Русская линия
Отрок.uaСвятитель Феофан Затворник29.03.2013 

Отрешиться от земли

Святитель Феофан Затворник

В конце прошлого века Церковь канонизировала давно почитаемого в народе епископа Феофана (Говорова). И теперь имя его в истории — святитель Феофан Затворник. Подвижник, богослов и духовный наставник множества христиан. Всестороннее образование, свободное владение несколькими иностранными языками, глубокие знания в области медицины, психологии и других науках — всё это было использовано им для служения Церкви.

Чтобы научить святости, нужно быть причастным к ней, непрестанно гореть духовным огнём, а для этого необходимо уединение с Богом. Вершиной подвига святителя стал двадцатидвухлетний затвор в Вышенском Успенском монастыре, где он всё же не оставлял жаждущих его наставлений. Ежедневно вышенский затворник получал несколько десятков писем и находил силы отвечать всем. Эти годы затвора святителя дали обильный плод — бесчисленные богословские труды.

«Отрок» публикует фрагменты из творений святителя Феофана Затворника, чтобы кому-то напомнить, а кого-то, быть может, и познакомить с бесценными мыслями, которые указывают путь ко спасению.

Кого не было при сретении Господа, когда Он торжественно, как царь, входил в Иерусалим, и кто не взывал тогда: осанна Сыну Давидову! (Мф. 21, 9). Но прошло только четыре дня, и тот же народ, тем же языком кричал: распни, распни Его! (Лк. 23, 21). Дивное превращение! Но что дивиться? Не то же ли самое делаем и мы, когда по принятии святых Таин Тела и Крови Господних, чуть только выходим из церкви, забываем всё, — и своё благоговение, и Божию к нам милость, и предаёмся по-прежнему делам самоугодническим, сначала маленьким, а потом и большим, и, может быть, ещё прежде четырёх дней, хоть не кричим другому: «распни!» — а сами распинаем в себе Господа. И всё это видит и терпит Господь! Слава долготерпению Твоему, Господи!

Не то, что входит в уста, оскверняет человека; но то, что выходит из уст, оскверняет человека (Мф. 15, 11). Господь сказал это не потому, чтоб Он не благоволил к посту или считал его не нужным для нас, — нет, и Сам Он постился, и апостолов научил тому, и в Церкви Своей святой установил посты, а сказал это для того, чтобы, постясь, мы не ограничивались одним малоядением или сухоядением, но заботились при этом и душу свою держать в посте, не поблажая её пожеланиям и страстным влечениям. И это главное. Пост же служит могущественным тому средством. Основа страстей в плоти; когда измождена плоть, тогда словно подкоп подведён под страсти и крепость их рушится. Без поста же одолеть страсти — было бы чудом, похожим на то, чтобы быть в огне и не обгорать. У того, кто довольствует пространно плоть свою пищею, сном и покоем, как держаться чему-нибудь духовному во внимании и намерениях? Отрешиться от земли и войти в созерцание невидимых вещей и стремление к ним ему столь же удобно, как одряхлевшей птицей подняться от земли.

Открывающаяся в сознании и опыте причина худой жизни есть ослабление в нас чувства страха Божия, или чувства зависимости от Бога, ослабление, доходящее иногда до крайней степени — до совершенной потери сего чувства. Действующее в нас начало греховной жизни есть себялюбие или самоугождение, иначе — эгоизм, самость. Сокрушается самость, и воскресает у человека страх Божий, или чувство зависимости от Бога, в покаянии. Тот человек живёт в состоянии отпадения от Бога, который для себя только живёт и не думает о Боге и небе, или, по словам Давида, не предлагает Бога пред собою (Пс. 53, 5; 85, 14).

Господь гордым противится, смиренным же даёт благодать (Притч. 3, 34). Припомни особенно слова эти, когда идёшь на исповедь. Ничто так, как гордость, не вяжет языка сказать: грешен. Смирись же пред Господом, не пощади себя, не убойся лица человека. Раскрой срамоту свою, да омоешься; покажи раны свои, да исцелеешь; расскажи все неправды твои, да оправдишься. Чем безжалостнее будешь к себе, тем больше жалости явит к тебе Господь, и отойдёшь ты с сладким чувством помилования. Это и есть благодать Господа нашего Иисуса Христа, даваемая от Него тем, которые смиряют себя искренним исповеданием грехов своих.

Саможаление — корень всех наших поползновений на грех. Кто же не снисходит себе, тот всегда твёрд в добре. Больше всего держать надо в самой строгой дисциплине плоть, эту рабу несмысленную. Когда томят её, она смиренна; а дай ей только малую льготу, уж она начинает показывать когти…

Погибели предшествует гордость, и падению — надменность (Притч. 16, 18). Стало быть, не допускай мыслей злых, и не будет падений. Между тем, о чём больше всего небрегут? О мыслях. Им позволяют бурлить сколько и как угодно, и думать не думают когда-нибудь укрощать их или направлять к разумным занятиям. А между тем, в этой суматохе внутренней подходит враг, влагает зло в сердце, обольщает его и склоняет на это зло. И человек, сам того не замечая, является готовым на зло. Остаётся ему или исполнять скованное сердцем зло, или бороться. Но то наше горе, что за последнее никто почти не берётся, а все, как связанные, ведутся на зло.

Последняя цель человека — в Боге, в общении или живом союзе с Богом. Созданный по образу и подобию Божию человек по самой природе своей есть некоторым образом Божеского рода. Будучи же рода Божия, он не может не искать общения с Богом не только как со своим началом и первообразом, но и как с верховным благом. Потому-то сердце наше и бывает довольно только тогда, когда обладает Богом и бывает обладаемо от Бога. Ничто, кроме Бога, не успокаивает его. Соломон много знал, многим обладал и многим наслаждался; но всё это наконец должен был признать суетою и крушением духа (Еккл. 1, 8, 17−18; 3, 10−11; 8, 17). Один покой для человека в Боге.

http://otrok-ua.ru/sections/art/show/otreshitsja_ot_zemli.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru