Русская линия
Седмицa.Ru21.05.2011 

Собор новомучеников, в Бутове пострадавших

В настоящее время находится в черте Москвы. Мироточивая икона новомучеников бутовскихМесто массовых захоронений жертв репрессий 30-х — нач. 50-х гг. XX в.

В настоящее время известны около тысячи чел., расстрелянных на Бутовском полигоне за исповедание православной веры, к лету 2003 г. 255 из них канонизированы Русской Православной Церковью. На территории России нет др. места, где почивали бы мощи такого многочисленного Собора святых.

Бутовский полигон находится на земле бывшей усадьбы Дрожжино, известной с XVI в. Последним хозяином усадьбы был И.И. Зимин, старший брат владельца московской частной оперы С.И. Зимина. После Октябрьской революции имение и конный завод при нем были конфискованы в пользу государства, завод поставлял лошадей внутренним войскам. До сер. 30-х гг. в Бутове размещалась сельскохозяйственная колония ОГПУ. В 1934 г. почти все были выселены из этих мест, в кон. 1935 — нач. 1936 г. на территории бывшего имения Зиминых оборудовали стрелковый полигон «Бутово», где сразу же начали проводиться расстрелы и захоронения репрессированных лиц. С авг. 1937 по окт. 1938 г. здесь были расстреляны и похоронены 20 765 чел.

Массовые расстрелы 1937−1938 гг. стали следствием решений Политбюро ВКП (б) от 2 июля 1937 г. и вытекавших из них приказов наркома внутренних дел Н. И. Ежова. 439, 447, 485 и 593 от 25 и 30 июля, 11 и 20 сент. о борьбе с «врагами народа», в т. ч. с «церковниками». Расстрелы на Бутовском полигоне производились по постановлениям внесудебных органов: «тройки» Московского УНКВД, реже — комиссии, состоявшей из наркома внутренних дел и прокурора СССР — «двойки». Предписания на расстрелы подписывал начальник УНКВД Московской обл. (комиссар госбезопасности 1-го ранга С. Ф. Реденс (15 июля 1934 — 20 янв. 1938), комиссар госбезопасности 1-го ранга Л. М. Заковский (20 янв.- 28 марта 1938), старший майор госбезопасности В. Е. Цесарский (28 мая — 15 сент. 1938)). Приведением в исполнение приговоров руководили комендант и начальник адм.-хозяйственного отдела УНКВД по Московской обл. И. Д. Берг и его зам. и одновременно руководитель Управления рабоче-крестьянской милиции М. И. Семёнов.

На Бутовский полигон осужденных доставляли из московских тюрем: Таганской, Сретенской, Бутырской, а также из районных тюрем Московской обл. и из Дмитлага — огромного лагерного объединения, предназначенного для строительства канала Москва-Волга (узниками Дмитлага были также сооружены стадион «Динамо», Юж. и Сев. (Химкинский) порты Москвы, жилые комплексы и многое др.). После прибытия на Бутовский полигон осужденных заводили в барак якобы для санобработки. Непосредственно перед расстрелом объявляли приговор, сверяли данные и наличие фотографии. Случалось, что казнь откладывали из-за каких-либо разночтений в документах, а иногда (в единичных случаях) даже отменяли. Приведение приговора в исполнение осуществляла одна из «расстрельных команд» — группа из 3−4 офицеров спецотряда, как правило, людей со стажем, служивших в органах ОГПУ-НКВД со времен гражданской войны, имевших правительственные награды; в дни особо массовых расстрелов число исполнителей, очевидно, увеличивалось. На казнь из барака выводили по одному, каждый палач вел свою жертву к краю рва, стрелял в затылок с расстояния не более метра и сбрасывал тело в траншею. Далеко не всегда при этом присутствовали врач и прокурор. Первое время расстрелянных хоронили в небольших ямах-могильниках, которые копали вручную; с авг. 1937 г., когда казни в Бутове приняли невиданные в мировой истории масштабы, экскаваторы карьерного типа выкапывали для этих целей траншеи шириной и глубиной в 3 м, длиной от 150 м. За день в Бутове редко расстреливали менее 100 чел., бывали дни, как, напр., 28 февр. 1938 г., когда казнили 562 чел. Иногда, видимо, приговоренных расстреливали в московских тюрьмах, а на Бутовск полигон привозили только для захоронения.

Большую часть расстрелянных на Бутовском полигоне составляют крестьяне и рабочие Москвы и Подмосковья, которых зачастую арестовывали и казнили семьями, включая подростков и стариков. Подавляющее число жертв были беспартийными, т. е. далекими от политики людьми, имевшими низшее образование или неграмотными. Примерно четверть от общего числа казненных на Бутовском полигоне — уголовники, подавляющее число их было расстреляно за прошлые судимости, по которым прежде они уже отбыли срок наказания. Под категории «социально опасных» и «социально вредных элементов», осужденных и расстрелянных на Бутовском полигоне, подпадали самые разные люди: родственники ранее осужденных, бывшие царские министры, нищие, уличные торговцы, гадалки, картежники. В янв. 1938 г. с санкции властей началась тайная расправа над инвалидами: в февр.-марте того же года было расстреляно 1160 инвалидов. Большинство казненных на Бутовском полигоне были русскими (более 60%), затем следуют латыши, поляки, евреи, украинцы, немцы, белорусы, — всего свыше 60 национальностей, в т. ч. граждане др. гос-в: Германии, Польши, Франции, США, Австрии, Венгрии, Румынии, Италии, Греции, Чехословакии, Турции, Японии, Индии, Китая и др.

В числе похороненных на Бутовском полигоне — люди, оставившие след в рус. истории: председатель 2-й Гос. Думы Ф. А. Головин, бывший московский ген.-губернатор В. Ф. Джунковский, один из первых рус. летчиков Н. Н. Данилевский, член экспедиции О. Ю. Шмидта бортмеханик Я. В. Брезин, правнук М. И. Кутузова проф. церковного пения и композитор М. Н. Хитрово-Крамской, худож. А. Д. Древин, спортсмены, заложившие основы советского альпинизма. В земле Бутова лежат представители рус. дворянских родов: Ростопчиных, Тучковых, Гагариных, Шаховских, Оболенских, Олсуфьевых, Бибиковых, большая группа бывших царских генералов (генерал-лейтенант Е. И. Мартынов, генерал-майор М. Ф. Кригер, обладатель 7 воинских боевых наград ген. Б. И. Столбин и др.).

На Бутовском полигоне были замучены 739 священнослужителей РПЦ: 1 митрополит, 2 архиепископа, 4 епископа, 15 архимандритов, 118 протоиереев, 14 игуменов, 52 иеромонаха, 363 священника, 60 диаконов (в т. ч. 4 протодиакона и 1 архидиакон), 10 монахов, 58 монахинь (в т. ч. 3 схимонахини), 14 послушников и послушниц, 8 священнослужителей (без уточнения сана). За веру на Бутовском полигоне были расстреляны 219 мирян (псаломщики, чтецы, регенты, певчие, церковные старосты, иконописцы, члены церковных советов, уборщицы храмов, церковные сторожа). В числе казненных в Бутове «церковников» — 59 старообрядцев, 9 обновленцев, более 60 баптистов, хлысты, «антивоенники», евангелисты, сектанты (без уточнения, к какой именно секте принадлежали; иногда следователи так называли представителей «катакомбной» церкви или истинно-православных христиан), а также 4 муллы и 1 раввин.

Первыми православными священнослужителями, расстрелянными на Бутовском полигоне, были священномученики протоиереи Алексий Воробьёв, Алексий Касимов и сщмч. диак. Елисей Штольдер († 20 авг. 1937). Больше всего священнослужителей пострадало в сент.-дек. 1937 г. и в февр.- марте 1938 г. (17 февр. 1938 г. было расстреляно 502 чел., 75 из них священнослужители и монахи). Почти всем, проходившим по церковным делам, предъявлялось обвинение по 58-й ст. УК РСФСР, поводы для обвинения могли быть разные: «сохранение церкви и насаждение тайного монашества», «богослужения на дому», «недоносительство», «помощь ссыльному духовенству», приют бездомных священнослужителей или, напр., такое абсурдное обвинение: «клеветал, что церкви закрываются, священники арестовываются». Большинство подследственных, замученных или обманутых следователями, в конце концов признавали себя полностью или частично виновными в «антисоветской агитации», «контрреволюционной деятельности», но в вопросах веры церковный народ показал себя неустрашимым. Ни пытки, ни угрозы смерти не могли заставить верующих отречься от Бога, возвести хулу на Церковь; не редкостью является «отсутствие в деле скомпрометированных лиц», т. е. отсутствие новых имен, необходимых следователям для новых арестов.

С середины Великой Отечественной войны в Бутове располагался лагерь для военнопленных, работавших на строительстве Симферопольского шоссе и на кирпичном заводе. В 1949 — нач. 1950 г. вблизи полигона был выстроен поселок из 3 домов, в 2 из которых поселились сотрудники НКВД, в 3-м расположилась спецшкола для офицеров внутренних служб стран Вост. Европы. В сер. 50-х гг. «спецзона» была ликвидирована. Сам полигон, где находилась основная часть захоронений, обнесли глухим деревянным забором с натянутой поверх него колючей проволокой. По краям «зоны» возник дачный поселок НКВД, в котором разрешалось строить только легкие одноэтажные дачи без фундаментов и погребов. В нач. 70-х гг. в вост. части Бутовского полигона разбили яблоневый сад, обновили обветшавший забор вокруг. До 1995 г. территория находилась в ведении ФСК-ФСБ и тщательно охранялась.

Начиная с 1992 г. московская общественная группа по увековечению жертв политических репрессий (группа М. Б. Миндлина) с помощью сотрудников ФСК-ФСБ приступила к работе со следственными делами расстрелянных на Бутовском полигоне, составлялись краткие биографические сведения для буд. «Книги памяти». Весной 1993 г. полигон впервые посетили родственники погибших, осенью того же года в его юж. части была установлена гранитная мемориальная плита. С 1997 г. на Бутовск полигон ведутся комплексные работы с целью определения местоположения погребальных рвов, проводятся историко-археологические, геоботанические, геоморфологические исследования. В 1997 г. был вскрыт один из погребальных рвов: на площади в 12 кв. м обнаружили захоронения в 5 слоев, где погребены останки 149 чел. В 2001—2002 гг. специалисты выявили и нанесли на карту 13 погребальных рвов.

Весной 1994 г. на Бутовском полигоне был установлен Большой Поклонный крест (освящен 8 мая 1994), сооруженный по проекту скульптора Д. М. Шаховского, чей отец, свящ. Михаил Шик, был расстрелян в Бутове. 25 июня 1995 г. в Бутове в походном палаточном храме Всех Святых, в земле Российской просиявших, Православного Свято-Тихоновского Богословского института была отслужена первая литургия, которую возглавил ректор института прот. Владимир Воробьёв. Начиная с 1994 г. горячее участие в деле увековечения памяти пострадавших в Бутове принимала внучка расстрелянного здесь сщмч. Серафима (Чичагова) игум. Серафима (Чёрная). В 1995 г. Бутовский полигон передали Московской Патриархии. По проекту Шаховского был воздвигнут деревянный храм во имя Новомучеников и исповедников Российских (освящен в 1996), настоятелем которого стал внук расстрелянного здесь сщмч. прот. Владимира Амбарцумова свящ. Кирилл Каледа.

27 мая 2000 г. на Бутовском Икона новомучеников и исповедников российских полигоне состоялось грандиозное богослужение под открытым небом, которое возглавил Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Были совершены Божественная литургия и панихида по убиенным — последняя перед их прославлением на Архиерейском Юбилейном Соборе Русской Православной Церкви 2000 г. На Юбилейном Соборе были канонизированы 120 чел., расстрелянных на Бутовском полигоне, за последующие годы число канонизированных Бутовских новомучеников удвоилось. Собор Бутовских новомучеников возглавляют 6 архиереев: Ленинградский и Гдовский митр. сщмч. Серафим (Чичагов), Можайский архиеп. сщмч. Димитрий (Добросердов), Владимирский и Суздальский архиеп. сщмч. Николай (Добронравов), Бежецкий еп. сщмч. Аркадий (Остальский), Нижнетагильский еп. сщмч. Никита (Делекторский), Велижский еп. сщмч. Иона (Лазарев). На Бутовск полигон было казнено много почитаемых иереев-священномучеников: братья Агафонниковы — Александр, Василий и Николай, Владимир Амбарцумов, Владимир Медведюк, Зосима Трубачёв, Иоанн Артоболевский, Сергий Лебедев, Сергий Махаев, Петр Петриков и мн. др. Празднование Собору новомучеников, в Бутове пострадавших, установлено в одну из пасхальных суббот. Над погребальными бутовскими рвами ежегодно совершается торжественное богослужение, возглавляемое Святейшим Патриархом, в котором принимают участие десятки архиереев и сотни священнослужителей Москвы и Московской обл., стекаются тысячи паломников.

Документы архивов госбезопасности свидетельствуют о существовании в Москве и Подмосковье несколько крупных захоронений жертв репрессий. С 1921 г. и до кон. 20-х гг. расстрелянных хоронили в центре Москвы — на территории подведомственной ОГПУ Яузской больницы, в 1926—1936 гг.- на Ваганьковском кладбище, с 1936 г.- на Донском кладбище или кремировали в Донском крематории; есть свидетельства об отдельных захоронениях на Калитниковском, Гольяновском и Рогожском кладбищах, обнаружено массовое захоронение у стен Новоспасского монастыря. Очень большим, уступающим только Бутовскому полигону, является захоронение на территории бывшей дачи Г. Г. Ягоды, близ совхоза «Коммунарка» в Московской обл. (там были расстреляны более 6.5 тыс. чел.). В настоящее время на этой территории располагается скит Екатерининского муж. монастыря в г. Видное-2 (в 1939—1953 в постройках монастыря находилась секретная политическая тюрьма центрального подчинения «Сухановка»), освящен храм в честь Новомучеников и исповедников Российских.

Арх.: ЦГАМО. Ф. 5739. Оп. 1. Д. 358. Л.108 об.- 109; ГАРФ. Ф. 10 035. Д. П-50 068; Д. П-59 458; Д. П-60 406; Д. П-62 115; Д. П-67 528; П-72 934; Оп. 1. Д. 22 817; Архив научно-просветительского об-ва «Мемориал». [Ксерокопия следств. дела Семенова]; Особый спецфонд Информ. Центра ГУВД МО. Ф. 189. Д. СО-40 179.

Источники: Бутовский полигон. Вып. 1−7 [Док-ты и приложения]; Лубянка: ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МВД-КГБ, 1917−1960: Справ. М., 1997. (Россия. XX в.: Док-ты / Междунар. ф. «Демократия»); Мартиролог расстрелянных и захороненных на полигоне НКВД «Объект Бутово» 08.08.1937 — 19.10.1938. М., 1997.

Литература: Головкова Л. А. Спецобъект «Бутовский полигон»: История, док-ты, восп. // Бутовский полигон. Вып. 1. С. 12−30; она же. Московские расстрелы // Ист. вестн.. 4 (15). 2001: (Мат-лы науч. секции «Церк.-ист. краеведе-ние 9 междунар. Рождественских образовательных чтений (Москва, 27 янв. 2001 г.)). С. 79−92; Каледа К., свящ., Алексеев С. Н., Разумов А. Я., Головкова Л. А. По-следние исследования на Бутовском полигоне // Бутовский полигон. Вып. 4. С. 5−16; Петров Н. В., Скоркин К. В. Кто руководил НКВД? 1934−1941: Справ. М., 1999; Рогинский А. Б. Послесловие // Расстрельные списки: Моск-ва, 1937−1941: «Коммунарка», Бутово: Кн. памяти жертв полит. репрессий. М., 2000. С. 490−493.

Статья из т. 6 «Православной энциклопедии». Москва, 2003 г.

http://www.sedmitza.ru/text/694 734.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru