Русская линия
Нескучный сад06.06.2011 

Православие с акцентом

Город-герой

Южная Осетия встретила нас дождем и «дедушкой». Так местные жители называют, стоящий после выезда из Рокского туннеля памятник революционеру осетину.

Сегодня в Цхинвали (на осетинский манер его теперь принято называть «Цхинвал» без грузинского «и» на конце) — боевых разрушений почти не осталось, спустя почти три года после войны, большинство зданий успели отремонтировать, в развалинах остаются по-прежнему только театр и Дом правительства. Почти все улицы изрыты траншеями, но это не окопы — просто меняют водопровод. С ближайших высот видны невооруженным взглядом масштабы послевоенного строительства: все новые крыши выкрашены в кирпично-красный цвет, в центре таких крыш большинство.

Цхинвал сильно изменился после войны. Многое отстроено, а что еще не отстроено, названо «архитектурный заповедник». Правда, иногда в таких заповедниках еще живут люди, которые лишились крова в эту войну. Они с горечью говорят, что еще чуть-чуть и им придется жить в «природном заповеднике».

Современные осетины считаются потомками древних аланов — ираноязычного народа, произошедшего от кочевых племен Скифов и Сарматов, населявших когда-то обширные территории от прикаспийских степей до крымского полуострова. Когда-то средневековая Алания, являлась крупнейшим христианским государством Северного Кавказа, ее территория простиралась от современной Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии на западе, до территории современных Чечни и Ингушетии на востоке. В балкарском селении Архыз, известном многим по названию одноименной минеральной воды, до сих пор сохранились величественные осетинские храмы постоянные аланами в византийском стиле. Здесь находилась столица Аланской епархии, а возможно и аланского государства. Считается, что аланский народ был крещен одновременно с грузинами, по преданию это произошло уже в первом веке трудами святых апостолов Андрея Первозванного и Симона Канонита. Историки не берутся опровергнуть или подтвердить эту легенду, но предпочитают говорить о православии только с середины десятого века (концом того же столетья принято датировать крещение Руси). С этого времени у региона налаживаются прочные связи с Византией, к XII веку аланы формируют аутентичную национальную христианскую традицию.

В XIII веке, ослабленная феодальной раздробленностью, Алания подвергается монгольскому нашествию и погибает под ударами татарских орд. Ее древняя столица оказывается разрушена, но часть аланов сохраняет независимость, укрывшись в кавказских ущельях, эти ущелья и станут современной Осетией. В горах аланы продолжают свое «автономное плаванье», последний их царь Ос-Багатар погибает только в начале XIV века, так заканчивается история средневековой Алании. Тело Ос-Багатара до сих пор покоится в небольшой каменной часовне, расположенной в горном северо-осетинском селе Нузал. Спустя время, потомки алан — осетины формируют раннефеодальные общества в долинах рек Ардон, Фиагдон, Гизельдон и верховьев Терека — на северных склонах Кавказского хребта, это нынешняя Северная Осетия, и в междуречье Большой, Малой Лиахвы и реки Ксан на южных склонах.

На рынке продается сразу все. Цены почти московские.

Южные ущелья — это и есть та самая Южная Осетия, республика, которая на правах автономной области в начале двадцатых годов прошлого века вошла в состав Грузинской ССР, а в начале девяностых так трагически попыталась выйти из этого состава. Давний межэтнический конфликт между грузинами и осетинами вспыхнул в 1991 году настоящей войной и закончился только недавно провалом грузинского блицкрига, введением российских войск и изгнанием грузинского населения.

Судя по разговорам в маршрутке, в такси, на рынке, в магазинах большинство населения поддерживает объединение Южной Осетии с Россией.

Народное православие

Небольшое здание справа, похожее на каменный амбар — на самом деле самый древний храм в Цхинвале. Храм зального типа X века. Престол храма освящен в честь святого Георгия Победоносца.

Подавляющее большинство осетин — православные христиане, но православная традиция здесь удивительным образом переплетается с традициями национальными. Наследники скифов — осетины чтят святого Георгия Победоносца, как и все на Кавказе, но в народном сознании его культ крепко связан с Уастырджи, грозного покровителя воинов (дословно «Святой Великий Георгий»), чей образ сочетает в себе черты православного мученика и легендарного божества из языческого аланского пантеона.

Местные жители относятся к храму по-свойски. Приделали к нему какое то хозяйственное строение, заборчик, низкий вход в храм охраняет хозяйская, очень не дружелюбная собака.

В самом Цхинвале, кроме кафедрального собора, есть еще несколько православных храмов, но большинство из них полузаброшены, включая интереснейшую однонефную базилику зального типа, на улице Тельмана. Эта базилика была построена еще в X веке и освящена в честь св. Георгия. Справа от базилики частный сектор, какая-то семья перекинула навес от дома до стены древнего храма, тут в тени стоит обеденный стол, из-под железных ворот лает хозяйская собака. Внутри храма пусто, дверь закрыта на проволочный крючок. Темно.

В течение некоторого времени после падения средневековой Алании, Аланская епархия продолжала существовать по инерции, но к концу XIV века осетинские земли попав в изоляцию и оставшись без епископа, оказались лишены собственного духовенства. Христианская культура адоптировалась к новым условиям и приобрела черты «народного православия» смешавшись с традиционными верованиями. В отсутствии священства древние православные храмы, которыми и теперь богата осетинская земля, превратились в святилища-«дзуары». Хранители этих мест, миряне — «дзуарлаги», со временем приняли на себя функции отправителей «мирянского» богослужения. Скорее всего, большинство из них были выходцами из священнических семей: но после исчезновения Аланской епархии священников рукополагать стало некому и дети переняли эстафету у собственных родителей как могли, со временем превратившись в некоторое подобие жрецов. Последние дзуарлаги исчезли достаточно давно, уже с XIX века многим храмам, простоявшим в руинах почти четыреста лет, возвращаются их первоначальные функции. С середины XVIII века в Осетию приезжали миссионеры из Грузии и России, к концу XIX столетья большинство осетин их трудами вернулось к нормальной церковной жизни. И все же, народные традиции по сей день соблюдаться в Осетии непрекословно — в горах рядом почти с каждым храмом по крупным праздникам режут баранов, для этого обычно немного поодаль бывают оборудованы специальные лавочки и навес. Каждая осетинская семья не реже одного раза в год поднимается в горы, чтобы совершить этот необычный ритуал.

У каждого свой «дзуар»

«У каждого народа есть свои праздники и традиции: русские пекут блины на масленицу — а мы режем барашка», — объясняют сами осетины. Положено резать барана в первую очередь на фамильный праздник: в осетинском обществе родовые связи до сих пор играют первостепенную роль, однофамильцы обязательно принадлежат к одному роду, у каждого рода есть свой день — это одно из главных семейных торжеств. Семья Габаревых живет в Цхинвале, но происходит из высокогорного села Залда. Здесь их дзуар — живописные развалины храма, незаметно приютившиеся на лесистом склоне, территория вокруг храма — тоже святое место, тут нельзя курить, и именно здесь будет резаться барашек, мясо жертвенного барана станет главным угощением на праздничном столе. Импровизированная скатерть стелется тут же: на ней нехитрые салаты и обязательные осетинские пироги. Три пирога, похожих на большие лепешки — тоже ритуал. Количество пирогов — дань христианской традиции, которая по сути пронизывает любой народный обряд. Перед застольем эти пироги положено трижды обнести вокруг здания храма — наподобие крестного хода, в течение всей церемонии участники читают народные молитвы на осетинском, их содержание в целом соответствует благодарственной молитве, обращенной к Богу в монотеистическом смысле этого слова, хотя и не имеет отношения к тем молитвословиям, которые мы можем найти в наших Требниках. Тем временем барана закалывают, предварительно накормив его солью (это обязательный элемент обряда), и опалив свечой часть шерсти еще живого барашка.

Теперь подвешенного барана нужно освежевать — ножом части туши отрезают и складывают в казан, три ребра, почки, часть печени, легкого и сердца нанизывают на особый шампур — их сварят отдельно. Первый позвонок — волчий кусок, его отрезают и бросают неподалеку в кусты. Вареное баранье мясо подадут на стол: женщины и дети сидят на противоположном конце от мужчин, первые три тоста произносит старейший член семьи, все они пьются до дна (вино как правило домашнее). Каждый тост — это молитва: тост за Бога, тост за святое место и тост за членов семьи. Последующие тосты произносят только мужчины, женщинам слово дают только в виде исключения. Молодые люди и мужчины до тридцати лет как правило не садится за стол, а подают вино, наполняют бокалы и приглядываются — осетинское застолье серьезное испытание, прежде чем разделить трапезу со «взрослыми» молодежь наблюдает и учится как правильно себя вести. Пока младшие играют, те кто постарше могут зайти в храм, церковных служб тут не бывает, на месте алтарный апсиды столик. На столике пироги, домашнее пиво, вино и чача. За столиком местные молодые ребята произносят тосты. Каждый тост завершается громким «омен!» — на осетинский манер переделанным церковным «аминь».
Рядом с храмом, поодаль от нас расположились другие семьи, относящиеся к тому же роду, члены разных семей могут быть даже не знакомы друг с другом, но по осетинским обычаям они все равно считаются родственниками.

Жертва правильному Богу

Баранов по церковным и семейным праздникам режут не только в Осетии, так поступают мусульмане и христиане во многих кавказских республиках. (Например, режут баранов Грузины и Армяне). Как правило, эти жертвоприношения считаются особой формой выражения благодарности Богу. «В России принято ставить свечки, а мы режем барашков, но по-сути это одно и тоже — объясняют осетины, непременно прибавляя, — Когда мы режем барана мы читаем молитвы и молимся не какому-то языческому богу, но тому же самому Богу, которому мы молимся в Церкви».

Некоторые высокогорные осетинские храмы, простоявшие в руинах до последнего времени, восстанавливаются, а с ними восстанавливается и баланс между народной и церковной традицией, нарушенный в годы советского атеизма. Храм в селе Гер (груз. Джери), один из самых высокогорных на Кавказе, до войны сюда приезжали и грузины и осетины, храм выглядит очень старым, не смотря на то, что построен всего лишь в конце XIX века. Святилище на его месте почиталось горцами за множество веков до строительства храма. Рядом с храмом крутой обрыв и глубочайшее ущелье, когда-то в это ущелье с верху опускали умалишенных, и те из них кто сумел пережить процедуру — исцелялись от страшного недуга. Есть легенда, что в свое время такой процедуре здесь был подвернут и юный Сосо Джугаев (Иосиф Джугашвили, более известный как Сталин, между прочим, осетин по отцу: имя Сосо, не что иное как уменьшительно-ласкательное от библейского имени Иосиф и народного осетинского имени Сослан).

Церковные богослужения в Джери бывают редко, но храм действующий, в отличие от Залды алтарная его часть отгорожена от общего пространства, а «столик» в апсиде — является полноценным престолом. Сюда не кладут пироги и не ставят домашнее пиво, вино или чачу. Впрочем, чуть ниже по дороге к храму легко заметить все те же лавочки под небольшим навесом — сюда до войны со своими баранами приходили как осетины, так и грузины, но теперь когда грузинские села у подножья горы уничтожены (во время последних боев их население бежало в Грузию, а дома были сожжены) в храм приезжают в основном осетины. На звоннице вместо веревок, к языкам колоколов привязаны измочаленные, но легко узнаваемые флаги стран — победительниц России и Южной Осетии.

Родная религия

Сейчас в некоторых кругах модно говорить об осетинском язычестве — советская историография старалась всячески скрыть христианский след в народной культуре, и утрировала языческое наследие: «пусть, мол, будут лучше язычниками». Сегодня в Североосетинской республике возрождается осетиноязычное богослужение, во Владикавказской епархии создана епархиальная комиссия для перевода богослужебных текстов, священноначалие планирует проводить миссионерские богослужения в высокогорных селах, на месте христианских храмов ставших когда-то «дзуарами», то есть святилищами, таким образом, возвращая им исконное предназначение.

Спустившись с гор, нам довелось побеседовать с президентом Южной Осетии Эдуардом Кокойты, он убежден, что Осетия — православная страна и практически все южные осетины исповедуют православие: «Надо понимать, что есть каноническая обрядность, и есть народные обычаи, уходящие вглубь веков. Священники Аланской епархии, как и других православных церквей, барашков не режут. Алания восприняла православие от Византии, и если посмотреть внимательно, очень близкие аналоги можно обнаружить в народных обычаях и обрядах Греции, Румынии, Болгарии и других восточнохристианских народов. Но ведь никто не делает заключения о том, что в Греции неправильное Православие только потому, что во многих деревнях принято резать барашков на Пасху или другие Праздники. Мы сохраняем наши национальные традиции, так же как в России, где, к примеру, масленица, тоже относится к разряду языческих праздников, но празднуется и в наши дни. — Господин Президент рассказывает нам, что его прадед был священником в горном селе со „шпионским“ названием Цру. Цру — это родовое село Эдуарда Кокойты, как и Залда для семьи Габараевых. — О деятельности своего предка я знаю из рассказов своего отца, и деда. Задолго до августовских событий по моей инициативе и с благословления Епископа Аланского Георгия нам удалось восстановить храм Святого Георгия в котором служил мой предок. Здание пришлось строить заново, потому что от него остались только развалины. Камни полностью были использованы при постройке нового здания, все древние, намоленные камни были заложены в фундамент для крепости здания и надежной основы веры, как бы напоминая нам о тех временах, когда здесь жили и служили наши старшие. Мы намерены и впредь делать все от нас зависящее для восстановления всех православных храмов, естественно укреплять веру и традиции наших предков. Наши народные и церковные традиции уникальным образом взаимодействуют. И не думаю, что этого нужно бояться. На протяжении веков национальные традиции и православие уживались мирно. На базе мирного сосуществования национальных традиций и православия мы можем консолидировать общество. Напротив, если их противопоставлять друг другу, строить барьеры, то это все будет приводить к отрицательным результатам. Осетины православный народ, и называть нас язычниками неправильно».

http://www.nsad.ru/index.php?issue=81§ion=10 014&article=1471


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru