Русская линия
Православие.Ru Леонид Виноградов20.05.2003 

ХРИСТИАНСКИЙ ФИЛЬМ О ВОЙНЕ

Потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут, ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон: они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую.
Послание апостола Павла к Римлянам, II, 13−15

Прошла еще одна годовщина Великой Победы. Все меньше остается тех, кто не щадя своей жизни, с оружием в руках спасал мир от коричневой чумы. Пройдут годы, уйдут в вечность последние ветераны, но память об их подвиге будет жить в сердцах людей.
Определением Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 29 ноября — 4 декабря 1994 года установлено совершать в День Победы — 9 мая особое ежегодное поминовение усопших воинов, за веру, Отечество и народ жизнь свою положивших, и всех страдальчески погибших в годы Великой Отечественной войны 1941−1945 годов. Случай беспрецедентный — советский праздник признан Церковью, но в очередной раз показывающий победу духа над буквой. Нет сомнения, что по духу День Победы — абсолютно христианский праздник. И советского маршала Жукова христиане справедливо считают продолжателем славных боевых традиций благоверных князей Даниила Московского и Александра Невского, Суворова и Кутузова. Миллионы советских людей, насильно отлученных от Бога, своим подвигом явили всему миру истинность слов «душа человеческая по природе христианка».
О Великой Отечественной войне снято много прекрасных фильмов. Мне же хотелось бы вспомнить об одном из них — «Проверке на дорогах» Алексея Германа. На мой взгляд, это один из самых христианских фильмов в мировом кинематографе, заслуживающий включения в курс «Основ православной культуры».
Зимой 1942 года в партизанский отряд попадает бывший младший сержант Красной армии Александр Лазарев (его блестяще сыграл Владимир Заманский), в начале войны взятый в плен и пошедший служить к немцам. «Сломался. Жить хотелось», — объясняет он командиру отряда Локоткову (актер Ролан Быков). И тут же спрашивает: «Имеет право человек один раз сначала начать, если с первого раза жизнь осечку дала?» Командир отвечает сурово: «Я, Лазарев, до войны участковым работал, и разговоров этих наслушался». Несмотря на суровый тон, Иван Егорович Локотков поверил Лазареву. Поверил вопреки настроению партизан. Особенно непримирим заместитель командира майор Петушков (Анатолий Солоницын). И другие партизаны не одобряют Митьку (Геннадий Дюдяев), приведшего якобы арестованного им Лазарева (на самом деле Лазареву удалось обезоружить мальчишку, но он вернул ему винтовку и сдался добровольно, так как в момент их встречи сам искал партизан). «Зачем ты его привел? Шлепнул бы», — шипят они на него.
Партизаны отступают, и пока конвоирующий Лазарева нерадивый Митька прикуривает, другому арестованному, юному полицаю (Николай Бурляев), удается бежать. Рассвирепевший Петушков приказывает: «Второго отведи в кусты и в расход». К счастью, вмешивается Локотков. И тут же Митька проявляет мужество и порядочность, признается, что во время ареста был позорно обезоружен Лазаревым. Признается, чтобы не свершился самосуд.
Даже те, кто пока не видел фильм, могут догадаться, с какой ненавистью отнеслись к русскому человеку в немецкой форме партизаны, сколько унижений пришлось ему претерпеть. Локотков приказывает накормить Лазарева, ему скрепя сердце наливают похлебку, но партизан Соломин (Олег Борисов) тут же опрокидывает котелок, и похлебка оказывается на шинели. Но Соломину этого мало, и он избивает Лазарева. Даже майор Петушков жестко выговаривает Соломину: «Бить морды арестованным много храбрости не надо».
И всё-таки командир отряда настаивает на своем. Он устраивает Лазареву проверку, отправляет его на задание вместе с …Соломиным и стариком Ерофеичем (Федор Одиноков). Лазарев проявляет себя с хорошей стороны. В этот раз партизаны могли обойтись без потерь, но один из немцев, которого считали убитым, пришел в себя и смертельно ранил Соломина. (Умирая, Соломин просит прощения у Лазарева). Тут же майор Петушков припирает к стенке Ерофеича. Дескать, вы не видели, что в Соломина стрелял немец, значит, можно предположить, что стрелял Лазарев. «Не надо так, товарищ майор», — вмешивается Локотков. «Не по-человечески это. Скотство это». Следующая за этим сцена — одна из лучших в фильме. «А ну-ка встать, когда с вами разговаривает старший по званию», — в бешенстве кричит Петушков. И отпаривающий в тазу больные ноги старший лейтенант Локотков смиренно встает перед разбушевавшимся майором. «Всем твоим проверкам грош цена. А я не верю. И на таких слюнтяев, как ты, рассчитывают разные шкурники», — отчитывает он босого командира. «Пока я командир отряда, решать буду я, как подсказывает мне моя партийная совесть», — тихо, но твердо говорит Локотков. Да, он сын своего времени, коммунист, атеист, но совесть ему подсказывает поступить по-христиански.
А вот Ерофеич, постоянно приговаривающий «Зря всё это, ей-Богу зря», — явно поминает имя Божие всуе. Совесть позволяет ему посоветовать Локоткову: «Уступи ты Лазарева майору, он и успокоится». И вновь мы слышим твердый ответ командира: «То есть как „уступи“? Мы что, в шашки играем?» «Во-во», — говорит Ерофеич. Локотков выходит из себя. «Иди-ка ты отсюда, Ерофеич. Надоел ты мне». Ерофеич — мужик вроде и неплохой, и боец храбрый. Но он чисто душевный человек, не имеющий духовного стержня. Поэтому ничего не стоит ему дружески покуривать с Лазаревым, а через 5 минут по приказу Петушкова взять главного героя под арест. Кстати, именно арест показывает, насколько майор Петушков лишен смирения. Не может хороший офицер давать приказ, противоречащий приказу командира, даже если командир младше по званию.
Арест подрывает душевные силы Лазарева, и он пытается свести счеты с жизнью. Но ремешок, на котором он пытался повеситься, обрывается. И опять на помощь приходит мудрый Локотков. Он разговаривает с Лазаревым жестко, напоминает, какая на них форма: «А на мне форма старшего лейтенанта Красной армии, а ты на сегодняшний день есть предатель Родины. А покуда так, я с тобой закуривать не буду и не хочу». Но в отличие от Петушкова и Соломина, Локотков выговаривает Лазареву не из злости, не ради того, чтобы унизить и без того униженного человека. Он понимает, что в этой ситуации нужно разговаривать жестко для блага самого Лазарева. Он посылает его на другое, более ответственное задание: пригнать с захваченной немцами станции эшелон с продовольствием. А Лазарева на станции знают как своего. «И погибнуть, Лазарев, нельзя, и без вести пропасть тоже нельзя. Тебе эшелон пригнать надо. И чтобы люди подтвердить могли».
На задание отправляются четверо: Лазарев, переводчица и еще двое партизан, переодетые в немецкую форму. (Кстати, подготовка к этой операции шла уже в начале фильма, но Локотков не говорил бойцам, что пошлет с ними Лазарева). Возможно, задание удалось бы выполнить без стрельбы и потерь, но переводчицу узнал молодой полицай, сбежавший в начале фильма из-под конвоя. Он и поднял тревогу. Не пригнать бы партизанам эшелон, да и самим бы не выйти со станции живыми, если бы не Лазарев, отвлекавший на вышке знакомого часового. Услышав тревогу, он вынужден «снять» часового и занять его место у пулемета. Фашистам так и не удается преградить путь эшелону. Александр Лазарев спасает своих боевых товарищей и обеспечивает партизан продовольствием. Тяжело раненный, он пытается догнать эшелон, но умирает, упав на рельсы.
В прошлом году мне посчастливилось делать интервью для «Семейной православной газеты» с Владимиром Петровичем Заманским. Он сказал, что это одна из его любимых ролей. «Только в этой роли я смог как актер высказать свою сокровенную мысль… В том, что мне удалось показать такое глубокое покаяние и искупление, большая заслуга и моих партнеров по фильму, и режиссера, которому эти идеи были так же дороги». («Семейная православная газета», № 9, 2002).
Такое признание дорогого стоит. Ведь Владимир Петрович — фронтовик и глубоко верующий человек. Далее в том же интервью он говорит: «Картина сделана очень крепко, в ней снимались замечательные актеры… Поэтому неверующий зритель тоже смотрит ее не отрываясь, но он не видит за увлекательным сюжетом христианского смысла.
Меня неоднократно спрашивали: „Владимир Петрович, да как же вы играли этого полицая?“ Люди, не попавшие даже в луч христианства, не понимают главного: человек, упав, поднимается и возвращается к Богу. Несомненно, Господь примет его в селения Свои, коли он так закончил жизнь».
А жизнь герой Владимира Заманского положил за други своя.
Последний кадр фильма переносит нас в Берлин 1945 года. К капитану Локоткову бросается с объятиями молодой полковник. Он напоминает, что в 1942 году Локотков вывел их из окружения. Удивляется, что тот до сих пор капитан. «Локотков-то в капитанах, зато наши пушки по Берлину бьют», — смиренно отвечает герой Р. Быкова. И становится понятно, что именно такой человек мог поверить в искренность Лазарева. Поверить и позволить ему умереть в бою.
Мне неизвестно, религиозен ли Герман. Возможно, снимая фильм 30 лет назад, он не задумывался о Боге. Но это только лишний раз подтверждает, что никакие гонения не могут вытравить из души человеческой стремление к свету. Если даже Алексей Герман считает себя неверующим (или был неверующим во время работы над фильмом), это не отменяет того факта, что он снял христианский фильм. И за это ему низкий поклон.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru