Русская линия
Радонеж Сергей Белозерский19.05.2011 

Не прогнулись

Как стало известно, власти Москвы отказали в проведении гей-парада в российской столице. Такое решение было обосновано нормами Международной конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, согласно которой право на свободу мирных собраний может быть ограничено в интересах общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Можно поздравить городские власти — и нас всех — с этой победой здравого смысла. Московским властям пришлось иметь дело с серьезным давлением со стороны представителей Европейского Союза, которые требовали, чтобы в Москве «продвигали и защищали права ЛГБТ в полном объеме». Европейский Парламент требовал «прекратить игнорировать решение европейского суда по правам человека». Однако Мэр Москвы Сергей Собянин показал, что он прислушивается к москвичам больше, чем к иноземцам. Что же, это весьма обнадеживает.

Реакция ряда «правозащитных» организаций оказалась предсказуемо раздраженной — так, представитель организации «Права Человека — в первую очередь», Поль Леджендр, заявил, что «Права геев — в России, как и везде — это права человека» и выразил «глубокое сожаление», что новый мэр не порвал с «дискриминационной» политикой своего предшественника в этом вопросе.

Что же, риторику такого рода мы слышим не впервые; однако проявим терпение и ответим на нее еще раз. Все разговоры о «правах сексуальных меньшинств» построены на одной фундаментальной подмене. Субъектами права могут быть люди — именно у людей могут быть равные или неравные права, именно люди могут подвергаться или не подвергаться дискриминации. Образ жизни не является субъектом права и говорить о его дискриминации бессмысленно. Табличка «только для белых» является дискриминационной, потому что ограничивает людей; табличка «только для некурящих» не имеет отношения к дискриминации, поскольку ограничивает поведение. Любое общество практикует те или иные ограничения, касающиеся публичного поведения — нудисты, желающие расхаживать голыми, кое-где могут делать это на специальных пляжах, но не на главных улицах. Является ли это дискриминацией нудистов? Нет. Дискриминация имеет место, когда к разным группам применяются разные правила — например, чернокожие не могут посещать те рестораны, которые могут посещать белые. Когда ко всем предъявляются равные требования — например, ходить благопристойно одетыми — это никоим образом не является дискриминацией. Граждане, испытывающие непреодолимую склонность демонстрировать свой срам городу и миру, могут находить это это ограничение чрезвычайно неприятным — но оно никоим образом не является несправедливым или нарушающим чьи-либо законные права. Равноправие не означает — и не может означать — что любые желания и предпочтения людей должны в равной степени уважаться. Оно означает, что ко всем людям предъявляются равные требования, то, что запрещено, запрещено всем, а то, что разрешено — также всем разрешено. Всем одинаково запрещено ходить голыми; это никоим образом не дискриминирует какую-либо социальную группу.

Точно также, запрет на публичную демонстрацию однополых сексуальных предпочтений не является дискриминационным — когда некоторые формы публичного поведения одинаково запрещаются всем людям, говорить о дискриминации — значит сознательно подменять понятия. Запреты ходить по улицам голыми, или ездить пьяным в метро, или курить в медицинской клинике вовсе не является дискриминационными по отношению к нудистам, пьяницам или курильщикам.

Из того, что, скажем, алкоголик или нудист обладают всеми человеческими и гражданскими правами, никак не следует, что общество обязано поощрять нудизм или пьянство. Оно точно также не обязано поощрять гомосексуализм. Существуют — продолжим это сравнение — права человека, которые распространяются также и на нудиста или алкоголика; не существует каких-то специфических нудистких или алкоголических прав. Существуют права человека, которые распространяются также и на людей, ведущих гомосексуальный образ жизни; не существует каких-то особенных «гей-прав». Можно очень много раз повторить мантру «права геев — это права человека», но она от этого не сделается более осмысленной, чем, скажем, мантра «права нудистов — это права человека». У нудистов есть права — но как у людей, а не как у нудистов; право ходить голым по улицам в них не входит. У людей, ведущих гомосексуальный образ жизни, тоже есть права — но право публичной демонстрации своих сексуальных предпочтений из них никак не следует.

Особое негодование у зарубежный «правозащитников» вызвало то, что решение московских властей было обнародовано во «всемирный день борьбы с гомофобией». Московские гей-активисты решили отметить этот день по-своему, вывесив интернете подробный список «гомофобов», с призывом к Европейскому Союзу поразить этих нехороших людей в правах — не допускать их на территорию ЕС и так далее. Любопытно, что высокого звания «гомофоба» удостоились такие, несколько неожиданные люди, как Немцов, Новодворская, Хакамада и даже — кто бы мог подумать — Борис Моисеев. Каким образом люди решительно прозападных убеждений — и даже один совершенно открытый гомосексуалист — попали в этот черный список?

Такова уж тоталитарная природа гей-движения. «Гомофобом», к которому надо принимать меры, можно оказаться не только непочтительно отозвавшись об однополых контактах, не только обратив внимание на тот общеизвестный факт, что гомосексуалисты в десятки раз чаще заражаются СПИДом и другими болезнями, передающимися половым путем, но и хотя бы не высказав — как бедный Боря Моисеев — должного энтузиазма и восторженности в отношении идеи проведения гей-парада.

Ну, диктовать они любят; остается только порадоваться, что у московских властей хватило мужества и здравого смысла не уступать этому диктату.

http://www.radonezh.ru/analytic/14 426.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru