Русская линия
Отрок.uaПротоиерей Андрей Ткачев20.09.2011 

Большой брат или Всевидящее Око?

Человек всю жизнь учится читать. Однажды освоив буквы в школе или независимо от неё, он затем вынужден учиться читать по лицам, разбираться в различных знаковых системах, от умения читать которые (например, язык дорожных знаков) зависит жизнь и его, и тех, кто рядом.

Любая культура является сложной системой оповещений, предупреждений, напоминаний о прошлом, запретов.

Человек, не умеющий читать культурные знаки, будет сожран непонятной действительностью подобно тому, как будет ударен смертельным разрядом человек, пренебрегший надписью «Не влезай — убьёт!»

Надо учиться читать.

Иногда люди выпячивают знаки своей принадлежности к субкультурам. Тогда по манере завязывать галстук и по марке часов на запястье, по цвету платка, выглядывающего из кармана, или по рисунку татуировки ты сразу узнаёшь о человеке именно то, что он сам хочет сделать известным для людей, умеющих эти нюансы замечать.

Иногда, напротив, кто-то нагло метит территорию, разбрасывает знаки своего присутствия, но окружающий люд в ус не дует, поскольку чтению особых знаковых систем не обучен.

Трудно сказать, с чем именно мы имеем дело в данном случае, но на рекламных щитах в Киеве появились плакаты, возвещающие о появлении в Украине «Большого брата».

Вроде бы всё понятно — телевизионное шоу, по типу которого были сняты прошедшие на наших экранах «За стеклом», «Дом-1» и «Дом-2». Лёгкая возможность стать «звездой», заплатив за превращение полной публичностью и многодневной жизнью перед зрачками бесчисленных телекамер. Вместе с тем, правильное отношение к этому шоу ведёт нас глубже и дальше, по крайней мере, заставляет знакомиться с некоторыми литературными произведениями. Имеется в виду Оруэлл и его роман «1984».

Это яркая, острая и не лишённая если не прозорливости, то прозрений антиутопия. Европейская мысль плодила «утопии» долго и настырно. В переводе «утопия» означает «то, чему нет места», то есть то, чего нет в природе, но очень бы хотелось, чтобы было. Этим именем называли вымышленные страны, в которых, по мысли авторов утопий, жизнь счастлива и безмятежна. Земным раем мыслились утопии для писателей, но внимательное прочтение этих мечтаний даёт тоскливое ощущение попадания в подлинный концлагерь. Такова жизнь в идеальном государстве Томаса Мора, таков политический платонизм, если в него вчитаться. Но дело было не так страшно, пока жизнь оставалась неидеальной, а её идеальные модели жили только в головах мыслителей.

Всё изменилось в ХХ веке. Люди решились не просто мечтать о земном рае, но и создавать его. Итогом больших трудов и масштабных кровопролитий, как назло, явился вовсе не рай, а настоящий ад, или его земное преддверие. Вот тогда-то в литературе и появились романы-антиутопии. Брэдбери, Оруэлл, Замятин, отчасти — Платонов, изобразили в своих книгах трагическое крушение мечты о прекрасном обществе. У Андерсена гадкий утёнок стал лебедем. У Оруэлла лебедь стал ехидной. Многое писатели-антиутописты списывали с натуры, многое ещё не явленное открывалось их творческой интуиции.

Большой брат или, если точнее, Старший брат — это таинственный персонаж, управляющий жизнью Океании — государства, описанного в книге Оруэлла. Существует ли Большой брат реально — никому в Океании неизвестно, но его портреты смотрят на человека отовсюду. «Большой брат видит тебя», — гласят плакаты, нарисованные так, что ты ощущаешь себя в поле зрения изображения, куда бы ни шёл.

Страна, возглавляемая Большим братом, является тоталитарным государством. Это государство предъявляет требования не только к поведению человека, но и к его мыслям. Там существует такое понятие как «мыслепреступления», то есть мысленное противление режиму или несогласие. Стоит попасть на допрос или под пытку, которые проводятся в Министерстве любви (sic), — и человек расскажет о себе всё что угодно. Кроме Министерства любви, существуют ещё Министерство правды, которое врёт 24 часа в сутки; Министерство мира, которое ведёт постоянные войны. Короче, картинка узнаваемая. Узнаваемая и страшная.

Книгу стоит прочесть. По крайней мере, участвовать в шоу человек, читавший книгу, едва ли согласится.

Наш народ, переживший не киношный, а реальный пресс тоталитарной власти, должен был бы воспитать в себе некий подкожный страх, некую защитную реакцию на попытки оболванивания, управления сознанием, залезания в душу в грязных сапогах. Ничуть не бывало. Ещё в памяти многих живы реальные слежки, ещё в чьи-то сны приходят воспоминания о настоящих допросах — а уже телевизионное шоу, взявшее имя взаймы у выдуманного концлагеря, выходит на экраны. Прав был Серафим Роуз, отводивший особое место в истории ХХ века Диснейленду и Гулагу. Диснейленд сверкает огнями, детишки на каруселях радостно визжат — а на заднем плане видна вышка с часовым и колючая проволока, но никто на это не обращает внимания. Пока.

Но сказанное — лишь верхний слой явления. Идём дальше.

Человеку свойствен стыд и стремление спрятаться от чужих глаз хотя бы ненадолго. Право отгораживать кровать от чужих глаз или прятаться за фанерной перегородкой было даже у строителей казарменного социализма. Для человека неестественно находиться в поле чужого зрения постоянно. В данном же случае мы сталкиваемся с добровольным согласием человека влезть в «клетку» и обнажить свою жизнь перед телекамерами без всякого исключения. Мы имеем дело также с желанием огромного числа людей понаблюдать за человеком, напрочь лишённым интимности и тайны.

Одно из двух: либо эти опыты искалечат тех, кто на них согласится; либо речь идёт об уже искалеченных персонажах, для которых жизнью является то, что обычно приносит смерть.

Опыты над человеком — это не только то, что было вскрыто и осуждено на Нюрнбергском процессе. Под знаком опытов над отдельным человеком и целыми народами история движется уже не одно десятилетие. Остались в прошлом эксперименты по спариванию приматов с человеком, канули в Лету попытки создания международного братства трудящихся при помощи переливания крови. Но им на смену пришли другие опыты. Они переместились в ту область психики, в тот заповедный и таинственный мрак, где живёт память, где слышан голос совести, голос крови и родовое сознание.

Отметая табу, взламывая запреты, докапываясь до подсознательных глубин, экспериментаторы стремятся добраться до сердцевины личности. Ими движет желание освободить человека, изменить его мысленные коды, сделать его дитём нового века и новых просторов. Они, скорее всего, расщепят, а не исцелят бедную личность, эти смелые — или подлые — экспериментаторы. Они подтолкнут человека в спину и лишь ускорят его движение к той пропасти, в сторону которой он и без того идёт.

«Большой брат» — это очередная пародия на Всемогущего Бога, а человек под бесконечными глазками телекамер — пародия на Авраама. Тому сказал Господь: Я Бог Всемогущий; ходи предо Мною и будь непорочен (Быт. 17, 1). И Авраам ходил пред Богом, помнил о Нём, саму повседневность превращая в непрестанное служение.

Большой Брат (пусть это имя будет сборным именем всех подобных шоу) обращается к человеку, уже забывшему или стремительно забывающему о существовании Всемогущего, и говорит ему: «Привыкни к тому, что тебя видят всегда. Забудь про стыд. Делай вид, что ты играешь в кино. Вся жизнь, в сущности, и есть игра. Никакой непорочности я от тебя не требую. Более того, ты нужен мне именно порочным. Будь порочен и ходи предо мною».

«Будь порочен безо всяких угрызений совести и помни, что за тобой всегда наблюдают», — эти слова, отдающие могильным холодом, могут быть когда-нибудь обращены ко всем жителям Земли.

Наши идейные противники любят говорить, что, мы, попы, вечно пугаем людей, желая удержать их в подчинении. Что ж, переубедить людей, уверенных в правоте этого тезиса, не удастся, да я и не буду особо стараться. Для меня куда важнее сообщить другим людям, читающим Библию, библейский взгляд на то, что происходит вокруг. Научить, например, видеть в дрессировщике и диких зверях на арене цирка бледное подобие райской жизни, где животные слушались Адама и видели в нём господина, а не врага. Или, слушая прогноз погоды, вспоминать слова Христа: Лицемеры! Различать лицо неба вы умеете, а знамений времён не можете (Мф. 16, 3).

Вот и видя на плакате большой глаз и слова «Большой брат», я не могу отмахнуться от целого роя мыслей и ассоциаций. Это мысли о вездесущии Божием и хождении перед Ним. Это мысли о том, как тоталитарное государство пытается подражать Богу и заменить Его собой.

Это мысли о прошлом, которое известно, и о будущем, которое готово выползти из-за горизонта.

Это непростые мысли. В них опасно погружаться, сидя за рулём автомобиля. Поэтому за рулём я пытаюсь развеяться и включаю радио.

Как правило, в это время по радио выступает какой-то чиновник из Министерства правды или Министерства любви.

http://otrok-ua.ru/sections/art/show/bolshoi_brat_ili_vsevidjashchee_oko.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru