Русская линия
Радонеж Александр Богатырев02.05.2012 

Ещё раз о чудесах

Народ наш чудеса любит.

Фильмы и книги о мироточивых иконах и необыкновенных исцелениях нарасхват. Чуть ли не в каждой церкви можно найти рекламные листочки с приглашениями в паломничество к чудотворным иконам и источникам. Выпущены брошюры с рассказами о том, от каких болезней помогают те или иные святые. Один — большой мастер по части онкологии, другой — по хирургической, третий — по стоматологии, четвертая — первостатейный офтальмолог… И так далее… И висят такие листочки, как список специалистов в районной поликлинике.

Но не только в болезнях обращаются за помощью к святым. Какому-то мученику приписывают исключительную силу в семейных делах, кому-то постоянную готовность придти на помощь при жилищных проблемах. Некоторые святые помогают найти пропавшую вещь, а иной святой может и мужа пропавшего возвратить прямо к порогу покинутого им дома. Одним словом, все святые разобраны по различным департаментам.

Некоторые священники и публицисты уверяют, что за сонмом святых, к которым народ обращается в разных случаях, уже и Христа не видно. И будто подобный подход — есть чистое потребительство, и это уже и не христианство вовсе, а настоящее язычество.

Я не раз слыхал, как батюшки в проповедях призывают народ не за чудесами гоняться, а перестать грешить, покаяться, исполнять заповеди и творить добрые дела.

Совершенно справедливый призыв.

Признаться, я и сам не раз посмеивался над чудоманией моих знакомых и напоминал им эпизод из известной итальянской комедии, в котором старушка просит святого Януария устроить ей выигрыш в лотерею стиральной машины.

Но вот послушал я одного петербургского священника — ярого чудоборца — и подумал, что в его пламенных речах, разоблачающих желание чудес, пожалуй, больше вреда, чем пользы. Из его слов выходило, что он отрицает самое возможность существования чудес. Он даже мироточение икон назвал «чушью, соблазном и бесовской марой». Вот тут-то я и задумался…

Одно дело, как интерпретировать участившиеся случаи мироточения, другое дело — отрицать и уверять, что это происки вражии. Я лично отрицать ни мироточения, ни чудесных исцелений не могу. Сам являюсь свидетелем и участником многих чудесных происшествий.

У одной моей знакомой, живущей в Сочи, мироточили десятки деревянных и бумажных икон. Первой начала мироточить икона государя-императора Николая Александровича.

Мироточили иконы настолько обильно, что ей пришлось подставлять под них подносы. Миро она собирала литровыми банками. Оно было абсолютно невесомым и обладало приятным, ни на что не похожим запахом. Одну банку она отвезла Краснодарскому митрополиту Иссидору. Богомольцы приходили к ней толпами. Как-то раз зашел местный батюшка, поглядел на мокрые от миро стены и сказал: «Да у тебя, мать, и фортепьяно мироточит». После этого духовного суждения повернулся — и был таков.

А женщина эта удочерила двух девочек. Сейчас еще и мальчика. Сама поет в церковном хоре. Муж ее много лет ухаживал за парализованным священником.

Мироточение в их доме продолжалось несколько месяцев и закончилось после того, как эта женщина попала в серьезную автомобильную аварию. Осталась живой по молитвам удочеренных ею девочек.

Почти все, кто побывал у нее, решили, что мироточение предупреждает о грядущей беде, и что миро — это слезы святых, оплакивающие тех, кому эта беда грозит…

Но так ли это? Похоже на правду. Но я не дерзну делать выводы. А вот батюшка, что заподозрил пианино в мироточении, заявил: «Я в бессмысленные чудеса не верю. В этом нет никакого смысла. Только народ смущается».

Мне кажется, что среди пишущей церковной братии и молодых священников появилось много рационально мыслящих людей.

Они готовы делать выводы и делают их, рассуждая умно и профессионально. Зачастую, парадоксально. Читатели это любят. Но большинство верующего народа имеет очень смутное представление о богословии. Труды острословов-публицистов, разоблачающих массовое невежество верующих людей, остаются им неведомыми. Сведения о премудростях церковной жизни новоначальные христиане получают зачастую от бабушек из числа тех, кто всегда в храме и готов дать «исчерпывающую» информацию обо всем и о вся. И получается, что к третьей в его жизни литургии новоначальный православный уже обретает изрядный набор церковного фольклора, а к пятой литургии и сам готов хватать за шиворот бедолаг, ставящих свечку левой рукой.

Но при всем при том эти люди верят в Бога. И исповедуются, и причащаются, и деток наряжают в самые лучшие наряды, отправляясь в церковь. И вера их укрепляется год от года, хоть и видят, и уразумевают, происходящее в церкви, как (по слову апостола) «сквозь мутное стекло».

И когда они, жаждущие чудес, слышат от батюшек призыв «не гоняться за чудесами, а лучше каяться и молиться», то этот призыв к себе не относят. Это для кого-то другого. Ведь они каются и причащаются. Да не так, как интеллигенты — раз в месяц, а каждое воскресенье.

При том, что несколько поколений русских людей были оторваны от Церкви и народных традиций, большинство заполняющих храмы, веруют, как и неведомые им предки, сердцем. Эта мистико-сердечная вера не очень дружит с рацио. Она людям «конкретным» кажется глупой, корыстной и даже дискредитирующей христанство.

Порой с этим нельзя не согласиться. Все-то они чего-то клянчут: «Подай да подай!» Нет, чтобы самим взяться за дело и сделать.

Что-то можно сделать, конечно, и самому. А вот мира мирови самому не добиться. И благостояния Святых Божиих Церквей… Да и здравия приходится просить. Даже жилья у чиновника бедному человеку не выпросить. А вот у Господа и святых Его можно получить. Так что нашему брату без просьб не обойтись.

Простому человеку зачастую неловко напрямую беспокоить Господа Бога. Гораздо легче обратиться к святому. Ведь они же наши земные нужды знают. На собственном прижизненном опыте все постигли. И к кому еще обращаться, как ни к Николе-Угоднику, готовому помочь в любой беде…

К кому, как ни к слепенькой Матроне, когда катаракта или глаукома застилает глаза. Она-то, родимая, знает, каково жить незрячей.

И к Вонифатию бежит жена запойного мужа. А Вонифатий помогает! (Только уж больно много у него просителей на Руси). И к мученику Антипе при зубной боли…

Я вот сам лет десять назад ничем не мог среди ночи унять зубную боль. А прочел акафист Антипе, да молитовку тут же сочинил: «Мученик Антипа, исцели от гриппа, От муки зубовной, да страсти греховной».

И что же? Не заметил, как уснул. И на утро никакой боли.

К блаженной Ксении бегут к ее часовенке на Смоленском кладбище по всякой нужде. Она, потерявшая любимого мужа, знает, как помочь в выборе жениха. При жизни ей голову негде было приклонить (правда, это было добровольное бездомное житие: свой дом она отдала вдове Антоновой), а теперь нет лучшей помощницы в квартирном вопросе. Разве что Спиридон Тримифунский может с ней потягаться.

Я сам получил после пожара невероятный подарок от Ксеньюшки. Молился ей и просил квартиру в центре, там же, где проживал до пожара. Шансов не было никаких. Народ из коммуналок при расселении отправляют в новые районы. Я узнал имена всех членов жилищной комиссии и подал записку с этими именами на сорокоуст в часовню блаженной Ксении. Когда решался мой вопрос, все члены комиссии непонятно почему безо всякого обсуждения подписали протокол, и я стал обладателем девяностометровой отдельной квартиры в центре Петербурга вместо 44-х метров в коммуналке.

Человек, выдававший мне ордер, был уверен, что у меня какой-то немыслимый блат в самых верхних эшелонах власти.

Святые слышат нас и помогают, если только наши просьбы нам не во вред. Особенно везет новоначальным. Я несколько раз убеждался в том, что тем, кто даже без особой веры, впервые в жизни обращается за помощью к святому, помощь приходит очень скоро.

С художником Валерием Б. произошла такая история. У него пропала любимая собака. Долгие поиски остались безрезультатными. Он и в газетах давал объявления, и по телевизору бегущей строкой пробегал его вопль о помощи, и бумажками с просьбой помочь отыскать собаку оклеил все столбы и стены своего района.

Наконец, соседская бабуля посоветовала ему пойти в церковь и помолиться Флору и Лавру. Их обычно изображают с лошадьми. Но бабуля решила, что коль скоро никаких святых нет на иконах с собаками, а даже наоборот, хвостатых тварей гонят с церковных дворов и не позволяют держать в домах, то святые Флор и Лавр будут самыми подходящими помощниками. Где лошади, там и собаки.

Валера послушался от безисходности. Человек он был не церковный. Но все средства испробованы, что же делать… Только на чудо уповать.

Без особой веры в успех пришел он в Останкинскую церковь. Стал спрашивать, где икона Флора и Лавра. Свечница объяснила ему, что такой иконы в их храме нет, да и по всей Москве вряд ли отыщешь. Сюжет редкий. Разве, что в музее поискать.

В музей Валерий идти не захотел. Тогда свещница посоветовала ему помолиться у иконы всех святых. Купил Валерий две толстые свечки, поставил у иконы всех святых и стал просить Флора и Лавра помочь ему найти собаку.

Через день-другой звонят ему из какого-то пригорода. Кажется, это был Ногинск, и предлагают ему выгодный заказ. Он садится в электричку и едет за сто верст за своим коммерческим счастьем. Как только он оказался на привокзальной площади, из торговых рядов мохнатой стрелой вылетела собака. С оглушительным визгом она бросилась на Валерия, стала высоко прыгать и лизать ему лицо. Несколько торговок подошли к ошеломленному Валерию. Не было никакой нужды спрашивать «его ли это собака?» Торговки казались еще более пораженными, чем он. Одна из них сказала, что собака тосковала и выла сутками напролет. Они не могли ее ничем успокоить. Она не шла ни к кому в дом, сидела на одном месте и смотрела на подъезжающие электрички.

— А мы тут всем торговым коллективом молились Флору и Лавру, чтобы они отыскали ее хозяина. Вот эти кирпичи, где лавки стоят, это же стены разрушенной церкви Флора и Лавра. Им и молились.

Когда счастливый Валерий подходил в сопровождении найденного друга к своему дому, его остановил милиционер.

— Откуда у вас эта собака? — спросил он подозрительно.

Валерию очень не хотелось вступать ни в какие беседы, тем более с милиционером. Пришлось все же сказать, что это его собака, что он не украл ее, а она пропала и он долго искал ее. А теперь ведет домой, чтобы накормить и вымыть поскорее.

— Так ведь она же в Ногинске, — заявил страж порядка.

Валерий не поверил своим ушам.

— А вы откуда знаете про Ногинск?

— Как откуда, когда я сам ее туда отвез. Она у нас в отделении 2 дня просидела. Сама извелась и всех нас извела. Ничего не ест и только воет. Ну я и решил отвезти ее к теще на природу…

Так что, не знаю, как и быть русскому человеку без чудес. У нас ведь все — сплошные чудеса. Еще каких-нибудь 10−15 лет назад казалось, что погибла Россия. Ан, нет — живем. Крадут миллиардами, а страна все равно крепнет. Ну, не чудо?!

Триста лет татаро-монгольского ига. На европейских картах никакой Руси не было. Ан, глядь — уже и Казань с Астраханским ханством — часть России. Поляки в Смутное время в Кремле сидят. Четыре Лжедимитрия! А через полтора века Польша — глубокая провинция России. И Вторая Мировая война — Отечественная разве не чудо?! Победить мощного врага, разгромившего всю Европу. Да еще и после того, как большевики уничтожили цвет нации…

Нет, не уговорить русского человека перестать крепко верить в чудеса. Но главное чудо впереди. Это когда все мы, благословясь, засучим рукава и примемся за дело. А дел у нас на Руси — О-ГО-ГО!!!

http://www.radonezh.ru/analytic/16 231.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru