Русская линия
Православие и современность Инна Стромилова24.02.2012 

В полет — по благословению

Военный храм во имя святого пророка Божия Илии находится в поселке Поселок Сенной Вольского р-на Сенной Вольского района, на территории отдельной авиационной эскадрильи, в приспособленном помещении на втором этаже небольшого здания. Помимо непосредственно храма здесь в тесном соседстве — еще несколько комнат: для свечной лавки, воскресной школы, кухни. По небольшому коридору, отделяющему переполненный храм от остальных помещений, то и дело ходят мамы с детьми (малышам еще трудно выстаивать всю службу), дети из воскресной школы и молоденькие солдаты-срочники. На последних обращаю особое внимание: со свечками в руках они никак не решаются войти, заглядывают в открытые двери храма, смущаются.

Только один из четверых, оказывается, крещен, остальные пришли «посмотреть», а точнее будет сказать — присмотреться. Посещать богослужения солдаты могут лишь в свое свободное время. И вот, вместо того, чтобы отдыхать и смотреть видео, они приходят в неизвестный и непонятный для них мир Церкви — слушать о Боге и вере. Почему? «Мне просто интересно», — отвечают они как один. Им самим не вполне понятно, на что однажды отозвались их души — важно, что отозвались. Позже признаются, что собираются принять Крещение.

Впрочем, другие ребята, такие же, как эти, стоят у самого алтаря — молятся всю службу.

— Да, многие поначалу имеют весьма размытые представления о вере, но к Церкви относятся благоговейно, — рассказывает о своих подопечных настоятель храма иерей Вячеслав Голощапов. — За время службы большинство становятся верующими. Они очень скучают по дому, переживают за близких, за родных, ведь проблем в каждой семье сегодня хватает. Я стараюсь объяснить, что у человека всегда есть возможность от души обратиться к Богу, к Божией Матери и попросить о помощи близким. Проблемы потихоньку разрешаются, и таким образом для этих ребят открывается сила молитвы. Они все больше и больше утверждаются в вере — понимают, что Бог близко, и начинают путь Ему навстречу.

Как минимум раз в неделю отец Вячеслав встречается с солдатами в казарме. На очередную такую встречу приходим и мы. Канун Рождественского поста; батюшка говорит о посте как о времени, когда Церковь призывает христиан особо следить за своим душевным расположением, быть добрее и внимательнее друг к другу. Я наблюдаю за тем, как ребята слушают его. Кто-то сидит, абсолютно отрешившись от всего происходящего, кто-то критически щурится, а у кого-то в глазах — искренний и живой интерес.

Как рассказал нам потом помощник командира по воспитательной работе подполковник Александр Дубовицкий, многие солдаты-срочники считают для себя почетным принять Крещение сразу после военной присяги. Для них это означает стать настоящим русским солдатом.
* * *

Мы едем на аэродром. Подполковник Сергей КовтуновОгромное заснеженное пространство, ветер, сбивающий с ног, небо, которое здесь почему-то кажется еще более необъятным и свободным — все это поражает, восхищает, вызывает уважение к тем людям, для которых авиация — дело всей жизни.

— Летная погода! — в один голос произносят офицеры, глядя, как я ежусь и прячу лицо от ветра и снега в мех куртки.

— Нелетная?! — переспрашиваю я.

— Как раз самая летная для нас здесь! А как же учиться?! — смеются они моему изумлению. Жизнь на преодоление, особый азарт сильных и смелых мужчин. И хочется вдруг распахнуться навстречу бурану, чтобы лучше представить себе эту упоительную свободу, которую дает им небо.

Святого пророка Божия Илию летчики считают своим небесным покровителем, поэтому так важно было для них появление храма, освященного во имя этого святого.

— Этот храм мы оборудовали своими руками, — говорит командир воинской части подполковник Сергей Ковтунов. — Офицеры и штукатурили, и красили, даже ограду сварили. Я здесь с 93-го года и замечаю: после того, как люди начали ходить на богослужения и количество верующих увеличилось, здесь, в поселке, как будто дышать стало легче. Возрождается мир и в душах человеческих, и в головах. И что самое, может быть, важное — у молодежи меняется сознание. Светлеет, что ли. Я сначала не верил, что это возможно, но потом убедился.

А подполковник Дубовицкий рассказывает:

— Богослужения очень часто посещают и офицеры с семьями, и солдаты срочной службы. Отец Вячеслав регулярно бывает на аэродроме — освящает технику, благословляет нас на полеты, с удовольствием проводит с солдатами и офицерами беседы о вере, о духовном значении военной службы, участвует в мероприятиях, которые мы подготавливаем совместно с Вольским региональным отделением Всероссийской общественной организации «Боевое братство». Воспитанники воскресной школы на Рождество и на Пасху выступают перед военнослужащими с театрализованными программами, рассказывающими о смысле этих церковных праздников. Ведь многие абсолютно ничего не знают о Православии, хотя и крещены, и я вижу, как люди с неподдельным интересом откликаются на слова священника, на это внимание к ним. Наша служба все-таки связана с риском, а после богослужения и общения с отцом Вячеславом на душе становится спокойнее.

Подполковник Андрей Карпов и вся его семья — жена и трое детей — перевелись на службу в Сенной из Ленинградской области несколько лет назад. И сразу стали прихожанами Ильинского храма. К Богу супругов Карповых привела болезнь средней дочери, а точнее, чудо благодати Божией, которое девочку спасло. Когда врачи уже не давали никакой надежды на то, что сердце ребенка сможет работать самостоятельно, родители предприняли крайне рискованный шаг.

— Я попросил врача-реаниматолога отпустить меня с дочкой погулять с подключенным к ее сердцу внешним кардиостимулятором, — вспоминает Андрей Константинович. — И представляете, он согласился. Мы с женой сели в машину и отвезли Надю в храм во имя святых Веры, Надежды, Любови и матери их Софии в Петербурге ко Причастию и потом сразу же обратно. Не успели еще перевести дух, как к нам подбегает врач, весь взъерошенный: «Вы что сделали с ребенком?! У нее появился свой пульс!». Тогда мы всерьез задумались о Боге и о Церкви. И сейчас без этого не представляем своей жизни.
* * *

О строительстве Строящийся храм во имя пророка Божия Илиинового храма во имя святого пророка Божия Илии все мои собеседники говорят, как об очень важном общем деле.

— Этот порыв охватил буквально всех жителей поселка, а я и мои коллеги из Вольска приезжаем, когда требуется помощь, — замечает руководитель Вольского отделения «Боевого братства» Сергей Павлов. — И то, что уже создано буквально на пустом месте за столь короткий срок, — это очень большой успех. В том, конечно, большая заслуга и командования части, и отца Вячеслава. Он умеет людей повести за собой силой убеждения, силой своего духа и собственного примера, потому что слова его не расходятся с делом. А главное — когда нас уже не будет, храм останется.

И летчики, и «наземные» местные жители заметили уже, что у батюшки нет такого понятия, как «в ущерб личному времени», потому что его личное время принадлежит всем, кто нуждается в духовной помощи и поддержке. И, конечно, народ откликается на это и помогает кто чем может.

Ирина Пименова — главный врач железнодорожной больницы на станции Сенной:

— Я и многие мои коллеги очень хотим, чтобы поскорее появился большой новый храм, стараемся жертвовать на строительство. Когда здесь проводился благотворительный марафон, никто из наших медиков не остался в стороне. И водой снабжали стройку — из больницы шланг протягивали. Так и поддерживаем друг друга. А в самой больнице скоро должна появиться молельная комната, отец Вячеслав обещал помочь ее оборудовать. Без богослужения я бы пропала. Сходишь, помолишься, и на душе становится легче — хочется и работать, и жить.

Прапрадед Ирины Владимировны был священнослужителем. Позже в семье появились и ярые атеисты, но ее, еще ребенком, все-таки покрестили. И хотя систематического воспитания в Православии не дали, душа все равно всегда тянулась к Богу, а верующие люди сопровождали всю жизнь.

— У свекрови были книги на церковнославянском языке, — говорит Ирина Владимировна, — и моя дочь, когда была маленькой, с удовольствием и большим интересом их читала, а главное — затруднений в понимании у нее не возникало. Теперь она инокиня и уже 13 лет живет в Дивеевском монастыре. А в наш Ильинский храм ходим семьей с самого момента открытия.

Еще один прихожанин — Сергей Александрович Никитин:

— В вере я не воспитывался, но знаю, что мой прадед был священником, его в 30-х забрали, и точно судьба его мне не известна: по всей вероятности, его расстреляли. Бабушка тоже верующая была. В Казахстане, в Джамбуле, где мы тогда жили, единственная церковь сохранилась православная. По большим праздникам бабушка меня брала на богослужения. Мне так было интересно! С самого детства в душу запало церковное пение и звон колоколов. Но когда бабушка умерла, я от Церкви постепенно отошел, хотя в Бога верить не перестал. После развала Советского Союза мы переехали в Россию, и у нас сложилась целая династия железнодорожников: отец строил мосты, масштабные сооружения, а я пошел в энергетику и в этой сфере работаю до сих пор. Все мои три сына также стали железнодорожниками. Но в семье у нас случилось горе — средний сын трагически погиб. Тогда-то я в храм и вернулся. Только здесь, в Церкви, мы с женой нашли утешение, и решили посвятить остаток своих дней жизни с Богом. Помогаем, чем можем — и здесь на приходе, и на строительстве нового храма. Надо ремонт, надо проводку — делаем, просфорню помогли оборудовать. Слава Богу, и наши оба сына тоже к вере пришли, их жены и дети. И я думаю, когда откроется новый храм, мы уже всем семейством сможем собираться в нем.

Всеми любимая прихожанка Антонина Петровна Маслова научилась молиться еще маленькой девочкой, так как росла в верующей семье. Пережила блокаду Ленинграда, а после Дороги жизни — эвакуации через Ладогу — попала под бомбежку в поезде, который вез спасенных блокадников, получила тяжелые ранения, но выжила.

— Никогда я не отступала от Церкви, — говорит Антонина Петровна. — А в поселок Сенной переехала с мужем, когда овдовела моя дочь. Здешний храм уже действовал, и мы стали ходить сюда. Сейчас-то редко получается — здоровье уже не то, но я все время прошу Бога, чтобы дал мне возможность еще и еще побывать на службе. Муж моей дочери хотел поставить часовенку, но не успел осуществить своих планов. Теперь дочь помогает в строительстве храма — за двоих. Сейчас мечтает накопить денег и пожертвовать их на колокол.
* * *

Очередная встреча отца Вячеслава с личным составом части— Священнику, который служит в воинском храме, недостаточно быть просто хорошим или даже очень хорошим священником, — говорит подполковник Ковтунов. — Надо иметь представление о том, чем дышат, чем живут, о чем болеют сегодня Вооруженные силы. Отец Вячеслав вырос в военной среде и знает это все не понаслышке. Поэтому нам не приходится что-то специально объяснять, как-то к нему подстраиваться — он понимает нас без лишних слов. Свой человек, одним словом.

Будущий священник родился в 1980 году в Душанбе, в семье офицера химических войск. До 1996-го семья жила в Таджикистане. Крушение советского мира, развал Союза и единой армии — все это переживалось совершенно непосредственно и заставляло задуматься о вечном. Кто-то из друзей-одноклассников спросил Вячеслава: «А ты веришь в Бога?». Это его очень взволновало, и он решил во что бы то ни стало ответить себе.

— Размышлял полгода и понял, наконец, что верю.

А вскоре старший брат Андрей (сейчас — священник Андрей Голощапов) задал младшему тот же вопрос — братья проговорили всю ночь. У обоих возникло желание пойти в православный храм.

Самое яркое из ранних впечатлений о Церкви у батюшки связано с настоятелем Душанбинского храма во имя святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, чудотворца, отцом Стефаном.

— Я впервые увидел такого человека, — вспоминает отец Вячеслав. — Что-то в нем было необычайное! Он мне говорил какие-то слова, а я не слышал и только смотрел на его лицо, до того особенным оно мне казалось.

Братья стали почти каждое воскресенье бывать на богослужениях, посещать воскресную школу. Непередаваемой радостью для юного Славы явилось то, что его благословили на ношение стихаря, и он стал прислуживать в алтаре. Планы на будущее определились: духовная семинария. Другие варианты даже не рассматривались. Саратовскую семинарию Вячеслав выбрал потому, что Саратов — родной город его мамы.

Здесь же, в Саратове, он встретил будущую жену. Матушка Марина свой путь в Церкви начала в 11 лет — воцерковлялась вслед за родителями, шаг за шагом, неотступно. Как сама рассказывает, помечтать об избраннике из числа семинаристов она даже не успела, так как познакомилась с будущим супругом в 15 лет, а потом их дружба незаметно переросла в любовь.

— Судьба жены священника меня не пугала. И не потому, что я была еще совсем юной и не догадывалась о тех трудностях, которые могут встретиться на этом пути, а потому, что наши отношения развивались очень гармонично — места для сомнений не оставалось. Я, вообще, не из тех людей, которые примеряют себя к какой-то роли, я просто живу, а все проблемы решаю по мере их возникновения.

Матушка Марина училась в педагогическом колледже на вокальном отделении, что помогает ей сегодня заменить собою на богослужениях, если потребуется, целый хор. К сожалению, окончить это учебное заведение ей не пришлось, зато теперь она получает образование в Саратовском государственном университете по специальности религиоведение.

У Голощаповых трое детей. Старшему, Серафиму, десять лет, он увлеченный спортсмен. Средний, девятилетний Петр, хочет быть священником, как папа. А младшая, дочь Анастасия, в свои четыре года мечтает стать мамой.

— Матушка, вы, наверное, очень редко собираетесь вместе, отдыхаете всей семьей?

— Мы с батюшкой с годами просто научились чувствовать друг друга на расстоянии. Видимся реже, чем хотелось бы, но отдельно друг от друга себя не мыслим.
* * *

После Литургии и встречи со срочниками отец Вячеслав успел провести занятия по спортивной подготовке для детей из воскресной школы, съездить в Вольск освятить новое помещение Содружества солдатских матерей, в котором женщины своими руками сделали ремонт, отслужить заупокойную литию по погибшим солдатам и офицерам.

Как вы уже поняли, отцу Вячеславу приходится общаться с разными людьми, и со штатскими, и с военными, но окормление армии — особая страница его священнического служения. Он успел послужить в нескольких воинских храмах; участвуя в 2007 году во Всероссийских сборах военного духовенства, познакомился со священниками, окормляющими приходы Таджикистана, и ездил вместе с ними открывать храм в честь Наврской иконы Божией Матери на территории российской военной базы.

— Для меня военнослужащие — это, прежде всего, люди, чья жизнь подразумевает жертвенность, — говорит он. — Большинство из них, так или иначе, прошли горячие точки. И я не знаю ни одного, который, заглянув в лицо смерти, не задумался бы о Боге. Сегодня количество верующих среди военных увеличивается. А моя задача как священника — правильно распределить свое время, чтобы всегда оказываться рядом, когда это нужно, и, главное, совершать Евхаристию. Это таинство учит нас жертвенной любви. И когда воцерковляется человек военный, человек, который постоянно готов оставить все, что имеет, и пойти на смерть, защищая жизни других, то для него служение Родине и служение Богу оказываются неразрывно связанными.

— Что для Вас сейчас самое главное на этом месте служения?

— Самое главное — сохранить веру. А для этого надо иметь страх Божий, следить за чистотой сердца, потому что любой наш промах, каждый наш грех веру в нас гасит, и потом нужны неимоверные усилия, чтобы вновь ее воспламенить.

http://www.eparhia-saratov.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=59 323&Itemid=4


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru