Русская линия
Православие.Ru Сергей Песьяков27.12.2004 

Основы православной культуры" в средней общеобразовательной школе
(Некоторые выводы из личного педагогического опыта)


«И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть.
Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут,
а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа…»
(Джером Д. Сэлинджер «Над пропастью во ржи «)

Споры о том, можно и нужно ли вводить в российских школах отдельный предмет «Основы Православной культуры», вспыхнули несколько лет назад и, в общем, успели к настоящему времени порядком надоесть нашему обществу. В начале 2000-х, когда эта дискуссия только зарождалась и зачастую более напоминала кухонный спор, переходящий в «кулачный диалог», различные политические силы пытались в преддверьях всевозможных выборов использовать проблему в своих целях, еще более усугубляя противоречия.

Время прошло, и страсти поутихли. Проблема же осталась. Более того, если несколько лет назад она находилась все более в области теории и перспективы (ОПК тогда преподавались в сравнительно небольшом количестве школ РФ), то на сегодняшний момент можно с большой долей уверенности говорить о практической стороне вопроса: все новые и новые школы, несмотря на сильнейшее давление со стороны Министерства Образования, вводят в своих школах факультативные занятия по данному курсу. И не только факультативные, о чем далее и пойдет речь.

Необходимо напомнить о том, что «Основы Православной культуры» — единственный школьный предмет, чье появление еще в 90-х годах XX века было полнейшей неожиданностью для государственной власти. Инициативу введения это предмета проявило само общество. Точнее, та его часть, для которой история традиционной русской культуры ассоциировалась напрямую с Православным Христианством и Русской Православной Церковью. Внеклассные кружки появлялись то в одной, то в другой школе, как в Москве и Санкт-Петербурге, так и в провинции. Вели эти кружки в массе своей учителя литературы и истории. Попытки кружков перейти на «легальное положение» мгновенно вызывало неистовую реакцию со стороны представителей так называемого «либерального» общества, куда, вкупе с представителями местной интеллигенцией, входили и входят, как правило, люди богатые и влиятельные. Обвинения в некоем «православном фанатизме» (а иногда и «фашизме»), «ущемлении прав других конфессий», «ущемлении прав атеистов» и др. возникли отнюдь не в наше время, а являются старым и испытанным оружием российских либералов, придерживающихся еще дореволюционных традиций в деле критики русской культуры и Православной церкви.

Так или иначе, «Основы Православной культуры», которые, специально или по незнанию, именуются противниками курса «Законом Божьим» или «Основами православия», не только дожил до нашего времени, но и явно не собирается «кануть в Лету». Являясь по самим целям, основам и конечному результату предметом культурологическим, а не религиозным, ОПК не несет никакого вреда ни «демократии», ни «правам других конфессий», ни уж тем более правам уважаемых атеистов. Нет смысла доказывать уже много раз доказанное. Автор данной статьи задался целью показать всем интересующимся некоторые небезынтересные особенности преподавания «Основ Православной культуры» в обычной средней школе.

В школе N18 Балашихинского района Московской области курс «Основ Православной культуры» был введен как обязательный на весь учебный год (2004/2005). То есть речь идет не о факультативе (уроке, находящимся вне школьного расписания и по сути являющимся своего рода кружком), а именно об обязательном предмете, имеющим такое же законное место в дневнике ученика, как и литература, история, математика и т. д. и т. п. Инициативу проявили власти Балашихинского района, в отличие от многих других областей, губерний и автономных округов, охотно контактирующие с Православной Церковью и прекрасно понимающие, что в деле духовно-нравственного воспитания современного ребенка без помощи Церкви не обойтись. В нескольких школах были экспериментально введены курсы ОПК, которые преподаются учителями, имеющими или соответственное образование или окончивших курсы повышения квалификации, проходящие в православной гимназии и местных приходских школах. Среди этих учителей был и автор данной статьи, который желает поделиться некоторым опытом после преподавания ОПК в 5−9 классах в школе N18.

Необходимо сразу оговориться: по существующей программе А. В. Бородиной «История религиозной культуры» (известна также как составитель учебника «Основ Православной культуры»), курс, прежде всего, предназначен для детей, обучающихся в 6 классах, с поправкой, что «на первом году введения курса рекомендуется и в старших классах».[1] Однако это обстоятельство нисколько не отражается на том, что ОПК изучают и ученики 5-х классов.

Есть один очень важный момент. Главная ответственность в передаче знаний лежит на учителе в большей степени, чем на учебнике, однако роль последнего все равно немаловажна. Основная особенность преподавания ОПК в школе N18 состоит в том, что учебников по данному предмету в школе нет. Рекомендовав ввести курс ОПК в местных школах, районный Департамент образования нисколько не озаботился финансовой поддержкой данного проекта. Единственным «жестом доброй воли» был подарок школам, в которых вводились ОПК, — полное собрание Православной энциклопедии. Конечно, это действительно неоценимая помощь любому преподавателю ОПК, однако этого все равно недостаточно. Учебники по ОПК (хотя бы 30−40 книг) повысили бы качество преподавания во много раз. Напрашивается вопрос: почему бы родителям детей самим не купить этот учебник? Ответ будет очевиден тому, кто хотя бы немного поработал в школе, где учатся дети людей, месячной зарплаты которых хватает лишь на то, чтобы прокормить свою семью, и чей семейный бюджет не рассчитан на что-то большее.

Несмотря на подобного рода проблемы, можно с большой долей уверенности говорить о позитивных моментах. Их много, но главное состоит в том, что ученики, особенно старшие, интересуются предметом. Особенно это стало заметно в период изучения сюжетов Ветхого и Нового Заветов. Школьникам, как младшим, так и старшим, интересно было узнать о связях между современными научными открытиями и чудесными событиями, описанными в Библии. Так, например, было во время рассказа о Всемирном потопе и об упоминаниях о нем в древних китайских, вавилонских и других сочинениях. Об увлеченности библейскими сюжетами говорят и жаркие споры между старшеклассниками по поводу описанных чудес, продолжающиеся и после урока.

Мотивация детей, в общем, и в целом велика. И это неудивительно: живой и яркий язык библейских сказаний, сильные, мудрые и, главное, добрые герои, способные жертвовать жизнью за свою Веру, инстинктивно привлекают души ребят, еще не до конца испорченные современными представлениями о том, каким должен быть человек XXI века.

Однако сложности есть и их довольно много. Прежде всего, это связано с педагогической запущенностью многих учеников из так называемых «неблагополучных» семей. Понятно, что в 14−15 лет воспитательный момент (а это одна из основных целей ОПК) очень тяжело, а главное негативно воспринимается многими подростками, тем более что ¼ учащихся — воспитанники местного детдома, дети асоциальных элементов. Несмотря на то, что детдом активно сотрудничает с местным, Савинским церковным приходом в деле духовно-нравственного воспитания, а многие домашние ученики — из семей, называющих себя религиозными, быть верующим или даже просто воспитанным считается в подростковой среде зазорным. И это понятно и объяснимо: образ «крутого парня» и «клевой девчонки» упорно навязывается телевидением и шоу-бизнесом, причем последний сознательно противопоставляет себя духовно-нравственным ценностям (например «Фабрика звезд»). Именно поэтому в первую очередь среди многих подростков несерьезно и тяжело воспринимаются (или вовсе не понимаются) рассказы о подвижничестве христианских святых и ветхозаветных персонажей, благостной и чистой жизни которых необходимо подражать нам всем. Создается противоречие: на «Основах Православной культуры» 15-летний ученик слушает о страданиях Иова, готового пожертвовать всем из-за любви к Богу, а затем, приходя домой и включая телевизор, видит вполне самодостаточных поп-звезд, пятиминутное кривлянье которых на сцене под фонограмму приносит им вполне ощутимое благополучие и которые явно не страдают из-за отсутствия любви к Богу и людям. Обучать такого подростка необходимо, скорее всего, упорным диалогом, возможно, даже спором, доказывая ему, что курить марихуану — это совсем плохо, несмотря на то, что этому учат ныне популярные «растаманы» и все подражающие им. А помочь пьяному, лежащему в сугробе, и не посмеяться над ним с друзьями — это не просто «хорошо», это — «правильно».

Конечно, речь идет, прежде всего, о подростках; учащиеся 5 и 6-х классов пока не так затронуты антивоспитательной деятельностью ТВ, но и за их души уже сейчас идет борьба. Ребенок, еще не достигший возраста подросткового максимализма и комплекса неполноценности, подобен губки, впитывающей все подряд. И здесь важно именно то, что «впитывает» 10 и 11-летнее существо. Будет ли это нравственный язык Библии и христианской культуры, основанный на любви к людям, умении видеть прекрасное в добрых поступках, или эгоизм современной западной культуры, которая пока не дала миру ничего существеннее поп-музыки и сетевого маркетинга? Впрочем, об этом говорилось в церковной и светской печати много раз. Практически же, во время преподавания ОПК в 5−6 классах чувствуется большая разница в восприятии воспитательного материала по сравнению с 8−9 классами (до некоторой степени с 7 классом — это своего рода возрастная граница) где, как правило, более скептически относятся к тому, что выходит за рамки увлекательных библейских рассказов. Детям, в отличие от подростков, более понятна фраза «это хорошо, а это плохо».

Примером может служить рассказ о Каине и Авеле: 11-летний Дима К. (6 класс) во время ответа с увлечением расписывал добродетели Авеля и злобное состояние гордеца Каина, с возмущением рассказывал об убийстве, в конце рассказа сделал вывод — завидовать плохо, зависть ведет к страшным поступкам; 15-летний Костя Ш. (9 класс) «дежурным» голосом рассказал все подробности вышеназванной истории, сделал заученный вывод, что зависть и гордыня — причина несчастий, однако от себя добавил, что не согласен с утверждением, что гордыня — грех, и что это утверждение, по его мнению, явно устарело. Как видите, главная задача учителя в последнем случае попытаться объяснить ученику-подростку весь смысл слова «гордыня» (превозношение себя перед другими, т. е. отношение к другим людям как к вторичному явлению), однако ученик, скорее всего, упрямо будет придерживаться своей и, по его мнению, «выстраданной» точки зрения. Ведь так говорят многие: что плохого в гордости? С другой стороны, учитель будет наверняка знать, что 11-летний ученик, в следующий раз, услышав слово «гордость», еще подумает, относится ли к нему с позитивной точки зрения.

На основании этого примера конечно нельзя делать вывод о том, что на подростков нужно «махнуть рукой» как на потерянных для духовной жизни людей и сосредоточить все воспитательное внимание на доподростковом возрасте. Это не так. Всем преподавателям ОПК, работающим не в факультативе, куда записывались в основном и записываться будут верующие дети из верующих семейств, а с детьми, которые пришли на урок Православной культуры, потому что так написано в расписании, т. е. воспринимающие его как еще одну цепь на своих школьных «кандалах», необходимо помнить одно: на них лежит ответственность, несоизмеримая с ответственностью учителя математики, истории или литературы. Не случайно эпиграфом статьи стали слова Сэлинджера, вложенные им в уста как раз подростка Холдена Колфилда. Учитель именно и делает то, что «не дает упасть детишкам в пропасть», в которой, кроме физиологии и отсутствия духовного смысла существования, ничего нет. И особенно важно не дать упасть подросткам, потому что уже на следующем этапе жизни их индивидуальность может безвозвратно превратиться в набор простейших инстинктов.

ОПК — это предмет культурологический скорее не в том смысле, под которым понимает культурологию литература или художественная культура, т. е. дающий знания, прежде всего по истории материальной и духовной культуры человечества. Культурология, на мой взгляд, выражается в изучении культуры духовной жизни на примере христианства, его морально-нравственных ценностей. Цель в том, чтобы к окончанию курса у школьников появился выбор, которого школа в своей советской традиции зачастую детей просто лишала. Изучая историю христианства, Православной Церкви, русской православной культуры, связанной непосредственно с христианским духовным опытом, подросток получит лишний повод подумать о том, в какой стране он живет, каких ценностей придерживались его предки, почему люди, не раздумывая, шли на смерть из-за своих религиозных и духовно-нравственных принципов. А главное подросток поймет, что есть что-то в жизни еще, кроме еды, сна и удовольствий. И как показывает опыт работы в школе N18, уже сейчас некоторые подростки осторожно ставят перед собой этот вопрос. Автору кажется, что наркомания, алкоголизм и тюрьма имеют меньше шансов угрожать человеку, хотя бы немного знакомому с православной культурой и православной верой.

Необходимо развеять миф о том, что введение ОПК в школах приведет к столкновениям на межнациональной и межрелигиозной почве. Наблюдения за школьниками всех возрастов показали, что это не так. Для многих подростков было открытием узнать, что христианство говорит и о любви к иноверцам, не призывает к борьбе с ними или насильному переводу в свою веру. Открытием для русских детей было то, что, оказывается, армяне (представители этой национальности также учатся в школе N18), также как и русские — христиане, пусть и немного отличающиеся в догматах. Во время изучения Ветхого Завета мусульмане узнали о том, что ислам глубоко чтит Адама и Еву, Авраама (Ибрагима), Моисея (Мусу) и др. библейских персонажей. Стимулировало интерес к предмету у обучающихся известие о том, что Иисус Христос, Дева Мария пользуются уважением у мусульман (Иса, Мариам). То есть историческая связь религиозных учений — христианства, ислама и иудаизма сыграла некоторую объединяющую роль в отношениях между детьми разных национальностей и вероисповеданий.

В заключении хотелось бы сказать, что главным врагом введения курса «Основ Православной культуры» (хотя бы факультативного) в школах РФ является не какие-то таинственные и злобные политические силы и не загадочные демонизириванные политики, а обыкновенное человеческое невежество. Являясь предметом культурологическим, ОПК, о чем можно уже сейчас с уверенностью говорить, может сыграть важную роль в деле избавления российского общества от многих язв, добычей которых становятся зачастую именно дети. Ведь каждый знает, что человек, укрепленный вполне конкретными духовными, нравственными и религиозными представлениями, уже не является такой легкой мишенью для низменных пороков. И глупо каждый раз ссылаться на «цивилизованные» Европу и Америку, в которых вскоре преступлением будет считаться ношение нательного креста и откуда нескончаемым потоком приходят «волки в овечьих шкурах» — секты.
----------------------------------------
[1] А. В. Бородина «Основы Православной культуры» (учебно-методическое пособие) М., 2004 стр. 2

Сергей Песьяков учитель истории и «Основ Православной культуры»


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru