Русская линия
Русская линия Людмила Ильюнина,
И. Ольшанская
22.03.2004 

Исторические исследования должны быть лишены концептуальности?
Беседа обозревательницы Русской линии Ильюниной Л.А. с главным редактором издательства «Сатис» И.М.Ольшанской

Л. И: Все давно существующие православные издательства, сознаются в том, что привычные темы исчерпаны. Необходимо искать новые. Что в этом направлении делает издательство «Сатис»?

И.О.:Но все мы понимаем, что это иллюзия. Потому что это означает, что привычные темы просто поверхностно представлены, разработаны. Хотя надо признаться, что для «Сатиса» — одного из самых старых православных издательств на юго-западе России, прошло какое-то время новизны и начинается время привычки, что для православного человека вообще большое испытание. Когда привыкаешь к святыне, привыкаешь к церковному ритму жизни, то забываешь первую радость. Если говорить об основном направлении нашей работы, то нам бы очень хотелось не потерять то настоящее отношение к святыне, к книге, ко всему тому, что может сделать православное издательство. Мы не хотим выпускать книги «на потребу», как, увы, делают некоторые в православные книгоиздательства. Это определение, кстати, введено было в православный быт обновленцами в 20-е годы. Не в концептуальном плане. А в том, что очень часто вал и неизбежность сделать много книг перекрывают заботу о том, что каждая книга должна оставаться единственной. Поэтому важно не только найти новые темы. Но и старые, привычные разработать полнее.

Л. И: — Может быть, это связано с тем, что читатель теперь другой, и церковная обстановка совершенно изменилась?

И. М.: — Конечно. Как читатель, так и издатель потеряли глубокие церковные корни. Мы не дореволюционные издатели, которые обладали подлинной церковной культурой и широтой знаний. Наша главная задача теперь в том, чтобы действительно каждую книгу делать, более думая не о том, какая она будет в итоге, а делать во славу Божию. Если это будет, то Господь даст и все остальное. Если же говорить о наших сериях, то для нас сейчас самая интересная серия «История русской церкви XX века», которую мы не так давно начали. Материала для нее очень много. В частных и государственных архивах. Всем известно, что наши государственные архивы практически нетронуты. Уникальны материалы, которые поступают в Московский Свято-Тихоновский институт. В Петербурге нет такого центра, где бы собирались такие документы, поэтому нам хотелось бы, чтобы здесь таким центром сбора и изучения этих материалов стало наше издательство. В чем смысл нашей работы сейчас? — Мы стремимся к тому, чтобы каждая книга сопровождалась бы подробным исследованием. То есть мы стремимся к тому, как работали в прежних дореволюционных издательствах.

Л.И.: Но Свято-Тихоновский все же мало издает книг, а вам удается издавать много.

И. М.:Конечно, это трудно, поэтому я сразу заговорила о качестве. Знаю, что любого грамотного читателя смущает во многих православных изданиях отсутствие должной подготовки текста. Сейчас мы (все православные издатели) находимся в таком положении, что работаем над книгой вместе с автором. У нас сейчас нет авторов-историков прежнего дореволюционного уровня, которые бы нам приносили достаточно хорошо обработанные, отредактированные, с комментариями тексты. Мы вместе с ними пишем комментарии, вместе дорабатываем тексты. Такая совместная, соборная работа сейчас необходима, чтобы на новый уровень вывести издание книг. Еще раз повторю, что это относится к серии «История русской церкви ХХ века». В этой серии у нас была первая книга — воспоминания владыки Василия Кривошеева «Две встречи» — это о владыке Николае Ярушевиче и владыке Никодиме. Воспоминания очень живые и благодаря этому выбору, определилась сразу вся серия: в ней могут быть воспоминания, документы. Эта серия позволяет избежать дурной концептуальности, потому что история жестких концепций не терпит. Наша задача дать не свою точку зрения на историю, а дать истории говорить самой. Представив две фигуры — владыки Никодима и владыки Николая — мы представляем две противоречивые фигуры, но есть еще и третья, еще более противоречивая — фигура владыки Василия. Мы даем право голоса самой истории.

Л.И.:То есть, предисловия в этих книгах нет, и не будет статей, где дается какая-то авторская оценка.

И.М.: Оценок нет. Она могла бы быть в авторских исторических книгах, как, например, в книге Фирсова «Апостасия». Но ее там тоже нет. Эта книга петербургского историка, посвященная печально известному профессору ленинградской Духовной Академии Осипову, который отрекся от веры в 60-е годы. Это было во время гонений на Церковь, в хрущевскую эпоху. Почему я говорю, что нет оценки — потому что это слишком живые еще события. Мы уже привыкли к клише. Многие, ожидая нашу книгу «Две встречи» были в недоумении: что же это мы издаем книгу о «пререкаемом» владыке Никодиме? Какой он был на самом деле, увидеть его судьбу во всей трагической полноте — вот какой была наша задача. Потому что вся серия призвана показать трагедию XX века. Она из разных судеб, разных голосов и разных позиций. И даже в книге «Апостасия» — показана именно трагедия Осипова, трагедия отступничества. Надо было показать, что просто отречься — это поступок, а остаться без Христа, — трагедия богооставленности, это итог. В этом, наверное, был смысл гонений 60-х годов — не просто задушить церковь, экономическими, политическими методами, а оставить людей без Бога. Трагедия Осипова показывает нам, что можно отнять все, но веру отнять нельзя, от нее можно только отречься. В этой книге автору удалось избежать нравоучений и назиданий, сама судьба профессора Осипова говорит о том, как это страшно. В книге есть предисловие отца Василия Ермакова, который знал Осипова еще в послевоенные времена.

В целом серия книг по истории церкви — разговор. И в ней даже могут быть опубликованы вещи спорные. Они могут быть даже и ошибочными, потому что это разговор. Мы не хотим давать оценок.

Л.И.:Это несколько выпадает из «общего тона» православных издательств, которые имеют тенденцию к идеологизации, освещаемых тем.

И.М.: Да, мы этого боимся. И убеждены, что настала пора серьезного научного подхода и для работы в православных издательствах, потому что научный подход начинается с исследований, с объективности. В истории русской церкви было все, и ошибки тоже. И нужно постараться объективно донести это до читателя. Изменится отношение к нашему читателю — он почувствует доверие к нему и в ответ появится и его доверие к нам, читатель будет благодарен за то, что его не поучают.

В этой же серии вышла книга «Да любите друг друга» — это сборник материалов, воспоминаний о почившем старце Николае Гурьянове. Жизнь старца — это уже история Церкви и мы неслучайно внесли воспоминания о нем в эту серию. Целью издания было избежать тех поспешных оценок, которые уже сейчас существуют и которые наносят огромный вред памяти почившего старца.

Сейчас мы готовим к изданию новую книгу, которая вот-вот выйдет, это воспоминания митрополита Василия (Кривошеина) о Соборе 1971 года, то есть о совсем уже близком времени. Материалы в ней, может быть, еще более острые, чем в остальных книгах, — в силу того, что описывается время близкое к нам. 1971-й год. Сам владыка Пимен (Извеков) протестовал против открытого голосования, против того, что одна кандидатура, но он понимал, что и «управляющий по делам религии» — Куроедов, и органы КГБ контролируют все. Все это описано в книге, но удивительно другое — что за этим описанием бесправного состояния Церкви, ясно вырастает понимание: что бы ни делалось врагами Церкви, Божья воля совершилась. Лучшим и достойнейшим тогда был владыка Пимен, он и стал Святейшим Патриархом. И в этом вареве советской действительности, где Церковь была совершенно подавлена, рождается и дышит Божья благодать, выбирается лучший — вот это чудо, здесь владыка Василий, описывающий избрание говорит об этом с изумлением.

Л.И.:Это важно. Мы об этом же говорили недавно с отцом Владимиром Цветковым. Что Дух Святой действует в соборном разуме Церкви во все времена.

И.М.: Вот еще что меня при работе над книгой поразило. В Соборе принимали участие еще те архиереи, которые прошли ссылки и лагеря. И они молчали на Соборе. Владыка Василий никак не может понять, почему владыка Иосиф Алма-Атинский, старец, известный своей смелостью, честностью, молчал. А тот при встрече поблагодарил владыку Василия за честность и мужество и сказал, что он уже свое отсидел в лагерях, и снова начинать не может. И тут владыка Василий понял — это живая боль. Там были владыки, вернувшиеся из лагеря: один потерял разум, но ведь он оставался епископом при этом. Другой владыка у архиепископа Василия вызвал сначала негодование, почему он лысый? Вообще без бороды и усов — какой-то протестантский вид у него? Потом оказалось, что все это — последствия лагеря. То есть это был такой Собор, на котором еще были люди прежние, вынужденные молчать, но молитвенники, исповедники. И совершалась воля Божия.

Меня поразило: владыка пишет, когда было открытие Собора произносились официальные речи: Куроедов говорит, все говорят. Читать эти речи сейчас очень трудно: что-то о борьбе за мир, слова, слова, слова. А потом вдруг все встали и запели Символ Веры. И это был один из самых поразительных моментов Собора. Потому что в этом, а не в тех речах суть. И пели все вместе. Куроедов растерянно оглядывался по сторонам, а потом вдруг встал. Молчал, но стоял. В этом владыка Василий почувствовал и увидел это дыхание Духа Святого и смысл, происходящего в истории. Донести дыхание истории, — и есть задача этой серии. Материалов для книг в этой серии еще очень много. Я очень надеюсь, что, следующей будет книга по документам из истории катакомбной церкви, о которой мало известно. Нам интересны все материалы по истории русской Церкви, включая фотографии, и если таковые окажутся у ваших читателей, мы всегда рады с ними ознакомиться.

Л.И.:Какие еще серии вы продолжаете издавать?

И.М.: Впереди ряд книг по истории Петербургской епархии. Эта серия продолжает серию «Новомученики российские», которую мы не оставили, продолжаем издавать. Последняя книга, вышедшая в ней, это книга о владыке Серафиме Звездинском. В ней были собраны материалы и опубликованные, и неопубликованные. В этой же серии, мы надеемся, скоро выйдет книга неопубликованных материалов «Проповеди владыки Владимира Богоявленского», одного из первых новомучеников российских.

В этой серии наша главная задача — даст Бог сил, говорить о судьбе. Каждый мученик — живой человек, его путь к вере, его путь к страданиям — это его путь, он не всегда укладывается в общепринятые каноны жития. Я все думала, что главное во владыке Серафиме? Вот ему Господь дал замечательное переживание литургии, потому он написал работу «О литургии». Другому мученику было дано что-то другое, а его путь к мученичеству прошел через осмысление Христовой Жертвы. Через ежедневную, ежеминутную причастность к этой Жертве, как священника. Это удивительно. И мы так выстраивали книгу, через эту главную идею. То есть, наша редакторская задача в этом случае — вместе с автором (Ириной Румянцевой) увидеть судьбу.

Особенно мы любим одну из последних наших книг, автор которой иеромонах Нестор (Кумыш) — «Новомученики Санкт-Петербургской епархии».

Л.И.:Мне известно, что эта книга была неоднозначно воспринята в епархии, какие-то сложности возникли вокруг подачи материала?

И.М.:При всех спорных моментах в книге есть главное: в рассказе о каждом канонизированном и неканонизированном мучеником присутствует его судьба. И его личное начало, которое порой теряется в канонических житиях, уходит. Если говорится о том, какие мучения претерпел человек, то говорится не для того, чтобы читатель еще раз ужаснулся, а для того, чтобы понял, какие силы требовались, какие силы давал Господь для того, чтобы это претерпеть. В этом подвиг, в вере. Отец Нестор сумел сказать о том, что подвиг мученичества — это подвиг веры, а не подвиг силы. Веры и терпения. Вера этих людей была такой, что она давала силы. Не у человека были такие силы. Как мы, к сожалению, привыкли следовать клише: вот у человека благочестивое детство и дальше прямой путь к святости. Отец Нестор показывает разных людей. Трафарета нет. Почему я сказала, что мы очень любим эту книгу — здесь редакторская работа была минимальной. Практически всю редакторскую и составительскую работу блестяще выполнил сам автор, как человек, который непосредственно занимался архивным материалом. Еще хотела бы подчеркнуть — прекрасный язык, от которого мы в православных книгах отвыкли. Иеромонах Нестор сам профессиональный филолог, иерей с опытом.

Но еще раз повторю, у наших авторов могут быть разные взгляды на историю. Вот исторические книги отца Георгия Митрофанова содержат свой взгляд на события, и не все с ним соглашаются. Мы готовим, кстати, новую часть «История Русской православной Церкви в 30−50 годы», и мы надеемся, что она выйдет к новому учебному году, потому что в Духовных школах она очень нужна. Не может быть сейчас какого-то единого мнения по всем вопросам, особенно по истории XX века.

Л.И.:Ввашем издательстве издаются только книги сугубо церковной тематики?

И.О.:Нет, Одна из наших тем — это история государства российского. Книги о том, как жили в России в начале XX века. Прежде всего, назову книгу историка, преподавателя Академии усовершенствования учителей Юрия Александровича Рябова, называется она «Богохранимая страна наша Российская. Государство и общество в России на рубеже XIX — XX веков». Это исторически объективный анализ жизни всех слоев общества на рубеже веков. Почему такой труд важен сейчас? Потому что в нем исследуется преддверие того времени, которое для нас сейчас самое интересное, самое важное. Нам важно увидеть и понять, что Церковь и государство в России накануне революции были едины. Все сословия, жизнь которых представлена в книге Ю. Рябова — это и есть плоть народной жизни. Это Россия накануне тех испытаний, которые ей судил Господь. Чтобы понять эти испытания, нужно понять, а какой была Россия в действительности. Почему все произошло, почему Господь попустил. И если мы говорим о трагедии XX века, мы должны понимать что мы не на пустом месте живем. Причины происходящего в наши дни — в истории. Поэтому, конечно, любой исторический материал, даже может быть, не впрямую церковный, нам важен. У нас есть еще один автор, который написал уже две книги, тоже исторические, это Петр Валентинович Мольтатулли. Тоже историк, к которому по-разному относятся, но надо сказать, что это человек, который находится в постоянном поиске, сам меняется. Он написал книгу о Государе Николае II в годы первой мировой войны. И вторая книга вышла недавно «Строго посещает Господь нас гневом своим».

Авторы у нас разные — и взгляды разные. Но, еще раз повторяю, это принципиальная позиция нашего издательства — не навязывать ни авторам, ни читателем однозначных клише.

http://rusk.ru/st.php?idar=4766

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru