Русская линия
Нескучный сад Святослав Можей15.05.2013 

Бизнес и вера: верблюжий горб, набитый деньгами

Можно ли предприниматель в России быть честным? А православным? А честным и православным? О том, какие нравственные вопросы встают перед современными бизнесменами в России, размышляет предприниматель Святослав МОЖЕЙ.

Святослав Можей, 37 лет. Родился в Минске. Женат, 2-е детей. Образование — экономист с правом преподавания. Основной бизнес — производство сувенирной продукции: магниты, брелоки, часы, наклейки, значки, репродукции. Его предприятие является официальным поставщиком некоторой сувенирной продукции для олимпиады «Сочи 2014» .Руководитель книжного издательства «Символик», сопредседатель попечительского совета издательства «Нравственные посевы».

Докажи, что ты не верблюд

— Трудно богатому войти в Царствие небесное?

— Вопрос не ко мне. Я же не распределяю людей ни в рай, ни в ад.

— Но вы же не можете об этом не думать, занимаясь бизнесом и являясь православным христианином.

— В Евангелии черным по белому написано про то, что трудно войти. Ничего же другого не написано. И сравнение с игольным ушком показывает, что очень трудно. А дальше докажи уже Богу, что ты не верблюд.

— А почему трудно? Почему так не «везет» богатым людям?

— Нужно понимать, что такое богатство. И как люди достигают его. Многие достигают богатства из-за того, что у них страсть такая — к накоплению, к деньгам. Это уже одна из причин, поскольку человек на место Бога ставит деньги. И, может быть, в его мировоззрении места Богу в принципе нет. И Евангелие нам указывает, что это настолько сильная страсть, что все остальные страсти могут перед ней просто померкнуть. На примере юноши, который задавал похожий на ваш вопрос — вот он все заповеди соблюдает, но от богатства отказаться не может. Получается, что это довольно сильная страсть. Так вот люди, которые богатства имеют, они подобны этому юноше. Поэтому, они, может быть, и в Бога верят и живут по заповедям, но Царства Божия не наследуют. Не пролезают в ушко никак — не дает верблюжий горб, набитый деньгами.

— Мне кажется, тут проблема шире.

— Конечно, кроме сребролюбия там еще целый пучок страстей. И лично для меня тут есть большая проблема, потому что мне не довелось еще ни одной книги прочесть, где было бы написано конкретно, как спастись начальнику. На каких-то примерах конкретных. Взятки — это самое банальное. Есть вещи, которые куда как сложнее решить. Например, если у тебя свой бизнес, то ты уже начальник. Получается сразу грех превозношения себя над другими людьми. Или вот наказание сотрудника. В каком случае его наказать, а в каком простить. Если ты обычный человек и тебя обидели, то ты должен всех простить. Или твои личные враги — ты их должен любить. А как тут быть? Я же начальник. А сотрудник — вредитель, или он недобросовестно относится к работе. Как поступить? Когда уволить, а где слово сказать? Где та линия, которая разделяет правила игры бизнеса и долг христианина?

— Можете привести пример?

— Например, нанял я на работу сотрудницу. Работает она плохо. Есть претензии и к ее поведению. Надеешься, что исправится человек. Господа в молитве просишь — помоги ей, помоги мне правильно поступить в этой ситуации. А потом приходит весь коллектив и говорит: «Мы не можем с ней работать». И я говорю: «Ну, давайте потерпим, дадим ей шанс. Вы должны снисходительно к сотруднику относиться». А они простой пример приводят — берешь на работу водителя, а у него зрение плохое, и что, будем его терпеть? Аргумент весомый, нужно расставаться. А человек в слезах сидит.

Недавно тоже человек от нас ушел. У меня осталось чувство, что мы его выжили. А совесть — это главный обличитель.

Или вот часть людей хорошо работает, а другие — плохо. Как начальнику удержаться от осуждения вторых? То есть получается, что начальником все время попадает в самый центр греха. Простым сотрудникам проще: если ты христианин — молись, принимай послушание, если дали задание, то выполняй. А кто надо мной? Надо мной Бог. Он четких инструкций не дает, как поступить. Нужно как-то с молитвой понять, куда двигаться. А бывает, не успеваешь помолиться, спросить, как поступить, а раз — и уже поступил. И только потом думаешь, правильно поступил или нет. Вот это сложно.

Бог-работодатель

— Ну, так раздайте все, как сказано в Евангелии.

— Бизнесом я давно занимаюсь, а православным человеком где-то 4,5 года как стал. И когда обратился, на своем опыте понял, как трудно богатым войти в Царствие Небесное. Я ведь так и подумал, что, может, бросить все и уделить больше времени молитве и спасению души. Но то же Евангелие вразумило меня — там есть слова о том, что где призван, там и служи. И я в итоге осознал, что по воле Божьей и бизнес этот есть у меня, и то, чем я занимаюсь.

Я же признал руководителем своим Господа нашего Иисуса Христа. Поэтому не могу этот бизнес бросить. Это уже будет непослушание. Это уже будет поперек креста. Поэтому из проблемы бизнес стал решением — это как средство спасения для меня теперь. Сейчас у меня есть понимание, что если я брошу бизнес, то наоборот не спасусь.

— Изменилось то, как вы стали вести бизнес, ваше отношение к деньгам?

— Конечно, изменилось. Самое главное, и это вообще фундамент — я осознал, что материальные богатства, деньги, принадлежат не тебе лично, а даны тебе в управление. Это как с талантами. И Господь спросит, зарыл ты или приумножил их. И если Господь тебе еще больше даст, то это нисколько не твоя заслуга. Это только показывает, что ты не поперек креста идешь, а идешь по кресту и выполняешь его волю. И ни в коем случае это не становится твоим, если все получается.

Если православный бизнесмен работает на Бога, а не на себя, если он все делает с молитвой, то Господь поможет.

— При этом вопросов становится больше, потому что каждый раз встаешь перед выбором и не видишь линию, отделяющую бизнес от молитвы?

— Может быть, и больше. Но с ними легче, потому что ты чувствуешь, что ты с Богом. И тебе Господь помогает, и ты не так уже по многим вопросам волнуешься. К примеру, вот ехала фура, попала в аварию, и груз пропал. И, не будучи православным, я бы убивался, плакал, все считал — да сколько же денег пропало, да сколько же я мог на эти деньги купить. А теперь я думаю — ну, такова воля Божья. Абсолютно спокойно ко всему этому отношусь. Так что в этом плане намного легче и проще стало вести дела.

— То есть Бог — работодатель, а наша задача — исполнять его волю. Как может быть бизнес служением?

— Если мы тюрьму посетили, то мы посетили Бога. Если мы одного из малых сих накормили, мы накормили Бога. Как мы можем кого-то накормить, если у нас нет средств? Господь дает нам средства, чтобы мы этими средствами творили милостыню, делали благие дела. Через людей, которые ему угодны, он покупает кирпичи и строит церкви и монастыри для их спасения.

Православие — это ведь постоянно совершенствование. Как говорят, остановка в вере — это уже падение. Поэтому я живу, и каждый месяц становлюсь, как мне кажется, совершеннее. Еще больше понимаю происходящее вокруг меня и со мной. Вот буквально вчера я сижу и реально у меня состояние стресса полного. Скайп звонит, письма падают, люди приходят. Один сидит передо мной и говорит, при этом другой по телефону что-то рассказывает. Я сам по себе раздражительный и неспокойный — может голос на крик сорваться или еще что-нибудь произойти. Так и происходит, собственно. И опять начинаешь думать: «Вот, Господи, был бы простым сотрудником, и сейчас бы не крикнул, и не согрешил бы».

И пришло такое осознание, что, может быть, и не крикнул бы, но это же не значит, что во мне этого раздражения нет. Что Господь через эти стрессовые ситуации показывает мне, что во мне есть грехи, есть страсти. У меня стресс, я на человека голос повысил, я понял, что во мне есть страсть гнева. Если бы не произошло этой стрессовой ситуации, я может и не осознал бы этого. И она бы продолжалась и жила бы во мне дальше. И вот через такие моменты начинаешь понимать, что вот это место, на котором я сейчас нахожусь, оно самое идеальное для моего спасения.

Проверка на православность

— Как вы сотрудников набираете? Есть условие, чтобы они были православными?

— У нас есть православные проекты, есть светские. Понятно, что по светским направлениям мы вообще вероисповедание не спрашиваем. В православных проектах — по-разному. Руководящие должности, менеджеры обязательно должны быть православные. На рабочих должностях это не обязательно. Хотя при равном конкурсе мы возьмем на место, конечно, православного.

— Вы верите соискателям на слово или как-то их проверяете?

— Я задаю вопросы, провожу собеседование. Есть у меня любимый вопрос. Вот я с человеком разговариваю: так мол и так, в какой храм ходите, как зовут батюшку и т. д. А потом спрашиваю: «Скажите, в чем цель православной жизни?» Иногда человек просто в осадок выпадает, иногда — ничего не может сказать. И тут все сразу понятно. Ты не знаешь, какая твоя цель, тогда какой ты православный?

— И какая цель православной жизни для вас?

— Не для меня. Эта цель сформулирована церковью. И есть еще ответ преподобного Серафима Саровского: «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся». То есть цель жизни православного христианина — спасение души.

— Вы лично занимаетесь подбором всех кадров?

— Для ключевых сотрудников проходит два собеседования. Первое — предварительное, без меня. Второе — я уже сам принимаю человека. Но это ключевые позиции. Рабочих я не смотрю. Хотя в православные проекты я смотрю вообще всех. Без меня ни одного человека не берут.

— Ваши сотрудники живут по церковному календарю?

— Так как фирма у нас большая, и исторически мы православной фирмой не были, а только последние четыре с половиной года, у нас совершенно разные сотрудники. И я не вижу пока, как найти консенсус. То есть если праздник посреди недели, мы все равно работаем. Православные сотрудники могут отпроситься, и я им пойду навстречу.

— Нет дискриминации неправославных сотрудников православными?

— У меня в анкете нет такого пункта — вероисповедание. Поэтому я не имею статистики, сколько у меня православных, сколько неправославных.

На церковные праздники я дарю подарки каждому сотруднику — православные книги. И вот, кстати, благодаря подаркам у нас многие сотрудники воцерковляются. У нас есть библиотека, где можно придти и книги взять. Вначале она популярностью не пользовалась. Они никому не были нужны. И вот мы год примерно дарили книги бесплатно, и в итоге библиотека заработала. Появляется некий духовный голод. Они приходят в библиотеку и берут еще и еще. Еще в комнатах вешаем плакатик с объяснением праздника. И уже никто не скажет, что Троица — это начало посевной.

Беседы с батюшкой проводим примерно раз в два месяца. В будний день, за час до окончания работы. Час рабочего времени берется, и час личного. Но, к сожалению, на эти встречи приходит мало людей. Москва — очень тяжелый город, потому что всем еще ехать час-два до дома. У многих семья.

Плюсы, минусы, подводные камни

— Все-таки существуют объективные проблемы бизнеса в России: взятки, откаты, конкуренты, которые поджимают. Можно ли по-христиански вести бизнес?

— Нужно стараться максимально соблюдать все заповеди… Но я, даже будучи простым мирским человеком, не могу все заповеди соблюсти. Мы все равно грешим. И в бизнесе то же самое. Я не говорю, что раз так, можно спокойно давать взятки. Конечно, старайтесь никому никогда не давать. Но может сложиться такая ситуация, что надо согрешить. Да, взятка — это грех, но иногда этот грех необходим, например, для того, чтобы выжило предприятие. Это не правило, но в исключительных случаях так бывает. И вы совершаете свой личный грех, исходя из страха за жизнь предприятия и людей, которые там работают. Но я допускаю, что я здесь могу быть не прав, и нужно просто больше уповать и доверять Богу.

По поводу конкурентов — мы не боремся с ними. Мы боремся, только предлагая своим клиентам выгодные условия. Никаких других методов: взятки, чтобы работали с нами, а не с ними, или там натравить проверки какие-то, черный пиар устроить — такими вещами мы не занимаемся. Более того, еще до того, как я пришел в Православие, у меня был принцип: конкурентов нужно делать партнерами. И в итоге у нас очень много конкурентов, которые с нами же и сотрудничают. Иногда мы какие-то вопросы совместно решаем. Звонит, скажем, руководитель предприятия-конкурента и говорит, вот такая ситуация на рынке складывается, что будем делать. Это гораздо лучше, чем воевать. И это даже не на православном уровне, а на уровне житейской логики.

— Вы сказали, что негде научиться и прочитать, как вести бизнес по православному. То есть это путь, который вы нащупываете в одиночку. Или у вас есть какие-то образцы, на кого можно ориентироваться?

— Образцов нет, я ко всему пришел и прихожу сам. Недавно прослушал в аудио варианте книгу «Бедность и богатство: этика православного предпринимательства». Интересно, но я большую часть предложенных там рекомендаций уже вывел на собственном опыте.

— Как можно систематизировать ваши знания? Может, нужен какой-то факультет православного предпринимательства?

— Почему нет? Православные предприниматели есть, и их довольно много. И здесь важно, чтобы они своим примером показывали, что честный бизнес все-таки возможен. Может, не полностью, на сто процентов, но хотя бы стараться на максимум, чтобы исправить ситуацию — платить налоги, не давать взятки. Это абсолютно реально. Непросто, да. Но вот, например, у нас есть большое предприятие в Орле. И нас там трясли со страшной силой: угрожали, присылали проверки и т. д. Месяц или два мы отбивались и в итоге победили — прошли все проверки, не дав ни копейки. И это была заслуга директора предприятия, который занял принципиальную позицию в этом вопросе.

Внутренний круг

— Есть ли такой выбор для вас — семья или бизнес?

— Да, это большая проблема. У меня двое детей. Я до недавнего времени считал, что бизнес — это главное. Семья страдала, конечно. Прочитал где-то, что быть успешным руководителем легче, чем быть успешным отцом. И я понял, что не дотягиваю до успешного отца, поэтому и успехами в бизнесе нечего гордиться. С недавнего времени пытаюсь переставить приоритеты. Буквально полгода назад осознал, что семья важнее. А вообще, здесь должен быть некий баланс.

— Вы собираетесь передавать детям свой бизнес?

— Пока не знаю. Тут же не важно передать бизнес именно своим родственникам. Тут важно, чтобы таланты, которые Господь дал, то есть вот этот бизнес, вот это предприятие, чтобы они были приумножены. Если мой сын или дочь будут обладать такими талантами, тогда возможно передать им бизнес. Если совершенно посторонний человек сделает это лучше, тогда лучше отдать это ему.

— Есть ли предел богатства для вас, когда вам и вашей семье уже хватит? Сколько нужно, чтобы вы перестали дальше зарабатывать деньги?

— Не знаю, не отвечу. Вот Господь меня поставил приумножать таланты, и какая его воля будет — на сколько приумножать, вот так и нужно ее выполнять. Или как я ему скажу: «Все, Господи, хватит, это предел»? Тем более что деньги не мои. И с увеличением дохода наоборот увеличивается ответственность — хочется вести дела, сообразуясь со своей внутренней совестью. Потому что от любого твоего неверного движения уже может пострадать не только семья, но и огромное количество людей вокруг.

Православие не равно честность

— «Православный бизнес» равно «честный бизнес»?

— По сути, да. Но если бизнесмен назвал себя православным, это еще не значит, что он именно таким и является и что это равно честность. Многие «православные» предприниматели ходят в церковь и соблюдают посты. А не это ли делали и фарисеи? Но обманывают они не меньше, чем те, кто к Церкви себя не относит. И обман клиента для них почему-то грехом не является. «Не обманешь — не проживешь» — такое правило жизни.

— У вас так же?

— Среди своих православных сотрудников я вижу, что проблема денег для многих очень серьезная. Есть сотрудники, которые не требуют повышений — я вот тут переработал, доплатите мне. Православный сотрудник просто работает как для Христа, и все. И я иногда за такое смирение людям зарплату повышаю. Нагрузили, навалили — все делает.

А бывает наоборот. Православный человек пальцем пошевелил — заплатите. Вы мне не доплатите, я не буду работать. Я иногда, честно говоря, в шоке.

Но тут можно и в другую сторону перевернуть. Может, я действительно жадничаю. Может, это мой грех. Может быть, мой сотрудник прав. Может быть, тут я неправильно распоряжаюсь богатством. Так вот и живем — балансируем между плюсом и минусом в попытке найти равенство.

— Если представить, что у вас есть некие полномочия, то какую главную проблему в бизнесе вы видите в России и как бы вы ее решали?

— Проблема бизнеса — это наша история. Советский строй уничтожил класс кулаков, как и класс предпринимателей. Потом заставили всех ходить на работу, где за инициативу не поощряли. Сиди и не высовывайся. Потом после перестройки история в другую сторону повернулась. Люди, которые бросились в бизнес — часть из них просто убили, часть посадили.

Потом опять ситуация поменялась — на место бандитов встало государство. Стали приходить такие люди в погонах, которые говорили: если вы мне не дадите столько-то денег, то мы вас закроем. И у многих либо закрыли предприятия, либо посадили. И уничтожение класса бизнесменов продолжается до сих пор. И после такой истории гонений на бизнес нечего удивляться, что мы имеем то, что имеем. Это следствие того, что мы продолжаем жить без Бога — начав от коммунистов и до сих пор.

Вот, например, чиновник — он поступал бы так, если бы жил с Богом? Огромный класс чиновников сдерживает Россию от экономического роста. Это особенно видно в регионах, а не в Москве. Рубится инициатива, деньги разворовываются. Поэтому сегодня нужны примеры как бизнесменов, которые живут с Богом, так и чиновников. Пусть открыто исповедует: «Я православный, я взяток не беру», и бизнес сразу откликнется.

Беседовал: Александр ЛЕВИН

http://www.nsad.ru/articles/biznes-i-vera-verblyuzhij-gorb-nabityj-dengami


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru