Русская линия
Русская линия Дмитрий Соколов19.03.2013 

Возрождение Русской армии: прерванный взлет
Рецензия на кн.: Гагкуев Р.Г. «Белое движение на Юге России. Военное строительство, источники комплектования, социальный состав. 1917−1920 гг.» М.: «Содружество „Посев“», 2012.

Подобно противостоянию СССР и нацистской Германии, сталинским социально-экономическим преобразованиям и массовым репрессиям 1930-х гг., события Гражданской войны в России 1917−1922 гг. до настоящего времени остаются в российской историографии одной из наиболее востребованных тем.

Дискуссии о причинах, последствиях, а также конкретных виновниках трагедии Русской смуты с поразительной регулярностью возникают не только в специальных научных изданиях, но и на многочисленных интернет-сайтах и форумах, становятся темой теле- и радиопередач.

Обложка книги *Белое движение на Юге России*Тем не менее, некоторые важные аспекты упомянутой темы на сегодняшний день не были изучены должным образом. Выпущенная московским издательством «Содружество „Посев“» монография кандидата исторических наук, координатора проекта «Белые воины» Руслана Григорьевича Гагкуева «Белое движение на Юге России. Военное строительство, источники комплектования, социальный состав. 1917−1920 гг.» как раз и является удачной попыткой комплексного освещения одной из таких малоизученных тем.

Указывая на то, что вопросы военного противостояния и военного строительства белых и красных при изучении истории «красной смуты» долгое время «находились на положении второстепенных тем», автор исследования справедливо называет их наряду с «ключевыми для исхода Гражданской войны в России вопросами социальной, экономической и внешней политики», одними из приоритетных.

«Достижение победы в войне силовым путём — заключает Р.Г.Гагкуев, — вынуждало всех участников Гражданской войны уделять большое внимание осуществлению военного строительства (системе военных, политических, экономических, социальных и идеологических мероприятий, направленных на создание и повышение военной мощи). Успех в реализации построения вооружённых сил, наряду с решением широкого спектра вопросов внутренней и внешней политики, в итоге предрешил исход Гражданской войны в России».

Специфика построения вооружённых сил противоборствующими сторонами конфликта, изменение численности и качественный состав формирований красных и белых хорошо видны при рассмотрении источников комплектования и социального состава обеих воюющих армий. Это позволяет не только осветить во всей многогранности трагедию «Русской смуты», но и понять закономерность её результатов.

При этом, как явствует из названия монографии, основное внимание в ней уделено именно вопросам военного строительства в Белом движении.

Структурно работа состоит из введения, трёх частей (каждая из которых разбита на несколько глав), заключения, библиографии, приложений (представленных как данными аналитического и статистического характера, так и архивными документами). При написании книги автором использовалось большое количество разных источников: материалы фондов Российского государственного военного архива (РГВА) и Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Национальной библиотеки федеральных архивов (НБФА), мемуары, статьи и исследования.

Хронологические рамки исследования охватывают ход Гражданской войны на Юге России, период с ноября-декабря 1917 г. по октябрь-ноябрь 1920 г. — от зарождения добровольчества и организационного становления Белого движения в указанном регионе — до последних боёв Русской армии генерала П.Н.Врангеля в Крыму и её эвакуации за пределы страны.

Географические рамки работы ограничены ходом Гражданской войны на Юге России и распространением контроля белых сил на территории Северного Кавказа, Украины, Крыма, Южной и Центральной России.

Процессы зарождения и развития Белого движения в регионе, проблемы комплектования белых армий рассмотрены автором всесторонне и полно. Пройдя за короткое время большой эволюционный путь формирования Белых из крайне малочисленных, по сути своей, партизанских отрядов, превратились в единые вооружённые силы, ставившие задачу свержения власти большевиков и победу в Гражданской войне.

На каждом этапе конфликта военное строительство в Белом движении имело свои специфические особенности.

Так, если в конце 1917-первые месяцы 1918 г. силы российской контрреволюции в регионе (Добровольческая армия, донской и кубанский казачьи отряды) имели ограниченный социальный состав и комплектовались исключительно добровольцами, то уже весной-летом 1918 г. вместо стихийных и неорганизованных пополнений белым командованием стали проводиться мобилизации. Переход к строительству вооружённых сил на регулярной основе позволил расширить поначалу весьма узкие социальные рамки Белого движения, привлекая в его ряды, помимо офицеров, казаков и учащейся молодёжи, крестьян и рабочих.

Однако до самого завершения активных боевых действий на Юге России осенью 1920 г. добровольцы оставались одним из главных источников комплектования белых армий. Другим важным источником пополнения были мобилизованные и пленные красноармейцы. Как отмечает автор, соотношение указанных категорий в рядах белых «сильно менялось вместе с подходами к военному строительству и существовавшими для его реализации возможностями».

Касаясь вопроса о принципиальной новизне монографии, следует, в частности, выделить один из её разделов, в котором освещается деятельность центров вербовки Добровольческой армии, организованных на неподконтрольной белым территории (в основном — Украины). В нём автором впервые всесторонне рассмотрены особенности функционирования вербовочных центров, источники их финансирования, структура и персональный состав. Существенное внимание уделено непростым взаимоотношениям вербовщиков с германскими и украинскими властями.

Если в июне и первой половине июля 1918 г. оккупировавшие Украину австро-германские войска не только не чинили препятствий отъезду добровольцев на Дон, но даже оказывали содействие в отправке эшелонов, то после заключения в августе 1918 г. нового соглашения между Германией и Советской Россией агитация и вербовка в Добровольческую армию стала подвергаться преследованию. Ввиду чего и центры, и вербовщики отдельных воинских частей на подконтрольной немцам территории вынуждены были перейти на нелегальное положение.

В этих условиях центрам нередко приходилось действовать под вывеской различного рода союзов и обществ, получавших право сбора средств для своей работы и открывавших расчётные счета.

Показательна в этой связи деятельность Харьковского центра. Его начальник, полковник Б.А. Штейфон, зарегистрировал Союз Георгиевских кавалеров, имевший собственное помещение в бывшем Офицерском собрании и свой счёт в банке, на который периодически поступали средства от Союза горнопромышленников Юга России.

Важно отметить, что функционирование центров в условиях германской оккупации не ограничивалось вербовкой добровольцев и их переброской на территорию, подконтрольную белым. В задачи центров также входило занятие разведкой и контрразведкой. Помимо этого, по приказу командования или «в случае военных действий немцев против Добровольческой армии или Волжского фронта» вербовочные центры должны были приступить к партизанским действиям и диверсиям против «немецких оккупантов».

По мере изменения внутренней и внешней политической ситуации менялись и основные направления деятельности вербовочных центров. Если летом-осенью 1918 г. их главной задачей была вербовка добровольцев для армии и сбор информации о положении на местах, то к концу года приоритетными задачами стали сбор средств для армии, а также проведение мобилизаций.

Не менее обстоятельно Р.Г. Гагкуевым рассмотрен вопрос об изменении отношения белых к пленным красноармейцам. Если во время Первого Кубанского («Ледяного») похода противоборствующие стороны, как правило, не брали пленных, и ещё реже ставили их в строй, то уже к лету 1918 г. восполнение боевых потерь и увеличение численности вооружённых сил за счёт военнопленных одинаково стали практиковать и белые, и их противники. Вместе с тем, данный источник комплектования нельзя было отнести к числу самых надёжных. Не желая воевать вообще, поставленные в строй пленные нередко дезертировали и в дальнейшем пытались всячески уклоняться от новых мобилизаций.

В числе других вопросов, подробно рассмотренных в монографии, следует выделить взаимоотношения добровольческого и донского командования; особенности проводимых белогвардейцами мобилизационных мероприятий; создание, комплектование и состав «цветных» полков Добровольческой армии; борьбу с дезертирством и разложением.

Отнюдь не являя собой монолитную силу, Белое движение на Юге России переходило к военному строительству после обретения государственной территории. Для каждого из течений белого лагеря этот процесс имел свои специфические особенности. Так, если на Дону успешное формирование регулярных антибольшевистских отрядов происходило под флагом «регионализма», и началось уже весной 1918 г., то Добровольческая армия, с самого возникновения Белого движения на Юге России, позиционировавшая себя как общероссийская сила, но долго не имевшая «своей» территории, до самого конца 1918 г. не могла проводить мобилизации в масштабе, отвечающем поставленным перед ней серьёзным задачам.

В целом, отмечает автор, к началу 1919 г. на Юге России «наметился постепенный переход от „добровольчества“ как основного способа военного строительства и комплектования Добровольческой армии к попытке строительства белых вооружённых сил на регулярной основе, что было связано с постановкой перед созданными в конце 1918 г. ВСЮР (Вооружённых сил Юга России — Д.С.) общероссийских задач. В 1919 г. они ставили себе целью уже не борьбу за выживание и создание плацдарма для будущего наступления, а решение глобальной задачи борьбы с большевистской властью, претендуя на роль крупнейшего антибольшевистского центра».

Особенности военного строительства белых армий на Юге России напрямую отражались на их социальном составе. К концу 1918 г. он был в большей степени «разночинским». В дальнейшем эта тенденция продолжала всё более прогрессировать.

Как следствие, в 1919 г. добровольчество перестаёт быть главным источником комплектования ВСЮР, уступив место мобилизации, но, вместе с тем, продолжая давать «наиболее устойчивый в моральном отношении кадр».

В процессе переходя к регулярности большое значение сыграло воссоздание системы запасных частей, ставших одним из основных источников пополнения действующей армии. Но в силу ряда причин в 1919 г. белому командованию так и не удалось в полной мере перейти к военному строительству на регулярной основе.

По мнению автора, «одной из наиболее важных причин неудач военного строительства белых вооружённых сил стало несовершенство мобилизационного аппарата. Во многих губерниях, находившихся под белой властью, полноценная мобилизационная система так и не была создана. Одна из главных причин этого — узкие временные рамки, в которых многие из губерний находились под властью белых. <…>

Создать в сжатые сроки, при острой нехватке квалифицированных кадров, дееспособный мобилизационный аппарат было чрезвычайно сложно".

Неудачи белых в военном строительстве, их неспособность организовать должным образом работу мобилизационного аппарата, привели к тому, что при наличии большого количества опытных офицеров ВСЮР оставались, по сути, «полудобровольческой-полурегулярной армией», в то время как Красная армия всё более приобретала черты регулярной.

И только после серии поражений, понесённых от красных в конце 1919-первые месяцы 1920 г., и отступления остатков белых войск в Крым новым главнокомандующим ВСЮР, генералом П.Н. Врангелем, сменившим на этом посту А.И.Деникина, был осуществлён комплекс мер по реорганизации и повышению боеспособности армии. При этом проведённая военная реформа дала лишь частичный успех, и не смогла ликвидировать такие негативные явления как обилие тыловых учреждений и штабов, во много раз превышавших по численности действующую армию, и процветавшие на подконтрольной белым территории произвол и коррупцию.

Вместе с тем, нельзя не согласиться с утверждением автора, что «последний год Белой борьбы показал возможность создания боеспособной армии на основе даже ограниченных людских ресурсов, при учёте допущенных в предшествующие годы просчётов».

Информативность, строгий, но, в то же время, доступный стиль изложения, объективность и историзм, делают работу Р.Г.Гагкуева знаковым научным исследованием, которое не только всесторонне раскрывает один из малоизвестных аспектов российской истории в XX столетии, но и разрушает один из сохранившихся до настоящего времени штампов советского агитпропа о якобы «сословном», «буржуазно-помещичьем», «классовом» составе белых армий.

В действительности антибольшевистскому сопротивлению на Юге России подобное было присуще лишь крайне непродолжительный срок. В дальнейшем социальный состав формирований белых становился всё более пёстрым, пополняясь представителями практически всех сословий России.

Как и другие направления политической деятельности, военное строительство белых являлось пусть неудачной, но всё же изначально не лишённой шансов на успех попыткой возрождения российской государственности в условиях Гражданской войны.

Впервые опубликовано: «Посев», № 2 (1625), февраль 2013. — с.40−43

http://rusk.ru/st.php?idar=59958

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru