Русская линия
Седмицa.Ru А. Назаренко06.12.2011 

Память благоверного князя Александра Невского
6 декабря Русская Православная Церковь празднует память святого благоверного князя Александра Невского, в схиме Алексия (1263).

Александр Ярославич Невский (в иночестве Алексий; после 1219/20−14.11.1263),Святой благоверный князь Александр Невский св. блгв. (пам. 23 нояб. и 30 авг.- перенесение мощей, в Соборе Владимирских святых, в Соборе Карельских святых, в Соборе Новгородских святых, в оборе Санкт-Петербургских святых, в Соборе Тульских святых и в Соборе Эстонских святых), вел. кн. владимирский (1252−1263), 2-й сын переяславского кн. (с 1238 вел. кн. владимирского) Ярослава Всеволодовича. Еще в отрочестве, в 1228—1236 гг. (с перерывами), А. Я. Н. (до 1233 вместе со старшим братом св. блгв. кн. Феодором Ярославичем) был наместником отца в Новгороде; с 1236 (после ухода Ярослава на великокняжеский стол в Киев) по 1252 г.- князь новгородский (с небольшим перерывом зимой 1240/41). Новгородское княжение А. Я. Н. пришлось на период заметных внешнеполитических осложнений на сев.-зап. Руси. Оформление Литовского гос-ва при кн. Миндовге привело не только к усилению постоянных литов. набегов на Новгородскую, Псковскую, Смоленскую и Полоцкую земли, но и к прямой территориальной экспансии против Полоцка. Уже брак А. Я. Н. в 1239 г. с дочерью полоцкого кн. Брячислава (Васильковича?) преследовал, очевидно, цель организации совместных действий против Литвы, т. к. в том же году А. Я. Н. укрепил крепости по р. Шелони, прикрывавшие Новгород с запада. Действия Ливонского ордена, активизировавшегося после объединения в 1237 г. с Тевтонским орденом и урегулирования в 1238 г. отношений с Данией, оказались направленными против Пскова (вместе с Изборском захваченного в 1240) и подвластных Новгороду земель води по р. Луге (походы 1240 и постройка крепости в Копорье). Одновременно наступление шведов в Финляндии вылилось летом 1240 г. в поход на Новгородские земли, преследовавший цель либо захватить Ладогу, либо основать на Неве крепость, к-рая бы отрезала Новгород от подвластной ему Карелии. Стремительные ответные действия А. Я. Н. привели, однако, к разгрому швед. войска на Неве 15 июля 1240 г. (отсюда прозвище Невский), к отвоеванию в 1241 г. Копорья, а в 1242 г. Пскова, к походу зимой 1241/42 г. (с суздальской подмогой во главе с младшим братом Андреем Ярославичем) в Вост. Эстонию, к-рый завершился решительным разгромом войска Ливонского ордена и Дерптского епископа на льду Чудского оз. 5 апр. 1242 г. Противоречивые данные о потерях Ордена в древнерус. (Новгородская I летопись) и нем. (Ливонская рифмованная хроника) источниках затрудняют оценку масштабов сражения, но политическое значение этой победы А. Я. Н. остается вне сомнения: она вплоть до XV в. обеспечила status quo на ливонско-новгородской границе, поэтому неправомерны попытки свести битву до уровня рядовой пограничной стычки (J. Fennell). После смерти в 1246 г. Ярослава Всеволодовича (из наследственных владений отца А. Я. Н. получил, вероятно, Тверь) разгорелась борьба за вел. княжение Владимирское, в ходе к-рой А. Я. Н. вслед за братом Андреем в 1247 г. отправился в Орду к хану Батыю, а затем — в ставку вел. ханов в Каракорум, откуда вернулся только в кон. 1249 г., получив ярлык на «Кыев и всю Русьскую землю» (тогда как Андрей стал вел. кн. владимирским). Содержание полученного А. Я. Н. титула не вполне ясно; обычно считается, что речь идет о Юж. Руси, но поскольку в Киев А. Я. Н. не поехал, а остался княжить в Новгороде, то, вероятно, и последний входил в число пожалованных ему владений. В эти годы сложилась политическая концепция А. Я. Н., главными чертами к-рой явились лояльность по отношению к верховной власти Орды и решительный отпор военно-политическому и церковно-идеологическому натиску католич. Запада. Эта концепция формировалась в противоборстве с политикой княжеской коалиции во главе с Андреем Ярославичем и галицко-волынским кн. Даниилом Романовичем, направленной на союз с Западом, и прежде всего с папством, в надежде на его помощь в организации отпора монголо-татарам. Политика Андрея и Даниила неизбежно вела к унии с Римом, поэтому А. Я. Н. в своей борьбе против нее мог в полной мере опереться на поддержку Русской Церкви, и в частности митр. Кирилла II. Очевидно, именно в 1250 г., получив буллу папы Иннокентия IV от 1248 г. с предложением унии, А. Я. Н. дал рим. послам знаменитый ответ: «От вас учения не принимаем». Перемены в Каракоруме, где на престол был возведен покровительствуемый Батыем вел. хан Менгу, позволили А. Я. Н. перейти к решительным действиям. В 1252 г. он отправился из Новгорода в Сарай, где получил ярлык на вел. княжение Владимирское и, заручившись татар. подмогой («Неврюева рать»), вытеснил из Владимира Андрея, в итоге бежавшего в Швецию, а в Новгороде посадил сына Василия.

Последующие годы правления А. Я. Н. были посвящены консолидации внутриполитического положения и примирению с братьями: Ярослав Ярославич, пытавшийся в 1255 г. закрепиться в Новгороде, был вынужден смириться с выделенной ему А. Я. Н. Тверью; примерно в это же время из-за моря вернулся Андрей Ярославич, получивший Суздаль. Стабилизация внутренней ситуации позволила А. Я. Н. предпринять активные внешнеполитические шаги: зимой 1256/57 г. он во главе суздальско-новгородского войска совершил поход на емь, препятствуя закреплению шведов на юге Финляндии; возможно, к этому же времени относятся переговоры о браке сына А. Я. Н. с дочерью норвеж. кор. Хокона IV (1217−1263), обычно датируемые 1251/52 г.; крупным внешнеполитическим успехом было и заключение союзного договора с Миндовгом против Ливонского ордена в 1262 г. Тяжким, но неизбежным следствием политического курса А. Я. Н. стало монголо-татар. «число» — перепись населения, проводившаяся ханскими чиновниками с помощью княжеской власти (причем князья Андрей Суздальский, Ярослав Тверской, Борис Василькович Ростовский выступали как послушные исполнители политики А. Я. Н.) с целью упорядочения сбора дани и участия рус. отрядов в военных походах Орды. В 1257 г. «чтoшa» Суздальскую и Муромо-Рязанскую земли, в 1258 г.- Владимир. Перепись натолкнулась на активный протест древнерус. городов. 1-я попытка переписи в Новгороде в 1257 г., несмотря на личное присутствие А. Я. Н., оказалась неудачной; успеха с большим трудом военной силой удалось добиться только в 1259 г., после того как в предыдущем году А. Я. Н. и др. князьям пришлось ездить в Орду для объяснений. Ордынские поборы привели в 1262 г. к массовому восстанию горожан в Ростове, Владимире, Суздале, Ярославле, что вынудило А. Я. Н. снова ехать в Сарай, «дабы отмолити людии от беды тоя». Будучи задержан там ханом Берке на целый год, князь скончался на обратном пути, приняв перед кончиной монашеский постриг, и был погребен в Боголюбском Рождества Богородицы мон-ре во Владимире 23 нояб. 1263 г.

Как фигура эпохальная, на века определившая судьбы Руси и России, Святой благоверный князь Александр Невский А. Я. Н. и его политическая концепция, ставшая впосл. традиц. для князей Московского дома, по-разному оцениваются рус. и зап. учеными. В отечественной историографии А. Я. Н. обычно выступает национальным героем, дальновидным политиком, защитником Церкви, а его действия — единственно верными и реалистичными в то время. Зарубежные историки, преимущественно последнего времени, считают, что фигура А. Я. Н. и его деятельность во многом гиперболизированы, что его политика протатар. конформизма удалила Русь от Зап. Европы и надолго подорвала возможность организованного сопротивления монголо-татарам. Однако рус. национальным сознанием выдающаяся историческая роль А. Я. Н. была осмыслена уже вскоре после его смерти в агиографически стилизованной биографии князя — «Повести о житии Александра Ярославича Невского». Первоначальная редакция «Повести» была составлена, вероятно, в 80-х гг. XIII в. во владимирском мон-ре Рождества Богородицы неизвестным монахом по благословению митр. Киевского Кирилла II и по воле вел. кн. владимирского Димитрия Александровича — сына А. Я. Н. Составление «Повести» свидетельствует о том, что уже в это время в Рождественском мон-ре существовало местное почитание А. Я. Н.; в 1380 г. произошло обретение его мощей. Общерус. канонизация святого состоялась на Соборе 1547 г. К соборному прославлению А. Я. Н. по благословению Московского митр. Макария иноком владимирского Рождественского мон-ря Михаилом была составлена служба святому. Тогда же было написано «Слово похвальное благоверному великому князю Александру, иже Невьский именуется, новому чюдотворцу, в немже и о чюдесех его споведася». Как сказано в «Слове», его автор записал рассказ о чудесах А. Я. Н. со слов иноков Рождественского мон-ря. В 1550 г. «Слово» вошло в состав ВМЧ. В кон. XVI в. служба, составленная мон. Михаилом, была дополнена 2-м каноном, т. е. стала по составу бденной. Н. С. Серёгина предполагает, что автором дополнений к службе был Иона (Думин), архим. Рождественского мон-ря (1584−1588). Служба появилась уже в 1-м издании Минеи в 1610 г. В Уставе, изданном в том же году, в отношении празднования памяти А. Я. Н. находится указание: «Полиелей, аще хощет настоятель». Бденная служба из Минеи 1610 г. была помещена также в дополнительной части Минеи праздничной 1637 г., но в ней уже появилось особое величание А. Я. Н. как преподобного.

Вскоре после окончания Северной войны, 4 июля 1723 г., Петр I повелел перенести мощи А. Я. Н. из Владимира в С.-Петербург, чтобы т. о. освятить новую столицу, новую обитель (Александро-Невский мон-рь) и заключение Ништадтского мира. До Новгорода святые мощи торжественно несли на руках, а от Новгорода везли на богато украшенной лодке. Торжественная встреча мощей А. Я. Н. произошла 30 авг. 1724 г. в Усть-Ижоре, близ места Невской битвы. В этот же день был освящен во имя А. Я. Н. верхний храм ц. Благовещения Пресв. Богородицы Александро-Невского мон-ря и здесь установлена рака с мощами. В 1725 г. архим. Гавриил (Бужинский) составил службу на день перенесения мощей, празднование А. Я. Н. в ней совмещалось с благодарением Богу в день заключения мира со Швецией. Величание А. Я. Н. в этой службе утратило все элементы величания преподобному. Незадолго до переноса мощей указом от 15 июня 1724 г. Синод постановил писать образ святого не в монашеском облачении, «а во одеждах великокняжеских». В титул святого было добавлено слово «великий». При имп. Петре II празднование 30 авг. было отменено, а при императрице Анне Иоанновне — восстановлено. С того времени в синодальные издания Миней стали включать обе службы А. Я. Н.: 23 нояб.- на погребение бденная служба XVI в. и 30 авг.- на перенесение мощей служба 1725 г. Акафист А. Я. Н. (СПб., 1853) составлен еп. Кириллом (Наумовым), в издании акафиста помещена также молитва, читаемая на молебне перед мощами святого в Александро-Невской лавре. В 1790 г. святые мощи А. Я. Н. были перенесены из Благовещенского храма в новый Свято-Троицкий собор лавры, где они находились до 1922 г. В мае 1920 г. рака со святыми мощами была вскрыта. Результаты вскрытия показали, что в раке действительно находились мощи А. Я. Н., обгоревшие во время пожара в Рождественском соборе Владимира в 1491 г. О событиях 1491 г. свидетельствовала запись на бумаге того времени, найденная в раке вместе с мощами. После экспертизы рака была опечатана. С 1922 г. мощи находились в фондах Музея истории религии и атеизма, а рака — в ГЭ. В мае 1988 г. мощи А. Я. Н. были переданы РПЦ и 3 июня 1989 г. перенесены в Свято-Троицкий собор Александро-Невской лавры.

Источники: ПСРЛ. Л., 1926−19 282. Т. 1; НПЛ; Псковские летописи / Изд. Л. Н. Насонов. М.; Л., 1941−1955. Вып. 1−2; Livla"ndische Reimchronik / Hrsg. L. Meyer. Paderborn, 1876; Бегунов Ю. К. Памятник русской литературы ХIII в. «Слово о погибели Русской земли». М.; Л., 1965. С. 158−180, 185−194 [изд. жития А. Я. Н.]; Грамоты Великого Новгорода и Пскова / Под ред. С. Н. Валка. М.; Л., 1949; Акты исторические, относящиеся к России / Извлеч. из иностр. архивов и б-к А. И. Тургеневым. СПб., 1811. Т. 1.. 78 [булла Иннокентия IV А. Я. Н.]; Янин В. Л. Актовые печати Древней Руси X—XV вв. М., 1970. Т. 2. № 372−378 [печати А. Я. Н.].

Литература: Экземплярский А. В. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г. СПб., 1889. Т. 1. С. 29−40; Насонов А. Н. Монголы и Русь: История татарской политики на Руси. М.; Л., 1940; Ледовое побоище 1242 г.: Сб. М.; Л., 1966; Колотилова С. И. Русские источники ХIII в. об Александре Невском // Уч. зап. ЛГПИ. 1971. Вып. 502. С. 99−107; Fennell J. L. I. Andrej Jaroslavic (and the Struggle for Power in 1252: An Investigation of the Sources // Russia Mediaevalis. 1973. T. 1. P. 49−63; idem. Heiligkeit und Herrschaft in der Vita Aleksandr Nevskijs // Forschungen zur osteuropa"ischen Geschichte. 1973. Bd. 18. S. 55−72; Leitsch W. Einige Beobachtungen zum politischen Weltbild Aleksandr Nevskijs // Ibid. 1978. Bd. 25. S. 202−216; Шаскольский И. П. Борьба Руси против крестоносной агрессии на бepeгax Балтики в ХII-ХIII вв. Л., 1978. С. 147−226; Кучкин В. А. К биографии Александра Невского // Древнейшие государства на территории СССР: Мат-лы и исслед., 1985. М., 1986. С. 71−80; Охотникова В. И. Повесть о житии Александра Невского // СККДР. Л., 1987. Вып. 1. С. 351−363 [библиогр.]; Феннел Д. Кризис средневековой Руси: 1200−1304. М., 1989. С. 136−207; Князь Александр Невский: Мат-лы науч.-практ. конф. 1989 и 1994 гг. СПб., 1995; Князь Александр Невский и его эпоха. СПб., 1995; Александр Невский и история России: Мат-лы науч.-практ. конф. 1995 г. Новгород, 1996; Лурье Я. С. Ордынское иго и Александр Невский: Источники и историография XX в. // Он же. Россия древняя и Россия новая: (Избр.). СПб., 1997. С. 100−130; он же. К изучению летописной традиции об Александре Невском // ТОДРЛ. 1997. Т. 50. С. 387−399. Джаксон Т. Н., Кучкин В. А. Год 1251, 1252 или 1257? (К датировке русско-норвежских переговоров) // Восточная Европа в древности и средневековье: X Чтения к 80-летию В. Т. Пашуто. М., 1998. С. 21−28.

http://www.sedmitza.ru/text/880 611.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru