Русская линия
Русская линия Дмитрий Соколов23.12.2010 

Утраченные памятники Севастополя

История Крыма 1920 — 1930-х гг. насыщена трагическими событиями, повлекшими за собой не только массовые человеческие жертвы. Катастрофой они обернулись и для… памятников

Революция 1917 г., последовавшая за ней гражданская смута, закончившаяся установлением коммунистической деспотии, — все это привело к разрушению прежней системы общественных ценностей, утрате национального самосознания, моральных и нравственных ориентиров. Первые десятилетия социалистического строительства не только искалечили несметное множество человеческих судеб. Подлинной катастрофой этот период обернулся для многих произведений материальной культуры — архитектурных сооружений и памятников.

Узаконенный вандализм

Памятник Александру III в Феодосии Попытки разрушения произведений монументального искусства в Крыму революционными массами предпринимались неоднократно — и до, и после Октябрьской революции. Так, 22 июня 1917 г. в Феодосии толпа матросов разобрала памятник императору Александру III, несколькими днями ранее в Бахчисарае солдаты севастопольского гарнизона разрушили памятник 300-летию дома Романовых.

Уничтожение монументов — одна из характерных примет смутного времени. Но эти проявления вандализма носили эпизодический и стихийный характер. И только советское правительство придало вандализму государственный статус. 12 апреля 1918 г. был принят декрет совнаркома «О памятниках республики», во исполнение которого в городах, расположенных на подконтрольной большевикам территории, в массовом порядке уничтожались памятники, воздвигнутые в честь выдающихся военных, государственных и общественных деятелей царской России.

В роли погромщика выступал и сам Ленин. В 1918 г. он вместе с соратниками сбросил с пьедестала памятник, возведенный на месте убийства великого князя Сергея Александровича, созданный по рисункам художника В.М. Васнецова.

Осенью 1920 г., после окончательного установления советской власти в Крыму, располагавшиеся на территории полуострова памятники деятелям царской эпохи постигла та же горькая участь, что и произведения монументального искусства в других регионах страны. Уже в январе — мае 1921 г. в Симферополе был демонтирован памятник императрице Екатерине II. На освободившийся постамент водрузили наскоро сооруженную скульптурную композицию из гипса, цемента и арматуры, изображавшую пролетария, разбивающего молотом оковы земного шара, бюсты К. Маркса, Ф. Энгельса и В.И. Ленина.

Пожалуй, это наиболее известная жертва войны большевиков с памятниками деятелям дореволюционной России в Крыму в начале 1920-х гг. Царившие на полуострове разруха и массовый голод помешали тогда строителям нового общества выполнить многое из того, что они успешно осуществили в дальнейшем.

Монумент героям — классовый враг

Памятник Нахимову в г. Севастополе Следующий этап борьбы с монументальным наследием прошлого в Крыму пришелся на вторую половину 1920 — 1930-х гг. Именно тогда с площадей и улиц городов полуострова исчезли многие памятники истории, в большинстве своем безвозвратно. Особенно серьезный урон был нанесен Севастополю. Обилие в городе монументов, воздвигнутых в честь героев первой обороны 1854 — 1855 гг. и напоминающих современникам о мощи и величии царской России, вызывало раздражение местных партийных кругов.

Отношение власти к наследию минувшей эпохи наиболее полно характеризует произошедшее с памятником адмиралу П.С. Нахимову.

Еще в 1924 г. Севастопольский горисполком обратился в КрымСНК с предложением перелить скульптуру великого флотоводца в статую «вождя мирового пролетариата», но в силу ряда причин данное начинание тогда не удалось претворить в жизнь.

Акт вандализма совершился 4 года спустя.

Снятие памятника П.С. Нахимову сопровождалось масштабной пропагандистской кампанией, в ходе которой в сознание людей внедрялось убеждение, что этот и другие подобные монументы являются выразителями чуждой идеологии и их уничтожение единственно правильный шаг.

«По меньшей мере, странно, — писалось в севастопольской газете „Маяк коммуны“, — что в рабочем центре Крыма нет памятника учителю рабочего класса. Это делается особенно заметным при том большом количестве памятников, какое мы имеем здесь защитникам самодержавия. Особенно бросается в глаза памятник адмиралу Нахимову, поставленный у входа в город со стороны моря. Немалое удивление вызывает эта бронзовая фигура у иностранных моряков, в частности, у турецких. И в самом деле, разве не насмешкой высится попирающая турецкие национальные знамена фигура Нахимова в городе, борющемся за разрушение национальных перегородок? На площади им. III Интернационала — руководителя пролетариев всего мира не может быть памятника царскому адмиралу».

В холодные ноябрьские дни 1928 г. памятник был снят с пьедестала, перевезен во двор музея Черноморского флота и спустя время разобран и пущен на переплавку. Гранитный пьедестал как представлявший собой большую ценность решили оставить на месте, забили досками с тем, чтобы со временем водрузить на него бронзовую фигуру Ильича.

«Поставленный против здания Морского собрания, — вспоминал очевидец, — на площади своего имени, памятник Нахимову мозолил глаза ликующим строителям новой жизни каждый праздничный день. Все парады и манифестации проходили у его подножия, и Павел Степанович был как бы „принимающим парад“. А отцы города, размещавшиеся либо на трибуне у гостиницы Киста, либо на балконе Морского собрания, оказывались как бы ни при чем. Чтобы избавиться от этого ощущения, его обшивали досками, сооружая нечто вроде маяка с прожекторами в верхней части (нужно напомнить, что местная газета называлась „Маяк коммуны“). Бедный адмирал смотрел сквозь щели обшивки. Наконец, к концу 20-х гг. памятник так намозолил глаза севастопольскому начальству, что его сняли. Севастополь лишился одной из главных своих достопримечательностей. Это был памятник работы Бильдерлинга, обладавший и портретным сходством, и каким-то домашним севастопольским духом.

Нахимов был изображен сутуловатым, в своей нахимовской фуражке с большим козырьком и поднятым сзади шлыком. Он строго смотрел на Графскую пристань и большой рейд; на боку у него висела кривая сабля плененного при Синопе Османа-паши. Снятый памятник некоторое время стоял во дворе Музея обороны Севастополя, затем его разобрали, и следы его пропали, по-видимому, отправили на переплавку. После 1945 г. в общественное сознание усиленно внедряли мысль, что памятник был уничтожен немцами во время оккупации уже в последнюю войну. Но в моем архиве хранится серия фотографий, иллюстрирующих, как снимали статую с постамента, как везли на арбе во двор музея, как потом разбирали… Гражданская война продолжалась — даже с памятниками. Но как оказалось, долго без Нахимова нам жить не пришлось. „Отец народов“ — Иосиф Виссарионович Сталин в тяжелый момент сам вспомнил наших великих предков и другим наказал помнить. Среди таковых оказался и Павел Степанович.

В конце 1950-х гг. (5 ноября 1959 г. — Д.С.) памятник Нахимову поставили вновь; но это был совершенно другой памятник — работы советского скульптора Томского. Нахимов был поставлен спиной к пристани и бухте, вместо сабли Османа-паши на его боку было что-то другое, и весь он коренным севастопольцам казался каким-то чужим. Но конечно, лучше такой памятник, чем никакого».

Звезда с электроосвещением вместо короны

Снятие с пьедестала памятника адмиралу Нахимову самый известный, но далеко не единственный эпизод советской монументальной войны. Решением внеочередного пленума Севастопольского городского совета, прошедшего 14 ноября 1928 г., на малом Приморском бульваре был демонтирован бюст еще одного героя обороны 1854 — 1855 гг. — начальника севастопольского гарнизона генерала Д.Е. Остен-Сакена. Аналогичная участь постигла памятник известному мореплавателю и флотоводцу адмиралу М.П. Лазареву (находился на Корабельной стороне, перед лазаревскими казармами).

Некоторые горячие головы предлагали если не снести, то, по крайней мере, переделать в соответствии с новыми веяниями и… памятник Затопленным кораблям!

«Около набережной Приморского бульвара, — выражал возмущение один из тогдашних борцов с „пережитками прошлого“, — стоит колонна памяти погибшим морякам. Над орлом возвышается царская корона, оскорбляя память погибших. Предлагаю вместо короны поставить звезду с электроосвещением».

По счастью, данная инициатива не получила развитие, и памятник остался нетронутым. Менее благоприятно сложилась судьба Панорамы на Историческом бульваре. К уничтожению этого произведения батального искусства не призывали даже самые радикально настроенные; в то же время мириться с наличием в городе такого напоминания о героических страницах его истории власти никак не могли.

В первой половине 1920-х гг. из ниш на фасаде круглого здания были вынуты каменные бюсты героев «Севастопольской страды». Что же касается содержания экспозиции музея, то, по мнению советских чиновников, оно не соответствовало идеологическим требованиям, и потому его следовало подвергнуть основательной переделке. Эту позицию в 1925 г. озвучила газета «Маяк коммуны»:
«Что в Панораме видит рабочий человек? С помещения сняты все царские эмблемы, но все же само полотно сохраняет оттенок борьбы за веру, царя и Отечество. Горящие свечи у икон, батюшка с крестом, умирающий офицер со склонившимися фигурами сестер милосердия и нижних чинов. А ведь в рабочем картина должна будить другие настроения. Необходимо при входе поместить краткие лозунги, характеризующие царизм, крупно написанную памятку причин войны, обрисовать условия службы николаевского солдата. Можно привлечь к этой работе наши комсомольские кружки (литературный, ИЗО), и они, без сомнения, с этой задачей справятся».

Державные гробокопатели

Жертвами революционных преобразований становились не только памятники истории, но также надгробные плиты и склепы. Особенно серьезный урон был причинен Братскому кладбищу — воинскому некрополю на Северной стороне.

По воспоминаниям профессора Ленинградского электротехнического института Г. Н.Четверухина, в 1920-е гг. служившего на Черноморском флоте, «в 1927 году в Севастополе были осквернены братские могилы, в которых были похоронены 100 тысяч защитников Севастополя, погибших во время его обороны в 1854 — 1855 годах. Сброшены с мест надгробия, повалены и разбиты массивные каменные кресты».

Осквернению подвергся памятник-склеп героя Севастопольской обороны, выдающегося русского военного инженера, генерал-адъютанта Э.И. Тотлебена. Вандалы выломали массивную бронзовую дверь, ведущую в склеп, уничтожили бюст генерала, сбросили венчавший захоронение мраморный крест. Надругались и над останками генерала: вытряхнули из гроба, экспроприировав последний «для нужд индустриализации».

Это далеко не единственные проявления варварства. Потребность государства в черных и цветных металлах привела к узакониванию мародерства: гробокопательство проводилось с санкции партийно-советской верхушки и в масштабах всей страны.

22 февраля 1933 г. комиссия по делам культов Севастопольского горсовета постановила: «Считать целесообразным вскрытие склепов под Владимирским собором…» (Необходимо отметить, что предложение произвести осмотр усыпальницы четырех адмиралов — П.С. Нахимова, В.А. Корнилова, М.П. Лазарева, В.И. Истомина — на предмет наличия в них ценностей выдвигалось еще в 1927 г., однако тогда это посчитали несвоевременным). Черное дело увенчалось успехом. Останки адмиралов как «приспешников низвергнутой династии» постигла та же участь, что и прах Э.И. Тотлебена; цинковые гробы стали добычей заготовителей.

Ограбление кладбищ стало доходным и прибыльным делом: премирование сдатчиков зависело от количества реализованного государству металла, так что трудящиеся были напрямую заинтересованы в том, чтобы разорить как можно больше могил.

11 января 1934 г. управляющий крымским отделением треста «Металлолом» тов. Владимиров обратился в Севастопольский горсовет с просьбой разрешить ему произвести изъятие 150 цинковых гробов с русского городского кладбища «для удовлетворения потребностей крымской промышленности в остродефицитном цинке в фонд обороны страны».

Таким образом, ведущаяся в 1920 — 1930-е гг. ожесточенная борьба с монументальным наследием прошлого привела не только к уничтожению многих уникальных произведений искусства, но и способствовала дальнейшей нравственной деградации масс, утрате исторической памяти.

И только начавшаяся война с внешним врагом вынудила советское руководство существенным образом пересмотреть собственную политику в данном вопросе, вспомнив и о патриотизме, и о героях минувших эпох. В то же время отдельные проявления вандализма со стороны государства в Крыму и в других регионах страны имели место и в более поздние годы…

Впервые опубликовано: информационно-аналитическая газета «Первая Крымская», N 344, 8/14 октября 2010

Электронный адрес публикации: http://1k.com.ua/344/details/22/1

http://rusk.ru/st.php?idar=45673

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru