Русская линия
Приходы Александр Щипков21.10.2013 

Дела религиозные, дела национальные

После прозвучавшей из уст спикера Совета Федерации Валентины Матвиенко идеи создать ведомство по делам религий и национальностей вновь поднялась дискуссия по поводу целесообразности возрождения в современных условиях аналога ставшего печально известным в советские годы Совета по делам религий. Политолог, публицист, редактор портала РЕЛИГАРЕ Александр Щипков обратил внимание на еще одну сторону проблемы: категорически нельзя смешивать национальную проблематику с религиозной.

− Уже не первый раз звучат призывы создать единый государственный орган по делам национальностей и религий. Подобное министерство существовало в постсоветскую эпоху. Его возглавляли разные люди и, честно говоря, оно показало довольно низкую эффективность. Я не хочу сказать, что национальную и религиозную сферы не надо регулировать, и понятно, что государство не может самоустраниться из этой сферы. Но Валентина Ивановна, как и многие другие, допускает очень серьезную ошибку. Дело в том, что категорически нельзя смешивать национальную проблематику с религиозной.

В борьбе за полномочия чиновники стремятся все сложить в одну корзину. Однако национальные и религиозные проблемы, которые, безусловно, существуют, на самом деле решаются совершенно по-разному. Религиозные проблемы − как внутрирелигиозные, так и религиозно-государственные − можно решать одним-единственным способом — договорным. Существуют разные оттенки договорной системы: симфонические, согласительные, конкордатные… Но как ни назови, это система, которая подразумевают договоры и компромиссы между различными сторонами, подразумевает права и обязанности сторон.

Что касается национальных проблем, то они должны решаться с помощью законодательства: должны быть нормы взаимоотношений, установленные государством, − органами, которым мы, избиратели, делегируем право создавать законы. И регулироваться они должны достаточно жестко, потому что национальные конфликты существовали, существуют и будут существовать, − все эти россказни про толерантность и мультикультурализм остаются только россказнями. Уже всем очевидно, что мультикультурализм недееспособен, это даже не система, это — идеологическая концепция, навязываемая меньшинством большинству. Понимая это, нужно в вопросах национальных отношений вводить жесткие правила, что, с другой стороны, совершенно недопустимо в религиозной сфере.

Дело в том, что природа национальных чувств отлична от природы чувств религиозных. Религия по своей сути наднациональна. Каждый человек, опираясь на свои национальные чувства, действует в одном векторе, а если опирается на религиозные — то совершенно в ином. Поэтому смешивать эти две вещи категорически нельзя, и прозвучавшее предложение создать некую структуру, которая будет заниматься и национальными, и религиозными проблемами одновременно, свидетельствует о полном непонимании разности этих двух сфер. На самом деле их нужно развести в разные стороны. Именно поэтому данную идею я считаю неправильной и нежизнеспособной.

В различных органах власти у нас существуют структуры, которые занимаются национальными проблемами. Например, в Минрегионразвития есть целый департамент, который достаточно успешно работает. Есть также несколько структур, которые занимаются религиозной проблематикой. Действуют Совет при Президенте, профильный комитет в Государственной Думе, Комиссия по вопросам религиозных объединений при Правительстве Российской Федерации. Мне кажется, что существующих сегодня органов вполне достаточно, поскольку в религиозной сфере в последние годы мы наблюдаем весьма положительную динамику, чего не скажешь о сфере межнациональных отношений.

В любом случае, подобные предложения надо предлагать на публичное обсуждение, и решение таких вопросов не должно быть келейным, потому что касается всех нас.

Повторю — самое главное, что меня беспокоит в выдвинутой инициативе, — это попытка соединить два направления — религиозное и национальное − при том, что их категорически надо разводить.

Хотелось бы немного углубиться в историю. А нужно ли вообще ведомство по надзору за религиозными организациями? Каким образом подобные обязанности выполнял в СССР Совет по делам религий и как это сказывалось на жизни верующих?

− При советской власти Совет по делам религий занимался только религией. Заметьте, советские идеологи не смешивали разные темы: отдельно занимались религией и отдельно − национальными вопросами, потому что понимали разницу между ними.

Главная задача Совета по делам религий, которую ставила перед ним КПСС, состояла в постоянном уменьшении религиозности в государстве. Но поскольку религиозность — вещь абсолютно нерациональная и измерить ее невозможно, то Совет по делам религий соотносил религиозность народа с количеством приходов и иных религиозных общин. Заметим, что ко все религиям тогда относились одинаково скверно.

Итак, Совет по делам религий в своих отчетах стремился показать, что количество приходов ежегодно уменьшается. На этом основании власти утверждали, что религиозность в СССР неуклонно падает. Для того, чтобы получить эти показатели, каждый год закрывали храмы и их становилось все меньше и меньше.

В середине 80-х эти закрытия велись уже почти формально: закрывали два прихода в год, а то и один. А в 1987 году, за год до празднования 1000-летия Крещения Руси, не закрыли ни одного! Так же было в 1988 году, а с 1989 года начинается постепенное открытие храмов. С боем, но открывались − сначала один, два, так и пошел обратный процесс.

Что представлял собой Совет по делам религий? Это была структура внутри исполнительной власти, при Совете министров, которая боролась с христианством и вообще с религиозностью. Сейчас В.И. Матвиенко предлагает создать ту же самую схему (министерство, ведомство или агентство) в недрах исполнительной власти. И это одна из ключевых ошибок.

К сожалению, любая государственная структура не только в России, но и во всем мире в той или иной мере неизбежно связана с коррупцией. Следовательно, чиновничество, работающее в этой структуре, будет впадать в соблазн вымогать деньги у религиозных организаций, обещая преференции или угрожая лишить чего-то. Кроме того, такой рычаг вводит в соблазн регулировать, раскалывать, стравливать… Эта система ущербна изначально.

Поэтому я утверждаю, что диалоги с религиозными организациями могут быть только согласительными − возможна именно симфоническая система, когда государство и религиозные организации договариваются о правилах общения и поведения и даже заключают об этом договор на бумаге. Например, у Русской Православной Церкви были заключены договоры о сотрудничестве с Миноборны, Минздравом и иными ведомствами. Эта тенденция с годами может вылиться в заключение договора с государством в целом. Но никто не торопит, не спешит, не форсирует. Мы все видим, повторяю, положительную динамику отношений Церкви и государства, Церкви и общества. Так что не нужно портить уже созданное и наработанное.

http://prichod.ru/aktualniye-voprosy/8449/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru