Русская линия
Русская линия Игорь Андрушкевич29.03.2011 

Без доблести нет чести

Honor est praemium virtutis
(Честь есть награда за доблесть)
(Цицерон)

Честь — внутреннее нравственное достоинство человека,
доблесть, честность, благородство души и чистая совесть
(Владимир Даль)

Ни честь ни доблесть не легко точно определить, по ряду причин. Одной из этих причин является невозможность определять с юридической точностью нравственные категории, ибо область нравов первичнее и шире области права.

Однако, всё-же некоторые определения возможны, хотя они и не будут исчерпывающими. Кроме того, оба выше указанные понятия чести и доблести тесно связаны с военной жизнью, а таковая, в свою очередь, происходит в рамках, предусмотренных военными уставами. Эти уставы часто указывают на эту связь. В некоторых странах даже существуют военные ордена, в наименовании которых присутствует слово «честь», не говоря уже о французском «Легионе чести». Значит, имеются какие-то определения понятия «чести», или, вернее, существуют инстанции, имеющие право выносить заключения, какое поведение указывает на обладание честью, а какое, напротив, указывает на её отсутствие. В основном, такие заключения совпадают не только с мнением большинства современников, но также согласуются и с мнением предшественников, сохранённым и переданным в виде заветов предков и соборных традиций. Таким образом, в области подобных преданий можно найти некоторые определения, как доблести, так и чести.

В нашей русской культуре, одно из первых таких определений мы имеем в «Слове о полку Игореве». В «Слове» неоднократно указывается, что честь русских воинов неразрывно связана со славой русского князя, представляющего Землю Русскую. Русские воины:

«Сами скачут,
аки серыи волци в поле,
ищущи себе чести, а князю славы».

Для этого:

«Пути им ведомы,
яруги (овраги) им знаемы,
луки у них напряжены,
тули (колчаны) отворены,
сабли изострены.»

Есть предположения, что само «Слово о полку Игореве» заканчивалось словом «честь», а не словом «аминь», как в дошедшей до нас копии.

Значит, честь, даже если она и объективна по своему содержанию, по своему назначению она тенденциозна, ибо функциональна: она всегда патриотична, по крайней мере у нас на Руси. То есть, она ставит выше личных интересов, амбиций и мнений интересы отечества.

В другом, более древнем кладезе мудрости, в «Илиаде», понятие чести уточняется шире. В монументальном труде, более чем в 1000 страниц, известного немецкого учёного Вернера Йегера «Педия, воспитание человека в Древней Греции», этой теме посвящаются три первые главы: Аристократия и добродетель; Культура и воспитание; Гомер — воспитатель. (Werner Jaeger, Paideia, die Formung des Griechischen Menschen). Согласно Йегеру, отличительными чертами подлинной аристократии (дворянства, в нашем русском понимании) являются «аретэ» (добродетель, доблесть) и честь. Причем, честь является внешним проявлением доблести. Йегер считает, что воспитание в Древней Греции, в согласии с «Илиадой», имело своей главной задачей формирование человека чести, путем создания определённого идеала, в котором польза или выгода не играет существенной роли, а только лишь «аретэ», добродетель. Сама по себе Илиада была литературным инструментом воспитания, путем создания такого идеала. Сегодняшний нравственный кризис в России и в мире создавался и создается тоже с помощью соответствующей отрицательной литературы и других современных средств сообщения. Феникс, старый воспитатель Ахилла, напоминает ему в Илиаде, для чего его воспитывали: для добрых дел и для добрых слов. (Получается, что даже при добрых делах, но при не добрых словах, нет чести!) Согласно Йегеру, вся древнегреческая культура, включая её искусства, науки и философию, органически развилась из этих аристократических начал (принципов).

В древнегреческой культуре, понятие «аретэ» имело большое значение, как, впрочем, и «виртус» в римской (буквально: мужественный, от «vir», муж). Оба эти термина имели в первую очередь отношение к воинскому поведению. Обыкновенно эти понятия переводятся на русский язык выражением «добродетель». Этимологически это слово связано также и со словом «аристос», превосходный, лучший, с помошью которого образовано слово «аристократия», власть лучших. По смыслу оно очень близко к понятию доблести. В русском языке оно концептульно связано с понятием добра, а на церковнославянском языке оно гласит «добрыня». М. Фасмер, в своем известном этимологическом словаре русского языка, высказывает предположение, что имя древнерусского богатыря Добрыни концептуально связано с понятием «аретэ».

Значит, если в Илиаде непременным условием чести является обладание доблестью, или, вернее, сама честь является лишь внешним проявлением или подтверждением доблести, то на Руси, согласно нашей русской культуре, для обладания честью также необходимо служить славе Земли Русской и вести себя в согласии с примером русского богатыря Добрыни, а также и в согласии с завещаниями и заветами великих русских людей: Великого Князя Владимира Мономаха, Великого Князя Александра Невского, Генералиссимуса А. В. Суворова. (Специфически для кадет России весьма важны также и заветы Великого Князя Константина Константиновича и генерала Б. В. Адамовича). Полковник Евгений Павлович Исаков, в своем замечательном труде «К завещанной доблести», приводит тексты всех этих завещаний и заветов. В свою очередь, на своем XVII Кадетском Съезде, состоявшемся в 2000 году в Канаде, русские зарубежные кадеты провозгласили свое завещание кадетам в России: «Завещаем: исполняйте завещание Генералиссимуса А. В. Суворова».

Интересно, что у нас в России понятие «аристократия» выражалось словом «дворянство», тесно связянным с идеей служения при главе государства, при князе (при княжеском дворе). Однако, при этом сохранялась концептуальная связь между понятиями «чести» и «благородства», в согласии с древнегреческой традицией. Само слово «благородный» является калькой (буквальным переводом) греческого слова «евгенитос» (от которого происходит имя Евгений). Однако, по своему глубокому смыслу оно отнюдь не обозначает лишь определённую генетическую связь, а, главным образом, обладание доблестью и добродетелями, полученными через воспитание. Больше того, в данном случае, мы имеем на лицо обратную взаимосвязь: если подобающее хорошее воспитание для «добрых дел и добрых слов» достигает положительных результатов, то это доказывает и подтверждает задним числом качественно хорошее отцовство.

Понятие «благородства» подспудно присутствовало и в конституции Римской Республики, каковая по самому своему имени: S. P. Q. R. (Senatus Populusque Romanus) являлась выражением соборного взаимодействия римского Сената и римского народа. Основная часть Сената состояла из патрициев, то есть из потомков «отцов основателей», значит из благородных, «хорошо рождённых». Первоначально, только они имели право голосовать в Сенате, в то время, как остальные сенаторы имели лишь право слова. Однако, когда, со временем, число традиционных родов, происходивших от «отцов основателей», резко сократилось, патрициями стали назначать любых граждан, заслуживших этого своим служением и поведением. Интересно, что само по себе прохождение служения (военного и гражданского вперемежку) в Риме называлось «курсом чести» (cursus honorum). Сами же аспиранты на должность сенатора назывались кандидатами, от слова «candidus», то есть «убелённый, чистый, безупречный, искренний», то есть «честный». Так было затем и в Византии, лишь с добавлением академических требований в большинстве случаев. Обе категории сенаторов были одинаково благородными. Значит, благородство не является автоматическим последствием определённого происхождения, а само это происхождение не является исключительным его условием.

Вообще, качество «благородства», в смысле указания на обладание честью, получается или наследуется, но не безусловно и не безотзывно. От самого носителя зависит сохранение этого качества, но не от него зависит констатация и подтверждение такого сохранения. В Древнем Риме, при глубоком чувстве правосознания его граждан, была учреждена специальная институция для этого: два цензора, выбранные на пять лет, из числа бывших консулов (возглавителей государства), имели право один раз в течение срока своих полномочий безапелляционно и без указания причин вычеркнуть недостойных сенаторов из списков Сената.

В Российской Империи благородство обреталось через наследство от заслуженных предков или через производство в офицеры. Однако, от офицеров требовалось не только профессионального служения, но также и сохранения чести, «а приори» полученной при воспитании или проявленной совместно с доблестью. Профессия обреталась путём учёбы, а честь путём воспитания в семье и в военных училищах. Затем профессиональная служба квалифицировалась начальством, а честь всегда находилась в юрисдикции полковых Судов чести, характер, состав и полномочия каковых были точно определены. Суды чести выбирались самими офицерами и были независимы от начальства, но начальство должно было считаться с их решениями.

Когда, во время Второго Общекадетского Съезда ОС СНКР в Санкт-Петербурге, один нахимовец спросил в частном разговоре, возможно ли восстановление в России, в том или ином виде, служилого дворянства, один суворовец сказал, что это невозможно без Царя, ибо только Царь имел право давать дворянство. Я тогда выразил мое мнение, что Царь Пётр Великий уже раз и навегда дал русское дворянство всем русским офицерам. Правда, я тогда ничего не сказал о необходимости соблюдения своей чести офицерами. Больше того, это соблюдение подлежит надзору Судов чести. Так что, для этого необходимо восстановить в наших полках не только полковых священников, но также и полковые Суды чести. В Русской Диаспоре, в большинстве военных и кадетских объединений, тоже существовали Суды чести, по аналогии с полковыми судами.

При попытках уточнения понятий чести, также необходимо не упускать многоярусного характера параметров чести.

В первую очередь, честь зависит от нравственного поведения. Поведение в согласии с нравами на всех языках именуется нравственностью. От древнегреческого слова «этос» (нравы, навыки, обычаи) произведено понятие «этики». От латинского слова «морэс» произведено равнозначное слово «мораль». Широко известно латинское выражение «о тэмпора, о морэс!» («о времена, о нравы!»). Нравы являются не только отвлеченными категориями «должного» («категорическими императивами» по Канту), но также и общепринятыми социальными нормами, по отношении к которым существует некоторый общественный консенсус. Испанский философ Ортега-и-Гассет разработал социологическую теорию, согласно каковой, любое общество связано узами собственных общих верований (не только чисто религиозных, но также и мировоззренческих) и общих обычаев, нравов, навыков, привычек, по-испански «usos». Каждый народ имеет свои обычаи, свой быт. «Привычка свыше нам дана, замена счастию она», сказал Пушкин. У русского народа есть свои русские обычаи, свой русский быт. Согласно Алексею Хомякову, выражение «свобода» образовано от словосочетания «свой быт». Подлинная демократия заключается в том, что каждый народ имеет право жить по своим собственным обычаям, своим собственным бытом.

Грубо нарушать, искажать или пренебрегать исконными народными верованиями или традиционными народными обычаями нечестно. Конечно, в процессе исторического развития, известной эволюции подвергаются также и народные верования и народный быт. Именно эволюции, а не революционной ломке, ведущей к грубому нарушению и полному ниспровержению предыдущих обычаев и норм. На Руси конечно всегда были, как и во многих других странах, мат, пьянство, коррупция и хамство, но они не всегда проявлялись в одинаковой мере, во всяком случае не в сегодняшнем размахе. Это даже можно доказать с помощью экономической и социологической статистик. Именно военные должны понимать, что такое революционное развитие нашего быта является тонкой вражеской провокацией, ибо оно ведет не только к нашему унижению, но также и к нашему очевидному ослаблению во всех отношениях. При любой этической оценке офицерской чести, никак невозможно упускать из вида также и эти критерии.

Однако, благородство, обозначающее обладание честью, как выражением доблести, требует не только отсутствия явно отрицательных нравственных и социальных качеств, но также и наличия положительных. При учреждении первых кадетских училищ в современной истории, во Франции в 1682 году, было конкретно указано, что оно происходит для «воспитания начал великодушия». На медали «Militiae tirosinium» (военное воспитание) этого года, изображены две походные палатки со строем кадет, перед которыми стоит группа офицеров, с надписью: «Nobiles educati munificencia principia» («Благородных воспитывают в началах великодушия»).

Богатый опыт выживания в тяжелых условиях пребывания в чужой среде, напомнил русским зарубежным кадетам, что эти начала великодушия имеют также и большое практическое значение. Нужно иметь благородную силу характера, чтобы по-товарищески отодвигать на задний план свои амбиции, интересы или просто мнения, идя навстречу соборному согласию, во имя общих высших интересов.

На стене столовой Второй роты «Первого Русского Кадетского Корпуса» в Югославии, нас об этом предупреждали: «И говорили в дни Батыя, как на полях Бородина: Да возвеличится Россия, да гибнут наши имена!».

«Наконец, братия мои, что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте». (Апостол Павел, Послание к Филиппийцам, 4, 8).

Электронное Кадетское письмо
N 70. Буэнос-Айрес, апрель 2011

http://rusk.ru/st.php?idar=47570

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru