Русская линия
Россiя А. Михайлов30.09.2004 

Уставший корабль

Когда погибла атомная подлодка (АПЛ) «К-159», средства массовой информации трезвонили о ней куда меньше, чем о «Курске». Масштаб как бы не тот. Хотя тут, кажется, все более ясно, чем с «Курском». На флоте есть присказка: «Любое происшествие заканчивается так: поиск виновных, наказание невиновных и поощрение непричастных».

Виновным в трагедии «вроде бы» признали тогдашнего командующего Северным флотом адмирала Геннадия Сучкова. А вот кто виновен на самом деле — об этом не сообщалось. Тайна — на дне морском.

Тринадцатая подлодка

Российская лодка с оперативно-тактическим номером «К-159» проекта 627А затонула 30 августа 2003 года во время шторма в три часа утра, в трех милях к северо-западу от острова Кильдин. В тот день ее буксировали, или, как говорят моряки, «тащили за ноздрю», на завод для утилизации. Теперь она лежит на грунте на глубине 238 метров.

Причина гибели подлодки «К-159» — превышение должностных обязанностей, нарушение инструкций и приказов. Об этом заявили тогда, год назад, журналистам на борту ракетного крейсера «Маршал Устинов» министр обороны Сергей Иванов и главком ВМФ России Владимир Куроедов. «Элементарное легкомыслие, надежда на русский авось, что все обойдется, несомненно, были», — подчеркнул Иванов.

Проект 627А, к которому относится и «К-159», — это проект самых первых отечественных атомных подлодок. Так что 30 августа затонул ржавый, совершенно уже небоеспособный, уставший корабль. Если бы не погибшие люди, это можно было бы считать своеобразным «благополучным» исходом. Но число погибших составило девять человек. Это были люди из так называемого буксировочного экипажа. Одному моряку, Максиму Цибульскому, удалось спастись.

Зачем подводников, среди них большинство — офицеры, запихали на кучу металлолома, который представляла собой подлодка, непонятно. Подлодку «К-159» должны были отвести в Полярный еще несколько лет назад, сроки все откладывались. Наконец команда поступила: «Скорее!»

По словам руководившего буксировкой капитана второго ранга Сергея Жемчужного, план-график на переход отстойных подводных лодок Иоканьгского района базирования на утилизацию был утвержден командующим Северным флотом весной 2003 года. В соответствии с ним за летнюю навигацию с апреля по октябрь нужно было перегнать из Островного 16 АПЛ, выведенных из боевого состава флота. «К-159» стала тринадцатой лодкой, которую переводили из Островного к месту утилизации.

С чем были связаны такие темпы? Ведь лодки стояли в Островном по 15−20 лет. Почему вдруг решили срочно перевести их на судоремонтные заводы? По мнению Жемчужного, здесь были замешаны немалые деньги, выделенные на утилизацию. Эти деньги требовалось как можно быстрее освоить, отрапортовав в Москву об очистке баз Северного флота от «ядерного мусора».

Понтоны

Устройства, с помощью которых понтоны крепились к «К-159», приварили на проржавевший корпус, его прочность в некоторых местах была сопоставима с прочностью обыкновенной фольги. Кроме того, понтоны-двухсоттонники (ССП-200), поддерживавшие лодку, были не буксировочными, а судоподъемными и к тому же очень старыми — постройки 40-х годов.

Они постоянно травили воздух, и, чтобы поддерживать заданную плавучесть субмарины, экипажу «К-159» предлагалось каждые пять часов поддувать понтоны. Для этого на лодке была установлена специальная поддувочная колонка, шланги от которой тянулись к каждому из четырех понтонов. Причем носовой понтон правого борта вообще выглядел хлипким, его требовалось поддувать еще чаще.

Конструкция, созданная из таких деталей, вряд ли может считаться надежной. Проект буксировки разрабатывал один военный НИИ. Теперь его представители участвуют в расследовании уголовного дела в качестве экспертов. Командование дивизиона в обсуждении проекта участия не принимало. А моряков поставили перед фактом: вы должны тащить лодку таким-то и таким-то способом. Хотя, если бы их спросили, они могли бы рассказать, что эта схема, мягко говоря, полная лажа.

В сентябре прошлого года буксировали на понтонах из Островного на СРЗ «Нерпа» атомную подводную лодку «К-21». У входа в Кольский залив (на том же месте, где и у «К-159»!) внезапно оторвалась кормовая пара понтонов. А никакого шторма тогда и в помине не было. Но лодка все-таки дошла тогда до пункта назначения, поэтому с тем «отрывом» никто и разбираться не стал.

Живучесть

В последнее время расследование причин гибели

«К-159» приобрело неожиданный ракурс. Флотские специалисты начали задумываться над вопросом: зачем командованию флота вообще понадобилось использовать понтоны для буксировки

«К-159», когда вместо весьма небезопасного «понтонирования» в Гремихе давно используется отработанная, недорогая и надежная технология (заполнение цистерн главного балласта легким полистиролом)?

Еще с 1995 года внедрением технологий обеспечения живучести старых АПЛ занимается северодвинское предприятие «Северный рейд», о котором уже как-то сообщала «Россiя». Это же предприятие производит и эксплуатирует установки для производства вспененного полистирола.

Уже не секрет, что одновременно с буксировкой

«К-159» из Гремихи была начата буксировка атомной подводной лодки «К-370». И эта АПЛ благополучно прибыла к месту назначения. Буксировка подлодки осуществлялась без понтонов и была завершена 4 сентября. Сейчас «К-370» находится на акватории 10-го судоремонтного завода в Полярном (Мурманская область). Кстати, по имеющейся информации, два из понтонов, использовавшихся при трагической буксировке «К-159», чуть было не затонули сами, так как начали заполняться водой.

Семьи

В случившемся комдив Жемчужный винит прежде всего себя. На одном из «морских» сайтов есть его слова: «Возможно, кому-то это покажется странным, но родственники членов экипажа „К-159“ в большинстве своем отнеслись ко мне очень тепло и оказали большую поддержку. Так же, как и жители Островного, которые помогают мне пережить свалившиеся невзгоды. Но, если уж говорить о чисто человеческой стороне, сам я, конечно, буду всегда винить себя за то, что не смог спасти ребят».

Валентина Лаппа, жена погибшего командира «К-159» капитана 2-го ранга Сергея Лаппа, не называет себя вдовой. Вот лишь несколько ее фраз: «В Гремихе я осталась тогда, год назад, за старшую. Мы ждем. Жены подводников требуют честно и громко сказать, что их мужья погибли, выполняя до конца свой долг. Первое время нам приходилось слышать недвусмысленные предположения о том, что в трагедии виноват сам экипаж. Пусть скажут честно, кто приказал отправить экипаж на мертвой лодке, без спасательных средств. Как можно не спасти за семь часов корабль чуть ли не в центре Кольского залива? Почему две лодки сопровождал только один буксир? Почему буксировку начали, зная, что будет шторм? Почему во время маршрута не было предусмотренных якорных стоянок?» Вопросов много. Ответов нет.

Помнится, год назад (точнее, чуть меньше, через неделю или две после трагедии) Валентина Алексеевна рассказала автору этих строк в телефонном разговоре, в каких семьях погибших сколько осталось детей — двое, трое. «Кому они сейчас нужны? Как им жить дальше? — спрашивала она. — Нам сказали, что, мол, это не «Курск». С каких это пор подводников стали делить по сортам — высший, низший?! Когда я слышу слова: «Это не «Курск», все переворачивается в моей душе…»

Обращение

Не достучавшись тогда до флотского командования, друзья погибших моряков с «К-159» открыли сайт в Интернете, на котором размещены материалы об экипаже, о семьях, о самой подлодке. И вот что больше всего «цепляет» на этом сайте: берущее за душу обращение семей погибших членов экипажа. Думаю, комментарии к нему излишни. Оно, между прочим, до сих пор без ответа. Год прошел.

«Наши семьи до сих пор не могут оправиться от шока. Как могло случиться, что возле столицы Северного флота, с мощной береговой базой, тонет подводная лодка с экипажем на борту и ничего не предпринято для спасения людей?

Почему наши мужья, в неуправляемом корпусе, были подвергнуты изощренной пытке — холодом, темнотой, качкой, затоплением? Чем объяснить приказ о необходимости их нахождения там? Для обнаружения течи? И вот течь обнаружена, и что дальше? Боритесь за живучесть голыми руками и тоните!

На лодке из всех признаков цивилизации только атомный реактор, нет ни элементарных человеческих условий, ни надежной связи, ни средств спасения. В каком веке мы живем?

Сколько кораблей на флоте имеют такой же почтенный возраст? Ведь завтра их, возможно, тоже ждет такая же «утилизация».

Когда я слышу слова: «Это не Курск», все переворачивается в моей душе. Как военнослужащие, погибшие кто мгновенно, кто в мучениях, окончившие одни и те же училища, имеющие одинаковую продолжительность военной службы, могут иметь разную сортность?

Для нескольких поколений девяти наших семей жизнь остановилась. Каждый день в глазах детей, жен, родителей я вижу один вопрос: «Ради чего погибли наши молодые, здоровые родные, отдавшие флоту лучшие годы своей жизни, служившие вместе со своими семьями в тяжелых климатических условиях там, где приказала им Родина"…

Жена командира АПЛ «К-159» Валентина Алексеевна ЛАППА»

В распоряжении «Россiи» есть уникальные снимки, сделанные всего за несколько суток до гибели «К-159». Фоторепортер «Северной субботней газеты» из города Полярный случайно снял тогда ребят, будучи в короткой командировке в Гремихе. Через 48 часов после съемки почти все подводники погибнут вместе с кораблем. Вечная им память.

Северодвинск


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru