Русская линия
ИА «Белые воины» Г. Ткачев18.12.2007 

Что сделано?
Главы из книги «Ингуши и чеченцы в семье народностей Терской области»

Глава 8


36. От приказов Беллика


От приказов Беллика обратимся к тому, что сделано.

37. Администрация


Приходится только удивляться наивности тех, кто винит в нынешних разбоях администрацию.
В самом деле, что представляет у нас сейчас эта грозная сила? Может ли она взмахнуть дланью, как Беллик, с силой и властью? Может ли притопнуть, как он, грозный правитель народа? Он был только полковник, но, сколько в его гордых словах престижа власти! Я всегда исполняю то, что говорю… Я всегда держу мои обещания!
Как должно было действовать это на умы младенцев! А ведь что, в сущности, был «злой чеченский народ», в момент водворения среди него русской власти, как не младенец? И этого, не умевшего владеть собой, младенца взяли сразу из теплых пеленок Беллика и выбросили на улицу, вырвали нужную соску, которую тот ему совал, и дали грубую пищу «культурной гражданственности». И бедный народ страдает сам, и распространяем заразу вокруг, с которой никто не умеет справиться.
Что как не грубую насмешку над бессилием чеченского народа, могут представлять эти шумливые последние съезды, где к связанному по рукам и ногам народу (вора не смей убить без разрешения власти!) правители обращались с вопросом: какие бы меры посоветовал он сам, чтобы излечить его от болезни.
Что это, как не издевательство?
Руки рубить — вы запретили, клеймить — находите постыдным, ссылать в Сибирь со всем поколением — жестоким, за убийство — судите.
Что же может вам сказать народ, лишь вчера вышедший из колыбели, и который никаких других мер не знает, а своих вы к нему не применяете.
Есть две системы мер к искоренению зла, именуемого разбоем: жестокая и гуманная. Жестокую привык употреблять сам народ и ею пользовался Беллик. Как люди просвещенные, вы ее отвергли. Но того, что называется гуманным воспитанием народа, вы не дали. Где у народа сеть школ, приют невинной молодежи? Где суровые блюстители порядка, — опора честных против злых? Где близкий суд, как скал гранит нелицеприятный? Где полномочное начальство, к которому благонамеренный передовой чеченец обратился бы за сильной поддержкой? Ведь всего этого нет, — нужно прямо и откровенно сказать — нет, и не было со времен Беллика и его школы*.

38. Еще раз администрация


Не понятно, как могут все валить на нынешнюю несостоятельную будто бы администрацию. Что может сделать она, например, в деле прекращения воровства и водворения мира? Что мог бы сделать сам суровый Беллик, встань он сейчас из гроба и примись администраторствовать? Послать в Георгиевск учиться труду? Не может! Пригрозить ямой — не может! Наказать плетьми — не может! Сослать в Сибирь навсегда — не может! Что же он мог бы? И ему, если он действительно горд и честный человек, — оставалось бы только одно: застрелиться. Что может нынешняя администрация? Разогнать сборище — да; не разрешить собрания — да; не утвердить приговор — да; наложить взыскание — да; отобрать оружие — да; и т. п. Но что она может сделать с уголовным преступником? Решительно столько же, сколько и мы. Вот что представляет собою наша администрация по борьбе с грабежами.

39. Власть, а не администрация


Нужно винить (если уж нельзя обойтись без виновных) не администрацию, а то, что стоит выше администрации, что управляет администрацией и направляет ее действия, — власть государственную. Она, пожалуй, виновата во многом. Это она отменила систему Беллика, ничего не дав. Это она обезличила краевую администрацию. Это она лишила ее для борьбы необходимых функций. Это она выбросила из пеленок убаюкиваемый Белликом народ на улицу. Это она вырвала у него соску. Неумолимая рука Петербурга, а затем наместничества — власть, как направляющий императив, которого администрация есть лишь исполнительный орган, — она одна во всем виновата.

40. В третий раз администрация


О взяточничестве низшей туземной администрации, о покрывательстве ею воров и закупленности — много говорят и говорят открыто (см. «Журналы Грозненского cсъезда» стр. 45) Это, конечно, зло и с ним необходимо бороться, но всем ли известно, какая в аулах администрация?
Вот что доложил о ней на съезде начальник участка штабс-капитан Сашальский.
— Для уменьшения грабежей, (в его участке, в горной части Чечни) — говорил он, — я считаю необходимым улучшение состава сельской администрации. Жалованье старшинам, доходящее иногда до 30 руб. в год мало. Следовало бы, старшинам содержание получать не с дыма 1), а взыскивать прямо в казну общий налог на все нужды, а из казны уже производить выдачу жалованья старшинам. И жалованье это назначить в размере 100−150 руб. 2) Следующее лицо в сельской, администрации — это кадий. Он представляет из себя личность, оплаченную 10 руб. жалованьем в год (!). А работы у него больше, чем у участкового начальника. 3) Необходимо еще иметь, если не сельское правление, то хотя бы писаря от участка. 4). Кадий напишет мой приказ. Получит в селении его мулла 5), тоже нанимаемый за гроши. Если я в этом приказе напишу арестовать кого-либо, то мулла может это и не прочитать старшине. 6). Кроме того, над старшинами надо иметь известный контроль 7), для чего следует в распоряжение участкового начальника назначить несколько полицейских урядников 8) («Журналы», стр. 19).
Прочтя такой доклад, не лучше ли сказать, что горные чеченцы до сих пор живут просто без администрации?
И это 50 лет спустя после окончательного водворения в крае русского владычества.
1) Значит, горные чеченские старшины сами собирают себе жалованье с пасомых, как наши батюшки.
2) Значит, таких размеров в нагорной Чечне ныне нет?
3) Сельских правлений нет?
4) Нет и писаря?
5) И мулла — администрация?
6) Вот тебе и раз!
7) Значит, контроля нет?
8) Нет и этого.

41. Полицейская часть


О полиции читал доклад полковник Стрижев, начальник Грозненского округа.
Вот наиболее интересное место из его доклада:
«Говоря о неумелых действиях полиции, я вовсе не хочу набросить тень на лиц, несущих в Терской области обязанности чинов полиции. Даже самые идеальные и самые искусные из них, при существующей организации, будут бессильны.
«Всякий, кто хотя отчасти знаком с полицейским правом, знает, — продолжает доклад, что в тех государствах, где население, благодаря надлежащей постановке полицейской службы, пользуется спокойствием, полиция разделяется на две категории: полицию судебную (сыскную), на обязанности которой лежит розыск виновных и собирание судебных доказательств против них и полицию безопасности (исполнительную, административную), на обязанности которой лежит ограждение населения в каждом месте от всякого беспорядка и правонарушения.
У нас не только обе эти функции возложены на одного начальника участка, но на него еще, через старшин, возложено заведовать (в горных участках) сельскими общественными делами, так как сельских правлений нет**. Для наблюдения же за безопасностью населения, вверенного его попечению, он в своем распоряжении, на весь участок, иногда на пространств более чем трех тысяч кв. верст, имеет не более 6−10 стражников (милиционеров)"***.
Словом, в Чечне, где до сих, пор поля чуть не дымятся кровью и где оружие блещет вместо палки, административно-полицейская охрана организована не более беззаботно, чем в какой-нибудь крестьянской полосе России. Не даром геройски преданный порядку Генуш в 33 года побелел, как старец.
Можно ли при таких условиях ожидать скорого наступления мира?

42. Суд. Пути сообщения. Просвещение


О суде, путях сообщения и просвещении в Чечне можно сказать обо всех сразу: их нет, они имеют еще создаться. О суде отозвался сенатор Рейнке не хуже, чем могли бы отозваться мы или отзываются притеречные казаки в ниже приводимом большом прошении. Дороги, какие были созданы, во время войны, разрушились. Школы еще не выстроены.
Можно только сказать, что создайся все это сразу лет 40 назад, не приходилось бы теперь вспоминать о прежней системе Беллика или о легендарном Чекуне, караулившем чеченских «бика».
Но об одном следует упомянуть несомненно. Прежде назначались люди, знавшие даже Коран, но при них переводчиками были русские; теперь начальники не только языка и Корана — не знают даже быта и нравов народа, куда их посылают управлять, и где, сверх того, нет ни сельских правлений, ни канцелярий.
Зато переводчики у них все — туземцы.
Вот что сделано пока для упорядочения Ингушии и Чечни после отмены приказов Беллика.

Примечания
* Про его ученика и преемника, полковника Чекунова чеченцы сих пор говорят: «Чекун бbка караулил» (см. журн. Червл. съезда. стр. 32).
** Утешил!
*** Да и тех он, конечно, ради безопасности держит при своей особе.

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru