Русская линия
Парламентская газета19.10.2004 

Путь к истине идёт через тернии
Интервью с предстоятелем РПСЦ митрополитом Андрианом


Участники только что прошедшего Архиерейского собора Русской Православной Церкви высказались за развитие диалога со старообрядцами. О его необходимости говорил и Президент РФ Владимир Путин.

С точки зрения некоторых учёных-историков старообрядчество — это лишь общее название для религиозных групп и течений, не принявших церковные реформы, проводившиеся в ХVII веке патриархом Никоном и царём Алексеем Михайловичем. Но об этом можно сказать и так: старообрядчество — это одна из частей кровавого раскола русского народа, через века и тяжкие испытания пронёсшая православную веру в ее исконной чистоте.

Наш корреспондент беседует с предстоятелем Русской православной старообрядческой церкви митрополитом Андрианом.

— Владыка, вы согласны с тем, что вас называют старообрядцами, а вашу церковь — старообрядческой?

— Во-первых, мы христиане. Это означает, что единственным Спасителем и Искупителем человеческого рода мы признаем Господа нашего Исуса Христа. Во-вторых мы православные христиане. Слово же «старообрядчество» появилось во времена Екатерины II. Оно употреблялось в отношении христиан, сохранивших древние, апостольские формы богопрославления. Законодательно этот термин был закреплен Николаем II и отражал позицию официальной церкви и отношение светского общества. Мы же причисляем себя к исконному Русскому Православию, считаем себя Русской православной церковью. Однако поскольку сегодня множество церквей называют себя православными, то для соблюдения самоидентификации мы вынуждены называться Русской православной старообрядческой церковью.

— Что вы думаете об историческом опыте взаимоотношений Церкви и государства? — В истории взаимоотношений христианской церкви и государства мы находим множество совершенно разных эпох. Сегодня отдельные религиозные деятели любят употреблять термин «симфония», означающий активное и равноправное сотрудничество государства и Церкви. Однако, беспристрастно взглянув на историю, мы не можем назвать периодов «симфоний», приведших к однозначно позитивным результатам. Даже во светлые годы императора Константина и других христианских государей сотрудничество церкви и государства привносило некоторые негативные моменты. История беспристрастно свидетельствует, что в такие периоды христианами нередко становились из карьерных соображений, пастыри включались в придворные интриги, монашествующие обзаводились состояниями.

Еще более рельефно опасность чрезмерного сближения Церкви и государства проявилась в Средние века. В Европе и католики, и протестанты активно пользовались государственным инструментарием для уничтожения своих религиозных противников, организации крестовых походов, религиозных чисток типа Варфоломеевской ночи. Инквизиторы всех мастей, используя государственное покровительство, уничтожали тысячи инакомыслящих, заподозренных в колдовстве или ереси.

Похожая ситуация сложилась во время раскола Русской церкви в XVII веке. Тогда значительная часть высших иерархов Русской церкви, поправ основы христианской морали и церковно-канонические нормы, прибегла к помощи государственной власти. Христиан, оставшихся верными православным преданиям, стали преследовать на территории всей страны. По настоянию архиереев правительство царевны Софьи утвердило особый кодекс о преследовании староверов. Большая часть статей этого нормативного акта заканчивалась формулировками «сжечь в срубе» и «казнить смертию безо всякого милосердия». По мнению историков, число жертв только за первое столетие гонений на старую Православную веру исчисляется несколькими десятками тысяч сожженных, уморенных голодом, замученных, обезглавленных, замороженных заживо.

В наше время в мире сложилось осознание того, что авторитет Церкви зависит не от государственного покровительства, а от следования заповедям Божиим и собственного духовного созидания.

Убеждены, что оптимальным вариантом отношений государства и Церкви может стать ее существование в условиях свободы вероисповедания, сбалансированного и справедливого законодательства, а также равноудаленности всех конфессий от государственной власти. Это поможет избежать межконфессиональных конфликтов и создать почву для ровных отношений между разными религиозными объединениями. Для нас, христиан, важно и то, что, чрезмерно сближаясь с государством, Церковь вынуждена приглушать голос своей совести, становиться равнодушной к проблемам народа, закрывать глаза на греховные дела политических деятелей, а иногда и оправдывать их злодеяния. Но да не будет этого. Соглашаться с такой позицией означает противоборствовать христовой правде и христовой истине.

— Сегодня много говорят о социально-ответственном бизнесе. Каким, по-вашему, должно быть современное предпринимательство?

— Будем помнить о том, что единственным Творцом всего сущего является Бог. Человек только распоряжается дарами, находящимися в собственности Творца мироздания. Кому-то Господь дал более, кому-то менее. Но все несут ответственность за распоряжение этой собственностью. Конечно, кому дано более, с того и больший спрос будет…

Увы, в большинстве случаев современные бизнесмены не рассматривают себя приказчиками у Бога. Некоторые из них полагают себя полноправными властителями всего движимого и недвижимого, видимого и невидимого. Из этого проистекают многие беды наших дней. Присваивая себе права Творца, такие деятели разрушают саму сферу бытия человека. Недра страны опустошаются, леса сводятся, воды загрязняются, а заповедники уродуются «новорусскими» застройками. При этом, лишь небольшая часть российского бизнеса обращает внимание на социальные проблемы, культурный облик страны, духовные запросы ее жителей.

Дореволюционный период старообрядческого предпринимательства демонстрирует совершенно иной опыт. Тогда благотворительность рассматривалась не как обременительный довесок к бизнесу, а как почетная и желанная сторона деловой активности. Так, семья заводчиков Кузнецовых создала фаянсовую промышленность России. Самый известный член этой фамилии Матвей Сидорович являл собой типичный образ старообрядческого покровителя, благотворителя и мецената. Он был гласным Московской городской Думы, выборным Московского биржевого общества, членом ряда благотворительных обществ. Он был известен также как крупный церковный деятель. Именно такой тип предпринимателя — активного бизнесмена, благотворителя и просвещенного церковного деятеля, — на наш взгляд, оптимален для подлинного возрождения нашей страны.

— Существует устойчивое мнение, что старообрядцы придерживаются самых архаичных форм церковного управления. Между тем в Русской православной старообрядческой церкви регулярно проходят соборы. Вы сами были избраны на соборе посредством тайного голосования. Имеет ли отношение такая форма принятия решений к современной демократии и парламентаризму?

— В данном случае приходится с сожалением констатировать, что кажущееся многим новым — подзабытое старое. Соборность как форма консервативной демократии всегда являлась основой Православия. Поэтому в Символе Веры мы исповедуем веру в Церковь, «святую соборную и апостольскую». Церковные соборы с апостольских времен стали проявлением и выражением соборности. Соборность выражена в самом устройстве земной церкви. Она проявляется в соборном избрании священников и епископов, деятельном участии мирян в жизни церкви, соборном принятии решений на всех ступенях христианского сообщества — от прихода до церковного собора. Соборность является одной из важнейших основ литургического строя церкви. Соборная молитва, соборные священнодействия (совместные одновременные поклоны, крестные знамения и пр.) в течение многих сотен лет оставались важными отличительными признаками Православной церковной службы. К слову сказать, современная парламентская демократия появилась гораздо позже христианской соборности, а потому и не могла быть образцом для церковного устройства.

В Православной церкви соборная форма принятия решений существовала всегда. Вне зависимости от политического положения и общественной ситуации. Даже после церковного раскола, когда при Петре I в новообрядческой Церкви были упразднены соборные формы, мы, древлеправославные христиане, продолжали руководствоваться учением и практикой древнерусской и древнехристианской церквей. До начала XX века такие соборы созывались в большинстве случаев тайно. Однако и в гонительные времена на них пребывали представители всех регионов России. В 1897 году благодаря активной деятельности святителя Арсения Уральского были укреплены церковно-канонические нормы древлеправославной церкви. С тех пор в соответствии с 37-м правилом святых апостолов соборы, получившие наименование Освященных, стали созываться каждый год. С получением же свободы, именно с 1905 года, Освященные соборы стали созываться с разрешения правительства открыто. Эта практика существует в нашей церкви и ныне.

— Многие полагают, что государство в определенном долгу перед религиозными объединениями, поскольку преследовало верующих на протяжении многих десятилетий. Насколько сильно пострадало старообрядчество в годы советской власти и каким образом можно уврачевать нанесенные в этот период раны?

— После церковного раскола наша Церковь практически постоянно подвергалась гонениям. Лишь небольшой период с 1905-го по 1914 год старообрядчество смогло более или менее свободно развиваться. Однако этот период был прерван Первой мировой войной и последовавшей Октябрьской революцией. Мало кто знает, что в этот период старообрядчество пострадало куда больше, чем другие конфессии. Так, в 1924—1928 годах в Древлеправославной Церкви Христовой (старое название РПСЦ. — Прим. ред.) было около 30 епископов. В предвоенные годы на свободе не осталось ни одного действующего епископа. В этот период были закрыты все до одного старообрядческие монастыри и учебные заведения. Даже в конце сороковых годов, когда накал атеистической пропаганды был снижен, а Московская патриархия активно сотрудничала с советскими и партийными органами, карательные отряды продолжали отыскивать в Сибири старообрядческие скиты, выкуривая их оттуда. Поэтому нынешнее возрождение Церкви происходит медленнее, чем хотелось бы.

Несмотря на такие гонения, наша Церковь не претендует на какое-то особое отношение со стороны государства. Мы не собираемся навязывать веру Христову через государственные учреждения, образование, влезать со своими услугами в министерства и благоустраивать жизнь клириков за казенный счет. Однако хотелось бы видеть со стороны государства справедливое отношение к старообрядчеству, учет его заслуг перед обществом, российской и мировой культурой. В первую очередь это касается возвращения принадлежащих нам храмов, посильной помощи в их восстановлении и реставрации, возврата движимого церковного имущества — икон, книг, облачений, утвари. К сожалению, сегодня многое из старообрядческого имущества, накопленного столетиями, активно присваивается другими конфессиями. Так, например, сотни старообрядческих икон (только такие ценятся на Западе), задержанные на таможнях страны, «возвращаются» Московской патриархии. По мнению специалистов, это похоже на очередную, уже пятую по счету после раскола экспроприацию старообрядческого имущества.

— Можно ли совместить светское образование и светскую деятельность с глубокой верой в Бога и строгим соблюдением церковных канонов?

— Слава Богу, понятия о том, что вера в Бога — это удел темных, необразованных людей, что религия является «опиумом для народа», ушли в прошлое. Вера в Бога заложена в каждом человеке, и если росток веры имеет достаточный уход с раннего возраста, то в свое время появляются и плоды. Сложнее бывает, когда некому подсказать, направить, объяснить, когда человек сам пытается разрешить этот вопрос. Одно ясно: вопрос об отношении к Богу встает у каждого.

Светское образование практически не рассматривает этот вопрос и, естественно, не отвечает на него. Ответ приходится искать в соответствующей литературе, в общении с людьми и, наконец, в Церкви. Я сам окончил Казанский авиационный институт, но, несмотря на окружающее атеистическое мировоззрение, сохранил свою веру, соблюдал посты, регулярно исповедовался и даже избежал вступления в комсомол.

Мы знаем имена выдающихся ученых, таких, как академик И.П. Павлов, В.И. Вернадский, С.И. Вавилов, которые искренне верили в Бога, и их колоссальные знания ничуть не повлияли на их мировоззрение. К сожалению, существует не так много светских профессий, которые состоят в полной гармонии с религиозными убеждениями. Особенно это проявляется в наше время конкуренции и взаимовыгодных отношений. Однако сохранить и приумножить веру, и даже в той форме, в какой ее исповедует православная старообрядческая церковь, вполне реально. Скажу больше, молодое поколение, которое составляет сейчас костяк нашей Церкви, в основном состоит из учащихся вузов или окончивших таковые. Их вера — это сознательный выбор.

Беседовал Глеб Чистяков

11 октября 2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru