Русская линия
Столетие.Ru Валерий Панов22.02.2013 

«Заплачет Царь — заплачет Россия»
В московском музее «Дом Иконы и Живописи имени С.П. Рябушинского» проходит выставка, посвященная 400-летию династии Романовых

Стенд алого цвета с надписью «Романовы. Падение династии» почти перекрывает вход в зал, экспозиция которого посвящена истории царственного Дома. Войти в этот зал можно только через тесный проём между стеной и стендом. При этом не без опасения задеть как бы прибитую к стенду стальными гвоздями икону «Святые Царственные Страстотерпцы». И словно издалёка доносится тихий перезвон церковных колоколов. И нас сразу окутывает атмосфера величественной скорби…

Со мной так уже было. Впервые в далеком детстве. В Свердловске. Тогда мы с моим дедом вышли на прогулку. Шли-шли и вдруг остановились. Дед показал на другую сторону улицы и негромко произнес: «Вон тот дом видишь?» Конечно, видел: светло-салатового цвета крыша, белые стены, высокое крылечко, тонкая резьба по каменная фасаду, — красиво! Но красота казалась какой-то тяжелой, давящей, мрачной. Стало не по себе, а тут еще дед сказал: «В этом доме царя убили». Какого царя? «Нашего, русского, православного! Пошли…»

А я не мог сдвинуться с места. Только по сказкам ведь и знал, что в некотором царстве да в некотором государстве жил-был царь. Но тех царей никогда не убивали…

Дед мой, Федор Александрович, между прочим, прессу советскую игнорировал, читал только Библию, тяжеленный фолиант в серебряном окладе. Был оскорблен теорией Дарвина и всегда предлагал его сторонникам привести хоть один пример, когда обезьяна превратилась в человека. Посмеивался над моим пионерским галстуком, но восхищался первым в мире «русским спутником» и «первым в мире русским офицером в космосе». В начале 90-х годов минувшего века деда на этом свете уже не было. На место, где когда-то стоял «расстрельный» дом Ипатьева, в тот мой приезд в Екатеринбург пошли вместе с двоюродным братом. Дом был разрушен еще в семидесятых годах, и мы увидели перекошенный деревянный забор, сквозь дыры в котором чернели каменные обломки. Сердце защемило, как и много лет тому назад. Но теперь я уже понимал, отчего: здесь в 1918 году была убита царская семья.

В прошлом году ночью 17 июля около 40 тыс. паломников направились от «дома Ипатьева» к урочищу Ганина яма, где были уничтожены огнем и серной кислотой тела Царственных Страстотерпцев и их верных слуг. Там ныне находится Царский монастырь. На месте Ипатьевского дома возвышается величественный Храм-Памятник на Крови, освященный в 2003 году в честь Всех Святых, в Земле Российской Просиявших.

Дата изуверского убийства была выбрана явно не случайно: в этот день Русская православная церковь чтит память святого благоверного князя Андрея Боголюбского, который своей мученической кровью освятил единодержавие Руси. В своем послании участникам освящения храма Патриарх Московский и всея Руси Алексий II отмечал: «…важно, чтобы с этого места, где пролилась кровь Святых Царственных Страстотерпцев, где предпринята была попытка разрушения России, началось на веки вечные возрождение славных многополезных традиций, когда и предержащие власти, и рядовые граждане стремятся каждодневно сверять дела свои с заповедями Божиими, рассматривать себя как продолжателей деяний многих и многих поколений своих предков, строить Отечество таким, чтобы соответствовать идеалу Святой Руси».

18 апреля 2010 года, в 10-ю годовщину прославления Царской Семьи в лике святых, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл освятил в Храме-на-Крови нижний придел в честь Новомучеников и Исповедников Российских.

На выставке представлены связанные с историей последнего русского царя две иконы-хоругви «Богоматерь Казанская» и «Благоверный князь Александр Невский» из Феодоровского государева собора в Царском Селе.

Собор этот был возведен в 1909—1912 годах на личные средства государя и его семьи к торжествам, посвященным 300-летию дома Романовых. Как сказала ставшая нашим экскурсоводом сотрудник музея, кандидат искусствоведения Наталья Мерзлютина, «у нас все здесь подлинники. Это выставка подлинников».

После революциииконы-хоругви вывезли за границу. Немногим более двух лет тому назад основатель «Дома Иконы» Игорь Возяков выкупил их из частной коллекции в Германии, после чего на два дня повез в Екатеринбург. Найденные святыни уникальны: перед ними молились Николай II и вся его семья накануне страшного дня — 1 августа 1917 г., когда Романовых под арестом увезли на казнь в Екатеринбург. Сегодня эти иконы занимают одно из центральных мест в экспозиции музея. Как-то в своем интервью И. Возяков сказал: «Мой принцип — коллекция должна формироваться из шедевров… Вся моя коллекция целиком ушла в музей. Для меня не имеет смысла оставлять отдельно от музейного собрания какую-то часть моей коллекции… Министерство юстиции выдало нам свидетельство о регистрации „Частное учреждение культуры — музей Дом Иконы“. Частное и некоммерческое учреждение. Мы гордимся званием музея, и музеем являемся».

Наталья Мерзлютина обратила наше внимание на икону «Богоматерь Августовская». Это первая явленная в XX веке икона. Накануне тяжелого сражения с немцами под польским городом Августов русским войскам предстала в небе Богоматерь. Имеющим большое численное и тактическое преимущество немцам не удалось одержать победу. «В 1916 году Священный Синод принял эту икону».

Здесь же и икона «Богоматерь Державная"… Но вначале небольшое отступление.

…Нет подлинного манифеста императора Николая II об отречении от престола. Есть только некая телеграмма, озаглавленная «Начальнику штаба», с карандашной подписью «Николай» в самом конце листа. Эта бумага никогда не была обнародована государем, никогда не была заверена правительствующим Сенатом, как того требовали законы Российской империи. Но именно таким образом государь был свергнут с прародительского престола. Большей трагедии за свою 1000-летнюю историю Русь не переживала. По поводу этих событий государь сделал в дневнике запись, которая заканчивалась такими словами: «Кругом измена, трусость и обман». Государыня, узнав об отречении, сказала: «Это Воля Божия. Бог допустил это для спасения России».

Народ лишился того, кто обладал преемственной благодатью творить Русское Право. И именно в тот роковой день в селе Коломенское под Москвой произошло чудесное явление иконы Божией Матери, названной «Державная». Царица Небесная изображена на ней в царской порфире, с короной на голове, со Скипетром и Державою в руках. А над нею — Бог Саваоф. Пречистая приняла на Себя бремя царской власти над народом России. Начался крестный путь царской семьи на российскую Голгофу. «Все в Воле Божией, — говорил государь в трудные минуты жизни, — уповаю на Его милосердие и спокойно, покорно смотрю в будущее».

Молчанием встретила Россия весть об аресте 21 марта 1917 года Временным правительством царя и царицы. После отречения государя обер-прокурор Святейшего Синода обратился с просьбой к Синоду разослать воззвание к народу — поддержать Православную монархию. Синод ответил отказом.

Назначенная Временным правительством следственная комиссия изводила царя и царицу обысками и допросами, но не нашла ни единого факта, обличающего их в государственной измене. На вопрос одного из членов комиссии, почему еще не опубликована их переписка, ему ответили: «Если мы ее опубликуем, то народ будет поклоняться им, как святым».

Вполне естественно, что на выставке представлены и личные вещи, произведения искусства, архивные документы членов императорской семьи, приближенных к ним людей. Почти два года заняла подготовка к выставке. Коллекция самого «Дома Иконы», по мнению специалистов, является одной из самых крупных и разнообразных среди других частных и церковных иконных собраний нашего времени. Кроме того, «Дому Иконы» передали для выставки экспонаты более 40 российских коллекционеров. В выставке также принимают участие и государственные музеи, такие, какмузей-усадьба Кусково, музей-усадьба Останкино, музей игрушки в Сергиевом Посаде, и Собрание русских икон при поддержке фонда Святого и Всехвального апостола Андрея Первозванного. «Дом Иконы» полностью перестроил свои выставочные залы — почти 1000 квадратных метров. Декорации созданы с использованием новейших музейных, театральных и визуальных технологий, отсюда и все звуко- и видеоэффекты, скажем, «небесный» колокольный звон и меняющиеся на стенах зала фотографии с сюжетами из жизни императора и его семьи.

- Для нас было важно показать то, что еще никто не видел. Есть, скажем, несколько маленьких портретов основных представителей династии Романовых, например, Екатерина Первая, Елизавета Петровна, Павел Первый, Екатерина Великая, Александр Первый, Александр Второй, Александр Третий, — сказала Наталья Мерзлютина. — Вот прекрасный портрет Елизаветы Петровны, прижизненный. В родной, как говорят специалисты, раме. Мы не знаем автора, но, скорее всего, это Луи Токке. Середина XVIII века. Портрет только что был приобретен одним коллекционером. В Америке…

«А вот прижизненные портреты императора и императрицы кисти придворного художника Александра Маковского. Снова в России эти портреты оказались недавно: до конца 2011 года они находились в Швеции, в доме фрейлины Великой княгини Ольги. Они из коллекции Надежды Губиной и Андрея Сичова. Одна из фрейлин, Евгения, приближенная к княгине Ольге, вырезала холсты из рам, вынесла их из Зимнего дворца и вывезла из России. Такая же история с наволочкой, на которой монограмма Марии Федоровны, и с ее драгоценностями, которые были вынесены в этой же наволочке. Коллекционер из России выкупил эти раритеты», — рассказывала Наталья Алексеевна.

- Я очень волновалась, как буду преподносить эту информацию, потому что ни один царь не вызывал таких и столько разных мнений. Так сложно не относились ни к кому. Сегодня была экскурсия. Дети девяти лет. Один ребенок прямо-таки не давал мне рта раскрыть, он все повторял: да какой он святой? — сокрушалась она.

Факт, согласитесь, удивительный, а для меня так просто убийственный: мне ведь было не больше, чем тому мальчишке, который отрицал святость нашего последнего императора, но именно с такого возраста я узнал о Помазаннике Божием… как известно, в современной России Царственные Страстотерпцы были прославлены в лике святых Архиерейским Собором Православной Церкви под председательством Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II еще в 2000 году. Ныне их имена открывают сонм Собора новомучеников и исповедников российских. На фундаменте этого прославления идет всенародное прозрение. Государю Николаю Александровичу Романову постепенно возвращается доброе имя, однако процесс этот не быстрый и трудный.

За минувшие почти сто лет российского лихолетья на светлое имя русского царя и его семьи вылилось много лжи. И сегодня идет активное противодействие правде о нем. Меня всегда поражало, когда в советские времена сравнивали все свои достижения с показателями царской России 1913 года. С чего бы это, тем более, что статистические данные за тот период для большинства людей были закрыты? Но сегодня есть и возможность, и необходимость тоже провести некоторые параллели.

Начну с такого примера. Известный французский экономист, политический обозреватель и редактор журнала «Экономист Европы» Эдмон Тери в 1913 году сделал такой долгосрочный прогноз экономического развития России и Европы до 1950 г.: «Если дела европейских наций будут с 1912 по 1950 год идти так же, как они шли с 1900 по 1912, то Россия к середине текущего века будет господствовать над Европой как в политическом, так и в экономическом, и финансовом отношении». Прямо скажем: Европе, да и Америке тоже, действительно было от чего сокрушаться.

В 1894 году, в начале царствования императора Николая II, в России насчитывалось 122 млн. жителей. 20 лет спустя, накануне Первой Мировой войны, народонаселение империи насчитывало 182 млн., то есть выросло на 60 млн., увеличиваясь ежегодно, в среднем, на 2 400 000 человек.

Такая вот невыносимо «тяжелая» жизнь была в «стране рабов». Вместе с тем, давно известно, что только в государстве, где народ уверен в своем будущем, население растет. Царствование Николая II — самый динамичный период в росте численности русского народа за всю его историю. И для характеристики волне достаточно было бы одного демографического показателя, но нападки на императора и период его правления не прекращаются. Есть смысл напомнить, что при Николае II империя добилась удивительного экономического роста — в 4,3 раза. Не о процентах речь идет, господа, заметьте.

В царствование императора Николая II необыкновенно высокий уровень был достигнут в народном образовании. Расходы министерства народного просвещения в 1894 году составляли 25,2 млн руб, а в 1914 уже 161,2 млн руб., т. е. в 6,4 раза больше. По закону первоначальное обучение было бесплатное, а с 1908 года оно стало обязательным. После чего ежегодно стало открываться около 10 000 школ, в 1913 г. число их превысило 130 000.

В 1920 году советская власть установила, что 86% молодежи от 12 до 16 лет умели писать и читать. Грамоте, понятно, они были научены при «деспотическом» режиме.

Это уже потом большевики начали бороться с всеобщей безграмотностью, а спустя десятилетия советская школа стала считаться лучшей в мире.

Кстати, по числу женщин, обучавшихся в высших учебных заведениях, Россия занимала в XX в. первое место в Европе, если не во всем мире. И в то время как в «демократиях», особенно в США и в Англии, плата за обучение в высших учебных заведениях составляла от 750 до 1250 долл. в год, в царской России студенты ежегодно платили от 50 до 150 руб., что составляло тогда 25 — 75 долл. Неимущие студенты часто освобождались от какой-либо платы.

За 1885−1913 гг. промышленная продукция выросла в пять раз, превысив темпы промышленного роста наиболее развитых стран мира. Была построена Великая Сибирская магистраль, кроме того, ежегодно строилось 2 тыс. км железных дорог. Народный доход России, по самым преуменьшенным расчетам, вырос с 8 млрд руб. в 1894 году до 22−24 млрд. в 1914-м (почти в три раза). Среднедушевой доход русских людей удвоился. Особенно высокими темпами росли доходы рабочих в промышленности. За четверть века они увеличились не менее чем в три раза. По тому времени императорское социальное законодательство было самым прогрессивным в мире. 27-й президент Соединенных Штатов Уильям Тафт за два года до Первой мировой войны в присутствии нескольких русских высокопоставленных лиц даже заявил: «Ваш император создал такое совершенное рабочее законодательство, каким ни одно демократическое государство похвастаться не может».

Основой государственной политики Николая II стало продолжение политики его отца: «Придать России больше внутреннего единства путем утверждения русских элементов страны».

Уже в самом начале царствования Николая II начался процесс исцеления «глубоких духовных ран». Митрополит Иоанн (Снычев) писал: «Николай II, как никто другой из его венценосных предшественников, понимал жизненную необходимость восстановления соборного единства русской жизни. Хорошо зная историю, он прекрасно понимал, что ни дворянство, ни чиновничество, ни органы земского управления не могут стать опорой Царю в стремлении „смирить всех в любовь“. Сперва должны быть залечены те глубокие духовные раны, которые мешают восстановить былое мировоззренческое единство народа, единство его нравственных и религиозных идеалов, его национального самосознания и чувства долга. Единственной силой, способной на это, была Православная Церковь. И Государь совершенно правильно решил, что сперва должны быть восстановлены соборные начала в церковной жизни, а затем уж, опираясь на ее мощную духовную поддержку, — и в общественно-государственной области».

Личность Николая II играла огромную роль в церковной жизни России, гораздо большую, чем при его царственных предшественниках. Глубокая вера царя, его постоянные паломничества к православным святыням сближали его с русским народом. В царствование Николая II было прославлено больше святых, чем за весь XIX век. По личной инициативе царя был канонизирован преподобный Серафим Саровский. Его канонизация стала началом прославления множества русских святых. Среди них — святитель Иоасаф Белгородский, святая благоверная княгиня Анна Кашинская, священномученик Гермоген, Патриарх Московский и всея Руси, святитель Иоанн Тобольский, преподобная Ефросиния Полоцкая. Одновременно строилось много церквей и монастырей. Количество церквей, например, увеличилось на 10 тыс., составив к 1917 году 57 тыс., а количество монастырей более чем на 250 (к 1917 году их было 1025).

Царь и его семья были примером благочестия и глубокой веры. «Вера в Бога и в свой долг Царского служения, — пишет историк С. С. Ольденбург, — были основой всех взглядов императора Николая II. Он считал, что ответственность за судьбы России лежит на нем, что он отвечает за них перед Престолом Всевышнего». Государь и государыня жертвовали личные средства на строительства храмов, ежедневно посещали церковную службу, соблюдали посты, регулярно приобщались Святых Христовых Таин, благоговейно поклонялись святыням — святым мощам и чудотворным иконам.

Государь был бессребреником. Нуждающимся он щедро помогал из своих собственных средств, не задумываясь о величине просимой суммы. Его доброта никогда не выказывалась наружу и не уменьшалась от бесчисленных разочарований. Четыре миллиона рублей царских денег, которые со времени правления императора Александра II находились в Лондонском банке, Николай Александрович истратил на содержание госпиталей и других благотворительных учреждений. «Он скоро все раздаст, что имеет», — говорил управляющий кабинетом Его Величества, основывая на этом свое желание покинуть занимаемую должность. «Его платья были часто чинены, — вспоминает слуга царя. — Не любил он мотовства и роскоши. Штатские костюмы велись у него с жениховских времен, и он пользовался ими».

Во время Первой мировой войны, без малейших колебаний, император пожертвовал все личное состояние царской семьи, доставшееся в наследство от предков (порядка 200 миллионов рублей), на нужды раненых, инвалидов и их семей, на содержание госпиталей и различных благотворительных учреждений, находившихся под личным покровительством царской четы.

Данный факт так по сей день и не предан широкой огласке, да и сам Николай II всегда чурался какого-либо самовосхваления, будучи человеком деликатнейшим и скромным. Не потому ли многие считали его слабохарактерным? Но вот что писал президент Франции Лубе: «О русском Императоре говорят, что он доступен разным влияниям. Это глубоко неверно. Русский Император сам проводит свои идеи. Он защищает их с постоянством и большой силой».

А государыню называли настоящей подвижницей благотворительности. Будучи безупречной женой и матерью, она особенно сочувствовала горестям других матерей и оказывала им посильную помощь и заботу. Во время голода 1898 года, например, она пожертвовала страдающим восьмую часть годового дохода своей семьи. Во время Первой мировой войны, кстати, старалась как можно больше дворцов приспособить под госпитали. Нередко лично занималась формированием санитарных поездов и складов медикаментов в городах России. Александра Феодоровна и старшие княжны стали сестрами милосердия в Царскосельском госпитале. Весь их день был посвящен раненым.

Ободрял страдающих и царевич Алексей, подолгу разговаривая с воинами. Он любил людей и старался всеми силами помочь им, в особенности тем, кто ему казался несправедливо обиженным. «Когда я буду царем, не будет бедных и несчастных, — говорил Алексей. — Я хочу, чтобы все были счастливы». А государыня работала в операционной.

Очевидцы вспоминают: «Она (императрица. — В.П.) подавала стерильные инструменты хирургу, помогая при самых сложных операциях, принимая из его рук ампутированные руки и ноги, убирая окровавленную и завшивленную одежду».

Делала свою работу с тихим смирением и неутомимостью человека, которому Бог предназначил это служение. Во время тяжелых операций воины нередко умоляли государыню быть около них. Она утешала раненых и молилась вместе с ними.

Время Николая II — это не только период национального подъема, но и время энергичной организации антирусских сил, проникновения их во многие жизненно важные центры России. Речь шла не только о сохранении традиционных форм управления страной, а и о спасении русской национальной культуры, которая, по мнению царя, была в смертельной опасности. События как советских времен, так и нынешней России показали, насколько прав был он.

Потому и к великому царю-реформатору Петру I относился он очень сдержанно. «Это предок, которого менее других люблю за его увлечения западной культурой и попирание всех чисто русских обычаев, — говорил государь. — Нельзя насаждать чужое сразу, без переработки». Царь остро чувствовал свое мистическое единство с Россией, с ее народом и историей, со всем русским. Он боролся с вторжением в повседневный язык иностранных слов. «Русский язык так богат, — говорил он, — что позволяет во всех случаях заменять иностранные выражения русскими. Ни одно слово не славянского происхождения не должно было бы уродовать нашего языка».

Либеральная интеллигенция и знать не поняли царя. Не разделяя его идеалов, они не могли и не желали поддержать и его государственные замыслы. В этом окружении царь оказался в одиночестве, что тоже стало одной из причин революции… Как видно из его дневников и переписки, все это причиняло ему страшные страдания. Твердая убежденность хранить основы и традиции России в сочетании с чувством глубокой ответственности за ее судьбу делали Николая II подвижником идеи, за которую он отдал свою жизнь.

Сильная Российская империя вызывала страх и ненависть у мировой закулисы. Поэтому огромные силы и средства были брошены на уничтожение самодержавного Российского государства и его православного царя.

Пока государь возглавлял войска, неприятелю не было отдано ни пяди земли. 12 декабря 1916 года был издан Высочайший манифест о войне до победного конца. Среди целей России упоминалось овладение Проливами и создание «свободной Польши». Все понимали, что близок конец войны, победоносной для России.

Однако были значительные политические силы, которые хотели использовать войну в своих корыстных интересах. Проводимая ими невероятная по своему размаху кампания, направленная на подрыв самодержавия и на очернение императорской семьи, стала приносить свои страшные плоды. Заговорщики спешили с переворотом, так как понимали, что предстоящее успешное наступление русской армии сделает переворот невозможным.

Вот что писал о последних днях царствования Николая II Уинстон Черчилль:"Ни к одной стране судьба не была так жестока, как к России. Ее корабль пошел ко дну, когда гавань была в виду. Она уже претерпела бурю, когда все обрушилось. Все жертвы были уже принесены, вся работа завершена. Отчаяние и измена овладели властью, когда задача была уже выполнена… В марте Царь был на престоле; Российская империя и русская армия держались, фронт был обеспечен, и победа бесспорна".

Государь, как носитель верховной власти православного самодержавного царства, нес священные обязанности вселенского покровителя и защитника Православия — «удерживающего» (2 Фес. 1,7) мир от прихода антихриста, оберегая церковный мир во всем мире. Он встал на защиту гонимых, когда турки вырезали армян, притесняли и угнетали славян, и широко открыл границы России беженцам-христианам. Когда летом 1914 года Австро-Венгрия напала на беззащитную Сербию, царь Николай II ответил на призыв о помощи. Россия защитила братскую страну.

Сербский королевич Александр направил государю послание: «Тяжелейшие времена не могут не скрепить уз глубокой привязанности, которыми Сербия связана со святой славянской Русью, и чувства вечной благодарности Вашему Величеству за помощь и защиту будут свято храниться в сердцах сербов».

Трагедия царской семьи стала и трагедией славянства. Одним из первых, кто выступил за канонизацию царя, был доктор Неманя Павлович, влиятельный сербский общественный деятель.

В 1934 году состоялся Царский вечер в зале «Соколан» Русского Дома в Белграде. Именно на сербской земле появился первый памятник Царю-Страстотерпцу.

Оптинский старец Анатолий произнес пророческие слова: «Судьба Царя — судьба России. Радоваться будет Царь — радоваться будет Россия. Заплачет Царь — заплачет Россия… Не будет Царя — не будет и России"…

Сегодня Наталья Мерзлютина говорит: «Хотя я и историк-искусствовед, но мне вначале сложно было принять, что император и императрица — святые. Но их канонизировала Русская православная церковь, и это уже не обсуждается. То было сложное время, мы очень мало знаем о нем. Пришлось изучать мемуары, документы, воспоминания, читала и Петра Мультатули (правнук убиенного вместе с императором повара. — В.П.) и других исследователей. Для меня сейчас только одно обстоятельство имеет значение: царь — страстотерпец, он не покинул тонущий корабль. И все они приняли мученическую смерть — приняли волю Божию до конца».

Что тут можно возразить? К тому же, благодаря пресс-секретарю музея «Дом Иконы» Екатерине Васиной, мы получили доступ к некоторым историческим материалам. В одном из писем дочери царя Ольги Николаевны увидели такие строки: «Отец просит передать всем тем, кто ему остался предан, и тем, на кого они могут иметь влияние, чтобы они не мстили за него, так как он всех простил и за всех молится, и чтобы не мстили за себя, и чтобы помнили, что-то зло, которое сейчас в мире, будет еще сильней, но что не зло победит зло, а только любовь».

http://www.stoletie.ru/obschestvo/zaplachet_car__zaplachet_rossija424.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru