Русская линия
Вечерняя МоскваЕпископ Пантелеимон (Шатов)22.09.2011 

Социальное служение Церкви — ее свидетельство о том, что в мире есть Любовь

В чем заключается сегодня социальное служение Церкви? Епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон (Шатов) Может ли Церковь способствовать интеграции инвалида в современном обществе? На эти и иные вопросы газете «Вечерняя Москва» (№ 177 (25 692) от 21 сентября 2011) ответил председатель Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон.

— Есть ли совместные проекты Синодального отдела по благотворительности и социальному служению и Департамента социальной защиты населения города Москвы, направленные на помощь людям с ограничениями здоровья?

— Таких проектов несколько. Сегодня сестры милосердия помогают в детских домах для детей-инвалидов («Южное Бутово» и ДДИ № 15), наши добровольцы помогают в психоневрологических интернатах (№№ 11, 25). Ежедневно более 20 детей, страдающих ДЦП, получают помощь в медицинском центре «Милосердие» в Марфо-Мариинской обители. Там же мы планируем создать детский сад для детей-инвалидов.

Сестры милосердия из патронажной службы и добровольцы помогают инвалидам на дому. Скоро будут открыты патронажные курсы для родственников людей с ограниченными возможностями. Этим летом на море был организован лагерь для детей-инвалидов и их родителей.

— В чем заключается, на ваш взгляд, социальное служение Церкви? Как изменилось оно за последнее десятилетие в нашей столице?

— Социальное служение Церкви — это ее непосредственное свидетельство о том, что в этом мире есть Любовь. Любовь с большой буквы, заповеданная нам Господом Иисусом Христом. Наше служение включает в себя различные начинания, которые зачастую по своей значимости и организации могут конкурировать с государственными проектами.

Мы привлекаем добровольцев, занимаемся реабилитацией наркоманов, алкоголиков, бездомных — словом, пытаемся оказать помощь всем тем, кто в ней нуждается. За последнее десятилетие это служение сильно изменилось. Увеличилось число добровольцев: сегодня служба добровольцев «Милосердие» насчитывает 1 400 человек, многие из которых помогают инвалидам. За последнее десятилетие Церковь взяла под опеку несколько детских домов для детей-инвалидов и психоневрологических интернатов.

В Марфо-Мариинской обители открылся медицинский центр «Милосердие» для детей, страдающих ДЦП. Создаются новые проекты, так что, как мы видим, служение милосердия развивается достаточно активно, и к нему присоединяются все новые люди. По воскресеньям в 11.45 в храме царевича Димитрия при 1-й Градской больнице (Ленинский проспект, дом 8, корпус 12) происходит встреча новых добровольцев: каждую неделю приходят 15−20 человек.

— Третий год существует антикризисная программа «Друзья милосердия», какую помощь она оказала московским инвалидам?

— Эта программа заключается в том, что люди перечисляют одну сотую часть своих доходов. На сайте «Милосердие.ру» каждый человек может присоединиться к программе, стать другом милосердия и почувствовать радость помощи самым обездоленным людям. Ежемесячно благодаря программе удается собрать больше двух миллионов рублей.

Эта программа нам очень помогла, потому что денег на социальную деятельность государство нам пока не выделяет. Исключение составляют гранты и субсидии, но системной помощи мы, к сожалению, не получаем.

— Как вы считаете, можно ли создать в Москве храм для детей-инвалидов? И есть ли в столице такие достойные люди, которые готовы помочь в реализации пусть и фантазийного, но необходимого проекта?

— Храм для детей-инвалидов уже есть — это храм в Марфо-Мариинской обители. В этом храме мы всегда рады принять детей-инвалидов, для них ведутся занятия в воскресной школе. Кроме того, в храме Тихвинской иконы Божией Матери в Симоновом монастыре совершаются специальные богослужения для слабослышащих людей.

— Как Церковь может способствовать интеграции инвалида в современном обществе?

— Когда мы встречались с представителями различных инвалидных организаций, они сетовали на то, что зачастую не могут попасть в храм: нет лифтов, пандусов, специальных приспособлений. Но нужно иметь в виду, что большинство храмов являются архитектурными памятниками, и Общество охраны памятников вряд ли разрешит нам изменить их внешний вид. На той встрече я предложил такой выход из положения: у нас есть добровольцы, которые готовы на собственных машинах привозить в храм людей с ограниченными возможностями, в том числе незрячих и слабослышащих. Чтобы попросить о помощи, нужно позвонить по нашему круглосуточному телефону (972−97−02).

— Возможно ли научить современного здорового ребенка милосердию, любви, пониманию к человеку-инвалиду?

— Конечно, возможно. Прежде всего это зависит от того примера, который подают ребенку родители. Но также нужно, чтобы среда, в которой мы живем, была доступна для детей-инвалидов. Это задача не столько Церкви, сколько всего нашего общества и государства. Если ребенок будет видеть вокруг себя детей-инвалидов, тогда его будет легче воспитывать. Но если он видит детей-инвалидов очень редко, то его реакция не всегда может быть адекватной: он к ним не привык, не знает, как себя вести. Я знаю, что в одной православной школе специально брали в класс ребенка-инвалида, чтобы дети помогали ему и воспитывались вместе с ним. В таком случае возможна полноценная интеграция.

Беседовала Ирина Долгополова

http://www.vmdaily.ru/article/124 889.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru