Русская линия
Красная звезда М. Севастьянов26.09.2005 

Гвардейцы борзойского полка

Весной 2000 года на высотах близ населенного пункта Борзой Шатойского района Чеченской Республики после боев начали обустраиваться подразделения частей Объединенной группировки войск (сил) на Северном Кавказе. Уже тогда было принято решение относительно размещения здесь на постоянной основе части 42-й гвардейской мотострелковой дивизии. Место дислокации в то время считалось, мягко говоря, не курортным, и будущий полк заранее был неофициально назван «ссыльным». Но подход к формированию новой части был на редкость серьезным. В то время как внимание широкой общественности было нацелено на эксперимент по переходу на контрактный принцип комплектования личным составом 76-й гвардейской воздушно-десантной (псковской) дивизии, в Чечне без лишнего шума нарабатывался опыт отбора и подготовки профессиональных солдат. Первым полностью «контрактным» стал гвардейский орденов Суворова и Александра Невского мотострелковый полк, дислоцированный на постоянной основе в районе населенного пункта Борзой.

Знамя новый полк обрел весной 2000 года. Причем если вести речь о символах, то надо отдать должное тем людям, которые подобрали для части именно этот стяг — знамя расформированного в ходе общего сокращения Вооруженных Сил СССР в 1989 году полка. Ибо преемственность — налицо. Тот горно-кавалерийский полк был сформирован в марте 1925-го в городе Бухаре и в течение десятилетия, до 1935 года, воевал с басмачами в приграничных среднеазиатских районах страны. Сегодня гвардейский мотострелковый полк также прикрывает нашу Государственную границу в сложной местности и противодействует незаконным вооруженным формированиям.

Сегодня в полку достаточно много людей с боевым опытом. Так, примерно треть офицеров — участники боевых действий. Среди солдат и сержантов таковых более десяти процентов. Подавляющее большинство из воевавших на практике ознакомилось с тактикой боевых действий в горно-лесистой местности. Это самым непосредственным образом сказывается на качестве боевой подготовки подразделений. Полк имеет, так скажем, горный уклон, и на этот вид боевой учебы делается особый акцент.
С марта 2004 г. здесь служат исключительно контрактники, но далеко не все из них попали в борзойский полк сразу.
— Набор контрактников через военкоматы оставляет желать лучшего, — прямо говорит командир полка гвардии полковник Андрей Голубков. — Своеобразный фильтр отбора — учебный центр в населенном пункте Калиновская. Там в течение месяца-полутора проходило слаживание подразделений, с данными военнослужащими проводились соответствующие занятия, и только после этого они прибывали в нашу воинскую часть в составе практически сформированных подразделений. Там же, к слову, проводилось повторное медико-психологическое обследование, которое прошли уже отобранные военными комиссариатами кандидаты. Непосредственно из полка по различным причинам было уволено в запас несколько десятков человек. Впрочем, учитывая наши высокие требования и общий численный состав части, это немного.
По мнению гвардии полковника Голубкова, отбор контрактников должен происходить так. Кандидат в контрактники должен прибывать непосредственно в часть, на месте проходить соответствующие испытания, и только при положительном заключении, к примеру, полковой аттестационной комиссии и лично командира он становится военнослужащим, проходящим службу по контракту. Это, возможно, оптимальный вариант отбора при добровольном принципе комплектования, который предполагает и особую ответственность командира, и его уверенность в подчиненных, которых он сам же и взял под свое начало.
В борзойский полк контрактники прибывали маршем (колонной с авиационным и артиллерийским прикрытием) в составе рот, и здесь сразу начиналась их, так скажем, начальная подготовка к действиям в горах. Если часть полностью перешла на контракт в марте 2004 года, то слаживание последнего сформированного батальона закончилось уже в апреле — батальонным тактическим учением на местном горном полигоне «Альпийское». Кстати сказать, «Альпийское» сегодня — полноценный полигон, на котором есть все необходимое для боевой учебы мотострелков, танкистов, артиллеристов… Оборудован он в короткие сроки, в условиях во всех отношениях сложной обстановки, как природно-климатической, так и служебно-боевой.

На этом полигоне гвардейцам предстоит, что называется, учиться, учиться и еще раз учиться, ибо если, как говорит командир полка, общефизическая подготовка прибывших в часть контрактников в целом хорошая, то горную им еще предстоит приобрести, а затем постоянно совершенствовать.
Методика боевой подготовки контрактника в целом пока мало отличается от той, что нацелена на работу со «срочниками». Разумеется, изменилось количество времени, отведенное на отработку разных тем, с учетом знаний и навыков, полученных контрактниками в период службы по призыву. То есть меньше времени уделяется одиночной подготовке солдата, больше — подготовке подразделений. Это, конечно, меньше касается отдельных специалистов, таких, например, как ремонтники бронетехники.
Служба контрактников, средний возраст которых в этом полку составляет 20 лет, здесь мало чем отличается от службы по призыву. Все живут в казармах. Соответственно на всех солдатах лежит обязанность по несению службы в нарядах, что предполагает мытье полов, уборку помещений общего пользования и прочее. В наших Вооруженных Силах (в отличие от ВС США, к примеру) нет разделения на солдат «боевых» и «обеспечивающих». Потому тридцатипятилетнему отцу семейства, приехавшему в Чечню служить по контракту, приходится делать то же самое, что и девятнадцатилетнему парню, отслужившему год «срочки» и подписавшему аналогичный контракт. Если не нравится или захочется незаконных привилегий, то для «несогласного» это может закончиться его досрочным увольнением в запас.
В Чечне (в том числе в Борзое) денежное содержание рядового контрактника составляет 15 тысяч рублей (сержанта — 18 тысяч), из чего вытекает фактическое отсутствие кадровой проблемы и наличие серьезных требований к военно-профессиональной подготовке солдат и соблюдению ими воинской дисциплины.
— Со временем мы, конечно, решим многие социальные проблемы наших военнослужащих, в частности проблему досуга, — рассуждает заместитель командира полка по воспитательной работе гвардии подполковник Павел Олексюк. — Уже развернули большую спортивную базу, решили проблему многоканального телевидения, заканчиваем оборудование клуба. В 2005 году планируется открытие средней общеобразовательной школы, рассчитанной на 90 учеников, детского сада на 60 детей. Сегодня в нашем военном городке уже живут 28 семей всех категорий военнослужащих. 9 детей дошкольного возраста находятся здесь с родителями…
— Досуг у нас пока мало развит, — дополняет своего заместителя командир полка. — А вообще, если сказать честно, я считаю организацию досуга для части, которая стоит в горах, где днем и ночью, в будни и праздники может случиться, мягко говоря, всякое, не главным. Военнослужащие рядового состава, подписавшие контракт, в особенности те, кто сделал это через год после призыва, должны служить, как обыкновенные «срочники», — без каких-либо привилегий.

Разумеется, Шатойский район Чеченской Республики пока не то место, где военнослужащему можно в выходной день выбраться с женой и детьми в горы на пикник с ночевкой или на рыбалку на реку Аргун (в этих местах, еще относительно недавно, говорят, любил отдохнуть и поглушить рыбку международный террорист Хаттаб). Да и не для отдыха в этих горах размещался на постоянной основе гвардейский мотострелковый полк с буквально «золотой» по стоимости инфраструктурой, обеспечивающей его боевую и повседневную деятельность. Дислоцирован он здесь для прикрытия Государственной границы России и обеспечения конституционного порядка в приграничье.
— Подход к личному составу здесь несколько иной, — продолжает гвардии подполковник Олексюк. — В основном работа сразу была направлена на укрепление воинской дисциплины, формирование сплоченных воинских коллективов, предупреждение пьянства, гибели людей, травматизма. Акцент был сделан на индивидуально-воспитательную работу. Широко были задействованы психологи. Военнослужащие всех подразделений прошли соответствующее обследование, после чего составлялись акты готовности личного состава с указанием особенностей конкретных людей, на которые следует обратить внимание. Естественно, эта информация сугубо конфиденциальная, для конкретных должностных лиц. Что касается психологов, то они у нас есть в каждом батальоне и дивизионе. В части — полковой пункт психологической помощи и реабилитации с кабинетом физиокоррекции, тренажерным залом.
Особое внимание мы обращаем на методическую подготовку командиров взводов и рот. Ведь одно дело, когда 23-летний взводный командует парнями восемнадцати-двадцати лет, и несколько иное, когда подчиненным от двадцати до тридцати семи… Тут специфика в воспитательном процессе личного состава. Надо, допустим, проследить, чтобы взрослый солдат не пропил полученные в качестве денежного содержания полтора десятка тысяч рублей, а отправил большую часть жене и детям…
В системе общественно-государственной подготовки тоже предусмотрены изменения. Если раньше преобладали темы общеобразовательной, общеметодологической направленности, то теперь упор делается на правовой всеобуч. Сохраняются различные виды информирования: военно-техническое, военно-медицинское, правовое… Все это предусмотрено распорядком дня. Что касается воинской дисциплины, то она достигается, главным образом, благодаря занятиям по боевой подготовке.
Очень серьезно мы подходим сегодня к работе с сержантским составом. Командир отделения должен в полном объеме исполнять свои обязанности, не надеясь, что за него будет работать командир взвода. Разумеется, если повышаются требования к уровню подготовленности сержанта, то соответственно возрастают они и по отношению к прапорщику, офицеру.
Надо заметить, что в гвардейском мотострелковом полку люди служат на совесть и дорожат местом военной службы. Так, весной 2004 г. четыре десятка контрактников изъявили желание учиться в школах прапорщиков и на курсах по подготовке младших офицеров. Но с тем условием, что в новом качестве они вернутся именно сюда.
Несомненно, к профессиональному качественному росту стремятся лучшие. Кто займет их место? Этот вопрос в полку уже решен. Во-первых, офицеры части специально откомандировывались в военные комиссариаты близлежащих регионов, где были достигнуты договоренности об отборе необходимых специалистов в случае открытия вакансий (временного некомплекта личного состава). Во-вторых, в самой части создан резерв специалистов, например саперов, водителей, ремонтников бронетехники и других, которые пока служат на должностях стрелков, пулеметчиков, гранатометчиков…
К сожалению, полк теряет людей. Мирная жизнь на территории Чечни, конечно, налаживается, но до полного спокойствия еще надо дожить. Подрывы и обстрелы здесь — все еще обычное явление. И учеба для военнослужащих части действительно является боевой. Та же, фактически ежедневная, инженерная разведка местности, сопровождение колонн, боевое охранение — все это настоящий ратный труд, который сложно оценить материальным эквивалентом. Его цена порою — человеческая жизнь…
Морально-психологическая готовность к боевой работе — одна из основных составляющих боеготовности и боеспособности личного состава. Ее формированием в полку занимаются компетентно. Как уже было замечено, примерно треть офицеров части — люди с боевым опытом. Например, начальник штаба полка гвардии подполковник Виктор Киндеев прошел Абхазию, две чеченские кампании, награжден шестью боевыми орденами. Командир полка гвардии полковник Андрей Голубков — кавалер ордена Мужества — штурмовал Грозный, будучи комбатом… Всего здесь более пятидесяти человек отмечены государственными наградами (семеро относительно недавно представлены к награждению посмертно).
Индивидуально-воспитательная работа и морально-психологическое обеспечение боевой и повседневной деятельности наглядно проявляются в работе гвардии подполковника Павла Олексюка. В недавнем прошлом Павел Петрович был официально признанным лучшим психологом Дальневосточного военного округа. Свои методики и разработки он успешно внедряет на нынешнем месте службы. Во время своеобразной экскурсии по части создалось впечатление, что он знает каждого солдата и его проблемы. Это, видимо, недалеко от истины: составленный им социально-психологический портрет части — результат и личного общения, и организованной переписки с семьями военнослужащих, и искренней заинтересованности в организации нормального быта, медицинского, торгового, культурно-досугового обеспечения жизнедеятельности полка, морального стимулирования службы всех категорий личного состава…
Борзойский полк до сих пор негласно считается «ссыльным», то есть относительно отдаленным и труднодоступным (в том смысле, что сюда, как считается, небезопасно добираться). На самом деле большинство тех, кто здесь служит, считают его лучшим. Многие офицеры по истечении установленных нормативными документами двух лет службы в Чечне пишут рапорты с просьбой о продлении «борзойской строки» своей биографии. Кандидаты же в контрактники, образно говоря, выстраиваются в очередь в самых разных военкоматах, если здесь появляется вакансия.
К слову сказать, в некоторых военных комендатурах на территории Чеченской Республики солдаты-контрактники разительно отличаются от тех, что служат в борзойском полку, хотя и получают аналогичные суммы денег. Видимо, очень многое зависит от морально-психологической, духовно-нравственной атмосферы в конкретных воинских коллективах и от тех, кто за нее отвечает. Как рассказал гвардии подполковник Олексюк, полковая рота материального обеспечения была признана лучшей среди соответствующих подразделений Вооруженных Сил России. Другие подразделения, наверно, пока просто не удостоились заслуженной оценки — комиссий и прочих визитов в Борзое бывает немного…
Государство сегодня делает много для частей, переходящих на контракт: вкладывает серьезные средства в обустройство военных городков, платит военнослужащим довольно приличные деньги, дает в связи с этим работу местным жителям (в строительстве, торговле…) А вот что касается боевой техники, на которой предполагается выполнять задачи по основному предназначению, то она вызывает уважение в основном по поводу своего преклонного возраста. Мол, столько лет машинам, а они все еще на ходу! МТЛБ — своеобразный символ полка, воздвигнутый на постамент перед контрольно-пропускным пунктом, — очень надежная и проходимая машина, но старая и слабо вооруженная. Конечно, наш солдат будет чинить матчасть буквально днем и ночью, и она ему в ответ исправно послужит в бою, но это, мягко говоря, не совсем рационально…
Впрочем, контрактники в Борзое не ропщут. Они учатся военному делу по-настоящему. В обстановке, располагающей к такой учебе.

http://www.redstar.ru/2005/09/2709/501.html


Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика