Русская линия
Русский дом Роман Илющенко22.03.2013 

Забытый опыт

Напомним, в июле 2012 года на плацу Наро-Фоминской танковой бригады (бывшей Кантемировской дивизии) произошла массовая драка между солдатами, призванными из Дагестана, и русскими.

Пересол по-ленински

Долгое время главной концепцией воспитания военнослужащих в Советской армии считался интернационализм в трактовке классиков марксизма-ленинизма. Согласно ленинской концепции, интернационализм означал всяческую поддержку многочисленных национальных меньшинств. Это в принципе неплохо, когда делается добровольно, соразмерно силам народа и здравому смыслу. Но всё дело в том, что, по плану ленинских идеологов, русские были просто обязаны, не считаясь ни с чем, «помогать» другим «братским народам» любой ценой, отрабатывая, в буквальном смысле, некий долг.

Государствообразующий русский народ «должен, — диктовал секретарше прикованный к койке полупарализованный Ильич в декабре 1922 года, — возместить своими уступками по отношению к инородцу то недоверие, ту подозрительность, те обиды, которые в историческом прошлом нанесены ему правительством „великодержавной“ нации». Поэтому, считал вождь мирового пролетариата: «лучше пересолить в сторону уступчивости и мягкости к национальным меньшинствам, чем недосолить». Эта антирусская, предательская, по сути, теория последовательно воплощалась и проводилась в жизнь.

Чтобы вытравить в народе «великодержавный шовинизм», Ленин и компания приложили немало усилий. Интернационализм — это антипод национализма. Поэтому в тот период высмеивалось и подвергалось оплёвыванию всё глубинно и истинно национальное, русское: традиции, песни, костюм, имена (тогда на свет Божий появлялись Трактора, Октябрины, Марксы, Вилены, Марлены). Между поколениями намеренно вбивался клин, в «новом обществе» поощрялись отказы детей от отцов — «врагов народа» или доносительство на родителей — пример Павлика Морозова. Были изменены даже привычные алфавит и календарь. Особо изощрённо «работали» ленинцы с душой народа — православной верой и её хранительницей — Церковью. Обрушившись на неё всей государственной машиной репрессий, дискредитируя и просто физически устраняя её архиереев и священнослужителей, подрывая веру в Бога, богоборцы активно вводили в ослабевшее, потерявшее опору тело народа яд интернационализма. Именно он теперь должен, по мнению безбожного руководства, вдохновлять народ на дальнейшие подвиги по строительству светлого будущего, где государствообразующему народу изначально отводилось незавидное место.

Уроки русского

После краха коммунизма и распада Союза воспитательная работа в Российской армии декларировалась в том же тезисе: Россия — многонациональное государство равноправных народов, что подразумевало крепить дружбу между ними.

Это зомбирование без переваривания и осознания смысла трескучих фраз продолжало приносить свои плоды. Никому из вчерашних политруков-комиссаров-замполитов не пришло в голову озадачиться вопросом: а каким, собственно, образом нужно дружить народам России? По-прежнему раздавать долги или продолжить играть роль старшего мудрого брата? Может, правильнее было бы говорить о дружбе между конкретными людьми — представителями различных национальностей и их семьями? Это действительно имело место на практике в жизни сотен тысяч людей, населявших необъятную Россию, на протяжении всей её многовековой и славной истории.

Практически всё это время Россия проверялась на прочность различными бедами и невзгодами, нашествиями и кровопролитными войнами, но выстояла и побеждала без лозунгов — призывов и подсказок коммунистов: «крепить дружбу между народами». Это был естественный, саморегулируемый процесс, в основе которого лежало национальное самосознание, идентичное народу в конкретный исторический период времени.

В отличие от русских народы Кавказа сумели в большей степени сохранить свои обычаи, традиции, язык, веру. Очевидно, что «романтические» коммунистические идеалы были чужды малым народам, и навязанную им «дружбу народов» они тоже трактовали весьма своеобразно. Царское правительство, прекрасно изучившее в ходе многолетней войны эти народы, проводило в отношении их куда более гибкую национальную политику, максимально учитывающую кавказский менталитет: без ленинских заигрываний и «пересаливаний», но при этом «держало дистанцию», не позволяя им сесть себе на шею.

Приведу один показательный исторический пример. Армянин на русской службе подполковник Иван Лазарев в период правления Николая Первого получил назначение в Дагестане. Прибыв в одно из кумыкских ханств, где квартировал его полк, он послал в лучших традициях придворного этикета доложить о себе местному князьку и получил приглашение. Войдя в дом правителя, офицер застал того за кальяном и был встречен лишь небрежным кивком головы. Тогда Лазарев, не говоря ни слова, схватил за шиворот сидевшего и, оторвав его от земли, многозначительно сказал ему примерно следующее: «Ты здесь хотя и хан, а я моему государю подполковник, и ты — его подданный. Так принимай меня так, как подобает рангу, возложенному на меня и моим, и твоим повелителем». И надменный князёк в тот же миг обратился в любезнейшего хозяина на всё время пребывания Лазарева со своим полком в его владениях.

Пора менять «доктора»

Почему же теперь потомки тех бравых служак-джигитов не хотят нормально служить, постоянно качают права и при удобном случае стараются унизить потомков тех самых русских — покорителей Кавказа. Напрашивается самый простой вариант ответа.

Установленные при царях, традиционные некогда отношения утрачены, а ленинские, интернациональные перестали работать. Русские не хотят больше быть ни великой нацией, ни «старшими братьями» и потому утратили в глазах кавказцев право быть безусловными лидерами, потеряв свой, поколениями зарабатываемый авторитет.

Вот как чётко и ясно обозначил проблему епископ Саратовский и Вольский Лонгин: «Наш народ добровольно отказался от необходимости нести то, что Р. Киплинг назвал „бременем белого человека“: от обязанностей сохранять, возделывать и нести другим народам просвещение, культуру, прогресс».

Пару лет назад мне удалось пообщаться с председателем Комитета солдатских матерей Дагестана. Приятная женщина долго убеждала меня, как хотят служить в армии молодые ребята и какую они проводят необходимую работу, чтобы дагестанские парни честно отслужили Родине и вернулись домой в срок. У меня нет оснований не доверять ей. В том, что на службу в армию здесь существует настоящий отбор, я убедился и сам.

Очевидно, что служить дагестанские парни хотят, но с определённым условием — быть лидерами, добиваться себе особых условий и преимуществ. Это-то и становится их главной мотивацией службы. А быть лидерами их приучают с детства, с пелёнок — таков кавказский менталитет, не искоренённый никаким воинствующим интернационализмом. Не последнюю роль, очевидно, играет и сама общественно-политическая обстановка в регионе, которую сложно назвать спокойной. Психология молодых людей не может быть абстрагирована от проблем, решать которые всё чаще приходится с помощью автоматов, а опознавание «свой — чужой» всё чаще сводится к принципу «дагестанец — русский».

Что же ещё можно сделать? Кое-что министерство обороны уже предприняло, перестав второй год подряд призывать в свои ряды уроженцев Северного Кавказа. На мой взгляд, эта авантюрная комбинация выглядит неудачной. Решать вопрос таким известным страусиным способом: нет кавказцев — нет проблем — значит лишь отсрочить то, что неминуемо должно произойти. «Плохие» или «хорошие» ребята из Дагестана остаются полноценными гражданами России, на коих в полной мере распространяются все конституционные обязанности.

Очевидно, что проблема возникает не с мотивированными на службу кавказцами, а с нашими размотивированными на неё парнями, не готовыми дать отпор сплочённым «чужакам». Вопрос надлежит ставить таким образом: нужны ли стране, армии такие защитники, которые не готовы постоять за себя?

Любому взрослому человеку ясно, что события в «кантемировке» лишь отразили то, что происходит в стране, где до сих пор нет внятной национальной политики, и любимым рецептом лечения «прогрессирующей болезни» является всё тот же интернационализм. Упрямая статистика свидетельствует — за последние 11 лет произошло уже 44 столкновения на межнациональной почве. Увы, русский народ, несмотря на свой многократный численный перевес — 77,6% (ближайшие к нему татары — 3,7%, а из народов Дагестана больше всего аварцев — 0,64%), продолжает оставаться не полноправным хозяином в собственном доме, а в лучшем случае кредитоспособным постояльцем. Не следует ли из этого, что пора менять доктора, прописавшего стране явно не то лекарство?

Быть русскими!

Антиподом интернационализма является национализм. Долгое время это слово в нашей стране было почти таким же ругательным, как «фашизм». Между тем русскими националистами по мировоззрениям были один из самых популярных правителей император Александр III; любимец армии «белый генерал» М.Д.Скобелев; философ И.А.Ильин, чей прах перенесён в Россию и похоронен с воинскими почестями в некрополе Даниловского монастыря; совесть русского народа — писатель Ф.М.Достоевский; учёный с мировым именем Д.И.Менделеев; патриот и подвижник митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев) и многие другие видные государственные, религиозные, общественные и военные деятели. Националист в отличие от шовиниста — человек, который больше всего любит свой народ, не умаляя при этом достоинства других.

Отталкивают массы от этой по-настоящему патриотической идеи, дискредитируют её не только ортодоксальные марксисты-космополиты, но и различные деструктивные, антигосударственные группировки, трактующие идею государственного национализма в неприемлемом для России узком, шовинистическом ключе. Как писал один из умеренных русских националистов депутат Госдумы от блока «Родина» (2003 г.), доктор политических наук А. Савельев: «Можно ли превратить Россию в государство, которое будет „чисто русским“ в этническом смысле? Или в государство, где русским будет предложен особый статус, а всем остальным гражданам — приниженный? На эти вопросы определённый ответ: нет!.. Для русских в России достаточно соблюсти равенство прав граждан перед законом, а традиционное русское лидерство и консервативные установки во власти предопределят возвращение к изначальному и извечному состоянию — русскому характеру России. Злобные мечты о репрессиях против инородцев по принципу „крови“ вредны для русского человека. Они убивают в нём русскую сущность».

Безкровных путей вернуть русскому народу должное место и роль в образованном им государстве немного: один из них — возрождение национального самосознания через восприятие русскости как исторической, культурной, этнической, религиозной данности. Начинать эту работу можно, не дожидаясь законодательных телодвижений в виде принятия конкретных законопроектов, а уже сегодня: с самих с себя, со своей семьи. Для этого надо только задуматься — а что такое быть русским?

По моему мнению, это значит начать думать и жить по-русски — читать нашу классическую литературу; приобщаться к национальной культуре, традициям, быту, истории, вере предков; проводить выходные и отпуска в поездках по местам боевой славы, историческим, культурным и духовным центрам Родины; искать и изучать свои корни, родословную. Всё это способствует восстановлению на генном уровне исторической памяти и утраченных качеств народа — основателя, строителя и хранителя государства.

Воспитанные в таком ключе русские ребята, пришедшие служить в Российскую армию, будут чувствовать себя достойными представителями государствообразующего народа, способными постоять за себя. Тогда не пустым звуком станет для них и суворовский клич: «Сам погибай, а товарища выручай».

http://www.russdom.ru/node/5785


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru