Русская линия
Нескучный садСвященник Вадим Арефьев12.09.2011 

Десять лет 11 сентября: трагедия привела американцев в храмы

В этом году исполняется десять лет трагедии 11 сентября,Нью-Йорк. 11 сентября 2001 г. когда небоскребы-близнецы, знаменитые башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, были разрушены нападением террористов, протаранивших их на захваченных пассажирских самолетах. Священник Вадим АРЕФЬЕВ, клирик Зарубежной Церкви, живет в Нью-Йорке, здесь он занимается помощью бездомным на Брайтон-Бич. В тот день он сам был в здании торгового центра. Как переживало трагедию американское общество тогда и как оно переживает ее сейчас, отец Вадим рассказал нашему журналу.

— О трагедии на улицах уже не говорят, как это было на протяжении первого года после катастрофы. Теперь, когда страсти почти улеглись, о ней помнят в первую очередь люди, которых она коснулась непосредственно, люди, потерявшие там родственников или сами бывшие в башнях-близнецах. К примеру, существует фонд, который объединяет русскоязычных американцев, переживших 11 сентября; мы встречаемся раз в год; недавно фонд добился разрешения открыть небольшой мемориал на территории городского парка неподалеку от Брайтон-Бич в память о русских эмигрантах, погибших во Всемирном торговом центре.

Я живу в США уже 19 лет, и для меня 11 сентября тоже стало своеобразным Рубиконом, вехой, сравнимой с Чернобыльской катастрофой. Мне пришлось послужить в советской армии в 100-километровой зоне от взрыва АЭС. Через год, вернувшись в Москву, я увидел, что никакого переосмысления не произошло, после Чернобыля не было ни общественного подъема, ни солидарности, ни религиозного рвения. Было глухое озлобление, равнодушие и даже глумление. Мы переживали Чернобыль стиснув зубы и тихо проклиная судьбу: так молодые ребята шли на смерть, они ведь получили чудовищные дозы облучения, и очень скоро после катастрофы многие из них скончались. Может, когото эта трагедия и привела в храм, но я говорю про общество в целом.

Реакция американского общества на трагедию 11 сентября отличалась разительно. Вспоминая те дни, я могу отметить небывалый подъем патриотизма и солидарности в обществе: вся страна была завешана звездно-полосатыми флагами, все храмы были полны прихожан, в том числе и православных, тысячи молодых людей добровольцами участвовали в разборе завалов.

Я сам был во Всемирном торговом центре в тот день, когда случилась трагедия, и покинул здание, только когда одна из башен уже пылала. Я хотел попасть вечером на всенощную в наш храм, но не мог выбраться с Манхэттена — потерпевших переправляли на противоположный берег Ист-Ривер, и эвакуация затянулась, так что, пока я добрался до храма, служба уже закончилась. Почему-то я все же решил зайти, хотя бы приложиться к иконам. К моему удивлению, храм оказался полон людей, меня встретил наш настоятель, протопресвитер Валерий Лукьянов, я рассказал ему, что был там, на месте трагедии, он обнял меня и, обратившись к прихожанам, сказал: «Сегодня мы пережили страшное событие, давайте помолимся за тех наших братьев, которые остались в башнях», тут же все опустились на колени, и мне показалось, что даже стены храма задрожали, мы молились вместе, и именно тогда мы стали друг другу по-настоящему близкими людьми. После молебна батюшка пригласил меня на завтрашней литургии помолиться в алтаре. Тогда над Горним местом я увидел потрясающую икону: Пресвятая Богородица как будто бы обнимает всех, кто находится в храме. В тот день дистанция, которая отделяла прихожан друг от друга, рухнула, в тот день мы стали одной семьей. Уже через год после трагедии мы создали наш «Дом трудолюбия» во имя святого Иоанна Кронштадтского для помощи бездомным эмигрантам, живущим на Брайтон-Бич. Возможно, всего этого не было бы, если бы не случилось 11 сентября.

Однако нужно сказать, что трагедия для Америки — это не только дух взаимопомощи и не только религиозный всплеск, но и озлобление. Мне не хотелось бы пересказывать все те лозунги, которые тогда звучали, все эти разговоры о том, что мы сделаем с Бен Ладеном, когда его поймаем. Мусульманам было опасно ходить по улицам, их избивали возле мечетей. Это озлобление окончательно не прошло и теперь. Дело в том, что американцы восприняли теракты не как действия, направленные против Соединенных Штатов или против политики американского правительства, а как нападение мусульман на христианскую цивилизацию. Я не согласен с таким взглядом, и вообще я стараюсь держаться подальше от политики, но тогда мое зрение было как будто избирательно, я видел все немного под другим углом, и главное, что я видел тогда, как искренне люди молятся, как они сострадают, как они поддерживают друг друга.

Накануне десятилетнего юбилея не утихают споры о мемориале, который власти собираются возвести на месте башен торгового центра. Что можно построить на костях? Храм в лучшем случае, ну или крест, то есть памятник, потому что по сути это могила. Однако сегодня там собираются построить торговый центр с искусственным мемориальным парком — это просто кощунство. Многие американцы воспринимают эти намерения как плевок в душу, как вызов. То же можно сказать и о предложении построить мечеть, я не фанатик и не имею ничего против мусульман, но пусть они построят мечеть в другом месте, потому что даже предлагать подобное — это только подливать масла в огонь.

Всплеск религиозности, о котором я рассказывал, со временем прошел, как это всегда и бывает, так же как и в России, волна прихожан, которые обратились к христианству в начале девяностых, со временем схлынула. Но для людей церковных эта трагедия стала своеобразным опытом, возможностью переосмыслить свое место в Церкви. В том числе и мне эти события помогли осознать свое место, найти свое служение Христу. Сперва я занялся социальной работой, а через четыре года был рукоположен в священнослужители. Я уверен, что для многих 11 сентября стало именно таким переломным моментом.

Подготовил Дмитрий РЕБРОВ

http://www.nsad.ru/index.php?issue=84§ion=10 037&article=1627


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru