Русская линия
Радонеж Сергей Худиев27.03.2012 

Узкий круг революционеров

В прошедшую субботу Святейший Патриарх Кирилл высказался o недавней кощунственной акции в Храме Христа Спасителя: «У нас нет будущего, если мы начинаем глумиться перед великими святынями» — сказал он. Предстоятель ясно охарактеризовал происшедшее как «кощунство». Он также выразил огорчение тем, что «появляются люди, которые оправдывают это кощунство, минимизируют его, стараются представить как некую забавную шутку». Слова Патриарха многих привели в крайнее раздражение — и это понятно. Он не повелся на манипуляцию, не дал навязать себе чужую логику и чужие условия. Мы столкнулись именно с манипуляцией; некоторые из нас на нее поддались. Давайте спокойно проанализируем, как она работает. Начнем с примера. На улицах возле магазинов, где продается алкоголь, можно встретить людей, выпрашивающих у прохожих деньги на выпивку. Допустим, один из таких страдальцев несколько начитан в Писании, и, зная, что Вы — христианин, цитирует Вам слова Спасителя: «Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся. (Матф.5:42)». Вы знаете, что если Вы дадите этому человеку денег, он употребит их себе во вред; Вы знаете, что Вы обязаны на эти деньги купить необходимое для Вашей семьи. Поэтому Вы понимаете, что Вам не следует ему ничего давать. Но, с другой стороны, этот человек требует от Вас исполнить его требование именем Христовым и указывая на Его заповедь — можете ли Вы сказать «нет»? Ведь он тут же скажет, что Вы — лицемер, открыто и явно и отвергшийся учения Христа… Что делать в этой ситуации? Ответ может показаться оскорбительно простым — думать о том, чего от Вас хочет Христос, а не чего от Вас хочет манипулятор. Вас не должно заботить, что о Вас скажет этот человек — а что о Вас скажет Христос. Верный и благоразумный раб Христов должен разумно распоряжаться вверенными ему ресурсами — употребляя их на свою семью и на тех, кто действительно нуждается в помощи. Именно к тем, кто действительно нуждается (а не к пьяницам у магазина) и относится Его повеление. Хуже того, то, что Вы отдаете пьяницам, Вы уже не можете отдать другим — очевидно более нуждающимся людям. Финансирование спиртозаводчиков никак не является Ваших христианским долгом.

Но что делает пьяница? Он предлагает Вам свое толкование Заповеди, и ожидает, что вы примете его в качестве руководства к действию. Он — а не Церковь и даже не Вы сами — будет решать, как Вам следует понимать Писание и применять его к жизни. Он берется задавать критерии, которым Вы должны соответствовать, чтобы считаться «истинным христианином». Причем если он скажет об этом прямо — Вы отмахнетесь. Но когда это подразумевается — но не высказывается вслух — наживку легко проглотить. Эту наживку проглотить еще легче, когда Вы имеете дело не с каким-то чужим Вам пьяницей, а с людьми, которых Вы, в каком-то отношении, считаете «своим кругом». С людьми, которые не разделяют с Вами Вашей веры, но с которыми Вы разделяете их вкусы и политические антипатии, люди, шуткам которых Вы привыкли смеяться, а выступлениям — аплодировать. Впрочем, у них есть нечто общее с пьяницей из предыдущего примера — они сами не верят во Христа и не собираются. Их тоже меньше всего интересует Ваше хождение пред Господом, стоите ли Вы на пути Спасения и храните ли Вы заповеди. И вот эти люди настойчиво цитируют Вам слова Евангелия о прощении и милосердии и говорят, что всякий истинный христианин должен добиваться освобождения участниц панк группы с непристойным англоязычным названием. Раз Патриарх этого не добивается — он неистинный христианин. Если Вы не требуете от него этого — значит Вы тоже неистинный. На минуту задумавшись, можно было бы обратить внимание на то, что духовный авторитет этих людей ничуть не выше, чем авторитет пьяницы у магазина, и, если у Вас возникли сомнения в том, угождаете ли Вы Богу, вряд ли стоит консультироваться об этом с неверующими — а то и с богохульниками. Вы же не будете обращаться за медицинской консультацией к людям, которые не только не разбираются в медицине, но и вообще в нее не верят.

Требует ли Евангелие прощать? Несомненно. Это возвещается в предельной ясностью. Что это означает? Безусловный отказ от личной мести. «Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу [Божию]. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь. (Рим.12:19)» Запрещает ли Евангелие звать полицию и обращаться к защите государства? Нет. Апостолы неоднократно обращаются к защите римского закона и решительно настаивают своих правах (Деян.16:37, Деян.22:25, Деян.25:11), Апостол Павел обращается с просьбой о защите к римскому чиновнику и пользуется защитой римских воинов (Деян 23:23). Как пишет он сам «ибо [начальник] есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из [страха] наказания, но и по совести. (Рим.13:4,5)»

Заповеди «не вызывай полицию и к прокурору не обращайся» в Священном Писании нет, и поэтому не только Православная Церковь, но и любые христианские общины считают возможным — а в некоторых обстоятельствах обязательным — звать полицию. В законодательстве большинства стран предусмотрены те или иные наказания за бесчинства в храмах (и иных местах поклонения), и ни малейших возражений у христиан это не вызывает. Увы, но в мире, похоже, просто нет ни одной общины, которая была бы «христианской» в глазах наших внешних критиков.

Церковь не может контролировать действия государства — в частности, меру пресечения, избранную для тех, кто нарушает закон, и меру их наказания. Бессмысленно требовать от нее этого.

Официальная позиция Церкви — неоднократно озвученная — состоит в том, что Церковь вовсе не требует хулиганкам каких-то суровых кар, вовсе не требует тюрьмы. Все что она требует — это принципиального осуждения, признания того, что так нельзя, общество и государство этого не одобряет. Это кровожадно и беспощадно? Это противно прощению и милосердию? Евангелие где-то требует, чтобы мы предоставили храмы для любых бесчинств любых желающих?

Но увы, эти простые соображения не всем очевидны — и некоторые православные подписались под письмом к Патриарху с просьбой вмешаться в ход расследования инцидента в ХСС и добиться освобождения задержанных. Это — искренняя ошибка, по-человечески понятная. Так благонамеренный, но нерассудительный христианин может отдать свои деньги изобретательному пьянице. Беда в том, что пьянице-то нужны только деньги — и получив их, он от Вас отстанет. Тем же, кто манипулирует лучшими чувствами христиан в данном случае, нужно сотрудничество, и уже отчетливо видно, как через маленькие шажки тех, кто неосторожно сказал «да» втягивают дальше. Сначала речь идет о том, что выходка в ХСС, конечно, возмутительное безобразие, но вам же заповедано прощать? Вот и прощайте. А проявиться это должно не в том, что Вы не станете мстить (Вы и не собирались) а в том, что Вы будете давить на Патриарха, чтобы он давил на следствие и суд, а вы будете при этом выступать в роли «тех православных христиан, которые не согласны с верхушкой РПЦ МП». Потом Вам сообщают, что «панк-молебен» — это на самом деле, такая молитва. Ну молятся они вот так, непечатными словами, прыгая по солее спиной к алтарю. Вы ведь же уже «за нас», против «верхушки РПЦ», правда? Ну так признайте, что нет тут никакого кощунства, так и надо, всякий желающий имеет право материться и вообще как угодно скакать в храме — молитва может принимать разные формы. Да, и признайте, что РПЦ то у нас… того… политически неправильную занимает позицию. А то, что храм воздвигнут в память о победе 1812 года — так от этого имперского и милитаристского наследия давно пора избавляться… Так что правильно сплясали, так и надо… И вообще пора их узниками совести объявить. Так, шаг за шагом, человек может поддержать явные кощунства и перейти на сторону врага — не политического врага, это-то не важно, на сторону врага нашего спасения. О чем Патриарх, как пастырь, и предупреждает.

Конечно, если Вы скажете «нет», Вы рискуете выпасть из круга этих милых, продвинутых людей, которые так дружески похлопывают вас по плечу — и оказаться в рядах «РПЦ МП», а мы не будем повторять, что эти милые люди про нее говорят. Но если Вы скажете «да» от Вас потребуют следующего и следующего «да», пока вы не согласитесь на все. Ведь уже с первым шагом Вы соглашаетесь — незаметно для себя самого — что именно эти люди будут определять для вас, что есть истинное Христианство, а что нет, что есть кощунство, а что нет, что допустимо — а на что надо вызывать полицию.

Другой тезис, который стоит прокомментировать — это то, что процесс над плясуньями в ХХС «разрушит (или уже разрушил) авторитет РПЦ в обществе». Тут желательно уточнить, что мы понимаем под обществом. У нас есть — неизбежно упрощая — два общества, скажем так, «узкое» и «широкое», одно из которых находится в состоянии холодной гражданской войны с другим. Причем линия разделения проходит не по отношению к существующей власти — некоторые придворные принадлежат к «узкому» обществу, некоторые противники власти — к «широкому».

Разделение проходит по отношению к «этой стране» и тому, что маркирует ее идентичность. Для узкого общества, например, победа национальной сборной по футболу — повод для глубокого огорчения, какие-нибудь негативные оценки страны в каких-нибудь международных рейтингах — напротив, большое ободрение. Для широкого, напротив, (как и для британцев, испанцев или французов) «наша страна» — понятие позитивное, и маркеры, определяющие ее идентичность, воспринимаются с одобрением. Для узкого — ровно наоборот. Во многом — хотя и не во всем — ценности широкого общества это антиценности общества узкого.

Риторика узкого общества носит резко враждебный по отношению к широкому обществу характер. СМИ, служащие рупорами этого общества, говорят о быдлоанчоусах и «гетто русского языка». Русская Православная Церковь в этом узком кругу была, есть и будет ценностью негативной по трем причинам — потому, что Русская, и связана с национальной идентичностью, потому что Православная и обозначает нашу цивилизационную неидентичность Западу, и потому что Церковь — и поэтому негативно соотносится с такими маркерам современности и продвинутости как гей-парады и гомобраки. Чтобы возыметь успех в этой среде, ей пришлось бы перестать быть тем, другим и третьим — и тут скромное предложение распустить РПЦ, с которым выступает Станислав Белковский, просто неизбежно. Говорить о том, что процесс над участницами провокации в ХХС как-то повредит авторитету Церкви в этой среде невозможно, там ее авторитет с самого начала был чисто негативной величиной.

Повредит ли оно ее авторитету в широком обществе? Судя по недавнему опросу общественного мнения, Церковь настроена к безобразницам гораздо мягче, чем население в целом. Представители Церкви хотят символического, знакового осуждения, лучше без тюрьмы, граждане готовы поддержать именно тюрьму. Рассчитывать на поддержку широких народных масс кощунникам явно не приходится.

Если у группы людей определенных убеждении и ценностей ненависть к Церкви перешла из хронической фазы в острую, так что читая своих друзей в интернете они видят бурный поток гнева и ярости, готовый совершенно все смести — это не значит, что этот бурный поток выходит за пределы довольно узкого сегмента интернета. Узок круг этих революционеров, страшно далеки они от народа.

От нас же требуется сохранять спокойствие и ни в коем случае не злиться, мягко и терпеливо объяснять позицию Церкви тем, кто готов нас услышать, и, перед лицом яростных нападок, поддерживать нашего Патриарха. Одна их целей, с которым Промысел попускает нападки на Церковь — это чтобы мы могли проявить верность. Как сказал Патриарх, «Мы верим в силу молитвы. И я призываю всю Церковь Русскую к горячим и усердным молитвам о стране нашей, о вере нашей, о народе нашем, чтобы Господь простил нам прегрешения наши, вновь приклонил к нам Свою милость, дал силу благодати Духа Своего Святого, чтобы, пройдя через искушения и соблазны, мы вышли из них очищенными, сильными, способными устроять будущее свое в соответствии с Божиим законом и по человеческой совести»

http://www.radonezh.ru/analytic/16 086.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru