Русская линия
Радонеж Сергей Худиев26.09.2011 

Творческий консерватизм
Часть I

В сегодняшней России существует явный запрос на консервативную идеологию. Но что мы имеем в виду, говоря о консерватизме? Есть старый детский анекдот про Петьку и Василия Ивановича — Василий Иванович распорядился приставить охрану к зданию консерватории. «Зачем?» — спрашивает Петька. «Как зачем? Чтобы консервы не воровали!». Со словом «консерватизм» связано похожее недоразумение — его связывают со словом «консервировать», и, значит, «сохранять старое». Надо сказать, что такой оттенок — сохранения старого — в консерватизме есть, но не он, пожалуй, является главным.

В нашем контексте не очень понятно, что считать старым. Традиция исторической России глубоко подорвана за годы коммунистической диктатуры, и можно говорить только о ее воссоздании, а не сохранении. Консервировать то, что большинство людей воспринимает как «старое» — то есть поздний СССР — тоже довольно странно.

Поэтому нам надо подумать о более глубоком смысле слова «консерватизм», смысле, выходящем за рамки консервации.

Консерватизм и осмысленность мироздания

Более глубокой и фундаментальной чертой консервативного мировоззрения является даже не сохранение старого — консерватор может быть реформатором и поддерживать перемены — а определенный взгляд на мироздание и место человека в нем. Консерватор верит в осмысленность, упорядоченность мироздания, отражением которого является социальный порядок. Не случайно консерватизм, как правило, религиозен. Консерватор верит в существование благого и созидательного Божиего замысла о человеке, и полагает, что общественное устроение должно искать согласия с этим замыслом. Поэтому консерватор может быть сторонником перемен — он оценивает социальные установления не с точки зрения их «старинности», а с точки зрения их сообразности тем требованиям правды и милости, которые он находит в Евангельском и в естественном законе. Радикальные перемены — такие, например, как отмена крепостного права в России или запрещение работорговли в Великобритании — могли опираться на глубоко консервативный взгляд на мир. Консерватор верит в реальность надчеловеческой правды, которую он ищет отразить в человеческом обществе — а это глубоко творческая работа, предполагающая поиск того, как вечные истины должны проявлять себя в меняющихся условиях.

Оппонентом консерватора является не сторонник перемен как таковых, а сторонник определенного взгляда на мир; этот взгляд, по существу, атеистичен, хотя его сторонники и могут придерживаться определенной, чаще всего размытой и неортодоксальной религиозности. Согласно этому взгляду, никакого высшего замысла о человеке не существует — по крайней мере, он не имеет отношения к общественной жизни. Существуют воли индивидуумов — и их групп — и общественная жизнь состоит в их согласовании. Более того, любые разговоры о вечных истинах, о естественном законе, об объективных моральных ценностях рассматриваются как угрожающие личной свободе и самореализации человека.

Такого оппонента иногда обозначают словом «либерал», но это не совсем верно и создает путаницу. «Либерализм» в смысле приверженности личной свободе может быть связан с консерватизмом и никак не является его противоположностью. Более подходящим, по-видимому, является термин «революционер» — человек, который устремляется разрушить «весь мир насилья», ради мечтаемого светлого будущего. Средствами такого разрушения может выступать и вооруженный переворот, и постепенное продвижение определенных взглядов через СМИ, массовую культуру, законодательные собрания и суды.

Рассмотрим различие консервативного и революционного подходов на примере острой полемики, которая в США и в некоторых странах Европы ведется относительно так называемых «однополых браков». Консервативная позиция состоит не в противлении переменам потому, что это перемены, не в страхе перед новым, (хотя критики консерваторов и пытаются создать такое впечатление) а защите естественного закона. С точки зрения консерватора, брак — это не что-то, придуманное людьми, не что-то, что они могут, при желании, изменить — а неизменное проявление человеческой природы. Люди сотворены мужчинами и женщинами, которые естественно предназначены для того, чтобы формировать прочный моногамный союз — который мы видим в самых разных культурах и в самые разные эпохи. Брак может быть «однополым» не больше, чем мужчина может быть беременным — и бессмысленно спрашивать, почему мужчина «лишен права на беременность». Он просто не может быть беременным — такова человеческая природа, и мы призваны жить в соответствии с ней. Пытаясь игнорировать эту реальность, этот изначальный замысел о человеке, мы не навлечем на себя ничего, кроме бед.

Разумеется, между самими консерваторами могут быть серьезные разномыслия относительно того, какие именно социальные установления соответствуют нашей природе и естественному закону; однако консерваторов относит в один лагерь само признание такого закона.

Личная свобода

И консерватор, и революционер говорят о личной свободе — но исходят при этом из принципиально разных предпосылок. В консервативном мировоззрении свобода человека обусловлена двумя реалиями — тем, что человек обладает объективным долгом и предназначением, и тем, что человек грешен, и любые общественные институты неизбежно несут на себе печать греха.

Человек обладает объективным призванием и объективным долгом, требование свободы исходит из требования осуществления этого долга. Мы призваны искать истину — а значит, должны быть свободны от идеологического диктата, который препятствует нам это делать; мы призваны трудиться и умножать данные нам таланты — а значит, у нас должна быть свобода в нашей экономической, или художественной, или научной деятельности. Мы призваны утверждать правду и милость и противиться беззаконию — а значит, у нас должна быть свобода общественной деятельности. Свобода для консерватора есть свобода осуществления положительного нравственного идеала; для революционера — свобода от всех юридических или моральных ограничений, налагаемых на личное хотение.

Свобода консерватора, это, например, свобода вероисповедания, свобода молиться Богу по своей вере; свобода революционера — это свобода глумиться над религиозными святынями. Для консерватора свобода это «свобода для» — свобода следовать своей совести; для революционера — это «свобода от», свобода от ограничений. Примером может служить известный скандал с карикатурами на Муххамеда в одной датской газете. Многие заявили, что, поскольку свобода самовыражения является одной из фундаментальных демократических ценностей, издатели имеют право публиковать карикатуры на кого угодно. Ряд изданий даже перепечатал эти карикатуры.

Консерватору не пришло бы в голову делать дурную вещь, чтобы продемонстрировать, что он свободен ее сделать — и как раз консервативные издания карикатур перепечатывать не стали. Ущемление свободы для консерватора — это когда ему препятствуют исполнить его долг; для революционера — когда ему препятствуют исполнить его хотение. С этим связано и несколько разное восприятие прав человека, о чем мы скажем несколько позже.

http://www.radonezh.ru/analytic/15 082.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru