Русская линия
Русская линия Леонид Болотин10.10.2003 

Американцы интересуются…
Прерванная беседа о Царе Иоанне Васильевиче Грозном в московском бюро «The Washington Post»

Мне неоднократно доводилось беседовать с иностранными журналистами по вопросам российской истории. В начале девяностых ко мне обращались те, кто интересовался возрождением монархического движения в России, потом были встречи по вопросу о так называемых «екатеринбургских останках». Так, например, английская газета «Санди Экспресс» в начале 1993 года решилась на публикации, ставящие под сомнения выводы генетических экспертиз по «екатеринбургским останкам». Впрочем, журналиста, который эти публикации организовывал, вскоре уволили из газеты. Уж больно его выступления расходились с общим хором мировой прессы об успехах экспертиз. Однажды какой-то английский телеканал брал у меня интервью по поводу претензий на Российский Престол потомков Князя Владимира Кирилловича: Мои соратники-монархисты порой удивлялись, чего я связываюсь с этими иностранцами, всё рано они всё переврут на свой лад. Но меня в этих случаях всегда интересовала вполне практическая цель: напрямую из чуждых источников выявить характеристики, параметры их позиций в информационной войне, которую Запад ведет с Россией. Этот материал важен для моих исследований, а иногда может пригодиться и для публикаций в самой России.

Когда некоторое время назад возник интерес к теме церковного почитания Царя Иоанна Васильевича Грозного у нас, вскоре зашевелились и зарубежные СМИ. Так, 27 Февраля 2003 года у меня состоялась встреча с корреспондентом «ВВС» Николасом Уолтеном. Меня порекомендовал для собеседования Константин Душенов, к которому Николас обращался накануне. Поскольку Душенов свободно говорит по-английски, проблемы взаимопонимания с иностранцем у него не было. К сожалению, на встречу со мной журналист привел с собой переводчицу из Польши, которая нашей речью не владела. И беседа толком не удалась, хотя я к ней подготовил материалы. Мне не удалось внятно уяснить из расспросов англичанина, отчего же они так интересуются сугубо русскими внутренними проблемами. Не то чтобы я совсем не знаю — отчего, но меня интересовала их мотивировка. И вот 2 октября Константин Душенов вновь сообщил мне, что беседовал по Царе-Иоанновской теме с иностранцами, на этот раз с американкой из «Вашингтон Пост», которая хотела бы выслушать и другие мнения.

Тут же после этого разговора у меня раздался звонок. Звонила Анна Немцова — переводчица российского бюро этой американской газеты. Она сказала, что со мной хочет побеседовать директор этого бюро Сусанна Глассер. После некоторых расспросов и обдумывания я согласился, и Анна назвала адрес бюро, куда меня приглашали прийти на следующий день — 3 октября в 11 часов утра: Кутузовский проспект, дом 7/4, первый подъезд, квартира 2.

В этом доме я бывал и раньше, там расположены корреспондентские пункты многих зарубежных газет и телеканалов. Но на всякий случай спросил, чтобы не заблудится:

— А ваш телефон скажите на всякий случай, если сразу не найду.

— 777−666−1: Произнесено было именно в такой последовательности «семьсот семьдесят семь» — «шестьсот шестьдесят шесть» — «один», а не как обычно произносят московские номера: три в первой группе цифр, две во второй и две в третьей.

— Круто у вас: — как бы невольно вырвалось у меня, хотя вместе с тем я не хотел показать, что эту знаковую информацию о трех шестерках я проглотил покорно как должное. На мою реплику Анна только усмехнулась в ответ.

Телефон я спрашивал не напрасно, так как двор этого большого дома по Кутузовскому проспекту и Украинскому бульвару со стороны метро «Киевская» перегородили бетонным забором, какого не было даже в советские времена борьбы с «диссидентами». В поисках входа я понял, что опаздываю, и перезвонил. Анна встретила меня у шлагбаума, когда «секьюрити» меня допрашивал, кто я такой и куда направляюсь. Через пару минут мы уже были в бюро, познакомились с Сусанной и начали нашу беседу:

Леонид Болотин. Коллеги, разрешите представиться. Я профессиональный журналист, не только по практически приобретенной специальности, но и по диплому Московского Государственного Университета от 1980 года.

Susan Glasser: Хорошо… Мы очень заинтересованы вопросом не только [Царя] Ивана Грозного, но более широко — какова ситуация сейчас в Церкви? Ваш коллега в Санкт-Петербурге — редактор «Руси Православной» Константин Душенов посоветовал нам обратиться к вам как к человеку сведущему. Мы заинтересованы понять всю ситуацию

ЛБ: I see (Я понял).

Анна Немцова: Вы можете по-русски говорить, а я буду переводить:

ЛБ: Хорошо, больше я и не смогу ничего сказать (по-английски): Коллеги, прежде чем ответить на ваши вопросы, для полноты моих ответов, я хотел бы выяснить некоторые проблемы. Иначе мне трудно будет давать исчерпывающие ответы для вас. Чем вызван интерес вашей газеты — газеты политического истеблишмента Соединенных Штатов и вообще интерес западных СМИ к сугубо российской теме — память о Царе Иоанне IV? Особенно этот интерес проявился в нынешний год.

SG: Я просто думаю, это очень интересная тема, для нашего бюро важно знать, что происходит здесь — здесь сотни журналистов находятся, которые пишут обо всем интересном, что происходит в России.

ЛБ: То есть, интерес на пустом месте.

АН: Интерес на пустом месте, вы считаете?

ЛБ: Такие издания, как ваше: Я так думаю, предполагаю: всё-таки проводят какую-то определенную линию в информационной политике.

SG: Это просто интересно, я совершенно не понимаю, откуда у людей возникает такая идея?!

Начиная с этого момента первоначально любезный тон Сусанны стал меняться на раздражительный. Почувствовала это и Анна Немцова, нотки укоризны я стал замечать в её не всегда точном переводе. Молодые создания, вероятно, слишком «свято» уверовали в то, что современные средства массовой информации являются четвертой «властью». И как их — представителей этой «власти» можно подозревать в ангажированности и тенденциозности?! Единственно, что пока их сдерживало, так это то, что перед ними сидел коллега-журналист. Чувствуя эту возникшую неприязнь, я тоже позволил себе резкость, дескать, чего же меня позвали, если беседовать на равных не хотят:

ЛБ: Ну, а почему бы вам тогда не пригласить сюда Святейшего Патриарха Алексия II?!

Сусанна смягчилась, и, склоняя меня к сочувствию, призналась:

SG: Я бы очень хотела этого. Я два года прошу у него интервью

ЛБ: Тогда хотя бы очертите: у вас интерес политический, культурологический?

SG: И в политическом, и культурном плане это интересно для наших читателей.

ЛБ: А вас лично что-то побудило к этой теме?

SG: Я думаю, это просто интересно, если вы не хотите об этом говорить, мы можем не говорить.

Священная корова несуществующей журналистской «объективности» вновь заставила Сусанну напрячься.

ЛБ: Я хочу об этом говорить, поэтому я хочу отвечать серьёзно. Понимаете, для меня все это близко, волнующе. Это нельзя как в метро со знакомым: «- Привет. — Привет:»

SG: Конечно, конечно: Мы очень ценим, что вы пришли сюда, и для нас это очень важно. Как мы здесь работаем? Темы мы выбираем сами.

ЛБ: То есть это не приказ начальства?

АН: Никогда!:

ЛБ: Очень хорошо: Сьюзен, а вы христианка?

SG: Это не важно! Это не тема данной истории!

Нотки в голосе американки вновь взвились вверх. Впрочем, судя по антропологическому облику Сусанны, вероятность её принадлежности к какой-либо из «христианских» деноминаций была крайней мала, ведь в США не требовалось становиться выкрестами, чтобы обладать полноценными гражданскими правами, как это было у нас — в Российской Империи, что заставляло многих иноверцев этой породы хотя бы внешне принимать Православие. Тут надо пояснить для русских читателей, что «историями» американцы называют газетные материалы, а не просто «байки», «истории», хотя в классическом английском языке у слова «story» такого значения нет. Я и не рассчитывал на искренний ответ о вероисповедании от Сусанны, но решил уточнить свой вопрос хотя бы мировоззренчески.

ЛБ: Скажите, Сьюзен, хотя бы общо о ваших позициях: агностицизм, материализм, идеализм?..

SG: Это не важно: У меня нет позиций. Моя работа — писать о совершенно разных религиях, о совершенно разных людях. И моя работа представлять эту историю как она есть.

ЛБ: А вы знакомы с церковной жизнью нашей?

SG: Да, да:

ЛБ: У вас какие-нибудь консультанты?

АН: Что вы имеете в виду — консультанты?

ЛБ: Ну я имею в виду людей, которые хорошо знают нашу церковную жизнь, потому что при таких неопределенных позициях вряд ли можно составить представление о ней, когда ПРОСТО интересно.

SG: Для каждой нашей истории мы берем много интервью, мы составляем мнение из большого количества мнений.

ЛБ: У вас есть немного времени?

Я задал этот вопрос, чтобы не оказаться в роли погоняемого «барана», как это приходится наблюдать на телевидении в «talk-show», когда «ведущие», а на самом деле банальные погонялы, не дают своим собеседникам довести каждую высказываемую мысль до логического конца. Поскольку у меня была старая заготовка по теме, сделанная еще весной для беседы с корреспондентом «ВВС», я решил для себя, что разговор будет возможен только в том случае, если мне дадут высказаться достаточно ясно по затронутой проблеме.

SG: Yes:

АН: Да, у нас время есть.

ЛБ: Очень хорошо: Я готов отвечать на ваши вопросы.

SG: Как вообще появилась эта идея — о канонизации [Царя] Ивана Грозного и какова значительность этой идеи, значимость этой идеи?

ЛБ: Я не думаю, что это идея. Это проявление какой-то реальности, осознанной реальности, духовной реальности. И что бы вы ни исповедовали, я думаю, о существовании духовного мира вы знаете. Когда Государь умер и предстал перед Богом, здесь его подданные, его сын, и люди, выражающие к нему симпатию, стали духовно оценивать его жизнь. Это же делали и его враги, например, в Англии, в Польше, хотя там были и его сторонники, и это нельзя умалчивать. И, естественно, верующие люди в России служили панихиды, когда Царь умер. Люди когда приходят в церковь со своими болями, они обращаются либо к канонизованным святым, либо заказывают поминальные службы о своих близких, о Государях, Митрополитах, Архиепископах: И неожиданно вдруг приобретают в своих страданиях, испытаниях и бедах совершенно нерациональную помощь. И этот опыт называется опытом Церкви, духовным опытом. И в этом случае православный духовный опыт определился так, что Государя, как человека праведного, стали почитать через несколько лет после его смерти. Это было при Царе Феодоре Иоанновиче, при Царе Борисе, при Царе Михаиле Феодоровиче:

Я с собой принес CD-диск с публикациями по Царе-Иоанновской теме. Там также были записаны некоторые иконы и фрески, как старинные, так и современные. И я передал этот диск Сусанне, указывая на её компьютер:

— У вас эту штучка работает? Засуньте туда, пожалуйста. Это я для вас принес. Это материалы о Царе Иоанне, собранные за несколько лет: Там есть иконы в том числе написанные в конце XVI века:

SG: Ваша точка зрения, что это не начало, что это было давно и давно случилось?

ЛБ: Это не моя точка зрения, это фактический материал. Вы вообще как-то уважаете позицию Его Святейшества Святейшего Патриарха Московского и всея Руси?

SG: Я просто пытаюсь понять его позицию:

ЛБ: Ну понять: Но хотя бы есть какое-то уважение, понимание, что это авторитет в Церкви?

SG: Мне интересно все, что он говорит.

ЛБ: Да я не об этом. Поскольку речь идет о церковном почитании, авторитет Святейшего Патриарха имеет важнейшее значение. Давайте посмотрим на эту интересную книгу. Архиепископ Сергий (Спасский). Полный Месяцеслов Востока. Том первый. Восточная агиология. Вы по-русски читаете? Тут на шмуцтитуле написано: «По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II». Впервые эта книга издана была давно. Тут указано второе издание — 1901 год, город Владимир. А вот уже по благословению Святейшего Патриарха в 1997 году она была вновь переиздана. Архиепископ Сергий (Спасский) — это была серьезная фигура в нашей церковной истории до революции. В его месяцеслове перечисляются все святые, которые почитались и почитаются в Церкви. Смотрим: 357 страница.

SG: Какой мы можем делать вывод?

ЛБ: Читайте. Видите — 10 июля, обретение телеси Царя Иоанна. То есть — обретение мощей. Церковь уже в 1626 году почитала Царя Иоанна Васильевича Грозного как святого! Вы все-таки откопируйте эту страницу для себя:

SG: Давайте все-таки поговорим о ситуации в Церкви сейчас. Почему Патриарх Алексий против этого, и почему вы за?

ЛБ: Тогда вернемся к началу разговора, когда я вам представлялся в качестве журналиста. В своих журналистских расследованиях я профессионально пользуюсь библиографической методикой, а не слухами и частными мнениями, составленными по многим интервью. У нас — на факультете журналистики в МГУ преподавали теорию библиографии, учили приемам частотного анализа, контент-анализа. Вам известно, что это такое?

SG: Да.

ЛБ: В своей журналистской работе эту методику я активно использую, слежу за публикациями в СМИ по той или иной тематике, в том числе давно отслеживаю тему «Царь Иоанн Васильевич». На этом диске собраны почти все публикации последних нескольких лет. Я вам диск оставлю, чтобы вы сами могли в этом убедиться. Но нашу тему я отслеживал и раньше: Поэтому мои выводы сделаны на гораздо большем материале. И на основании такого библиографического разбора, на основании библиографических исследований материалов средств массовой информации и заявлений представителей православных общественных движений России за последние 12 лет, то есть где-то с 1990—1991 года, я пришел к, увы, скорбному для меня выводу: сотрудники информационно-аналитического аппарата Святейшего Патриарха Алексия Второго не предоставляют нашему Первосвятителю достоверной информации по вопросу реального церковного почитания Царя Иоанна Васильевича Грозного среди его паствы. Говоря проще, нашего Патриарха Алексия они обманывают, вводят в заблуждение. Это очень прискорбный факт. Патриарх не является специалистом-историком в этом вопросе, хотя он знает историю Церкви, но в этом вопросе он не специализировался: Поэтому вынужден опираться на своих помощников. Руководитель такого уровня, как Патриарх, лишен не просто правдивой, но даже правдоподобной информации по вопросу о почитании святости Царя Иоанна Васильевича Грозного. Его штатные сотрудники предоставляют на Патриаршее благорассмотрение фальшивку. И потом они сами в своих выступлениях полемизируют с выдуманной ими фальшивкой. Они сочинили информационный фантом об организованных группах, партиях почитателей святости Царя Иоанна. И они «обличают» именно эти выдуманные маргинальные церковные группы и партии. Получается нелепая ситуация, Святейший Патриарх официально благословляет переиздавать книги по церковной истории, которые опровергают заявленную им самим позицию относительно почитания святости Царя Иоанна. Для меня это по-настоящему прискорбный факт.

SG: Почему, вы думаете, это происходит?

ЛБ: Переизбыток информации нуждается в обобщениях профессионалов, руководители такого уровня, как президенты, как наш Патриарх — просто не могут быть в курсе всего, поэтому они вынуждены пользоваться профессиональными информационными обобщениями. Вопрос в другом, насколько достоверно и добросовестно составлены эти профессиональные обобщения. В вопросе о характере почитания Царя Иоанна церковным народом Патриарха вводят в заблуждение его специалисты. Не хочу этим выводом, для меня фактически, научно доказанным выводом, оскорбить Его Святейшество Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго. Нашего Патриарха я чту и люблю. Люблю искренне, как отца, как пастыря, и считаю, что он сегодня совершает величайший за всю историю России подвиг примирительного служения. Он нас всех примиряет. Но я не обожествляю Святейшего Патриарха Алексия, потому что это противно самому Православию. И как профессионал я вижу человеческое, человеческую природу, то есть слабость его позиции именно в вопросе, связанном с почитанием церковным народом, передовой его частью — исповедниками Православия, святости Царя Иоанна Васильевича Грозного. С помощью ложной информации Святейшего Патриарха заставили высказаться о том, что кто-то организованно выступает за канонизацию Царя Иоанна Васильевича Грозного и Григория Распутина. Это всплыло где-то к концу 2000 года.

SG: Ещё тогда?!

ЛБ: Святого Царя-Мученика Николая на Соборе прославили, и начались какие-то церковно-политические «игры»: Ведь прославление Царя-Мученика Николая было свидетельством победы церковного народа, простого народа Церкви, низовых церковных масс над московской околоцерковной либеральной «тусовкой». Все они заявляли: «Ну, какой он святой?! Он курил, он рабочих убивал!» Когда ставился вопрос прославления Царя-Мученика Николая, вопрос был поднят общественностью в 1989 году впервые, начали собирать подписи. Стали требовать от Патриарха, еще Патриарха Пимена, от Синода — «Прославьте Царскую Семью и Царя-Мученика!». И это продолжалось до 2000 года. Естественно, эта духовная победа не понравилась околоцерковным либералам, которые решили взять реванш в другом. То, что касается Царя Иоанна Васильевича Грозного, который также почитается церковным народом, — коллективных требований о его канонизации не было ни одного — ни тогда, ни до сих пор. Я совершенно ответственно говорю это вам. На данном диске вы можете посмотреть материалы за последние годы и убедиться в этом. Не было ни одного заявления, ни в одной самой маленькой газетенке за все эти годы. Эти требования выдуманы, сочинены, чтобы было за что ругать, «клеймить» простой церковный народ. Царь Иоанн был давно почитаем Церковью как местночтимый святой, и этого для современного верующего народа уже достаточно. Но вопрос очень серьезный. Вы к нему подходите с позиций житейского интереса, простого любопытства, а если углубляться, вообще канонизация — это не есть традиция Православной Церкви. Православная Церковь, она своих святых прославляет. Это традиция католичества — канонизировать святых специальным решением «папы»:

S.G: Мне хочется понять, что Вы поддерживаете? У меня такое впечатление, что вы поддерживаете некие интересы движения за [Царя] Ивана Грозного как святого, да?

ЛБ: Нет. Я вот об этом вам талдычу вот уже добрых 20 минут.

S.G: О чем, не понимаю?

ЛБ: Сейчас нет никакого движения за канонизацию Царя Иоанна Грозного! Есть почитание, никак общественно не организованное. Это органичная часть внутренней церковной жизни, а не политический демарш части православных людей. Царь Иоанн, как святой, Церковью почитается по крайней мере с конца XVI века. Не начальниками церковными почитается, а именно Церковью. На предоставленном вам диске помимо текстов есть иконы Царя Иоанна, фрески, которые были написаны в конце XVI века, в середине XVII-го. И теперь это почитание возобновилось, вновь стали писать иконы и фрески. Сейчас вопрос стоит о том, признавать это почитание или не признавать публично. Да сейчас, есть храмы, где есть написанные не только иконы Царя, а даже фрески. И в Москве есть такой храм. И не только в Москве. А вот эта фреска конца XVI века. Царь Иоанн Васильевич Грозный и Святитель Макарий Московский в нимбах. Это конец XVI века, Неподалеку от Казани есть монастырь — в Свияжске, в городе, основанном Царем Иоанном.

S.G: А когда эта была нарисована фреска?

ЛБ: Конец XVI века, объясняю: Царь умер, и где-то лет через 15−20 это произошло. В Москве в Ново-Спасском монастыре тоже есть старинная — середины XVII века — фреска Царя Иоанна.

S.G.: Есть церкви в Москве, в которых тоже есть?..

Л.Б.: Да, есть.

S.G.: Я понимаю, что он уже считается святым, но вопрос второй — признает ли это Церковь?

ЛБ: Речь не о Церкви. Церковь, уже признала, вот тогда. Вопрос о том, свидетельствуют ли об этом нынешние иерархи, особенно, стоящие на самом верху: Отвечаю: они не свидетельствуют об этом.

S.G.: После того, как Николай Второй был канонизирован в 2000 году, Патриарх Алексий: выступил против канонизации [Царя] Ивана Грозного и Распутина:

ЛБ: Да поймите, что в данном случае то, что касается Григория Ефимовича Распутина, не будем рассматривать. Его я тоже чту как святого праведника и мученика. Но мы давайте этот вопрос отодвинем в сторону, потому что нельзя соединять горячее и очень горячее. Можно обжечься. Мы разведем эти вопросы. Мы говорим только о Царе Иоанне Васильевиче Грозном.

S.G.: И все же, какова позиция Церкви? Что сейчас происходит?

ЛБ: Есть святые в Русской Православной Церкви, относительно которых сомнений в канонической святости нет. Они указываются не только в таких редких книгах как «Полный месяцеслов Востока», а просто в патриархийном календаре. И святость некоторых таких святых наши иерархи сейчас отказываются исповедовать. Потому что, свидетельствуя об их святости, они должны были бы поступать так, как учили эти святые. Они, как христиане, естественно, люди мыслящие логически и последовательно, должны были бы поступать так, как те святые учили. И если поставить вопрос о каноническом почитании этих святых публично, тут же в околоцерковной «тусовке» начнутся «споры».

S.G.: Почему?

ЛБ: Объясняю, есть святые в Церкви, святость которых открыто не исповедуют многие современные высокопоставленные иерархи. Хотя простые священники, простой церковный народ исповедует это. Я могу привести пример: Святитель Геннадий Новгородский. Пройдитесь по московским церквям советского времени еще, или только что открытым, вы не найдете ни одной храмовой иконы этого великого святого, который первый полностью составил Библию на церковно-славянском языке. Наша Библия начинается со Святителя Геннадия Новгородского. Он не переводил ее, он ее составил, собрал, как книгу: Его многие современные архипастыри не чтут. Почему? Потому что надо было бы решать проблемы экуменизма, либерализма и т. д. и т. п., против чего всю жизнь яростно боролся Святитель Геннадий Новгородский. Им больше нравится либерализм, экуменизм. Поэтому когда дело касается вопросов как бы спорных о святости Царя Иоанна Васильевича Грозного, возникает вопрос о святости его сына — Царя Феодора Иоанновича, который тоже чтится Церковью, не иерархами начала XXI века, а именно Церковью. Потому что Церковь, она от Христа до наших дней: Вопрос о церковном почитании его отца — Великого Князя Василия III, который тоже святой, понимаете? Два сына Царя Иоанна Грозного — Царевич-Мученик Димитрий Иоанновича и Царь Феодор Иоаннович — они почитаются как святые, отец его почитается как святой. А тут вот вдруг возникает такой «злодей»: К сожалению, в истории существует много мифов. Они раскрываются в сравнении. Сьюзен, вы вообще с английской историей знакомы?

S.G.: Конечно.

ЛБ: Кто была современница Царя Иоанна Васильевича в Англии, при Шекспире? Знаменитая королева?

S.G.: Елизавета.

ЛБ: Вот. Знаете, сколько она порубала своих подданных? Только на казнях?

Сусанна возмущенно закачала головой на этот форменный допрос. Но я продолжал настаивать:

ЛБ: Нет, нет, ответьте, пожалуйста.

S.G.: Мы не дискутируем. Я не могу ответить:

ЛБ: А мы не дискутируем, я спрашиваю вас для хода нашего разговора. Вот чтобы Вы поняли то, что я сказал об исторических мифах, я задаю вам вопрос на вашем материале. Ответьте, сколько было казнено при Елизавете Первой?

S.G. (В нетерпимо резком тоне.): Ответьте на мой вопрос, пожалуйста! Это интервью! Это не дискуссия!..

ЛБ: А я вам все же советую интересоваться историй по-настоящему, когда Вы беретесь затрагивать такие темы. 70 тысяч человек королева Елизавета казнила: Я не могу аргументировать в пустоту:

Тут мне стало окончательно ясно, что беседа и в дальнейшем будет идти на «растительном» уровне сознания, поэтому посчитал нужным прервать этот фарс, и, поднимаясь из кресла, отметил:

ЛБ: Коллеги, давайте не указывать мне, как и что можно и нельзя делать в интервью. Я это знаю больше вашего. Благодарен Вам за приглашение. Если у Вас есть какие-то собственные проблемы, решайте их сами. А я благодарю вас за внимание и вынужден откланяться. Все материалы, которые я принес, кроме книги, я вам оставляю.

S.G. Окей: Спасибо:

Внутренне я сразу был готов к тому, чтобы в случае полной безполезности, с моей точки зрения, в любой момент прервать нашу беседу. Видимо, и Сусанна Глассер была настроена аналогично. Для меня стало совершенно очевидно, что с её стороны совершенно отсутствует творческая задача действительно разобраться с вопросом о почитании святости Благоверного Царя Иоанна Васильевича Грозного в современной России. Её заказчики и заказчики развязывания шумной кампании о Царе Иоанне в российской прессе представляют единую группу интересов. Им важно сформировать и здесь, и особенно на Западе оглупленный образ «врага всего цивилизованного и передового» в виде групп православных экстремистов, которые требует от Святейшего Патриарха «невозможного» — канонизировать Царя Иоанна. Всё, что не ложится в эту политическую заготовку, вовсе не должно попадать в контролируемое ими информационное пространство. Да и не больно хотелось!.. У нас есть свое информационное пространство, в котором мы должны взвешено и всестороннее обсуждать волнующие нас, жизненно важные вопросы. Какая бы сейчас ни складывалась информационная ситуация вокруг Его Святейшества, какие бы враждебные исконной России и Православию силы ни скапливались вокруг него в качестве средостения, мы знаем, что на всё воля Божия, и наш долг исповедовать правду о том, что с нами происходит и что с нами пытаются сделать.

Поэтому в качестве приложения к прерванной мной беседе с американской газетчицей, я помещаю ниже материалы, подготовленные к этой беседе, которые мне не дали возможность последовательно изложить.


+ + +

Главным рабочим тезисом пропагандистской кампании, широко развернутой почти три года назад против почитателей памяти Царя Иоанна Васильевича Грозного, является утверждение, что в среде православной церковной общественности существует группировка или группировки, которые борются за КАНОНИЗАЦИЮ Царя Иоанна Васильевича Грозного в лике общечтимых Святых и требует таковую КАНОНИЗАЦИЮ от Священноначалия, то есть от Собора Епископов Русской Православной Церкви.

Я внимательно просмотрел все Интернетовские, точнее — Рунетовские материалы последних пяти-шести лет, так или иначе связанные с Царе-Ионнановской темой, просмотрел и «бумажные» публикации помимо Интернета за еще больший срок, начиная с 1990 года. Лично я стал почитать Государя Иоанна раньше этого времени, уже в 1989 году я подавал записки с его именем на панихиду по Царским Дням, как это и было принято делать с местночтимыми святыми в царское время.

Но вернусь к своему библиографическому обзору.

Назову Константина Юрьевича Душенова, Андрея Алексеевича Щедрина (Николая Козлова) и его «опричнину», профессора Олега Анатольевича Платонова, Леонида Донатовича Симоновича и Союз Православных Братств, Игумена Алексия (Просвирина) и его журнал «Ревнитель Православного Благочестия», историков Сергея Владимировича Фомина, Владимира Николаевича Осипова и Романа Владимировича Багдасарова, писателей Александра Николаевича Стрижева, Андрея Юрьевича Хвалина, Юрия Юрьевича Воробьевского, Вячеслава Геннадиевича Манягина, диакона Евгения Смирнова, священника Виктора Шишкина, приснопамятного протоиерея Николая Гурьянова, общественных деятелей Константина Сабурова и его новосибирцев, питерца Вячеслава Минина и его группу вокруг журнала «Опричнина», юриста Валерия Михайловича Ерчака, экономиста Юрия Григорьевича Самусенко и его сайт «Благословение», обозревателя радио «Радонеж» иконописца Виктора Александровича Саулкина. Это всё люди, писавшие и выступавшие по теме «Царь Иоанн Грозный».

Могу на основании объективных данных утверждать, что они решительным образом никак не объединены в одну сплоченную группу или в несколько групп.

Да, все мы знаем друг друга — очно или заочно, но между нами больше разногласий, чем согласия по множеству других вопросов церковной жизни.

И потому я совершенно ответственно могу утверждать, что за последние двенадцать лет со стороны разнообразных почитателей Святости Царя Иоанна никаких организованных призывов, коллективных заявлений и обращений в Священный Синод и к Святейшему Патриарху за канонизацию Царя Иоанна Васильевича Грозного не было.

Не так в свое время было с Царственными Мучениками, когда действительно были и требования, и обращения, и призывы за Их канонизацию. И в этих требованиях за прославление Царя Мученика Николая участвовали все перечисленные мной люди. И я в том числе.

Но от них — из перечисленных людей — никогда не поступало ровным счетом НИКАКИХ обращений с ТРЕБОВАНИЕМ или даже ПРОСЬБОЙ к Священноначалию Русской Православной Церкви КАНОНИЗИРОВАТЬ Святого Благоверного Царя Иоанна Васильевича Грозного. Я в феврале 2003 года специально проводил такие опросы среди перечисленных выше лиц.

Сам по себе вопрос о канонизации, о мнимых требованиях к Патриарху и Синоду канонизовать Царя придуман людьми, враждебно относящиеся вообще к ЛЮБОМУ поиску истины в историографии о Царе Иоанне.

Чтобы не быть голословным приведу примеры:

Портал-Credo. Лента новостей 01 октября 2002 16:33

Заголовок: Спор в «Радонеже»: историк В. Махнач не выпускает материал в пользу канонизации Иоанна Грозного

Цитата: «Скандальная беседа журналиста Леонида Болотина и писателя Андрея Хвалина с обозревателем радио «Радонеж» Виктором Саулкиным, посвященная возможности канонизации Царя Иоанна Грозного опубликована 29 сентября агентством «Русская линия««.

В нашей беседе с Андреем Хвалиным и Виктором Саулкиным мы ни слова не говорили о необходимости канонизации Царя Иоанна. Мы лишь свидетельствуем о духовном подвижническом характере личности Царя Иоанна.

Журнал Московской Патриархии. 2002, ї 10, подписанный к печати 10 октября 2002 года, пишет:

«Предлагаем вниманию наших читателей размышления проректора Московской Духовной академии архимандрита Макария (Веретенникова) по поводу предложений о канонизации царя Иоанна Грозного».

Сам материал Архимандрита называется: «По поводу настроений в пользу канонизации Царя Иоанна Грозного«

Цитата из материала Архимандрита:

«При этом иногда приходится слышать предложение о канонизации первого Русского Царя Иоанна Грозного, венчанного на Царство Митрополитом Макарием».

Ученый, даже церковный ученый историк должен оперировать точными ссылками. Их у Архимандрита Макария нет. Да и быть не может. Не на что сослаться. Таких общественных предложений о канонизации не было!!!

Вот текст Обращения к Святейшему Патриарху от участников церковно-общественной конференции 4 октября 2002 года «Исторические мифы и реальность»:

«К Вам мы испытываем только сыновьи чувства как к своему Пастырю и Отцу и стремимся к действительно церковному послушанию. Все мы некогда призывали к прославлению святых Царственных мучеников, но не голословными требованиями, а постоянными агиографическими исследованиями Их Августейшего подвига, исследованиями, которые продолжаем вести и теперь. Так и сейчас, мы не говорим о немедленной канонизации Царя Иоанна Грозного, но наши знания исторических фактов, наша церковная совесть и духовный опыт не позволяют повторять ложь. Каждый человек может заблуждаться, и мы допускаем, что в рассмотрении вышеназванных вопросов возможны ошибки с любой стороны, ошибки, требующие исправления».

Это Обращение было опубликовано 24 ноября 2002 года, а через два дня на сайте Религии и СМИ (который раньше возглавлял Сергей Чапнин) появилась статья некоего Александра Шмелева «КАНОНИЗАЦИЯ ГРИГОРИЯ РАСПУТИНА И УЧЕНИЕ О РУССКОЙ ТЕОКРАТИИ«

Две цитаты из статьи: «По результатам работы конференции ее участники направили Предстоятелю Русской Православной Церкви [Святейшему] Патриарху Алексию II Обращение, в котором предлагается рассмотреть возможность канонизации Царя Иоанна Грозного и Григория Распутина». Слова из этого обращении я уже привел. И ещё вторая цитата:

«Сторонники движения за канонизацию Распутина и [Царя Иоанна] Грозного убеждены в том, что [Святейший] Патриарх и Священный Синод пока еще находятся в плену старых мифов».

19 Декабря прошлого года сайт «Ньюсру-ком» пишет:

«Тема канонизации Распутина и [Царя Иоанна] Грозного сознательно муссируется противниками Русской Церкви с целью ее (то есть Церкви) дискредитации, — отметил один из источников в Патриархии. — Это те же самые, крайне маргинальные группы, которые выступали и продолжают выступать против индивидуального номера налогоплательщика (ИНН)».

Портал Кредо от 25 января уже 2003 года. Статья Антона Виноградского называется: «Кампания подготовки к канонизации Царя Иоанна Грозного набирает обороты» Цитата: «Практически все монархисты, призывающие к канонизации [Царя] Ивана Грозного, апеллируют к рассуждениям Митрополита Иоанна (Снычева)». Где же эти призывающие монархисты?

Монархистов, и тем более призывающих к чему-либо, сейчас в России немного. Все они известны наперечет. Всех их я знаю лично. Я не говорю о монархистах по внутреннему убеждению, таких очень много, миллионы — большинство православных людей, но я говорю только о тех, кто отрыто, публично исповедует свой монархизм. На всю Россию таких наберется едва ли две-три тысячи. Ни одного подобного призыва от них не было.

29 января тот же Портал Кредо уже в анонимной заметке «Примет ли Грозного Святого Церковная полнота» помещает фразу:

«В случае с сегодняшней борьбой за канонизацию, ситуация радикально отлична зримым воплощением „опричных симпатий“ — [Царь] Иван Грозный как раз и есть такой наглядный образ, „герой прошлого и будущего времени“, который олицетворяет интенции многих православных патриотов».

Где они борьбу увидели? Непонятно. Если речь о поиске исторической истины, — да борьба. И наша с Вами сегодняшняя беседа есть элемент этой борьбы. Но борьбы за КАНОНИЗАЦИЮ никакой нет.

Портал Кредо не унимается и на следующий день — 30 января пишет в заметке с заголовком «„Ревнители православия“ молятся Распутину и Грозному» следующее:

«Григорий Распутин — мученик за Россию, а Иван Грозный — Святой Царь. Так считают отдельные группы православных верующих, которые называют себя „ревнителями народного Православия“. Они ведут сейчас целую кампанию по канонизации целого ряда одиозных личностей российской истории». Портал-Кредо ссылается на Би-би-си. В той же заметке от Би-би-си фигурирует обвинение в сектантстве:

«Как заявил в среду на конференции в издательском совете Московской Патриархии известный специалист по сектантству Андрей Дворкин, все эти люди, несмотря на свою формальную принадлежность к Православию, превратились просто в секту».

31 Января опять Портал Кредо выступает на этот раз с опросом своих пользователей. Вопрос один: «Поддерживаете ли Вы призывы „православной общественности“ канонизировать Царя Иоанна Грозного?» Вот результат ответов 102 человек:

49% - Нет, я считаю, что нельзя почитать Ивана Грозного в лике святых.

44% - Я недостаточно хорошо знаком с историческими фактами, чтобы судить о его святости.

3% - Да, при условии, что так решит Архиерейский Собор.

2% - Да, полностью поддерживаю и уже почитаю его как святого.

2% - Этот вопрос мне безразличен.

В тот же день 31-го сайт «Религия и СМИ» помещает репортаж Ксении Лученко: «Церковный раскол „справа“ провоцируют СМИ» о заседании одной из секции Рождественских чтений, которое организовывал Сергей Чапнин. Лученко пишет:

«В последнее время в некоторых публикациях на портале „Религия и СМИ“ (см. статьи А. Шмелева и А. Беглова) авторы обратили внимание на то, что в православной среде активно развивается движение за канонизацию Царя Ивана Грозного и Григория Распутина. Эти настроения формируются многочисленными публикациями в прессе».

«Архимандрит Макарий (Веретенников) продемонстрировал собравшимся газету „Русь Православная“, целиком посвященную призывам к канонизации [Царя] Ивана Грозного».

Действительно «Русь Православная» в прошлом году почти целиком два номера посвятила проблеме историографии Царя Иоанна. Но и там нет ни одного ПРИЗЫВА к канонизации Царя Ивана Грозного.

Продолжим чтение мадам Лученко: «В ходе оживленной дискуссии (замечу: непонятно, между кем и кем дискуссия, Чапнин подобрал своих единомышленников, ни одного почитателя Царя Иоанна на заседании секции не было — Л.Б.) были выявлены несколько причин популярности в церковной среде идеи канонизации Царя Ивана Грозного.

Первая: низкий уровень церковной культуры, большой приток в Церковь неофитов, которых легко увлечь любыми, в том числе и сомнительными, идеями.

Вторая: до сих пор не осознанная народным сознанием массовость канонизаций 2000 года, когда в лике Святых были прославлены тысячи Новомучеников и Царская Семья. На наших глазах с кажущейся легкостью пишутся новые иконы, составляются службы, что вызывает «вредный» энтузиазм.

Третья причина: привычка русского человека к диссидентству, провоцирующая постоянную оппозицию и двойные стандарты в отношении любой власти, даже церковной".

Вот пример полнейшей имитации информационной деятельности либеральными средствами массовой информации, деятельности, не имеющей под собой реальной почвы.

В нормальных нравственных координатах, которые сейчас не в чести, такие действия называются однозначно: подлогом, дезинформацией, фальсификацией и клеветой.

Подстать «исследовательскому» уровню был и документ этого псевдонаучного заседания секции Рождественских образовательных чтений:

«В итоговом документе, который приняли участники секции, в частности говорится: «Ряд изданий, объявляющих себя борцами за Православие, в том числе газеты «Русь Православная», «Русский Вестник», «Сербский Крест» (новое название — «Первый и последний»), «Царский Опричник», интернет-журналы «Благословение», «Стояние за Истину», «Православное радио Санкт-Петербурга», радиопрограмма Жанны Бичевской «От сердца к сердцу» (радиостанция «Голос России») и другие, из номера в номер осуществляют пропагандистские кампании, которые, несомненно, способны привести к расколу в Церкви. Игнорируя позиции православных богословов, церковных историков, агиографов и канонистов, авторы этих СМИ выступают за канонизацию Иоанна Грозного, Григория Распутина».

Именно вокруг этого совершенно ложного тезиса, что такая просьба или требование существуют, строится ВСЯ нынешняя кампания в средствах массовой информации. Конечно, я не могу поручиться, что просьбы о канонизации Царя Иоанна и Григория Распутина не поступали в письменном виде от каких-то лиц непосредственно к Патриарху, Митрополиту Ювеналию (он руководит комиссией Синода по канонизации Святых) или в Священный Синод. Но, если они и были, до сего дня они не стали публичными фактами и носили частный характер.

Ситуация с почитанием Святости Царя Иоанна Грозного и Мученика Григория Распутина КОРЕННЫМ образом отличается от ситуации девяностых годов с ходом подготовки КАНОНИЗАЦИИ Святого Царя-Мученика Николая и Царственных Мучеников, когда Патриархию заваливали именно ТРЕБОВАНИЯМИ официально КАНОНИЗИРОВАТЬ Их в лике Святых. Это было явление исключительное и небывалое во всей Русской Истории, которое невозможно повторить и действовать по его примеру.

В материале Ксении Лученко говорится: «Александр Дворкин прямо назвал группировки борцов за канонизацию «псевдоправославными, насквозь оккультизированными сектами». Кураев также выставляет почитателей Царя Иоанна маргинальными безумцами.

Это ещё один подлог, выражающий стремление объединить почитателей святости Царя Иоанна в одну или несколько сплоченных групп и обвинить их в сектантстве с помощью «научных» критериев. Такие «критики» доходят до того, что обвиняют верующих не просто в сектантстве, а сопоставляют с тоталитарными сектами.

Конечно, если взять собственные книжки дьякона Андрея Кураева или Александра Дворкина, где они говорят о критериях сектантства и тоталитарных сект, все их доказательства рассыпаются в прах.

Во-первых, в весьма разобщенной и расплывчатой по границам среде ревнителей святости Царя Иоанна отсутствует самостоятельная иерархия. Это обязательное условие существования секты, и тем более тоталитарной.

Во-вторых, в названной среде отсутствует совместное Богослужение. Так же обязательный признак секты.

В-третьих, в сектах легко выявляется общинная очерченность со своей внутренней дисциплиной, уставом. Ну-ка попробуй меня, например, Сергея Владимировича Фомина, Владимира Николаевича Осипова и Константина Юрьевича Душенова подгреби под одну гребенку, под один устав. Мало не покажется. У каждого свой жизненный норов и устав.

И вместе с тем мы единогласно подчинены Номоканону Русской Православной Церкви, то есть её уставу.

Вместе с тем устроители разнузданной клеветнической кампании совершенно не терпят какой бы то ни было критики в свой адрес. Ксения Лученко пишет:

«Любое выступление против канонизации [Царя] Ивана Грозного провоцирует серию публичных оскорблений со стороны „ревнителей“. В подвластных им СМИ уже началась травля диакона А. Кураева и профессора А. Дворкина».

Получается, они могут обзывать людей сектантами, раскольниками, провокаторами, а их шахер-махер не трогай. Лично я верю, что общецерковное прославление Царя Иоанна когда-то будет, но когда это произойдет, ведает один Бог!

Проблема нынешней ситуации не профессионально историческая, а только нравственная. Наша совесть должна была бы требовать разоблачения информационного подлога, который устроили некоторые СМИ, и с помощью этого подлога пытаются воздействовать на Патриарха.

Вы спрашивали меня, я за или против канонизации Царя Иоанна Васильевича Грозного. Спросите себя: вы за или против грозы в Мае месяце? Русский человек, дипломат и поэт Фёдор Тютчев написал прекрасные стихи: «Люблю грозу в начале Мая:» Я тоже русский:

3−8 Октября 2003 года по Р.Х.

http://rusk.ru/st.php?idar=4455

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  СергейВ    10.10.2010 23:07
Почитал я "Русь Православная", "Русский Вестник", читал и "zaistinu.ru" – все эти издания ревностно-православные считают, вероятно, истиной лишь свою точку зрения по различным вопросам, и ни патриарх, ни профессора МДА, ни священноначалие им не указ…
Много дурного принесла власть советов нам, и, в частности то, что как только необразованная масса рабочих влезла во власть, так тут же принялась одёргивать учёных, профессоров – дескать, мы не хуже вас, буржуев всё понимаем. (Характерный эпизод читаем в мемуарах Шаляпина, когда очередная вломившаяся в квартиру певца революционная сволочь начала учить мастера – как и что ему следует петь). Очень многие люди впитали эту дурную совковскую манеру, свойственную не образованным, но мнящим таковыми себя. ("Образованщина" – по Солженицыну).
Впрочем, я не уверен – от скудости образования и отсутствия элементарной интеллигентской порядочности это проистекает, или тут есть намеренная провокация.
Очень грустно читать статейки некоторых господ-товарищей, где они с нескрываемой злобой, или ехидством позволяют себе одёргивать заслуженного профессора А.И. Осипова, протодьякона Кураева, не считаются с оценкой священноначалия деятельности Распутина и царя Иоанна 4. А уж историки 18-19 веков этим господам вообще не авторитеты. Устарели однозначно. Да и не такие православные они, как вот мы. Поэтому мы нароем чёрт знает откуда каких-то слухов, суеверий и досужих вымыслов и выдадим за общенародное почитание и Грозного, и Распутина-Нового. Так, г-да Болотин, Манягин, Платонов, Назаров, Сенин, Миронова и прочие?
Ну до зарезу хочется внести свой маленький раскольчик в Церковь, глядишь – и народец клюнет, и партейку создать можно.
Задумайтесь.

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru