемитизм как хобби — явление не такое уж и редкое, хотя и не слишком распространенное. Тем не менее еще десять лет назад о том, что ваш начальник еврей, вы узнавали от своих коллег, причем слово «еврей» произносилось с некоторой опаской, едва ли не как неприличное. Сейчас о том, что вам приходится иметь дело с самым настоящим евреем, вы, скорее всего, узнаете от самого начальника. Причем будете удивлены: надо же, кто бы мог подумать, да неужели и впрямь еврей? Но быстро об этом забудете. В России в 2004 году об этом забывают так же быстро, как о своей чувашской прабабушке.

Как работает механизм, с помощью которого окружавшие меня русские, чеченцы, мордва, татары и чудь белоглазая превратились в сантехников, домохозяек, менеджеров среднего звена, журналистов и мужиков из автомастерской, мне до сих пор непонятен. Подозреваю, что мои знакомые антисемиты правы, утверждая, что верный путь к торжеству русской идеи, в их понимании неотделимой от поражения идеи еврейской, лежит в направлении, которое указывают на главных площадях городов бывшего СССР бетонные и гипсовые Ильичи. То есть в районе развитого социализма или, по крайней мере, возрождения нерушимого союза свободных республик. Право слово, национальная идентификация является более важным социальным маркером, нежели пол, профессия, приверженность определенной идеологии или внешний вид, лишь в обществах, где значительной части населения по воле мудрого руководства или славной традиции нет смысла думать о более важных вещах. Не знаю, нравится ли этот механизм Владимиру Путину, меня вполне устраивает.

Меня скорее не устраивают обстоятельства, предшествовавшие произнесению президентом России в Освенциме речи, во многих отношениях достойной и уместной.

Судя по всему, все началось со знаменитой оговорки Путина о «сионистском окружении Ющенко». Сама по себе такая оговорка — совершенно безобидная вещь. В конце концов, в устах человека, которого значительную часть его жизни советская пропаганда убеждала в коварных замыслах последователей Герцля и Жаботинского уничтожить свободолюбивый и склонный к социалистическим преобразованиям палестинский народ, такая оговорка не фокус. Да и попробуйте-ка сами дополнить фразу — «Бей… - спасай Россию». Все вспомнили нужное слово? Конечно, все. Попробуй забудь.

Далее же совершенно безобидная оговорка превратилась для российской власти в хеппенинг. Еврейские организации, для которых по большей части борьба с антисемитизмом в России — такое же хобби, как для антисемитов — их странная страсть, немедленно начали искать в словах Владимира Путина скрытый смысл. Антисемиты, напротив, воспряли примерно так же, как в мультфильмах о Бивисе и Баттхеде главные герои обычно реагируют на слово «член»: рейтинг президента России в глазах национал-патриотической общественности снова вырос, хотя еще несколько дней назад о Путине говорили в основном как о предводителе банды монетизаторов льгот и продавце островков родины коварным китайцам.

Далее последовала подготовка к визиту Владимира Путина в Освенцим, в агрессивности освещения которой государственные СМИ преуспели куда больше, нежели в освещении довольно крупного юбилея российской науки — 250-летия МГУ. Тема отношения к евреям вновь стала модной. Далее группа любителей научного подхода к описанию еврейских козней, в которой обнаружились народные депутаты, написала знаменитое письмо, так и не дошедшее в Генпрокуратуру. В ней предлагалось проверить деятельность еврейских просветительских и общественных организаций в России на предмет участия в угнетении русского народа, поскольку в распоряжении авторов письма имелись научные подтверждения такового участия. Наконец, кульминацией происходящего стало выступление в Освенциме самого Владимира Путина, который довольно ловко связал российский антисемитизм с Усамой бен Ладеном и международным терроризмом, представленным в России терроризмом чеченским.

Отмечу, что во время этого выступления десяток чеченских беженцев, с особым цинизмом протестовавших против приезда Путина в Польшу, в километре от места торжеств арестовывала краковская полиция. Из темы «российского антисемитизма» в итоге выжали почти все, что можно было выжать, — удивляюсь, как в администрации президента не сумели найти конструкцию, которая бы связала еврея Леонида Невзлина, чеченца Аслана Масхадова и борьбу с антисемитизмом. Но, думается, все еще впереди.

Парадоксально, но более всего пострадали от происходящего сами евреи. Долгое время бывшая экзотичной тема «антисемитизма как проблемы» вновь на слуху. Я понимаю, что оговорка Путина и история, в которую она развилась, дала хлеб множеству профессиональных антисемитов и филосемитов. Но, думается, сейчас лучший способ не возрождать в России антисемитские дискуссии — это относиться к теме «Россия и евреи» так, как принято относиться к этому в приличном обществе. А именно с равнодушием. Оставьте тему профессионалам-гебраистам. Российское общество от антисемитизма, слава богу, уже свободно.

А ведь если в России и существует антисемитизм как проблема, то достаточно хорошо известно, где эта проблема локализована.

На сегодняшний день одним из немногих заповедников антисемитизма в России являются силовые структуры, в которых антисемитизм, по отзывам, культивировался в советское время с любовью и тщанием. Несмотря на то что Русская православная церковь — организация, не замеченная в антисемитизме, внутри нее вполне легально существуют и при попустительстве пастырей процветают структуры, с яростью отрицающие «несть эллин, несть иудей». В целом российский антисемитизм наиболее ярок и заметен там, где он является наследием антисемитизма советского, и среди представителей властных структур, в целом имеющих сравнительно больший опыт продвижения по советским карьерным лестницам, он едва ли не более распространен, чем среди полумифического «простого народа».

Власть в России по историческим причинам более подвержена постыдному пороку антисемитизма — ребята, решайте же свои проблемы и не ищите солому в глазах ближнего. Ксенофобия по отношению к евреям — одна из тех проблем, решение которой российское общество нашло не на пути политкорректности, мало чем помогающей Западу в аналогичных случаях, а на своем. Антисемитизм в России побежден не Юрием Лужковым, который, не будучи иудеем, для своей не известной мне нужды участвующим в еврейских религиозных праздниках, а рядовыми русскими гражданами, обнаружившими в ближнем своем не только еврея Рабиновича, но и соседа Исаака Абрамовича. Не стоит возвращаться к тому, что мы уже прошли. Лучше понять, как нам это удалось сделать.

На сегодняшний день, похоже, единственным действенным способом борьбы с проблемой российского антисемитизма, а не с самим уходящим в небытие антисемитизмом является терапия именно этих очагов, а не общества в целом. Мало того, именно решив эту проблему, можно достаточно легко плюнуть на само остаточное явление: в свободной стране никто не может быть принужден ни любить еврея, ни ненавидеть до тех пор, пока это остается личным делом. А вот бороться с антисемитизмом, решая в ходе этой борьбы политические проблемы с Чечней, США, Евросоюзом, коммерческие проблемы с Сирией и Невзлиным, некрасиво. Разумеется, я удовлетворен тем, что президент Путин почтил память жертв Освенцима — и евреев, и русских, и поляков, и французов. Но если нельзя произнести речь на могиле более миллиона человек без передергиваний, то на этом месте лучше просто помолчать.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru