Русская линия
Завтра Михаил Леонтьев12.01.2012 

Восстание элоев

Мы продолжаем публикацию материалов, посвященных оценкам и перспективам массового протестного движения против фальсификации выборов в Государственную думу РФ. Итоговый «круглый стол» читайте в следующем номере нашей газеты.

Андрей ФЕФЕЛОВ, заместитель главного редактора газеты «Завтра».

Дорогие друзья, камин пышет жаром, а в синем окне видны падающие снежинки. А еще вчера в центральной России царила ветреная оттепель, все напоминало весну. Погода крайне нестабильна. То же самое можно сказать и о политической погоде. Мы собрались в период новогодних каникул, когда все общество впало в своеобразный анабиоз. Эта политическая пауза наиболее удобное время для осмысления случившегося.
Я не считаю, что участники и организаторы разрастающихся митингов на Болотной площади и проспекте Сахарова представляют русское большинство. Но проблема в том, что звучащая из их уст критика власти во многом справедлива.

Михаил ЛЕОНТЬЕВ, главный редактор журнала «Однако».

То, что мы слышим, — это критика некоей реальности. В той или иной степени адекватная. Критический реализм как метод познания прозревает лишь дерьмо, да и то лишь свое. Нам нужен синтез, понимание смысла вещей, которые происходят. Что бы ни думали милейшие люди, которые вышли в большом количестве на улицу, и которые будут выходить ещё много-много раз, что бы они сами об этом ни думали, — они участники абсолютно банальной, конвейерной схемы «цветной» революции. Это — схема, разыгранная по тому же свистку. Если свисток срабатывает на унавоженной почве, то есть лучше, чем свистун рассчитывал, — это не меняет сути. «Свист» был и задел был. Мало того — был очевидно и обильно проплачен. Я ценю нежные чувства «самых лучших и продуктивных» соотечественников, вышедших на площадь, которые совершенно искренне обижаются, когда их называют чьим-то инструментом, но это никак не значит, что они этим инструментом не являются. Эти самые «продуктивные», выращенные путинской стабильностью. «Хорошо позавтракавшие», как выразился «Коммерсант» и «простой продукт имеющие» только благодаря этой стабильности. Которая теперь им надоела. Обрыдла. Эти люди плохо понимают, кто, зачем и как их использует. Точно так же, как не понимали все, кого использовали в подобных мероприятиях, где бы то ни было. И они отказываются понимать, чем это всё закончится. Конечный бенефициар всегда оказывается для этой публики совершенным сюрпризом и всегда крайне неприятным. И рамка металлодетектора в Шереметьеве одновременно такое количество «хомячков» (как их называет Немцов) не пропустит. Трупиками «хомячков» окажутся усеяны все подходы к аэропортам.

Александр БОРОДАЙ, политолог.

Митинг на проспекте Сахарова вряд ли собрал больше «хомячков», чем Болотная площадь. Власть просто в очередной раз обманула сама себя. После 10 декабря она активно врала про 25 тысяч участников, хотя их, очевидно, было в несколько раз больше. А на проспекте Сахарова собралось слишком много «считальщиков», вооруженных разными методиками, и пришлось врать про 29 тысяч. Чем не замедлили воспользоваться «оппозиционеры», вбросившие тезис о том, что «народу прибыло» и, соответственно, акции протеста имеют тенденцию к росту. Но так ли это — покажет февраль.

Андрей ФЕФЕЛОВ.

Однако разница между двумя митингами была существенной. Если Болотная была во многом стихийным выплеском страстей, то на Сахарова собралась публика, которая ассоциирует себя с некоей новой политической силой.

Александр БОРОДАЙ.

Митинг на Сахарова был более ярким зрелищем, чем Болотная. Причин, как мне представляется, несколько. Во-первых, тональность выступлений была намного жестче. Руководители «тусовки» почувствовали вкус победы — они понимали, что «бить не будут», что власть «прогнулась» и готова к любым «демократическим» уступкам, лишь бы её, хоть на время, оставили в покое. Во-вторых, среди выступающих появились свежие «крысы», сбежавшие с тонущего корабля. Это и допущенная до микрофона «гламурная дива» Ксения Собчак, выступившая с довольно бессмысленным лепетом на тему: «мне есть, что терять, но я тут, с вами» (хотя этой несвежей даме полусвета терять уж совсем нечего, кроме разве что мигалки, с которой она «рассекает» по столице), и недавний наш главный «финансовый гений» Алексей Кудрин, который ненавязчиво, с деликатностью, свойственной обладателям британских паспортов, предложил себя в вожди и посредники при «диалоге» с властью. В-третьих, сам митинг носил ярко выраженный «антипутинский характер», что проявляет реальные, а не формальные требования оппозиции: никому, по большому счету, не нужны и не важны «украденные голоса», пересчеты и прочая либерализация, включая выборы губернаторов, введение «мажоритарки» и так далее, — нужна ротация правящей, сиречь экономической, элиты России.

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Эта уникальная публика ни с кем и ни с чем себя не ассоциирует. Она лишена способности учиться на каком-либо опыте, потому что она настолько самовлюбленна, что чужого опыта просто не видит. Это исторический опыт, русский архетип: люди с «февральским синдромом», люди, которые не понимают, что чем большего они добьются, чем выше прыгнут, тем сильнее их будет ненавидеть Россия. Пассивная пока, никуда не ходящая. Они впервые вышли на площадь — это подвиг! «Грудью под пули». Целое поколение, воспитанное в эстетике игрушечного протеста против игрушечного «кровавого режима». Для них всё понарошку.
У оппозиции нет требований. Они не хотят Зюганова, они не хотят Немцова — они ничего не хотят. Вот они написали: «мы не оппозиция, мы граждане». Если вы голосовали за оппозицию — то вы оппозиция и есть. И тогда хотя бы можно кричать, что ваш голос украли. Между тем, они себя заявляют просто «гражданами». Я думаю, что большая половина этой публики на выборы не ходила. На митинги же им ходить «по приколу». Никто ничего у них не украл, потому что красть было просто нечего. Это не значит, что выборы были честными, или наоборот. Это значит, что мотивы этой публики совершенно другие. Это ухудшенный дегенеративный вариант февраля 17-го. Эти ребята пришли за всё хорошее против всего плохого. Навальный им по приколу, он яркий. Начинается интернет-кастинг: этот мне нравится, этот нет…
Чудаки! Вы говорите: «политика родилась в России»? Когда политика родится в России по-настоящему — вас никто не спросит. Как бывший репетитор, могу, зная московские хорошие школы, констатировать: этот народ еще с 80-х годов прекратили учить истории. Официозной, неофициозной — любой. Эти люди не знают истории вообще. Когда мы им тычем в лицо историческими фактами — они всё равно ничего не понимают. Мы смеялись много лет над американцами, которые не знают истории. Они не знают ничего: ни про себя, ни про остальных. Они не знают, кто воюет в Ираке. Теперь мы сами потихоньку им уподобляемся.
Сейчас, к тому же, мы столкнулись с феноменом интернет-поколения — первого, которое идеалом свободы считает анонимность и которое принципиально не способно отвечать за свои слова. Не говоря уже о делах. Когда Немцов (прошу прощения, что цитирую прослушки) говорит, что этих «хомячков» надо беречь от дубинок ОМОНа, он прав, и эти слова вызывают даже уважение. Они, действительно, получив один раз дубинкой, Немцову этого не простят. Для них русская политика возродилась, чтобы превратиться в вечеринку. Митинг — действительно теперь «тренд сезона», «самая модная вечеринка года».
Но русская политика — это не вечеринка, это кровавая каша. И то, что власти как-то удалось заморозить политику, — это, могло бы быть одной из её заслуг, если бы удалось политику заморозить на существенный, достаточный до решения каких-то исторических задач срок. Я в связи с этим вспоминаю слова Столыпина: «Дайте нам 20 лет — и мы дадим вам великую Россию». За 20 лет многие бы смогли… Да кто их даст — эти 20 лет?! Этим — «не по приколу» 20 лет стабильности. Им и 12 лет — обрыдло, пока их выкармливали!

Александр БОРОДАЙ.

Да, митинг на проспекте Сахарова, за счет большей, по сравнению с Болотной, идеологической нагруженности, проявил и полное разномыслие в рядах протестантов. Особенно забавно смотрелись на одном мероприятии имперские знамена «национал-патриотов» рядом с радужными флагами «сексуальных меньшинств». Так же, впрочем, как и выступление «Тора», извинявшегося перед «русскими людьми» за выступление с трибуны, на которой только что находился Кудрин.

Андрей ФЕФЕЛОВ.

Действительно, меня сильно удивляет резко антипутинская позиция некоторых протестных политических групп. Настоящее российское общество — это не ребята с айпадами и айфонами и не клуб постоянных слушателей «Эха Москвы». Очень нищая, очень злая, очень антисемитски настроенная и очень обиженная на Москву страна, худо-бедно контролируется пока Путиным. Путин гарантирует «элоям» их сладкую жизнь. Участники «сытого протеста» этого, похоже, «не догоняют"…

Михаил ЛЕОНТЬЕВ

Да, когда большая Россия — злобная, настоящая — выйдет, тогда им конец. Они действительно не понимают, что этот «кровавый режим» — единственная заслонка на пути ненависти к ним, к их VIP-лидерам, к их кумирам. Я уж не знаю, кто этим «випам» доложил, что их «бить не будут», но точно доложили! И они пришли — с женами, внучками, жучками, охранниками… Но на самом деле это люди, не только близкие к партии «жуликов и воров», — они сами и есть жулики и воры. Прочертить линию между «кремлевскими» и «болотносахарными» невозможно. Это одна гламур-тусовка.

Я не являюсь поклонником представительной демократии либерального типа. Собственно, другой мы и не видели. Выборы нигде не имеют никакого значения. Имеет значение восприятие населением результатов этих выборов. Эти выборы ничем не отличаются от предыдущих. А восприятие вдруг стало совершенно иным. В чем дело? Дело в том, что власть показала себя слабой. Вся крайне спорная, на мой взгляд, игра в тандем привела к тому, что эта публика аккумулировала свои «хомячковые» надежды в фигуре Дмитрия Анатольевича. Теперь Дмитрий Анатольевич исчез вместе с их надеждами… Сначала — дикое разочарование: всё пропало, «надо валить»! Потом откатная волна, поток раздражения: «достали», «обрыдло»! Надо сказать, что лозунг «обрыдло» чрезвычайно конструктивен. Много раз в истории человечества и отдельно взятой страны он приводил к позитивным последствиям, которые хорошо известны.

Вот это «обрыдло» свободно стало передвигаться в политическом пространстве — потому что власть у нас слабая. Во всяком случае, она дала повод так считать. И наконец, есть предкризисный невроз у всей этой публики, которая ничего не понимает в политике и экономике, не знает и не понимает истории. Но кризис она чует задницей. И знает, что она будет первой жертвой кризиса. Кто виноват — власть, «проклятый режим». Игрушечный — не страшный. Но вот если она, власть, действительно таковой окажется, тогда эта проблема действительно не решаема в действующей политической парадигме. Она решаема только путем катастрофы, из которой страна может уже не выйти.

Александр БОРОДАЙ.

Власть, находящаяся в межвыборный период в жуткой растерянности, похоже, выбрала для себя стратегию на ближайшее будущее. И как обычно, проигрышную. Стратегию страуса, закапывающего голову в песок и выставляющую на потеху «демократической» публике свою задницу. Устами Путина она пообещала «усиление стабильности», а устами Медведев — «усиление демократии» вплоть до состояния полного политического бардака. Хотите много партий — пожалуйста! Выборы губернаторов — мы сами давненько подумывали! Одномандатников и «общественное телевидение» (тухлая идейка с более чем десятилетним стажем, которая закончится ничем — никто налог на общественное ТВ платить не захочет) — конечно! Власть готова отдать то, что уже в свое время забрала. Готова, потому что понимает: все эти уступки — ерунда, не более, чем «демократическая фикция», которая в свое время была свернута за ненадобностью. Без этого антуража было немного проще управлять «этой страной». Но с его возвратом тоже можно (тем более, что большая часть не устраивавших Кремль «губернаторов-зубров» уже зачищена в медведевский период).

Андрей ФЕФЕЛОВ.

Александр Юрьевич, ты очень жестко определил стратегию власти. На мой взгляд, эта стратегия пока еще не ясна. Для меня ясно другое — затея с «тандемократией» политически и морально ослабила власть. Это было понятно изначально, еще до «медведевского междуцарствия». К тому же, мне представляется, что «тандемократия» — это такое заряженное ружье, которое еще выстрелит в конце второго акта драмы… Двустволка, призывно висящая на стене…

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Конечно же, власть в России может быть только консолидированной. Её полномочия и функции можно и нужно распределять, но нельзя распределить саму Власть. История показывает, что распределение Власти превращает страну в кашу.

Что касается стратегии власти… Это — самое интересное.

Первая реакция была нервическая. И вряд ли могла быть другой. Путин всё это время исповедовал конспиративный тип политики. Он никогда не вербализовывал вещи, про которые догадывался уже предпоследний ежик. Когда догадывался последний ежик — что-то вербализовывалось.

И это было вполне адекватно, потому что нельзя было говорить о целях, даже смутно напоминающих стратегические. Это было попросту смертельно опасно и для страны, и для самого Путина. Сейчас время конспиративной политики кончилось.

Если раньше надо было прагматизировать ценностные идеологические цели, то сейчас надо идеологизировать даже прагматические.

Андрей ФЕФЕЛОВ.

Но этого пока не происходит…

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Пока нет. Хотя он уже произнес вещи, от которых раньше у некоторых встали бы волосы дыбом. Если он нынешнюю РФ назвал «то, что осталось от России», если это вписать в контекст сформулированной уже им идеи евразийской интеграции, то путем простого сложения получаем идею восстановления территориальной целостности страны. Насколько возможно. В других, естественно, форматах. Что касается текущих вещей… Надо было скрыться в Сибирь, видимо, чтобы начать оттуда антикоррупционную кампанию. Когда называются такие фамилии — это уже не риторика, и это уже не стрелочники.

Есть единственный путь. Люди должны поверить, что у власти есть воля это безобразие прекратить. Тогда и репрессии не понадобятся. Это первый подход к снаряду. То, что произошло с «болотной», — это здорово, поскольку произошло вовремя, и есть время с этим справиться. Я не знаю, что там аналитики ЦРУ считают, и Кондолиза Райс, которая, как теперь выясняется, мудро предупреждала нашего президента. Есть время и есть пространство маневра. Задача Путина состоит в том, чтобы прекратить гоняться за всеми зайцами, за так называемым «путинским большинством». Сейчас уже нельзя нравиться всем. Проханов вот задал Путину вопрос про его «семёновцев-преображенцев»: где они? Путин сделал вид, что не понял. Имеет право. Если бы была возможность задать вопрос Проханову, я бы спросил: а где ваши «семеновцы-преображенцы»? Ваши предложения?..

Адекватный «оппортунизм» Путина связан с тем, что «семеновцев-преображенцев» у него нет. Те же, кого считают «семеновцами-преображенцами», ими не являются. Они называются другим хорошим ленинским словом…

Андрей ФЕФЕЛОВ.

Не будем говорить о слое, способном модернизировать страну. А попытаемся рассмотреть, скажем, просто опорные слои нынешней власти…

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Прежде чем говорить об опорных слоях, надо сказать, «ради чего». Надо сформулировать сверхзадачу. Путина спросили: «Зачем?» Но и на этот вопрос он не ответил. Это был тактический уход. Но исходя из презумпции вменяемости тактики, я думаю, что такие вопросы и были заданы, поскольку возникло желание дать ответ.

Мы начали с вопроса о конфигурации существующего режима. Он предполагает, что средний класс, слой, близкий к бизнесу, корпорациям, который получил стабильность, должен стать опорой режима.

Позволю себе некий исторический пример. В первую Государственную думу, куда выборы были квотные, в основном пришли крестьяне. Потому что «царизм» считал крестьянство своей опорой. Оказалось, что это не соответствует действительности и, соответственно, ставки были изменены. В долгосрочном плане это, правда, не помогло, но в краткосрочном — ситуацию облегчило. Отвечая на вопрос, скажу: мало ли кто что думал. Большего дерьма, чем нынешний «средний класс», порожденный условиями нашего переходного периода, нет. Даже предреволюционная интеллигенция была лучше. Она была удобрением, то есть в хорошем смысле дерьмом… Наш нынешний средний класс — это люди с генетической катастрофой в области ценностей. У них, к счастью, нечеловеческое самомнение, и поэтому они даже не способны объединиться.

Андрей ФЕФЕЛОВ.

«Они», может быть, и не способны объединиться политически, хотя это вопрос, но в силу, сносящую полицейские кордоны, — вполне…

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Можно устроить провокацию, которая будет следующим витком эскалации. Только и всего. Толпа — необходимый фон для провокации. И это инструмент. Ключевский и Дурново в разное время говорили одно и то же про политическую революцию в России: народу политические революции и «свободы» не нужны, они нужны элитам, потому что только элиты могут воспользоваться политическими свободами. Народу нужна социальная революция, которая есть истребление высших классов низшими.

Александр БОРОДАЙ.

Главная задача власти — дотерпеть. Хоть как-то приподнять пикирующий личный рейтинг премьера и выбрать его в марте президентом. И для «гарантии» сделать это в первом туре. Поэтому Путину, согласно идеям набравшего аппаратную силу Вячеслава Володина, сейчас надо совершать «подвиги». Наш «Геркулес» уже принялся за них. Сейчас он громит коррупцию среди энергетиков… Так, глядишь, и утопающего спасет или девочку из огня вынесет…

Похоже, в Кремле и «Белом доме» не готовы понять, что ни «либерализация», ни «подвиги» — уже не спасут. Что взбудораженный «средний класс», впервые вышедший на площадь и уже ощутивший себя «силой», не так уж нуждается в дополнительных атрибутах «свободы и демократии». Он на самом деле хочет «крови», хотя боится её, и всё время сам себя увещевает «не переступать закон», «жить дружно» и т. д. Причём, хочет крови не самого Путина (потому что боится гражданской войны и не видит, кто его мог бы заменить), а его окружения — самозваных «бояр» и «ближних людей» с их рублёвскими замками, мигалками и виллами вдалеке от родины.

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Больше всего меня пугают политические уступки нашей власти в сторону «либерализации». Уступки «площади» невозможны, поскольку она бессубъектна. Как говорил один мой знакомый: я очень уважаю очередь, это хорошие люди, но я не могу вступать в отношения с очередью, ибо это не субъект, а объект. Так и тут. Здесь мы не имеем дела с политической силой (даже так, как это было в 91-м, 93-м), здесь мы имеем дело с мясом, пушечным мясом.

Андрей ФЕФЕЛОВ.

Пойду я, дровишки подкину в «камин контрреволюции"…

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Поражает, что эти люди ничего не помнят. Собственный опыт, опыт пап-мам… Но в 90-м мы имели социально однородную страну, не способную к гражданской войне. Сегодня мы имеем страну, мягко говоря, не совсем однородную, с колоссальным запасом социальной ненависти. И с генетической постсоветской памятью, как всё должно быть «по справедливости». И с абсолютно раскрепощенным инстинктом насилия. Разница эпох видна даже на примере ГКЧП: помните, когда Янаев говорил Крючкову, что если хоть один человек погибнет, то он этого не перенесёт. Это очень типично. Номинальный вождь «военного переворота» не перенесёт гибели одного человека?! А сейчас легче пристрелить человека, чем послать. Проще и хлопот затем меньше… Сейчас «по-тихому» распустить страну, как в 91-м, не получится. Это точно.

Александр БОРОДАЙ.

Впрочем, Путин явно понял необходимость скорейших кадровых перемен и уже начал действовать. Явно потерял свои позиции главный «теневой политик» Кремля Владислав Сурков. В команду пришел «отвечать за ВПК» Дмитрий Рогозин — ожидаемая уступка «патриотической» части общества… Вроде пересаживают в другое теплое кресло и минпромовского долгожителя Христенко… Вот только почему не сразу на заслуженный отдых в Италию? Поговаривают, у министерской семьи Христенко-Голикова там всё неплохо с личной и гостиничной недвижимостью. Есть где жить, есть чем заниматься…

Хватит ли этой и другой кадровой чехарды, чтобы успокоить «творожные массы»? Вряд ли. Они — как взбунтовавшиеся стрельцы: ждут, когда с царского крыльца им кого-нибудь выбросят на копья. А их скороспелые лидеры, чувствующие за собой, пусть и пассивную, но поддержку Запада, всерьёз решили оторвать себе «кусочек власти». Одна надежда — передерутся за шкуру еще не убитого «медведя».

Очевидно, что даже если Путин без особых социальных катаклизмов сумеет еще раз вернуться в Кремль, его легитимность как правителя России всё равно будет в значительной степени подорвана. Поддержку ему может оказать только всерьёз обновленная «команда» и сильный премьер. Дмитрий Медведев, с его рухнувшим «ниже плинтуса» рейтингом, сильным премьером быть не может. Прохоров? Пример Хлопонина — человека из крупного бизнеса, ставшего высокопоставленным госчиновником, никак нельзя назвать положительным… Или Путину придётся мириться с премьером по фамилии Навальный?

Михаил ЛЕОНТЬЕВ.

Путину надо вернуться к своему «ядерному» электорату. Проблемы именно с этим электоратом. Он много сделал. Потом многих разочаровал. Прямая, ясная и убедительная апелляция к этому электорату с внятной и дельной программой действий должна вернуть ему поддержку. Политику, который делает дело, прощается очень многое. Лес рубят — щепки летят. Это правда. Надо рубить лес. Когда лес не рубится — к тебе все лезут со счетами за щепки. Я не могу вместо Путина формулировать то, что он должен сказать. Но я понимаю, что сказать — он должен. Времени достаточно пока. Если Путин проиграет, у нас будет гражданская война. Чтобы этого не произошло, не надо говорить, что на Болотную и на Сахарова вышла клокочущая совесть нации. Вышли просто милые, недалекие люди. Не агентура ЦРУ и не совесть нации. И сейчас у нас идет лишь кастинг «гапонов», которым предстоит этих людей пользовать…

Андрей ФЕФЕЛОВ.

Спасибо вам, друзья, за высказанные суждения. Пока мы беседовали, снегопад за окном перерос в настоящую русскую метель, похожую на снежную бурю. В этих неукротимых крутящихся потоках мелькают какие-то дикие тени, и ничего не видно… Хорошо в такую погоду быть «запечатанным» в загородном доме и ужинать, глядя на пылающий в камине огонь. При этом рассказывать друг другу всякие страшные истории…

http://www.zavtra.ru/content/view/vosstanie-eloev/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru