Русская линия
Слово Шарль Диль18.07.2011 

Знаменитые города искусств. Равенна. Мавзолей Галлы Плацидии
Перевод А. Васильевой (специально для ПОРТАЛ-СЛОВО.RU)

История жизни Галлы Плацидии, дочери Феодосия Великого[1]и сестры императора Гонория[2] необыкновенно событийна, красочна и захватывающа, как в романе. Ей не было еще и двадцати лет, когда она попала, во время взятия Рима, в плен к Алариху[3]. По притокам Тибра пленница была доставлена к берегам Гаронны, в лагерь варваров-вестготов. Вскоре, благодаря своей замечательной красоте, она стала возлюбленной Атаульфа[4], брата своего победителя, и должна была согласиться выйти за него замуж, поскольку, будучи принцессой, могла помочь двору Равенны обрести примирение с захватчиками. Свадьба Галлы Плацидии, состоявшаяся в Нарбонне, представляла собой весьма любопытное зрелище. Желая понравиться дочери Феодосия, германский король облачился в римское одеяние, и в то время как по античному обычаю ритор пел эпиталаму[5], пятьдесят молодых рабов торжественно подносили юной новобрачной свадебный подарок — сосуды, наполненные золотом и драгоценными камнями, добытыми в Вечном городе.

Позже новые политические обстоятельства изменили судьбу Галлы Плацидии. Оставшись вдовой после смерти своего первого мужа, по возвращении в Равенну она должна была выйти замуж за всесильного министра своего брата — генерала Констанция[6]. Галла родила ему двух детей, старший из которых стал императором Валентином III. Вследствие дворцовых интриг принцесса с сыном была выгнана из дворца и вынуждена была искать убежища в Константинополе. После смерти Гонория она воссела со своим юным сыном на западном троне и, вернувшись правительницейв Равенну, в течение двадцати пяти лет она смогла удерживать там власть. Благодаря силе своего духа, своей несокрушимой энергиии мужеству, а также помощи главного министра Аэтиуса Галла Плацидия сумела в водовороте событий V столетия поддерживать шаткую империю.

Мавзолей Галлы Плацидии в РавеннеХитрая и амбициозная, но в то же время глубоко проникнутая чувством величия романской культуры Галла Плацидия, оставила в истории долгую память не только своими экстраординарными приключениями, но и возведенными ею великолепными культовыми зданиями. В настоящее время в Риме над триумфальной аркой базилики Св. Павла за городскими стенами[7], рядом с именем папы св. Льва[8] еще сохранилось начертание имени Галлы Плацидии, которое напоминает о том, какой роскошью она пожелала украсить эту базилику. В Равенне, к которой Галла Плацидия испытывала особенную любовь, и где она еще при жизни построила мавзолей для своего упокоения, правительница развернула особо широкое строительство культовых памятников, для которых она заказала великолепное декоративное убранство. К сожалению, ничего не осталось от построенного ею роскошного дворца, который она назвала «Лавровым дворцом», а также от мозаик церквей Санта Агата[9], Сен Андре, Сен Пьер Маджор (в настоящее время Сен Франсуа) и церкви св. Креста[10], в апсиде которой было представлено Крещение Господне, а на фасаде изображен Вседержитель, окруженный архангелами и восседающий на престоле, из-под которого истекали четыре райские реки. Полностью утрачена также и замечательная декорация церкви св. Иоанна Евангелиста, которую Галла Плацидия приказала исполнить в память об одном примечательном событии в ее жизни. В 424 г., когда правительница возвращалась из Константинополя со своими двумя детьми, сильная буря перевернула их корабль. В нашедшем на них бедствии Плацидия воззвала к помощи святого апостола Иоанна Богослова и дала обет построить в его честь храм, если избежит гибели в море. После ее горячей мольбы на носу корабля появилась блистающая фигура, которую увидели все находившиеся на судне, после чего корабль без всяких затруднений, по успокоившимся волнам прибыл в порт. Именно этот эпизод императрица запечатлела в апсиде церкви, построенной на ее средства, и под этой сценой она поместила портреты — свой собственный и двух своих детей. Можно только оплакивать потерю этих редчайших мозаик V века, которые представляли собой исключительно интересный памятник исторической живописи, полностью исчезнувший после того, как церковь св. Иоанна была перестроена в XIV веке. Единственное, по чему можно составить о них хоть какое-то представление — это по сохранившейся миниатюре XIV в., украшающей манускрипт Библиотеки Классенсе в Равенне. В сегодняшней церкви св. Иоанна только некоторые остатки апсиды, оформленные аркадами из мраморных колонок, и двадцать четыре античные колонны, на капителях которых в первый раз появляются характерные для византийской архитектуры каменные подушечки, украшенные рельефными крестами, напоминают о первоначальном здании, основанном Галлой Плацидией. К счастью, до нас в хорошей сохранности дошел другой памятник, связанный с ее именем, который является наиболее совершенным из тех, что остались нам от христианского искусства V века. Это очаровательная оратория, находящаяся по соседству с базиликой Сан-Витале, которую называют капеллой святых Назария и Цельсия[11], или, что более употребительно, мавзолеем Галлы Плацидии.

Когда входишь в эту маленькую часовенку в форме латинского креста, освещенную тусклым дневным светом, проникающим через редкие окна, сразу невольно проникаешься особым обаянием этого памятника. В темном пространстве рукавов креста храма белеют три массивных саркофага, украшенных грубоватыми скульптурами. Предание рассказывает, что они некогда заключали в себе останки императрицы Галлы Плацидии, ее брата Гонория и второго мужа правительницы генерала Константиуса. Выше, над стенами, облаченными когда-то в драгоценную мраморную облицовку, в люнетах барабана, на изгибах аркад, а также на своде купола, сконструированного, как купола православного баптистерия и ц. Сен Виталь, с помощью длинных полых амфор, вставленных одна в другую, пленяют своей гармоничной мягкостью богатые мозаики. На темно-синих фонах то тут, то там вспыхивают отблески золотого орнамента. Купольная мозаика представляет собой композицию, в центре которой находится большой вытянутый крест на фоне звездной россыпи, а по бокам, в пандативах, — символы четырех евангелистов. Ниже, над сводами аркад, вьются гибкие ветви винограда, окруженные лилиями и розами, излюбленными цветами равеннских мастеров. Это изысканное растительное оформление включает позолоченныефигуры апостолов и венчается лавровым венком, окружающим монограмму Христа. В западной и восточной люнетах мавзолея, за саркофагами, среди золотых ветвей, изображены страдающие от жажды олени, идущие, как сказано в псалме, пить воду из фонтанов[12]. Чуть выше, словно в воспоминание о подобной теме в восточном искусстве, изображены пары утоляющих жажду голубков, сидящих на краю широкой чаши.

Трудно передать словами впечатление от элегантной и сдержанной роскоши этой декорации, отличающейся редким благородством колорита и подлинноантичным духом. Среди памятников орнаментального искусства немногие могут сравниться с этими образцами с их прекрасными гирляндами из цветов и фруктов, обрамляющими внешнюю арку ветвей креста, цветовая гамма которых звучит так разнообразно и гармонично. Редкие мозаики могут свидетельствовать о более совершенном мастерстве цветового решения и производить более сильное впечатление, чем эти фигуры апостолов и символы евангелистов, напоминающие статуи из драгоценных металлов. Искусство мозаичистов проявляется здесь и в отношении постановки фигур. Особое внимание привлекают к себе представленные в верхних люнетах мавзолея, под большими золотыми ракушками, формирующими своего рода сень над их головами, повернувшиеся друг к другу фигуры апостолов. По традиционным типам среди них можно достоверно узнать святых Петра, Павла и Андрея. Широко задрапированные в длинные белые одежды, имеющие строгий и торжественный вид, с возведенными горе очами, они поклоняются и провозглашают славу символу Христа — святому кресту, сияющему в высоте звездного неба.

Помимо этой главной темы, несомненно, доминирующей в идейной программе декорации мавзолея, в мозаичном убранстве памятника можно найти и следы древнего символизма, столь присущего раннехристианскому искусству. Эта вторая иконографическая линия представлена двумя композициями, которые можно отнести к шедеврам христианского искусства V века.

Над входной дверью в тимпане аркады изображен восседающий среди своего стада Добрый Пастырь. Юный, безбородый Христос, похожий на античного Аполлона, представлен на фоне пейзажа, в котором еще ощущается живое чувство натуры. Облаченный в длинную золотую тунику и пурпурную мантию, опирающийся на большой золотой крест, заменяющий ему пастуший посох, с золотым нимбом на голове, Христос появляется здесь в ином образе нежели тот, который хорошо известен по искусству катакомб, где Он изображается в традиционном образе пастыря, несущем в свободной и непринужденной позе на своих плечах заблудшую овцу. Здесь Христос, изображенный в неподвижной благородной позе, предстает юным царем, величественным и благосклонным, снисходительно одаривающим своей царственной лаской обступившее Его стадо. Произведение в целом превосходно, его отличает умелая моделировка и восхитительный колорит. Просматриваемая здесь эволюция образа самого Доброго Пастыря показывает, что отныне христианская Церковь, хотя еще и сохраняющая определенную верность символической раннехристианской традиции, стремится посредством искусства утвердить торжество новой государственной религии.

Напротив изображения Доброго Пастыря, в глубине капеллы располагается мозаика, которая возвещает о других, не менее значимых для истории христианского искусства тенденциях. Было много дискуссий по поводу интерпретации этой сцены, на которой представлен святой, держащий левой рукой книгу, а на правом плече несущий длинный крест и с видимым рвением направляющийся к решетке, под которой мерцают огоньки пламени. В левой части композиции изображен открытый шкаф, в котором лежат четыре евангелия. Многие исследователи, опираясь только на изображение решетки, видели в персонаже с нимбом святого мученика Лаврентия, идущего к месту своего мучения. Но несмотря на кажущуюся очевидность этой гипотезы, данная сцена может иметь и иное толкование. Нам представляется более уместным не приписывать какое-то конкретное имя представленному здесь святому, который, вполне вероятно, направляется к огню лишь за тем, чтобы бросить в пламя книгу, очевидно, еретического содержания. Но каков бы ни был представленный здесь сюжет, интересно то, что эта сцена является изображением исторического содержания. Композиция свидетельствует об уже завершившемся процессе преобразования христианской иконографии. Вместо символов, сложных или бесхитростных, с помощью которых живописцы катакомб представляли догматы христианского учения, мастера V века применяют реалистичную манеру для представления сцен из жизни Христа и святых. Расположенный прямо напротив образа Доброго Пастыря сюжет со святым мучеником принадлежит уже новой эпохе в развитии христианской иконографии, которой уготована длинная и блистательная судьба.

Древнее равеннское предание повествует о том, что вплоть до XVI в. под синими позолоченными сводами мавзолея покоились останки императрицы Галлы Плацидии. Саркофаг правительницы, погребенной в сидячем положении, был установлен на кипарисовом седалище, а ее забальзамированное тело было облачено в торжественные императорские одежды и украшено драгоценностями. К сожалению, около 1577 года равеннские дети, захотевшие увидеть тело королевы, вставили зажженную спичку в отверстие саркофага и неосторожно подожгли ткани, покрывавшие ее останки. По другой легенде, находившиеся в капелле саркофаги были вскрыты, а в саркофаге Галлы Плацидии рядом с ее телом были обнаружены меч и остатки стяга. Сложно с само свидетельство о долгой памяти, которую оставила по себе в Равенне императрица Галла Плацидия, чье имя останется в истории искусства неразрывно связанным с одним из наиболее прекрасных созданий христианского искусства. уверенностью сказать, стоит ли доверять обоим этим преданиям, нам важно лишь само свидетельство о долгой памяти, которую оставила по себе в Равенне императрица Галла Плацидия, чье имя останется в истории искусства неразрывно связанным с одним из наиболее прекрасных созданий христианского искусства.


[1] Феодосий I Великий (346−395) — последний император единой Римской империи. После его смерти в 395 г. империя окончательно разделилась на западную часть и восточную, получившую в современной историографии название Византия. Феодосий известен тем, что он утвердил никейскую формулу христианства в качестве единой государственной религии империи. Во время его царствования преследовались еретические течения в христианстве (в т.ч. сильно распространившееся арианство), а также были запрещены языческие культы. Деятельность императора Феодосия, таким образом, определила основное направление религиозного развития Европы.

[2] Флавий Гонорий Август (384−423) — сын императора Феодосия I, первый западно-римский император после окончательного разделения империи на Западную и Восточную. Его правление являлось периодом торжества варваров, захвативших и разграбивших Рим, и усиливающегося распада Западной Римской империи.

[3] Аларих I (370 — 410) — первый король вестготов.

[4] Атаульф — король вестготов после Алариха, правил в 410−415 годах.

[5] Свадебная песнь

[6] Констанций III (ум. 2 сентября 421 г.) — консул (414, 417, 420 гг.) и римский император, соправитель Гонория, с 8 февраля по 2 сентября 421 года.

[7] Базилика Св. Павла «за городскими стенами» (San-Paolo fuori le mura) расположена в Риме за стеной Аврелиана. Она была возведена на легендарном месте прощания святых апостолов Петра и Павла в день казни ап. Павла. Впоследствии св. Павел был там похоронен в устроенной для него усыпальнице. Первая небольшая церковь на этом месте была построена в правление императора Константина и освящена в 324 г. В 386 г. по указанию императора Феодосия ее разрушили и начали возводить базилику большего размера. Новое здание было окончательно отделано в 395 г., при императоре Гонории. Сооружение представляет собой базилику, состоящую из пяти нефов. Мозаичная декорация триумфальной арки была выполнена в V в., во времена папы Льва I, на средства Галлы Плацидии. На ней изображены фрагменты из откровений Иоанна Богослова. В центре арки представлен Господь Иисус Христос, по обе стороны от Которого расположены 24 учителя Церкви, а также апостолы Петр и Павел.

[8] Святитель Лев I Великий (390−461) — папа римский с 440 г. по 461 г.

[9] Мозаичная декорация известной равеннской базилики Санта Агата Маджоре была создана около середины VI века. Погибшая мозаика апсиды изображала восседающего на троне между двумя ангелами Христа.

[10] Мавзолей Галлы Плацидии изначально являлся ораторией св. Лаврентия, частью ц. Св. Креста. В 1602 г. между церковью и ораторием пролегла разделяющая их улица.

[11] Существует мнение, что изначально мавзолей был капеллой-молельней, посвященной особо почитавшемуся в роду Галлы Плацидии великомученику Лаврентию, чье изображение помещено в люнете напротив главного входа.

[12] Имеется ввиду псалом 41 «Как олень спешит на источники вод, так желает душа моя к Тебе, Боже…».

http://www.portal-slovo.ru/art/44 511.php


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru