Русская линия
Православие.Ru Владимир Фролов26.06.2000 

Наркотическая революция — национальная катастрофа

Есть в Новоспасском монастыре в Москве привезенный со святой горы Афон чудотворный образ Божией Матери «Всецарица». Почитается эта икона в народе как избавительница всех прибегающих к ее помощи и заступничеству от страшной беды, перед которой бессильны по большому счету лучшие врачи и ученые — от раковой болезни. Но… «что невозможно человекам, то возможно Богу». В этом может легко убедиться каждый, в том числе и скептически настроенный человек. Подойдите к образу. Вы увидите не один десяток золотых крестиков, перстней, цепочек и т. п. Возможно, не все знают, что это не просто пожертвования. Это пожертвования тех, кто через заступничество Богородицы чудесным образом исцелился от рака! Это свидетельства не «о преданьях старины глубокой», а о чудесах, ниспосланных нам сегодня, сейчас!
А ведь на Руси по милости Божией десятки чудотворных икон. Они сохранились вопреки всем усилиям безбожных властей выжечь огнем, вырубить топорами святыни, извести Православие на Руси. И на каждом из них можно видеть крестики и цепочки эти молчаливые свидетельства дел Божиих.
Кстати, «Всецарица» была привезена в Москву со святой горы Афон совсем недавно — в 1997 году. И в этом тоже виден Промысл Божий, ибо сегодня, как никогда, нужна помощь свыше.
На наших глазах происходит наркотическая революция. О том, что она свершилась, свидетельствуют данные о динамике распространения потребления наркотиков в стране. Вот некоторые весьма красноречивые цифры. В 1975 г. в СССР по данным Минздрава насчитывалось 14,8 тысяч наркоманов. В 1985 — 14,5 тыс. То есть количество страдающих этим страшным недугом в бывшем СССР на протяжении 10 лет оставалось стабильным и относительно небольшим. При этом оговоримся, что адепты нынешней российской «демократии» всякий раз, когда речь заходит об очевидном для всех обвальном росте преступности, эпидемий и других «достижений» проводимых с 1991 года реформ, выдвигают в качестве оправдания утверждение, что раньше, мол, было не лучше — просто советская статистика в угоду властям сильно приукрашивала действительность.
Это не что иное как откровенная ложь. По утверждению далеких от какой-либо политики самих специалистов-наркологов, качество и объективность учета больных наркоманией после 1991 года резко снизилось. Тем не менее, даже официальная статистика дает на 1991 г. 28,3 тыс. наркоманов, то есть — вдвое больше, чем в 1985 году. По оценкам же Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ), в России на тот момент насчитывалось от 390 до 975 тысяч человек, страдающих этим недугом.
Такой рост числа больных уже можно расценивать как лавинообразное распространение наркомании. Но дальше произошло нечто поистине чудовищное! В 1993 году, — согласно материалам социологических исследований, выборочным проверкам комиссиями Минздрава России, данным главных специалистов по наркологии, региональных органов здравоохранения наркотики употребляют более 11 процентов населения, а в Москве до 27,6 процента. 11 процентов населения России — это примерно 16,5 миллионов человек. Иными словами, за два года (с 1991 по 1993) количество наркоманов в стране выросло как минимум в 16,5 раз!
Еще более ужасные цифры приводят торговцы наркотиками. Из собственного опыта они делают вывод о том, что около трети молодых людей в возрасте от шестнадцати до двадцати четырех лет «плотно сидит на героине».
Вывод очевиден и страшен. Мы имеем дело с национальной катастрофой. Наркотик, подобно раковой опухоли, пожирает организм употребляющего его человека; но и сам наркоман также подобен злокачественному образованию по отношению к своей семье. В жертву поработившему его Молоху он приносит не только собственную жизнь, но и жизни своих близких. С учетом этого обстоятельства не будет преувеличением сказать, что над каждым жителем нашей страны нависла реальная угроза стать жертвой наркотической революции. А вырваться из наркотического рабства у человека, севшего на иглу, шансов немногим больше, чем у тех, кто попадал в застенки большевистской ЧК. И убивает наркотик не менее беспощадно и жестоко, чем изувер-чекист.
Тогда, в начале века, силы тьмы и разрушения торжествовали. Есть ли у нас шанс сегодня? Каковы возможности для спасения? Не поздно ли? Даже такие богатые страны, как США, где правительство ведет настоящую войну за здоровье своих сограждан, где на медицинские и социальные нужды и на борьбу с наркобизнесом тратятся ежегодно сотни миллиардов долларов, не могут справиться с этим злом. Что уж тогда говорить про наши возможности!
Сегодня все громче раздаются голоса, всерьез призывающие узаконить оборот наркотиков. И голоса эти принадлежат отнюдь не клиентам психиатрических лечебниц! Тем опаснее греховный сдвиг в сознании общества, что его проповедниками становятся уважаемые многими люди. Скажем, наш главный телеакадемик В. Познер в одной из своих передач, посвященных проблеме наркомании, предложил открыто продавать наркотики в аптеках. Тогда-де подпольные картели лишатся своих сверхприбылей и наркобароны разорятся. Справедливость, таким образом, восторжествует! Разумеется, каждый волен иметь свой взгляд на вещи. И все же кажется очевидным, что главной задачей в борьбе с наркобизнесом является спасение человеческих жизней, а лишь во вторую очередь лишение мафиози их доходов.
Эти пассажи звучат на фоне самого плачевного положения дел по части помощи попавшим в зависимость. На сегодняшний день мы имеем массу объявлений в газетах о гарантированном избавлении от наркотической зависимости самыми разными способами — от медикаментозного лечения до колдовских заклинаний, но не имеем ни одной крупной клиники, лечение в которой давало бы документально подтвержденный и длительный положительный эффект. Практика показывает, что даже в таком относительно обеспеченном разными видами медицинской и психологической помощи городе, как Москва, наркоману, особенно несовершеннолетнему, и его близким часто бывает просто некуда обратиться за помощью.

КУДА ПОЙТИ ЛЕЧИТЬСЯ?
Есть ли у наркомана в нашей дикой действительности хоть какой-то реальный путь к освобождению от наркозависимости?
Газеты и журналы пестрят объявлениями, сулящими гарантированное избавление от наркотической и алкогольной зависимости. Бесконечные «центры» и отдельные «специалисты» ненавязчиво оповещают мир через газеты типа «Экстра-М» о том, что добились 70−80% результата в лечении алкоголиков и наркоманов. Куда там до нас американцам с их жалкими 7%! Да и специалистов отечественного института им. В.М.Бехтерева, видно, давно пора уволить без выходного пособия — у них ведь полностью адаптируются к нормальной жизни «всего» 14,8%алкоголиков! А тут 80%!
Не остаются в стороне от проблемы наркотиков и алкоголизма наши «добрые» колдуны, экстрасенсы и знахари. Эти сердобольные граждане, естественно, не могут пройти мимо народного бедствия и обещают полное выздоровление каждому, кто готов платить деньги за участие в сатанинских экспериментах в роли подопытного кролика. Свою лепту вносят и сектанты. Если одни секты активно распространяют наркотики, то другие — такие как муниты и хаббардисты (сайентологи) — активно занимаются пропагандой «здорового» (в сектантском, разумеется, понимании) образа жизни, финансируют собственные программы помощи наркоманам.
О том, чем заканчивается «лечение» у колдунов и каковы истинные цели сектантской благотворительности, подробно рассказывается в трудах доктора медицинских наук, иеромонаха Анатолия (Берестова), профессора А. Дворкина, диакона Андрея Кураева. Мы же вернемся к посулам «наркологов» и «психотерапевтов». Держитесь крепче за стулья, уважаемые читатели — эти господа почти не врут! И, тем не менее, если, не дай Бог, у вас или у ваших близких возникнут проблемы, которые они берутся решать, не спешите звонить по указанным телефонам. Фокус заключается в том, что в этих объявлениях речь идет, как правило, о прерывании запоев у алкоголиков и преодолении синдрома отмены у наркоманов.
При прекращении приема наркотических средств у зависимого человека начинается абстиненция, или, говоря попросту, ломки. Те, кому довелось пережить это состояние, говорят, что воочию столкнулись с муками ада. Если не принять меры, синдром отмены может привести к смерти. Современные методы детоксикации, использующие новейшие медикаментозные препараты, плазмоферез, гемосорбцию (методы очистки крови), позволяют благополучно преодолеть синдром отмены даже в исключительно тяжелых случаях — это правда. (Отметим попутно, что все эти процедуры требуют дорогостоящего оборудования, обученного персонала и, естественно, доступны далеко не каждому).
А вот дальше у «целителей-чудодеев» начинается лукавство. Ибо вся правда заключается в том, что никакого лечения от зависимости, даже биохимической, не говоря уже о психологической, в этих процедурах нет и быть не может! Наркоман, прошедший такой курс, остался тем же самым наркоманом. Ему просто не позволили избавиться от ломок при помощи наркотика и при этом не дали умереть. Вот и все.
Мало того, процесс детоксикации, без которого просто не обойтись при комплексном лечении зависимости, может сыграть отрицательную роль, если дело ограничится только им. Особенно, если речь идет о молодых людях и тем более подростках, имеющих сравнительно небольшой стаж употребления наркотиков. Они зачастую еще полностью не утратили иллюзию «бессмертия» своего тела. В больнице, с явным улучшением физического состояния и самочувствия, эта иллюзия получает дополнительное подкрепление. И, выйдя оттуда, подросток снова начинает тянуться к «кайфу» в уверенности, что «в случае чего» его «откачают» в больнице.
Детоксикация и преодоление синдрома отмены — это необходимый компонент, обеспечивающий процесс избавления от зависимости. Само же лечение должно быть направлено на устранение первопричины наркомании и алкоголизма — механизма зависимости.
Иными словами, необходимо освобождение личности, возвращение человеку свободы воли. Без этого базового условия разговор об исцелении становится очевидной бессмыслицей.
Между тем, едва ли не самым распространенным шагом в «лечении» (если, конечно, вообще предпринимаются какие-то шаги) в нашей стране стало так называемое кодирование. Уже сам этот термин достаточно красноречив. В нормальном языке он скорее применим не к человеку, а к машине, программу которой кодируют — то есть переводят с языка людей в систему символов, воспринимаемых ее электронными устройствами. А в данном случае в качестве устройств выступает человеческий мозг. Существует огромное число способов кодирования и программирования человека. Но общий принцип у них один: использование болезни личности для устранения симптомов этой болезни — наркомании и алкоголизма. Образно говоря, изгнание дьявола при помощи самого дьявола, что, как уже отмечалось, невозможно.
В чем же суть кодирования? Для человека составляют программу, исключающую прием наркотиков либо выпивку, кодируют ее, преобразуя в систему сигналов, воспринимаемых подсознанием, и вводят лишенному свободы воли человеку. Попросту говоря, хозяин отдает рабу приказ: «Не пей!», «Не колись!». Естественно, ни о каком устранении зависимости не приходится говорить. Наоборот: зависимость — необходимое условие для того, чтобы кодирование действовало!
Не случайно игумен Герман (Чесноков), известный тем, что вот уже много лет в Троице-Сергиевой Лавре отчитывает людей, одержимых бесами, характеризует кодирование как «умышленное, сознательное вселение демона в человека с помощью черной и белой магии, с согласия больного, на определенный срок и под расписку».
Кому-то, возможно, такая точка зрения покажется чересчур категоричной, другие скажут: «Ну и пускай бесы, лишь бы помогло бросить наркотики!». По-человечески это можно понять. Но в том-то и дело, что сделка с дьяволом никогда не может принести ничего хорошего. И дело не только в погибели души. Лукавого потому и назвали лукавым, что он от века обманщик и посулов своих не выполняет. Душу берет, а обещанной платы не дает. А в нашем случае и неспособен дать, даже если бы и пожелал. Из Священного Писания известно, что не может сатана изгонять самого себя. В подтверждение этого можно привести массу примеров.
Что только не происходит с людьми, прошедшими кодирование! Одни, бросив пить, начинают употреблять наркотики. Многие, перестав потреблять зелье, впадают в тяжелое депрессивное состояние, нередко заканчивающееся попыткой самоубийства. Другие, наоборот, становятся крайне агрессивны, терроризируют домашних, совершают преступления, связанные с насилием. Но самым распространенным результатом кодирования можно считать так называемую «оккультную болезнь».
Термин этот ввел о. Анатолий (Берестов), говоря о последствиях лечения у экстрасенсов. Суть оккультной болезни в следующем. После обращения к целителям симптомы, на которые жаловался больной, действительно, довольно часто исчезают. Но спустя какое-то время болезнь возвращается с новой силой, причем очень плохо поддается воздействию традиционных медицинских средств. Это в полной мере относится и к кодированию. Многие нарко- и алкозависимые люди по окончании срока кодирования возвращаются к пагубным пристрастиям, причем становится невозможным убедить их предпринять еще одну попытку спасти свою жизнь. Неслучайно наиболее, так сказать, респектабельные мастера программирования сознания специально оговаривают, что их методики не являются кодированием — они придумывают другие, менее одиозные имена по сути для того же самого метода.

ДОРОГУ ОСИЛИТ ИДУЩИЙ
Люди, сумевшие преодолеть зависимость, рассказывают, что в какой-то момент наркотическая виртуальная реальность вдруг теряет свою изначальную привлекательность, становится серой, безрадостной, иногда угрожающей. Один человек, страдавший алкоголизмом, рассказал, как однажды, во время многодневного запоя, будучи в невменяемом состоянии, он вдруг, как по вмешательству свыше, почувствовал в какой-то момент себя абсолютно трезвым и глазами трезвого человека увидел свою запущенную, обшарпанную квартиру, пустые бутылки, небритых, опустившихся собутыльников. Эта привычная в общем-то картина почему-то вызвала глубочайшее отвращение. Потрясение оказалось настолько сильным, что человек начал усиленно бороться со своим недугом и в конце концов сумел бросить пить!
Именно в такие моменты чрезвычайно важна поддержка извне, в первую очередь, от близких. Вот тут очень пригодятся навыки, полученные на занятиях с психологом. Не зря говорится: готовь сани летом! Первым шагом на тернистом пути избавления от зависимости должно стать выполнение двух условий.
Первое — исключить для больного доступ к наркотикам. Это должно быть выполнено на 100%, любыми средствами, поскольку героин так же притягателен для наркомана, как холодный прозрачный источник для умирающего от жажды. И если будет хотя бы малейшая возможность припасть к этому источнику, он сделает все, чтобы воспользоваться ею.
Второе — обеспечить медицинскую помощь для преодоления синдрома отмены или ломки. Как осуществить это на практике, приходится решать индивидуально в каждом конкретном случае. Отлаженной, эффективной системы в нашей стране, увы, не существует.
Психотерапевтическую работу необходимо начать сразу, как только это позволит физическое состояние больного (обычно через две недели с момента отказа от приема психоактивных веществ и начала процесса детоксикации). На первом этапе главная психотерапевтическая задача — оказание эмоциональной поддержки, подкрепление веры в себя, купирование депрессивных состояний и канализация агрессии (на этом этапе борьбы с зависимостью характерна циклическая смена состояния: депрессия — агрессивность и обратно). Идеально, если эта работа ведется в условиях клиники. На практике же чаще всего выписка происходит сразу же после преодоления наиболее острого периода синдрома отмены. Именно в данный момент по наблюдениям наркологов и психологов происходит максимальное количество срывов — до 90%. И потому особенно необходима помощь больному как со стороны специалистов, так и от его родных. Очень важно, чтобы близкие воспринимали такие случаи не как катастрофу, а как неизбежные рецидивы болезни, сопровождающие процесс выздоровления.
Только при таком подходе можно не допустить возникновения у наркозависимого человека устойчивого состояния разочарования и обреченности, при котором лечение просто невозможно. Индивидуальные встречи с психотерапевтом в течение первых трех-пяти недель с момента выписки из клиники крайне желательно проводить не реже, чем через день.
Следующий шаг на пути освобождения — изменение круга общения. У каждого человека в процессе жизни образуется определенная система общения. Психологи называют ее иногда социальным атомом. Это не случайно. Вокруг любого из нас подобно электронам вокруг атомного ядра как бы вращаются разные люди. Одни более значимы и эмоционально нам близки, другие — находятся образно говоря, на удаленных орбитах. С течением времени в социальном атоме каждого человека происходят существенные изменения — умирают наши бабушки и дедушки, потом родители; оканчивая школу, мы обычно теряем дружеские связи с большинством одноклассников и т. п. Взамен, появляются другие важные люди — супруги, дети, новые друзья. Говоря научным языком, социальный атом способен к регенерации — то есть к компенсации своих потерь. Но если в силу каких-то причин компенсации не происходит, то размеры круга общения начинают катастрофически сокращаться и в какой-то момент наступает состояние, именуемое социальной смертью. При этом речь идет не смерти души или тела, не о том, как мы умираем изнутри, а о том, как мы умираем извне. Социальная смерть не всегда деструктивна. Например, нечто подобное происходит, по-видимому, с людьми, добровольно порывающими с миром и принимающими на себя монашеский подвиг.
Между тем, для того, чтобы избавиться от наркозависимости и получить свободу, пережить социальную смерть необходимо. Ведь продолжая поддерживать отношения с людьми, для которых употребление психоактивных веществ является важной составной частью жизни, встречаясь с ними, находясь в одной компании, пытающийся избавиться от зависимости человек уподобляется голодающему, пытающемуся поститься, сидя за столом, уставленном изысканными блюдами. Такой подвиг, возможно, под силу святым, но не обыкновенным смертным! Социальную же смерть по милости Божьей и при помощи специалистов пережить можно — воистину, без смерти не может быть воскресения. Более того, в этом смысле тот факт, что в зависимость попадают, как правило, в раннем возрасте, является благоприятным, поскольку потеря друзей и знакомых легче возмещается новыми друзьями и знакомыми.
С точки зрения психологической работы с зависимостью данный период является, пожалуй, критическим. Если страдающему зависимостью удается благополучно преодолеть проблемы, связанные с социальной смертью, и начать адаптироваться к жизни в нормальной реальности, то прогноз на дальнейшее весьма благоприятен. Для помощи в решении первой задачи можно весьма эффективно использовать групповую психотерапевтическую работу. На этом этапе участие в терапевтической группе для таких больных, пожалуй, важнее, чем индивидуальные встречи с психотерапевтом. В этой связи уместно сказать несколько слов о получающих все большее распространение группах так называемых анонимных наркоманов. Создаются и функционируют они по «образу и подобию», так сказать, старшего брата — приобретшего уже всемирный размах движения Анонимных Алкоголиков (АА).
При нормальном протекании процесса реабилитации достаточно двух встреч в неделю. Вместе с тем, чтобы свести к минимуму возможность срыва, требуется постоянно занимать время страждущего какой-либо деятельностью. В идеале — нужно лишить его физической возможности «уходить в себя» и заниматься самокопанием. Не имеет значения конкретный вид такой деятельности. Принципиально важны лишь два условия, которые обязательно необходимо соблюсти. Она должна быть осмысленной и цели ее должны быть ясны реабилитируемому и разделяться им. Такими же принципами следует руководствоваться при устройстве на работу. Само по себе это крайне полезно и в смысле заполнения времени и в смысле социализации и жизненного обустройства. Однако упаси Бог зависимому человеку попасть в учреждение, в котором рабочий день состоит из перерывов между перекурами (а таких мест, по крайней мере в Москве, сохранилось достаточно вопреки рассуждениям наших доморощенных капиталистов о том, что традиции советских НИИ в современных конторах давно изжиты). В этом случае он получает право на узаконенное безделье, которое, как показывает практика, способно довести до полной деградации и самого здорового человека, причем в кратчайшие сроки! Что уж говорить про страдающего зависимостью. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы предсказать, чем закончится для него такая «работа». Кстати сказать, все-таки есть одна сфера человеческой деятельности, категорически противопоказанная на данном этапе лечения. Это оказание в той или иной форме помощи другим зависимым.
Однако любая бочка меда бывает не полной без хотя бы небольшой ложки дегтя. Даже если все этапы большого пути благополучно пройдены и страдавший зависимостью человек стал действительно свободным, это ни в коем случае не означает, что в отношениях с окружающими он превратится в бескрылого ангела, в душе воцарится вечный мир и покой, а все неприятности будут обходить его дом стороной. Конечно же, нет. Но, быть может, нормальная жизнь и немыслима без ложек дегтя?
Рассказывают, что давным-давно жил на свете великий мудрец. И в один прекрасный день явился к нему его сын, которого мудрец видел в последний раз еще несмышленым ребенком. За прошедшие годы мальчик вырос и пришел к отцу научиться его мудрости. Но вместо этого тот дал сыну метлу и велел пойти подмести сад. Молодой человек возмутился в душе, так как рассчитывал на совершенно иной прием после стольких лет разлуки с отцом, но подчинился. Окончив работу, он позвал отца. Тот вошел в сад, взял охапку опавших листьев и высыпал их на только что подметенную дорожку.
— Зачем же тогда ты заставил меня их мести?! — возмутился сын.
— Запомни, сынок, — отвечал мудрец, — в хорошо подметенном саду всегда должно валяться немного листьев…


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru