Русская линия
Русская линия Даниил Петров23.03.2013 

Преодолён ли коммунистический террор? (пробелы законодательства)
Полный текст выступления на круглом столе в Государственной Думе «Оценка роли большевиков и их лидеров в мировой и российской истории»

I. Вводные замечания

Вне предметов данного исследования — описание этапов и деятельности отдельных организаторов и исполнителей коммунистического террора. Следует сделать лишь несколько заметок по терминологии.

1. Под коммунистическим террором понимаются различные проявления незаконных, опирающихся на устрашение и обман населения действий «режима неограниченной, опирающейся на насилие власти узкой группы коммунистических функционеров» (цитата из постановления Конституционного суда по делу КПСС) в период между 1917 и 1991 годами: от убийства политических реальных и мнимых оппонентов (в т.ч. под видом судопроизводства) до цензуры и массовой пропаганды, нацеленной на введение населения в заблуждение с целью сохранения власти.

2. Наиболее часто используемые термины для коммунистического террора — «красный террор» (применительно к Гражданской войне) и «массовые политические репрессии». Однако термин «репрессии» неудачен, т.к. с правовой точки зрения не несёт в себе обязательного оттенка незаконности действий. Под этим термином в правовой науке понимается наказание за совершённое правонарушение. Неудивительно, что само советское руководство, в т. ч. сталинское Политбюро использовало термин «репрессии» и для уничтожения советских граждан по политическим мотивам (утверждало т.н. «лимиты на репрессирование» и пр.), и для привлечения к ответственности по общеуголовным преступлениям.

Таким образом, с учётом упомянутого решения Конституционного суда, для отражения незаконности действий коммунистической партии в отношении советского народа более верно использовать термин «коммунистический террор».

II. Пробелы законодательства в области реабилитации.

Закон 1991 года о реабилитации жертв политических репрессий стал основой для восстановления прав и доброго имени многих пострадавших от коммунистического террора.

Тем не менее, в значительной степени, указанный закон не полон. Он регулирует, как следует из его статьи 1, реабилитацию после лишь некоторых «мер принуждения, применённых государством по политическим мотивам». Для 1991 года — это было достаточным и знаковым шагом по преодолению главных последствий советского террора в форме признания невиновности сотен тысяч жертв советской власти. К сегодняшнему дню закон устарел. Он предлагает недостаточные меры по преодолению зла, против которого направлен.

Ни в этом законе, ни в других актах не урегулирован ряд негативных последствий коммунистической власти в период 1917—1991 гг., в т. ч. не урегулированы вопросы, непосредственно примыкающие к тематике уничтожения и преследования коммунистическим режимом советских граждан. Поднять этот вопрос сегодня позволяют немного приоткрытые после 1991 года архивные фонды страны.

Итак, существуют следующие основные пробелы законодательного регулирования последствий коммунистического террора против советских граждан:

1) Не дана юридическая оценка организаторам коммунистического террора. Не создан механизм такой юридической оценки. Как это ни парадоксально, несмотря на то, что Закон о реабилитации «осуждает многолетний террор и массовые преследования своего народа» и создаёт систему восстановления прав пострадавших граждан, в нём не содержится системы мер по квалификации действий тех, чьими решениями и руками этот террор осуществлялся. В результате, несмотря на то, что сегодня мы знаем, что большинство актов коммунистического террора были совершены по прямому указанию руководителей советской России: от Ульянова (Ленина) и Джугашвили (Сталина) до их подчинённых и преемников, несмотря на это преступники перед страной, перед народом таковыми ни в какой форме не названы.

Лучшие примеры задокументированных преступлений этого разряда лиц:

а. Письменные общие указания руководства Коммунистической партии о терроре. Например, Ульянова (Ленина), как-то: «Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше (1922 год).

б. Цифровые разнарядки на расстрелы, подписанные членами Политбюро.

в. Расстрельные поимённые списки (на конкретных граждан), также завизированные под грифами секретности руководством Коммунистической партии.

2) Не дана юридическая оценка исполнителей коммунистического террора. Статья 18 Закона о реабилитации устанавливает, что «сведения о лицах, признанных в установленном порядке виновными в фальсификации дел, применении незаконных методов расследования, преступлениях против правосудия, периодически публикуются органами печати». Уточняется, что это за лица: «виновные в преступлениях против правосудия работники органов ВЧК, ГПУ-ОГПУ, УНКВД-НКВД, МГБ, прокуратуры, судьи, члены комиссий, „особых совещаний“, „двоек“, „троек“, работники других органов, осуществлявших судебные полномочия, лица, участвовавшие в расследовании и рассмотрении дел о политических репрессиях». Под «установленным порядком» понимается осуждение сегодня по действующим УК и УПК.

Очевидно, что просто лишь в силу истечения времени после соответствующих преступлений за 22 года действия закона эта норма, возможно, ни разу не была применена. Закон же должен устанавливать процедуру, в рамках которой и после смерти организатора или исполнителя террора против советского народа, его действиям будет дана надлежащая правовая оценка. Это может быть сделано и вне современных УК и УПК.

Недопустима ситуация, когда миллионы граждан получили решение государства о том, что они реабилитированы, что их осудили незаконно в то время, как в этих беззакониях как будто бы никто не виноват. Можно ли гражданина признавать жертвой террора («репрессий»), авторы которого оставили свои подписи под решениями о злодеянии, если официально нет виновного в этом? При том что нет никаких препятствий в установлении всей цепочки организаторов террора: от «заказчиков» — руководителей Коммунистической партии до исполнителей — работников репрессивных органов. Все эти лица оставили под своими действиями собственноручные подписи. Их фамилии — в архивных уголовных делах, в решениях Политбюро, уже частично сегодня рассекреченных.

При этом в силу истечения сроков привлечения к уголовной ответственности и в связи со смертью большинства виновных речь идёт не столько о малореальной уголовной ответственности авторов и исполнителей коммунистического террора, сколько о признании их моральной, исторической, политической ответственности за коммунистический террор («политические репрессии»).

Иллюстрация по работе исполнителей террора.

Из протокола партсобрания по восстановлению в партии исполнителей коммунистического террора в НКВД, 1939 год:

Марченко: […]Смирнов издевался над арестованными (бил, липовал протоколы) […] Апеллировать тем, что Вас суд оправдал, это неверно. Сколько по вашим липовым протоколам осуждено и расстреляно. Вы до конца не прочувствовали, и в кандидаты партии восстанавливать не время.

Смирнов: Я производил аресты, не зная, за что человек арестовывался. Брал показания от людей и не знал, что он враг или не враг. Сидишь и твердишь: ты враг, шпион, давай показания — так меня учили работать. Работал я вслепую. Протоколы составлялись липовые на ряд осуждённых. Прошу оставить меня в партии"[1]

3) Законодательство не регулирует важную часть коммунистического террора — доносительство, поощрявшееся советским режимом. Как верно заметил Сергей Довлатов: «Мы без конца ругаем товарища Сталина и, разумеется, за дело. Но всё же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов?» К тому же, и в тот период, и сегодня действия многих доносчиков подпадают под статью «Заведомо ложный донос» (ст. 95 УК 1926 года, ст. 306 УК). Современные спецслужбы и (в некоторой степени и госархивы) как зеницу ока сегодня скрывают данные о советских доносчиках. Тем самым политическое и заведомо ложное доносительство косвенно поощряется в сегодняшних условиях. Данному злу должна быть дана отрицательная правовая оценка ради неповторения эпохи массовых ложных и корыстных доносов граждан друг на друга. Лица, по чьим доносам осуществлялись политические репрессии, должны быть приравнены в нравственном смысле к исполнителям коммунистического террора.

Не должны относится к государственной и личной тайне и должны быть опубликованы имена лиц, по чьим ложным доносам были осуждены советские граждане, позднее реабилитированные. Это же относится к необходимости открыть, наконец, сами тексты доносов (вне зависимости от их формы: заявления, служебная докладная, протокол допроса и пр.)

4) Не дана правовая оценка слежке коммунистической партии и подчинённых ей спецслужб по политическим мотивам за гражданами, преследование которых не было завершено обвинительным приговором по тем или иным причинам.

Сегодня раскрыт неполный, но значительный объём документов о тайной слежке за советскими гражданами со стороны коммунистической власти исключительно на предмет отслеживания их взглядов по общественным и политическим вопросам. В ряде случаев такая слежка завершалась уголовным делом и осуждением. Последние лица подпадают под Закон о реабилитации. Однако без всяких оснований нет законодательной оценки массовой слежке за сотнями тысяч граждан, дела которых до приговора не дошли. Тем не менее, без всяких на то оснований в рамках этой слежки против советских граждан использовались:

· Агентура советских спецслужб.

· Технические средства, в т. ч. для прослушивания разговоров.

· Перлюстрация (чтение их личной корреспонденции).

Таким образом нарушались общепризнанные и гарантированные даже советским законами тайна переписки, тайна личной жизни, неприкосновенность жилища и пр. Более того, из архивных документов следует, что по результатам такой слежки многие граждане увольнялись с работы либо не продвигались по службе. Некоторые из-за таких преследований кончали жизнь самоубийством, то есть, по сути идёт речь о составе преступления под названием «Доведение до самоубийства» (ст. 141 УК РСФСР 1926 года, ст. 110 УК РФ).

Из только частично рассекреченных документов по данному аспекту можно увидеть, что в архивах отложились десятки тысяч т.н. «политдонесений», «политсводок», «информаций» и т. п., в которых фигурируют результаты подслушивания советских граждан со стороны коммунистической партии и спецслужб. Неотчуждаемые права и свободы этих граждан также были нарушены этим элементом коммунистического террора, что должно быть признано современным государством, если Россия не хочет нести моральную ответственность за преступления большевизма.

Иллюстрации к слежке за советскими гражданами.

«На 1 ГЭС 2.11. с.г. рабочий Фомин говоря о предстоящем праздновании среди рабочих заявил: „Проходит Сессия Верховного Совета, где депутаты хвастливо заявляют о счастливой и зажиточной жизни СССР. На само же деле, рабочие стоят в очередях. Подходит праздник, а в продаже ничего нет. На демонстрацию я не пойду“ (Фомин взят под наблюдение)»

«На Заводе № 190 конструктор Зубков в разговоре с нашим агентом по вопросу предстоящей демонстрации 30.10 с.г. заявил так: „Я не ходил и не собираюсь идти на демонстрацию, тем более в этом году. Настоишься в очереди, так не захочешь топать“ (… Зубков активно разрабатывается)»[2]

«Бригада дежурных электромонтёров Завода им. Карла Маркса [Ленинград], обсуждая решение правительства [от 26.6. 1940], высказали следующее:

Электромонтёр Пучков: «Наступило новое крепостное право, хуже чем при помещиках, раньше бывало работник раз в год мог уйти от барина в „Юрьев день“, а теперь попробуй уйти с завода — в тюрьму посадят только за то, что не хочешь работать там, где ему не нравится. Ввели принудительный труд. Наши правители ещё не то придумают».

Электромонтёр Дикин: «С каждым годом жизнь становится всё хуже и труднее. Дни отдыха сокращены до минимума, а рабочий день стал таким же, каким был 10−15 лет тому назад»…

(Все перечисленные лица по заводу им. К. Маркса по учётам не проходят. Проводится проверка их. Ведётся следствие и при подтверждении будут арестованы или взяты в разработку)"[3]

Поликарпов — преподаватель Ленинститута инженеров Сигнализации и связи НКПС: «На приглашение идти на митинг, посвящённый обращению ВЦСПС, … ответил: «…это молебен, и бесполезно присутствовать там, где не можешь высказывать своего настоящего мнения и где должен голосовать за то, с чем не согласен» (Поликарпов разрабатывается по агентурному делу. Документируем его антисоветские высказывания) [4].

«Сапожник артели им Красина Иорик Ф., выражая недовольство Указом, выказался так: „Советская власть не как диктатура пролетариата, а как власть кучки грабителей, использующих её только в своих целях. При советской власти можно было жить только во времена НЭПа, а в настоящее время рабочим и крестьянам живётся хуже, чем при Екатерине Второй. При Екатерине Второй помещики меняли крестьян на собак, а сейчас советские директора продают рабочих друг другу, пьянствуя в ресторанах“ (Иорик берётся в агентурную разработку)»[5].

5) Массовая незаконная проверка коммунистическим режимом в СССР переписки граждан. В частично рассекреченных архивных фондах массово представлены данные о незаконном просмотре советскими спецслужбами корреспонденции советских граждан. Делалось это не только в отношении конкретных лиц, находившихся под наблюдением спецслужб, но и путём случайной выборки корреспонденции, а в части международной переписки — путём сплошной проверки. Таким образом, письмо любого советского гражданина могло быть прочтено НКВД-КГБ и пр. В некоторых случаях письма изымались (до 50%)[6]. По незаконно просмотренным письмам советские спецслужбы делали информационные сводки в адрес руководства партии. Частично эти данные выложены сегодня в архивах.

Лица, чья переписка была незаконно прочтена спецслужбами и партийными органами, — также жертвы большевицкого террора, важным элементом которого был всеобщий контроль за населением. Данные о таких незаконных перлюстрациях должны быть выложены в открытой базе данных в интернете. Изъятые письма (если сохранились) должны, наконец, дойти до адресатов.

Иллюстрации к незаконной проверке переписки советских граждан.

Из перехваченных НКВД писем с данными о хлебном голоде, 1937 год. Цитаты направленные в Обком ВКП (б).

Письма в Ленинград: «Бологовский район, п/о Хотилицы. «Хлеба нет и достать негде, даже килограмма. У нас за хлебом так ходят — даже друг друга по морде бьют и ногами топчут. У нас сейчас очень плохо» (Л-д, Лесной пр. … Кудрову…)

Окуловский район, ст. Боровенка ОЖД Назаров… «У нас сейчас с хлебом хуже, чем в 18 году, какая жуть, очереди становятся с 5 часов утра и давят людей, в Окуловке задавили двоих насмерть… Береги хлеб, каждую корочку, может, покушаешь» (Л-д, ул. Воинова… Назаровой …).

Г. Боровичи. «С хлебом что-то кошмарное делается… Я не могу купить, т.к. нужно простоять несколько часов… Недавно задавили ребёнка у матери на руках»[7]

Письма из Ленинграда: «Л-д, Ул. Домбая…, Куклин… «Теперь скажу несколько слов о жизни Ленинграда: кто получает небольшую зарплату, тому жить трудно, потому что продукты питания дорогие… Крупа отсутствует, потому что приезжают из сельских местностей и разбирают»

Подписи и адреса отправителя нет: «У нас в Ленинграде никакой крупы нет, крупа пропала, очень дорого прокормиться» (в Моск. обл, на ст. Санково)

От Петровых: «Как дело с хлебом? У нас здесь тоже крупы никакой нет, макарон и лапши тоже нет никакой дешёвой, дела не блестящие» (в Ярославскую область, Буносовский СС, д. Ершово)"[8]

По проверке партдокументов: «Почему не взяли Гогу? Да, хотя дядя и рабочий, а настроения у него антисоветские, но избирательных прав не лишён. Для меня это очень важно, ведь я работаю в таких органах, что сказать, что они лишены, мне необходимо, иначе будут плохие последствия. Очень жаль, что Гогу не взяли. Он никудышный человек. В таких случаях, единственный выход — порвать с родителями. Это идеология партии. Я всё ещё работаю в Райкоме по проверке парт документов. Вера»[9].

6) Статья 3 Закона «О реабилитации» относит к ведению этого закона жертв уголовных и административных преследований по политическим мотивам со стороны советской власти. Ни слова не сказано о менее жёстких, но не менее несправедливых и незаконных формах коммунистического террора, таких, например, как УВОЛЬНЕНИЕ, непринятие на учёбу, на работу:

· в связи с политическими или религиозными убеждениями;

· по факту определённого социального происхождения, как-то: родственник дворянина, предпринимателя, «кулака», священника, царского офицера и пр.

Лица, в отношении которых рассекречиваются сегодня чёткие данные, что они были уволены или понижены в должности по политическим, религиозным причинам, по факту социального происхождения, также должны признаваться жертвами коммунистического террора. Документы о такого рода преследованиях должны публиковаться.

Иллюстрации к коммунистическому террору в области трудовых отношений.

«На увольнение из рядов РКВМФ Трахтенберга Георгия Иосифовича был представлен следующий материал. Трахтенберг родился во Франции. Отец его служил при императорском дворе чиновником особых поручений при канцелярии Императрицы Марии Фёдоровны. Жена из дворян, дочь штабс-капитана. Брат Трахтенберга — инженер, в 1937 году в гор. Ленинграде арестован органами НКВД за вредительство по судостроению. Сам Трахтенберг в 1931 году, будучи нач. штаба бригады эсминцев Балтморя, арестован был и осуждён Коллегией НКВД. Во ВМКУ имени Фрунзе прибыл на преподавательскую работу в 1933 года, командирован УМС. С 1934 года работает начальником Программно-методического отдела. Учитывая, что Трахтенберг не является большим специалистом и замена его не представляет трудностей, а поэтому по политическим соображениям необходимо Трахтенберга из рядов РККА уволить»[10].

1940 год. Начальник Отдела политпропаганды военно-морских учебных заведений ленинградского гарнизона: «Кандидаты набора 1940 года характеризуются высокими морально-психологическими качествами. Однако вследствие тщательного отбора ряд кандидатов не были приняты в училища по политическим мотивам… Военно-медицинской академией отчислено 49 кандидатов, из них: за связь с заграницей — 19, репрессированы родственники — 18 и по социальному происхождению (дети дворян, царских чиновников, попов, кулаков) — 12»[11].

7) Не дана оценка бесчеловечности некоторых советских законодательных актов, нацеленных на притеснение советского народа со стороны коммунистического режима, например:

· Печально известному «Закону о трёх колосках» (1932 год), в соответствии с которым от 10 лет до смертной казни могли получит расхитители госсобственности. Автор Закона Джугашвили (Сталин) прямо писал в записке, инициировавшей этот закон, что фактически здесь речь не о воровстве, а о «контрреволюционном» преступлении. В самом законе люди, покушающиеся на общественную собственность, названы «врагами народа». Явная несоразмерность возможных преступлений и наказаний — есть также элемент коммунистического террора с целью устрашения советского народа. Закон был отменён лишь в 1959 году. Значительная часть осуждённых по указанному закону сегодня в принципе не может быть сочтена преступниками на основании малозначительности совершённого деяния (п. 2 ст. 14 УК РФ).

· Указом от 26 июня 1940 года была введена уголовная ответственность за опоздания на работу и прогулы. Закон отменён лишь 1956 году. Сотни тысяч советских граждан были названы уголовными преступниками сугубо по причинам из области трудовых отношений. Многие получили реальные тюремные сроки за опоздания и т. п.

Учитывая, что Закон о реабилитации узко толкует понятие репрессий — описанные притеснения со стороны советского государства в его сферу не подпадают. Необходимо расширить сферу действия закона: ввести более широкое понятие жертв коммунистического террора. К последним отнести пострадавших в т. ч. от описанных драконовских законов, нацеленных на устрашение и закабаление советских граждан.

Иллюстрации к коммунистическому террору в области исполнения Указа от 26.6. 1940 г.

Признания Ленинградской прокуратуры о перегибах при исполнении этого Указа: «…Мы имеем целый ряд фактов, когда дети, по существу, подростки, учащиеся в школах, но ушедшие летом на некоторый заработок и к началу занятий не вышедшие на работу, осуждены… Есть случаи, когда старики 73 лет осуждены и посажены в тюрьму за то, что они явились с опозданием на работу после отпуска, мы должны их судить, но зачем сажать их в тюрьму… По Октябрьскому району… например, Долмакова опоздала на работу из отпуска, она пояснила, что была в деревне и не достала билет, ей дали 2 месяца тюремного заключения… Я уже не говорю о том, что по ряду дел женщин с грудными детьми неправильно осуждали к тюремному заключению…» [12].

8) Не дана правовая оценка продолжающейся в 21 веке советской государственной пропаганде, способствовавшей коммунистическому террору:

а. Пропаганде терроризма и террористов.

 б. Пропаганде организаторов и исполнителей коммунистического террора.

Наиболее распространённые формы этой пропаганды — увековечивание имён террористов и организаторов коммунистического террора в названиях улиц и населённых пунктов, а также сохранение памятников этим лицам в публичных местах, помимо музеев.

Как форму террористической деятельности закон рассматривает «пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности» (ст. 5 ФЗ «О противодействии терроризму»). Более того, «публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании», является уголовным преступлением (ст. 205.2 УК РФ). Несмотря на приведённые нормы, пропаганда террористов в названиях продолжается.

Таким образом, есть необходимость устранить и этот законодательный пробел: прямым указанием закона прекратить восхваление терроризма и политических репрессий в названиях и памятниках. Соответствующие названия должны быть изменены. В случае если советским названием было уничтожено историческое, последнее, по общему правилу, должно восстанавливаться. Памятники палачам обязательно должны быть сохранены, но в специально предназначенных для таких целей местах — в музеях. Эти вопросы без всяких затруднений могут быть отражены в Законе о реабилитации.

Иллюстрации к пропаганде организаторов и вдохновителей коммунистического террора

Лицо Количество топонимов Подписей на расстрельных списках На сколько людей расстрельный список Примечания
Халтурин 171 Погибли 11 ветеранов русско-турецкой войны при покушении на Царя Освободителя
Желябов 77 3 покушения на царя, в т. ч. последнее успешное
Перовская 41 Итоговое покушение на царя, 1881 г.
Каляев 40 16 кг бомба в Кремле. Убит московский губернатор.
Бела Кун 6 Красный террор в Крыму, в т. ч. убийства через утопление людей в связках — «гидра контрреволюции»
Войков 184 Цареубийство
Ленин 10 136 См. доклад проф. В.М. Лаврова и пр.
Ульяновы 422 Семья В. Ульянова (Ленина), включая его брата, неудавшегося цареубийцу
Молотов 8 373 3 569 Политические убийства по спискам
Калинин 3358 Политические убийства по спискам
Каганович 2 189 19 110 Политические убийства по спискам
Ворошилов 777 186 18 474 Политические убийства по спискам
Микоян 30 22.9.37. Ежов Сталину: «Тов. Микоян просит … разрешить дополнительно расстрелять 700 человек. Предлагаю расстрелять дополнительно 1500 человек, а всего с ранее утверждённой цифрой — 2000 человек. Сталин «ЗА».
Сталин 27 361 41 391 Политические убийства по спискам. Улица в т. ч. в Беслане.

21.10. 37 — Резолюция на просьбе Кировского обкома о доп. расстреле 300 человек: «…Увеличить по первой категории не на 300, а на 500 человек …»

9) Не дана юридическая оценка террористическим и экстремистским высказываниям и работам организаторов коммунистического террора. Лучший пример — ряд работ В. Ульянова (Ленина), цитаты из которых собраны проф. В.М. Лавровым (Институт российской истории РАН).

Закон «О противодействии экстремизму» указывает, что к этой не допускаемой законом деятельности относятся в частности: «возбуждение социальной… религиозной розни; пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, …религиозной …принадлежности или отношения к религии; нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, …религиозной …принадлежности или отношения к религии». Под данные определения прямо подпадает ряд цитат руководства коммунистической партии, начиная с Ульянова (Ленина).

Однако МВД и Генпрокуратура игнорируют заявления о даче правовой оценки этим и иным высказываниям большевиков, несмотря на то, что даже менее кровожадные высказывания Гитлера и других нацистов того же периода признаны экстремистскими.

Данная юридическая неопределённость также может быть разрешена новыми правовыми нормами. Действующая редакция ФЗ «О противодействии экстремизму» подразумевает изъятие экстремистской литературы из общественного доступа. Следует либо устранить из закона это правило, либо предусмотреть, чтобы наоборот современники знали о нравах и преступлениях экстремистов, в т. ч. тех, кто организовывал коммунистический террор, необходимо, чтобы эта литература была общедоступна, но включена в особый перечень литературы, пропагандирующей террор. Госбиблиотеки должны выдавать такие книги с обязательным письменным предупреждением читателя о характере её содержания. Аналогичные предупреждения должны делаться при новых публикациях тех же работ.

Иллюстрации к экстремистским высказываниям В. Ульянова (Ленина)

· «Я с ужасом, ей-богу с ужасом, вижу, что о бомбах говорят больше полгода и ни одной не сделали!.. Пусть каждый отряд сам учится хотя бы на избиении городовых… Подыскивание удобно расположенных квартир для уличной битвы (удобных для борьбы сверху, для складов бомб или камней и т. д. или кислот для обливания полицейских… Убийство шпионов, полицейских, жандармов, взрывы полицейских участков, освобождение арестованных, отнятие правительственных денежных средств… Отряды революционной армии должны… выступать и вооружённой силой, избивая черносотенцев, убивая их, взрывая их штаб-квартиры и т. д. и т. д.» (1905 г).

· «Война не на жизнь, а на смерть богатым и прихлебателям, буржуазным интеллигентам… с ними надо расправляться, при малейшем нарушении… В одном месте посадят в тюрьму… В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, жёлтыми билетами… В четвёртом — расстреляют на месте…» (1917)

· «…советую назначать своих начальников и расстреливать заговорщиков и колеблющихся, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты» (1918).

· «Под видом „зелёных“ (мы потом на них и свалим) пройдём на 10 — 20 вёрст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премии 100 000 руб. за повешенного» (1920).

10) Преодоление последствий советской цензуры. Базовым условием существования коммунистического террора была государственная цензура — ограничение свободного распространения информации под страхом уголовной ответственности, особенно любой даже потенциально критической информации по отношению к коммунистическому режиму. Например, имена тысяч авторов были недоступны для советского читателя. Более 90% сведений о ЧП были засекречены. Так, и массовый коммунистический террор стал возможным в России в т. ч. благодаря тому, что данные о нём были либо засекречены, либо намеренно искажены.

Характерно, что как только цензура в конце 1980-ых пала (в связи с объявленной политикой гласности), так неминуемо и логично разрушился сам коммунистический режим. Преодоление последствий и память о советской цензуре — также неотъемлемая часть устранения последствий коммунистического террора. Тем не менее, об этом аспекте законодательство умалчивает. Необходимо:

а. Принять решение о создании Открытой базы данных по всем лицам, подвергшихся преследованиям коммунистического режима с выкладкой сканированных копий документов по этим вопросам. За аналог этой базы данных взять ОБД «Мемориал» (http://www.obd-memorial.ru) и ОБД «Подвиг народа» (http://www.podvignaroda.ru/), находящиеся в ведении Минобороны.

б. Принять решение о создании и публикации, в т. ч. в Интернете, Свода засекреченных в советской России ЧП. Это будет соответствовать ныне действующему ФЗ «О чрезвычайных ситуациях… «, прямо запрещающему скрывать информацию о таких событиях. Также использовать в этой базе сканированные копии рассекреченных документов о советских ЧП.

в. Создать Свод запрещённой в СССР литературы и изъятий цензуры из публикаций в СМИ. Выложить его в Интернете. Сами книги и другую литературу, которая была запрещена в СССР, (в т. ч которая находилась в спецхранах библиотек), необходимо отметить в таком качестве. Цель — чтобы каждый берущий в руки запрещённую в СССР книгу знал её непростую судьбу, но, главное, трагическую судьбу советских граждан, ограниченных в свободном получении информации. Технически информирование о закрытом доступе к ранее изданной литературе может быть решено через вклейки на форзацы соответствующей литературы или специальные штампы в печатную продукцию.

Иллюстрации к советской цензуре

Из одной из советских инструкций по цензуре: «Запрещается показывать в открытой печати, радиовещании, на выставках и в открытых выступлениях нижеследующие сведения по ВМФ:…

§ 22. Авария с человеческими жертвами и аварии, понижающие боеспособность корабля; выход из строя турбины, сжигание котла, течь в трубках котла и т. п. Примечание: В печати могут быть показы мелкие аварии: Выход из строя донки, турбовентилятора, нагрев подшипника.

§ 32. Факты коллективного нарушения дисциплины (невыполнение приказаний, подача заявлений, отказ от пищи), случаи дезертирства, симуляции, членовредительство, факты группового разложения (воровство, мародёрство)…

§ 35 Всякие сведения о чрезвычайных происшествиях: убийствах и ранениях военнослужащих, самоубийствах и покушениях на них, катастрофах, массовых заболеваниях и отравлениях пищей, массовых обмораживаниях, о ненормальных взаимоотношениях частей с населением, и о массовых выражениях недовольства краснофлотцев, начсостава и их семей…

§ 37. Сведения о вражеской деятельности в РККА и ВМФ, вредительстве, его формах и методах, арестах за контрреволюционную деятельность, изложение антисоветских высказываний. Примечание: Об отдельных единичных случаях нарушения дисциплины разрешается писать в многотиражках, не допуская обобщений состояния дисциплины с разрешения военкома, начальника политотдела" [13].

«Плакат -афиша к 1 мая. Изд. Госнардома. Причина: Расположение красок, ассоциирующее с царским трёхцветным флагом. Задержана как политически вредная вещь» [14]

«Журнал вопросы педиатрии, педологии и охраны материнства и детства», том 8, № 2… Статья Антонова «Рахит за полярным кругом». Мотивы задержания: статья показывает неблагоприятное состояние здоровья детей в гор. Кировске (рахит у 90% детей). Статья задержана" [15].

«Изъять из библиотек общественного пользования и книготорговой сети портреты, а также все произведения: 1. Попкова П.С. 2. Кузнецова А.А. Порядок изъятия и руководство по изъятию установлено §§ 151−174 „Инструкции цензору“» [16]

III. Ликвидация законодательных пробелов в области преодоления последствий коммунистического террора.

Описанные пробелы правового регулирования последствий коммунистического террора находятся на стыке следующих законов:

1) Закона 1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий». Среди прочего, Закон о реабилитации в преамбуле утверждает, что его целью является в том числе «устранение ИНЫХ последствий произвола». К сожалению, фактически эти вопросы законом не урегулированы.

2) Федерального закона от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»,

3) Федерального закона от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

Как изложено, последние 2 закона прямо запрещают не только террористическую и экстремистскую деятельность, но и любую их пропаганду, призывают к устранению условий, способствующих появлению соответствующего общественного зла. К сожалению, фактически правоохранительные органы игнорируют тот факт, что в работах, неотменённых решениях и действиях организаторов репрессий порой содержатся все признаки террористической и экстремистской деятельности, что должно находить соответствующую правовую оценку.

Отдельно важно подчеркнуть, что предложения о правовой оценке лиц, виновных в организации коммунистического террора во всех различных описанных его проявлениях, не касаются их УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ оценки. Это не предмет регулирования УК и УПК. По истечении времени по смерти большинства виновников этого государственного террора против советского народа, речь может идти именно о правовой моральной, правовой политической оценке их деяний. Основой для не уголовно-правовой оценки их действий будет статья 52 Конституции России: «Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причинённого ущерба». Способом компенсации является возмещение морального ущерба в форме официального и публичного указания на лиц, причастных к коммунистическому террору.

Исторической аналогией правовой (но не уголовно-правовой), оценки лицам, виновным в преступлениях против народа, будет общепризнанное и используемое в Германии и во всём мире осуждение, например, Гитлера и Геббельса, несмотря на то, что приговор Нюрнбергского трибунала их не рассматривал как обвиняемых (в связи со смертью).

В связи с изложенным предлагается устранить описанные выше правовые пробелы, внеся необходимые дополнения в Закон «О реабилитации жертв политических репрессий». Фактически идёт речь о ПРИВЕДЕНИИ ЗАКОНА О РЕАБИЛИТАЦИИ В СООТВЕТСТВИИ С ПОЗДНЕЕ ВЫШЕДШИМИ ЗАКОНАМИ О БОРЬБЕ С ЭКСТРЕМИЗМОМ И ТЕРРОРИЗМОМ.

Концепция изменений Закон о реабилитации:

1) Расширить понятие «жертвы политических репрессий» (жертв коммунистического террора), понимая под ними также объекты слежки советских спецслужб; лиц, пострадавших в области трудовых отношений по политическим причинам; пострадавших от указанных антигуманных советских законов и т. п.

2) Предусмотреть право прокуратуры, в том числе по заявлению пострадавших и их наследников, обращаться в суд с целью признания:

· тех или иных лиц «организаторами или исполнителями коммунистического террора (массовых репрессий)».

· тех или иных лиц, чьи имена пропагандируются в названиях и памятниках, причастными к террористической деятельности.

· тех или иных работ содержащими в себе обоснование и призывы к коммунистическому террору.

Предусмотреть, что положительное решение суда по указанным вопросам влечёт невозможность пропаганды соответствующих лиц в названиях и памятниках, а в части литературы коммунистического террора — влечёт необходимость предупреждения её читателей о характере этой литературы. Предоставить гражданам право обжалования в суд отказов прокуратуры в обжаловании указанных явлений.

3) Предусмотреть для дополнительно вводимой градации пострадавших от коммунистического режима граждан (пострадавшие в трудовых отношениях, объекты слежки и пр.) лишь формы моральной компенсации причинённого им ущерба в виде:

· Публикации архивных сведений об их преследовании.

· Признания судом тех или иных лиц, причастными к коммунистическому террору («политическим репрессиям») в части этих граждан.

4) Предусмотреть в Законе описанные меры по ликвидации последствий советской цензуры как опоре коммунистического террора:

· База данных по реабилитированным жертвам террора со сканированными копиями документов.

· База данных по советским гражданам, подвергавшимся слежке по политическим мотивам.

· База данных незаконно изъятой и просмотренной партийными и репрессивными органами переписки советских граждан.

· База данных со Сводом засекреченных ЧП.

· База данных со Сводом изъятий советской цензуры.

· Маркировка запрещённых в СССР печатных материалов.

В качестве общих замечаний по теме отметим следующее.

Историческое примирение внутри российского народа (примирение людей между собой и со своей непростой историей) не может возникнуть на основе замалчивания истории, ограничения доступа к архивным документам и на основе устранения от честной нравственной и политической оценки происшедшего.

История Отечества не должна быть исключительно героической и прекрасной — она должна быть правдивой. Нельзя забывать пушкинское: «Тьмы низких истин мне дороже нас возвышающий обман». Допускают большую ошибку те руководители современной России, те сограждане, которые невольно берут на себя грехи советского режима, в результате чего пытаются скрыть его недостатки, приписать ему чужие достоинства или дать лукавые оценки. Следует помнить, что власть, политический режим страны, с одной стороны, и сама страна, народ, с другой, — это не одно и тоже. Порой доблестям народа соответствуют преступления власти. Большевицкий период истории России — лучший пример, когда эти две реалии были максимально разделены друг от друга. Чем раньше это в полной мере найдёт отражение в российских законах, тем быстрее современная Россия избавится от гири большевизма на своих ногах.


[1] Из Протокола № 22 заседания бюро парткома ОО НКВД КБФ от 11.8. 1939: РГА ВМФ, фонд р-34, опись 18, дело 3, листы 83−89.

[2] Источник: Спецсводка № 1 о ходе подготовки к празднованию 22 годовщины ВОСР по Ленинграду и области и о настроении населения в связи с празднованием по состоянию на 3.11. 39 (ЦГАИПД СПб, ф. 24, оп. 2 В, дело 3571, листы 17−26).

[3] Источник: Спецсообщение НКВД по Ленинграду на имя Жданова от 29.6. 1940 (ЦГАИПД СПб, ф. 24, оп. 2 В, дело 4306, листы 122−132).

[4] Источник: Спецсообщение НКВД по Ленинграду на имя Жданова от 3.7. 1940 «О настроениях населения г. ЛГД в связи с Указом Президиума ВС от 26 июня 1940 г. о 8-часовом рабочем дне и 7—дневной рабочей неделе и постановлением СНК СССР о повышении норм выработки и снижении расценок» (ЦГАИПД СПб, ф. 24, оп. 2 В, дело 4306, листы 139−144).

[5] Источник: Спецсообщение НКВД по Ленинграду на имя Жданова от 9.7. 940 «О настроениях населения г ЛГД в связи с Указом Президиума ВС от 26 июня 1940 г. о 8-часовом рабочем дне и 7—дневной рабочей неделе и постановлением СНК СССР о повышении норм выработки и снижении расценок» (ЦГАИПД СПб, ф. 24, оп. 2 В, дело 4306, листы 211−222).

[6] Смыкалин А.С. Перлюстрация корреспонденции и почтовая военная цензура в России и СССР. СПб. 2008. С. 205.

[7] ЦГАИПД СПб, ф. 24, оп. 2 В, д. 2491, л.130.

[8] ЦГАИПД СПб, ф. 24, оп. 2 В, д. 2487, лл.136 и об.

[9] Сообщение НКВД в Ленинградский Обком № 581 218 от 31.10.1935: ЦГАИПД СПб, фонд 24, опись 2 В, дело 1198, листы 126−128.

[10] Из совсекретной докладной Политотдела ВМУ им. Фрунзе (Ленинград) начальнику 5 отдела Управления ВМУЗ РКВМФ от 15.1.1940: РГА ВМФ, фонд р-322, опись 10, дело 10, листы 3−4.

[11] Из Доклада в Главное управление Полит пропаганды ВМФ СССР «О подготовке и проведении набора в ВМУЗы Ленинградского гарнизона в 1940 году» от 27.11. 40: РГА ВМФ, фонд р-875, опись 1, дело 55, листы 126−137.

[12] Из Стенограммы совещания прокуроров от 5.9. 1940: ЦГА СПБ, ф. 8975, оп. 6, д. 3, лл.217−236.

[13] Из секретной Инструкции по сохранению военной тайны в многотиражных изданиях соединений, частей и кораблей ВМФ (в мирное время). Утв. Зам НК ВМФ 2.2. 1940: РГА ВМФ, ф. р-1358, ф. 3, д. 3.л. 127−133.

[14] Из Сводки о задержаниях и конфискациях по Леноблгорлиту за время с 20 по 30 апреля 1936: ЦГАИПД СПБ, ф. 24, оп. 2 В, д. 1624, лл. 5−13.

[15] Из Сводки о задержаниях и конфискациях по Леноблгорлиту за время с 10 по 20 июня 1936: ЦГАИПД СПБ, ф. 24, оп. 2 В, д. 1624, лл. 114−119.

[16] Приказ Главлита от 01.12.1949 № 95 (исх.№ 4411с) (ГАРФ, ф. Р-9425, оп. 1, д. 732, л.124).


http://www.vozvr.ru/tabid/248/ArticleId/2125/preodolen-li-kommunisticheskiy-terror-probely-zakonodatel-stva.aspx

http://rusk.ru/st.php?idar=60061

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru