Русская линия
Слово Петр Малков14.02.2011 

Сретение Господне — история, духовный смысл и богослужебные особенности праздника

Проблема четкого определения статуса праздника Сретения влечет за собой некоторые трудности. Безусловно Сретение — двунадесятый праздник. СретениеОднако, остается не совсем ясным: к каким собственно праздникам он может быть отнесен — к Господским или Богородичным? — поскольку ряд черт, присущих его богослужебному уставу, говорит о том, что он — Господский, а ряд других, напротив, о том, что он — Богородичный. По-видимому, вслед за некоторыми православными литургистами, праздник этот предпочтительнее именовать Господско-Богородичным.

Сретение Господне отмечается на сороковой день после Рождества Христова.

Связь праздника с событиями Священной истории Ветхого и Нового Завета

Само слово «сретение» в переводе с церковно-славянского языка означает «встреча». В праздник Сретения Господня православные христиане вспоминают тот день, когда Богомладенец Иисус Христос был принесен в Иерусалимский храм — во исполнение древних обычаев ветхозаветного закона Моисея (см. книгу Левит 12:1−8). В соответствии с этим законом, женщины после родов на сороковой или тридцатый день (в зависимости от того, кто у них родился — мальчик или девочка) должны были приходить в храм для принесения ритуальной очистительной жертвы.

Посещает храм, ради принесения такой жертвы, и Богоматерь. Ею приносятся два голубиных птенца — жертва, по закону допустимая лишь для бедняков. Вероятно, обычно после принесения такой жертвы священник принимал младенца из рук матери, и, обратившись к алтарю, высоко поднимал ребенка, как бы вручая его Богу. При этом он совершал над ним две молитвы: одну — на тему закона о принесении выкупа, другую — с благодарением за рождение первенца.

Младенец Христос был встречен при входе в храм благочестивым и праведным старцем Симеоном (по Преданию Церкви — одним из переводчиков Священного Писания Ветхого Завета на греческий язык), которому некогда было обещано Духом Божиим, что он не умрет, пока не увидит своими глазами пришедшего на Землю Спасителя мира. Симеон был уже очень стар и превзошел все мыслимые пределы продолжительности человеческой жизни; но смерть не приходила к нему, ибо по Божественному обетованию он должен был увидеть родившегося Христа. И вот, наступил день, когда этот древний старец принял наконец в Иерусалимском храме на свои руки младенца Иисуса, произнеся те, замечательные по своей силе слова, что и сегодня звучат в христианских церквах за каждым вечерним богослужением. В переводе на русский язык они звучат так: «ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром; ибо видели очи мои спасение Твое (т .е. принесенное нам Тобою), которое Ты уготовал пред лицем всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля». Теперь, дожив до дня рождения Христа, иначе говоря, до встречи с Богом, Который соделался — по Своей любви к людям — истинным Человеком, старец Симеон мог уже спокойно умереть: «сретение», наконец, состоялось.

Произносит он также и другие (тоже очень важные) — провидческие слова. Обращаясь к Богоматери, Симеон пророчествует о Ее Сыне: «се, лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий,… да откроются помышления многих сердец», и, кроме того, добавляет, говоря уже о судьбе Самой Марии: «и Тебе Самой оружие пройдет душу». Старец говорит здесь о том, что родившийся Христос принесет в мир разделение. Отныне уже нельзя будет пребывать в спокойном, «комфортном» безразличии к вопросам веры, равнодушно отказываясь от следования за Истиной: с этого дня человечество должно разделиться как бы на «два лагеря» по принципу — «за Христа и в Боге» или «против Христа и вне Бога». Слова же об «оружии», то есть о мече, которым будет пронзено сердце Богородицы — это пророчество о тех страданиях, что Ей еще предстоит испытать в тот день, когда Она окажется свидетельницей мучений и смерти на Кресте Собственного Сына.

Здесь же в храме находилась и женщина, также достигшая глубокой старости, обладавшая пророческим даром, — Анна, которая вместе с праведным Симеоном стала прославлять Господа.

После исполнения всех предписанных законом обрядов, Святое Семейство вернулось домой — в город Назарет (см. Евангелие от Луки 2:22−39).

Духовный смысл праздника

Смысл праздника Сретения — в долгожданной и спасительной встрече всего человеческого рода — лицом к лицу — с изначальным Источником всякого добра и подлинного блага, истины и красоты: с живым Богом христианского Откровения. Именно здесь, по убеждению христиан, и проходит граница в истории всех верующих людей: в день Сретения встретились две эпохи, ознаменованные двумя Заветами Бога и человека — Ветхим и Новым.

Как правило, проповеди христианских богословов и экзегетов, посвященные Сретению, отличаются особой восторженностью и возвышенностью, будучи буквально преисполнены радости и ликования. Например, в проповеди на Сретение, приписываемой святителю Кириллу Иерусалимскому (IV в.), говорится: «Итак, придите… Христолюбцы и Боголюбцы, во сретение Господа и Владыки, с радостию и в чистоте изыдем: не законным обрядом, но духовно: не чрева сладостями работая, но духом играя… Все ныне, и всегда празднственные возопием песни… С Сионом сретим, со храмом освятимся, с Девою величая, возрадуемся, с Иосифом принесем, аки два горличища (как два голубиных птенца) душу и тело, с Симеоном Христа в объятия приимем, и со Анною исповедуем, да тако в наслаждение небесных благ внидем, благодатию Господа, и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа».

По сути вся жизнь человечества до пришествия Спасителя — долгое и томительное ожидание радости этой встречи, Сретения Господня.

…Еще на заре истории человеческого рода происходит страшное и гибельное по своим последствиям для людей событие: их расставание, разлука с Богом. Адам и Ева — первые люди — самовольно вкушают плод от запретного Древа познания добра и зла, тем самым преступая единственное наложенное на них пока Творцом ограничение.

Отпав от Божественной Правды, нарушив эту заповедь, Адам и Ева сами воздвигли между собой и Богом крепкую стену отчуждения от Него. И с тех самых пор — долго, но безуспешно — искали люди новой встречи, нового единения со своим Создателем, блуждая впотьмах, спотыкаясь, сбиваясь с пути, вступая на смертельно опасные земли темных языческих культов.

Но все это время и Сам Бог продолжал искать отдалившегося от Него и предавшего Его любовь — человека. Уже в самый день грехопадения ищет Господь среди святых садов древнего Рая-Эдема Свое падшее создание — Адама, взывая к нему: «Где ты?».

Конечно же, такое призывание не означает, что Бог в тот день не знал, где «физически» находится Адам, или не мог обнаружить его местопребывания. Просто подлинное единство двух личностей — это, прежде всего, единство взаимопонимания и любви. И вот такого чувства живого и действенного единства, чувства радостной, доверчивой любви и не мог найти тогда Господь в сердце Адама. «Падший» Адам уже не предстоял пред Богом в прежней своей открытости и жертвенности полного послушания: он пытался скрыться от Него в тени райских деревьев; ведь, с нарушением им воли Божией, с грехопадением — на смену прежней любви к Богу в душу Адама вошло ощущение страха и отчуждения от Него.

И все же настал тот день, когда ветхий уже и немощный старец Симеон принял на свои руки Богомладенца Христа, возвестив о приходе в этот мир его Творца. Отныне уже человечество — в лице Симеона — ясно узнало и твердо исповедало, что после многих тысячелетий своего самовольного отлучения от Бога оно наконец-то встретило своего Создателя. Ведь Симеон держал на своих руках Того, Кто, по Своему таинственному изволению преступив пределы вечности и всемогущества, «умалился» до состояния беспомощного Младенца, держал — Самого Бога.

История возникновения праздника

Источники говорят о том, что праздник Сретения возник и существовал в Иерусалимской церкви с IV—V вв. — как торжество, завершавшее сорокадневный цикл Богоявления, посвященного воспоминанию целого ряда евангельских событий. Именно поэтому в то время он и не рассматривался как отдельный, самостоятельный праздник.

В конце V в. — в Риме, и в середине VI в. — в Константинополе (во времена Императора Юстиниана) Сретение становится уже самостоятельным Господским праздником.

И на Востоке и на Западе дата праздника оказалась увязана с днем Рождества Христова: Сретение отмечалось на сороковой день после Рождества. С середины VI века день празднования Рождества, а значит, и Сретения, на Западе и на Востоке уже практически повсеместно (за исключением Армении) совпадают. Распространению праздника Сретения, как и сугубому церковному почитанию этого события Священной истории, весьма способствовал своей активной деятельностью святой император Юстиниан.

Характерные особенности праздничного богослужения в различные исторические периоды. Авторы богослужебных текстов

Богослужебные тексты праздника составлены виднейшими древнецерковными песнотворцами. Так, часть стихир на «стиховне» и канон праздника написаны преподобным Косьмой Маюмским (VII-VIII в.), часть стихир на «Господи воззвах» и стихир на литии — святым патриархом Германом Константинопольским (VIII в.); в текст службы включены также стихиры, принадлежащие святым Андрею Критскому (VII-VIII в.) и Иоанну Дамаскину (VIII в.), — по одной стихире на литии.

Уже с момента возникновения праздник Сретения, казалось бы, по всему своему характеру — явно Господский. Однако на Западе он обычно рассматривался скорее как Богородичный. Со временем и на Востоке он также постепенно трансформировался в сторону Богородичного празднества, хотя в своем чинопоследовании все же зафиксировался в виде «смешанного» праздника, заключающего в себе отдельные черты как Господского, так и Богородичного торжества.

На Руси к XVII столетию значение Сретения оказалось несколько приуменьшено — в сравнении с более торжественной древней традицией его празднования.

Подготовительный период праздника. Предпразднство и попразднство.

Праздник Сретения имеет один день предпразднства и семь дней попразднства. На второй день торжества (3 февраля ст. ст. / 16 февраля н. ст.) Церковь празднует память праведного Симеона и Анны пророчицы — святых, чей личный духовный подвиг, как известно, оказался непосредственно связан с событиями Сретения.

Важнейшие черты праздничного богослужения

Служба праздника Сретения совершается в голубых — Богородичных — облачениях. Текст службы содержится в месячной Минее — в ее февральском томе.

Необходимо указать на те черты празднества, что позволяют приводить доводы в пользу принадлежности Сретения к Господским или, напротив, Богородичным двунадесятым праздникам.

С одной стороны, здесь явно присутствуют характерные особенности Господского праздника: 1) произнесение на Литургии — во время «малого входа» или «входа с евангелием» — особого «входного стиха» и последующее за ним торжественное пение тропаря и кондака праздника; 2) наличие «своего» праздничного отпуста в конце службы, начинающегося словами «Иже во объятиях праведного Симеона…».

С другой стороны, тут же имеются и признаки Богородичного праздника: 1) в случае совпадения Сретения с воскресным днем, воскресные песнопения оказываются «главнее», то есть поются впереди сретенских — это может происходить (по общим правилам богослужебного устава) лишь в Богородичные праздники; Господский же двунадесятый праздник всегда «пересилил» бы песнопения обычного воскресенья; 2) также — ради воскресенья — может быть отменен и заменен традиционным воскресным отпустом указанный выше сретенский отпуст; 3) у праздника Сретения отсутствуют обычные для Господских двунадесятых торжеств праздничные антифоны на Литургии.

Тропарь праздника: «Радуйся Благодатная Богородице Дево, из Тебе бо возсия Солнце Правды, Христос Бог наш, просвещаяй сущия во тьме: веселися и Ты, старче праведный, приемый во объятия Свободителя душ наших дарующаго нам воскресение». Перевод тропаря на русский язык таков: «Радуйся, Благодатная Дева Богородица, ведь из Тебя воссияло Солнце Правды — Христос Бог наш, просвещающий находящихся во тьме (неведения). Веселись же и ты, праведный старец, принявший в свои объятья Освободителя наших душ, дарующего нам воскресение».

Тропарь развивает связанную с внутренним содержанием события Сретения богословскую идею — о просвещении светом Истины всего человечества, прежде пребывавшего во тьме незнания Бога. Мысль эта издревле была выражена в тексте Священного Писания — у пророка Исаии (см. книгу пророка Исаии 42:7), а затем оказалась повторена и Самим Христом: «народ, сидящий во тьме, увидел свет великий, и сидящим в стране и тени смертной воссиял свет» (Евангелие от Матфея 4:16).

Кондак праздника: «Утробу Девичу освятивый Рождеством Твоим и руце Симеоне благословивый, якоже подобаше, предварив, и ныне спасл еси нас, Христе Боже, но умири во бранех жительство и укрепи люди, ихже возлюбил еси, Едине Человеколюбче». Русский перевод кондака: «Освятив Твоим Рождением утробу Девы и благословив объятия Симеона, как надлежало, предвозвестив (о том заранее) — ныне Ты спас нас, Христе Боже; сделай же мирной нашу жизнь — среди войн — и укрепи людей, которых (Ты) возлюбил, Единый Человеколюбец».

В стихирах и каноне праздника подчеркивается мысль о том, что Тот Самый Бог, Который прежде являлся в таинственном и неприступном мраке пророку Моисею на горе Синай, теперь сделался видим для человека, ибо Он стал Младенцем, почивавшим на руках праведного Симеона: «на горе Синайстей древле Моисей виде задняя Божия (то есть видел Бога „со спины“ — символический образ того, что в Ветхом Завете человек еще не был способен видеть Бога лицом к Лицу), и тонкий (едва различимый и, кроме того, всепроницающий) Божественный глас сподобися во мраце же и вихре слышати. Ныне же Симеон воплощенного Бога непреложне (неизменно) нас ради на руки прият…». Говорится здесь и о том, что Тот Кто прежде был носим лишь на херувимских (херувимы — один из «чинов» ангелов) колесницах, ныне восседает как на престоле — на руках старца Симеона: «иже на Херувимех носимый…, днесь в Божественное святилище (то есть в храм) по закону приносим, на старческих, яко на престоле, седит руках…».

На праздник Сретения положено чтение трех паремий. Первая из них говорит о ветхозаветном установлении посвящать Богу первенцев (книга Исход 12:51; 13:1−3,10−12,14−16; 22:29; книга Левит 12:1−4,6−8; книга Числа 8:17). Вторая паремия повествует о видении, открывшемся в храме пророку Исаии, в котором ему явился сидящий на престоле и окруженный ангелами Господь. Здесь-то Исаия и был призван к своему пророческому служению (книга пророка Исаии 6:1−12). Третья паремия, также представляющая собой отрывок из книги Исаии, содержит пророчество о бегстве Святого Семейства в Египет. Эта паремия здесь тем более уместна, что Бегство в Египет сюжетно довольно тесно связано со Сретением — оба эти события весьма близки по времени (книга пророка Исаии 19:1−5,12,16,19−21).

Отрывки из Евангелия на утрени и Литургии почти совпадают по содержанию: оба они рассказывают о Сретении. Однако евангельское чтение на утрени (Евангелие от Луки 2:25−32) короче, чем на Литургии (Евангелие от Луки 2:22−40): полное библейское повествование о событии Сретения мы слышим в храме именно в самый день праздника.

Что касается апостольского чтения, то на праздничной Литургии прочитывается фрагмент из Послания апостола Павла к Евреям (17:7−17), где появляется загадочный образ ветхозаветного царя и священника по имени Мелхиседек: толкователи Священного Писания рассматривают его как прообраз Христа. Здесь же говорится о превосходстве искупительного и жертвенного (именуемого здесь первосвященническим) служения Спасителя перед ветхозаветными жертвами, а также об отмене — с пришествием Христа — Закона Моисеева.
http://www.portal-slovo.ru/theology/42 117.php


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru