Русская линия
Русская мысль С. Букчин11.05.2002 

Не бывает двух правд
Поляки и евреи — только ли трагедия войны лежит в основе сложных отношений двух народов?

В мае 2000 г. издательство? Пограниче?, что в городке Сейны, выпустило книгу известного американского социолога и историка Яна Томаша Гросса? Соседи. История уничтожения еврейского местечка?. С помощью документов, свидетельских показаний автор рассказал, как 10 июля 1941 г. поляки, жители местечка Едвабне, расположенного между Ломжей и Белостоком, сожгли в овине 1600 своих еврейских соседей, в том числе женщин и детей.

Свидетельство Шмуля Васерштейна

В апреле 1945 г. житель Едвабне Шмуль Васерштейн дал показания Еврейской исторической комиссии в Белостоке.
В Едвабне, по его сообщению, до войны жили 1600 евреев. Немцы вошли в местечко вечером 23 июня 1941 года. А уже 25-го начались погромы, инициаторами которых стали местные жители. Васерштейн приводит имена конкретных людей (он называет их бандитами), врывавшихся в еврейские дома. Одних убивали камнями, других — ножами, выкалывали глаза, отрезали языки. Две молодые еврейки под хохот убийц утопили своих маленьких детей в пруду и сами утопились, чтобы только избежать мучений.
10 июля в местечко прибыли несколько гестаповцев. На совещании с представителями местного самоуправления они поинтересовались, как те собираются поступить с евреями. Ответ был простой: уничтожить. На предложение немцев оставить в живых хотя бы одну семью, в которой есть хорошие ремесленники, было заявлено, что в местечке достаточно своих специалистов-поляков. Было решено согнать всех евреев в овин на окраине и сжечь.
Вооруженные топорами, вилами, палками с набитыми гвоздями, поляки выгоняли евреев на улицу. Группе самых молодых и здоровых велели выкопать поставленный после прихода Красной армии памятник Ленину, под советские песни отнести его на еврейское кладбище и сбросить в ров, в котором всех их забили насмерть. Убийцы заставляли выкапывать ямы, бросать туда тела убитых ранее, а затем казнили тех, кто делал эту работу. Наконец выстроили колонну, во главе поставили 90-летнего раввина и под красным флагом погнали к овину. Чтобы заглушить крики истязаемых, играли на разных музыкальных инструментах.
Овин облили бензином и подожгли. Когда пожар утих, у обожженных трупов выбивали золотые зубы. Одновременно начался грабеж в опустевших еврейских домах.
Ломжинский процесс был проведен поспешно, скомкан. ?Еврейско-польский момент? был по сути из него исключен. За сотрудничество с оккупантами, за помощь им в убийствах граждан Польши один из обвиняемых был приговорен к смертной казни, один — к 15, четверо — к 12 годам тюрьмы, двое получили по десять лет, шестеро — по восемь, десять человек были оправданы.

Какой должна быть надпись на памятнике?

Кто сжег едвабненских евреев — немцы или поляки? Чья была инициатива? Надпись на памятном камне, совсем недавно еще стоявшем в Едвабне, гласила: ?Место уничтожения еврейского населения. Гестапо и гитлеровская жандармерия сожгли заживо 1600 человек 10 июля 1941 г.?. Камень убрали, увезли в Белостокский музей. Это уже отзвук кипящей в течение года после выхода книги Гросса полемики и подготовки к нелегкому юбилею — 60-летию трагедии в Едвабне. Будет новый памятник и новая надпись. Но какая? Если следовать выводам книги Гросса, то новый памятник должен ясно говорить: граждан Польши еврейской национальности убили их соседи-поляки только за то, что они были евреями. И еще, конечно, с целью грабежа…
Но высечь на памятнике такие слова — это значит расстаться с очень многим, с тем, что составляет важную часть национальной гордости поляков. Чехи, словаки, венгры, румыны, украинцы, французы (и не только они сотрудничали с нацистами), в ряде европейских стран действовали коллаборационистские правительства, проводившие расовую политику, соответствовавшую принципам нацизма. Поляки не были коллаборантами, в Лондоне действовало правительство в изгнании, жило по своим подпольным законам польское общество, боролась с оккупантами Армия Крайова. И вот теперь надо признать, что поляки — в одном ряду с убийцами из Освенцима и Майданека?

Поляки или все-таки немцы?

В полемике выделяются несколько линий. Первую можно было бы обозначить так: ?А всю ли правду мы знаем о Едвабне? Все ли источники исследовал, все ли необходимые материалы поднял Гросс? Быть может, все-таки немцы были инициаторами уничтожения евреев в Едвабне?
Защитники этой позиции говорят о свидетельских показаниях, согласно которым группа гестаповцев приезжала в день массового убийства в Едвабне, ссылаются на факт существования в местечке к тому времени пункта жандармерии. Подтверждают роль немцев, по их мнению, и схожие события в соседних с Едвабне Вонсоче и Радзилове. Нельзя не принимать во внимание, что Гиммлер, приехав в Белосток в июле 1941 г., распорядился как можно быстрее? решить еврейский вопрос?. А Гейдрих издал приказ, согласно которому к еврейским погромам следовало привлекать местное население, как это делалось в Литве и на Украине.
Недавно учрежденный Институт национальной памяти (ИПН), занимающийся трагическими страницами новейшей истории Польши, ведет расследование трагедии в Едвабне. Каким будет его заключение, можно предполагать хотя бы по тому, что заявил сотрудник ИПН Павел Махцевич в беседе с журналистом? Газеты выборчей?: ?По моему убеждению, немцы были инициаторами преступлений, зато исполнителями были поляки, и это не подлежит ни малейшему сомнению?.
Гросс, однако, настаивает на достаточной? самостоятельности? поляков. По его мнению, поляки часто проявляли инициативу без всякого понукания со стороны немцев. Об этом же свидетельствуют и вышедшая в 1980 г. в Израиле? Памятная книга евреев из Едвабне?, и документальный фильм Агнешки Арнольд? Где мой старший сын Каин? (показан по первой программе Польского телевидения в апреле 1999 г.), в котором говорят живые свидетели событий — поляки и евреи.

Расплата за радостную встречу Красной армии?

Вторая полемическая линия звучит следующим образом: ?Евреи сами виноваты. Когда осенью 1939 г. на земли восточной Польши вступила Красная армия, евреи встречали большевиков цветами и хлебом-солью. Евреи сразу стали сотрудничать с органами НКВД, участвовали в арестах поляков и их депортации в Сибирь и Казахстан. Евреи стали играть ведущую роль в органах местного управления. Они предали Польшу. Вот и поплатились, когда пришли немцы… Поляки не могли удержаться, помня о понесенных жертвах…?
Эту линию наиболее солидно представляет известный польский историк Томаш Стшембош, автор многих работ, посвященных деятельности подполья на территории северо-восточной Польши в период советской оккупации. В статье? Замолчанное коллаборантство? он пишет: ?Польское население, за исключением небольшой группы коммунистов в городах и еще меньшей на селе, восприняло агрессию СССР и создаваемую здесь советскую систему так же, как агрессию немецкую… В то же время еврейское население, преимущественно молодежь и беднота, приняло массовое участие в радостной встрече входившей армии и в утверждении новых порядков, в том числе с оружием в руках?.
Томашу Стшембошу возражают другие польские историки. Доктор наук Анджей Жбиковский с документами в руках доказывает, что в созданных осенью 1939 г. органах советской власти на Белосточчине евреев было очень мало — гораздо больше было поляков, украинцев, белорусов. Что касается радостной встречи Красной армии в 1939 г., то у части евреев с ее приходом, как и у поляков с приходом частей вермахта летом 1941 г., связывались свои надежды. В межвоенной Польше жизнь еврейского населения протекала в напряженной атмосфере антисемитских акций, нараставших с середины 30-х годов. И как поляки? купились? на то, что немцы несут им свободу от советского засилья, не понимая, что им самим уготована роль рабов Третьего рейха, так часть евреев? купилась? на советские лозунги интернационализма, социалистической справедливости и проч.
По словам публициста и культуролога Юзефа Левандовского, польские власти своей шовинистической политикой предвоенного периода делали все, чтобы склонить их к этому. Особо усердствовали в антисемитской пропаганде популярные в восточной Польше деятели Народно-демократической партии, ?эндеки?, крайние националисты социалистического толка, что сближало их с идеологами гитлеровской НСДАП.

Кое-что из истории польского антисемитизма

Так очертилась в полемике о Едвабне тема, которую нельзя было обойти, — ?исконного польского антисемитизма?, того образа Польши, который давно сложился на Западе и так оскорбляет поляков. В самой Польше признают укорененность антисемитских традиций — другое дело, кто и как оценивает ее истоки.
Гонимые отовсюду евреи пришли в Польшу более тысячи лет назад. Польские короли от Болеслава Благочестивого до Стефана Батория даровали им привилегии, способствуя их укоренению на польской земле, где евреи веками сохраняли свою религию, национальные традиции, развивали свою культуру.
Новой родине они платили благодарностью и защищали ее. Евреи принимали участие в восстании Костюшко, обороняли Варшаву во время карательной экспедиции Суворова в 1794 г., были среди повстанцев в 1830 и 1863−1864 гг. Тысячи евреев откликнулись на призыв Пилсудского и приняли участие в битве на Висле в 1920 г., во время которой наступавшая на столицу Красная армия потерпела поражение. Семьсот человек из Еврейской боевой организации, понимая обреченность варшавского гетто, в 1943 г. подняли восстание против многотысячного немецкого гарнизона и сражались более месяца. Три миллиона польских евреев погибли в годы войны. ?Еврейский вопрос? был решен в Польше — здесь их почти не осталось.
Вполне естественно, что Едвабне подвигло совестливую польскую публицистику на серьезный пересмотр истории польско-еврейских отношений. Профессор Варшавского университета Ханна Свида-Земба в поразительной по откровенности статье? Близорукость «культурных»? пишет: ?Трудно не связывать это преступление с довоенным польским антисемитизмом?. Углубляясь в проблему, она подчеркивает, что антисемитизм польской? темноты? питался сигналами, посылаемыми из культурной среды.
По мнению Свиды-Зембы, болезнь антисемитизма глубоко поразила польское общество. Часть поляков и сегодня помешана на выяснении, у кого вокруг них, особенно в политических, общественных, культурных верхах, есть еврейские корни. И даже жесты католической Церкви и отдельных органов власти, направленные на развитие польско-еврейского взаимопонимания и сотрудничества, подчас носят формальный характер, так как по-прежнему замалчиваются острые моменты польско-еврейской истории.

Только ли за себя следует отвечать?

Особый аспект полемики — вопрос о личной и коллективной ответственности. Публицист? Газеты выборчей? Яцек Жаковский выступил со статьей? У каждого соседа есть имя?: ?Нет ответственности за действия дедов и прадедов (а тем более нет права привлекать кого-то к такой ответственности), так как те, кто еще не родился, не могли их удержать. Нет и ответственности за современных нам соотечественников или не соотечественников, если мы не можем влиять на их действия. Ян Томаш Гросс отвечает за себя, а я — за себя. Ни один из нас не имеет права попрекать другого соотечественниками или предками?.
С Жаковским спорит Войцех Садурский, профессор Европейского университетского института во Флоренции. Он поднимает тему симметрии или, точнее, асимметрии национальной гордости и национальной вины. Если мы гордимся славными делами наших предков, то почему мы избегаем чувства вины за их позорные деяния? ?Нельзя довольствоваться похвалами предкам и одновременно быть глухими к критике их, повторяя: «Это меня не касается»?. Гросс не утверждает коллективной ответственности. Он, по словам Садурского, желает только одного: ?чтобы в совести и памяти каждого из нас жили не только гордость за славные деяния предков, но и чувство стыда за позорное наследие?.

Кто и у кого должен просить прощения?

Но если есть вина — нужно просить прощения… Проблема чрезвычайно болезненная для нынешнего польского общества. Мы должны у них просить прощения? Да разве неизвестно всему миру, что поляки рисковали своей жизнью, спасая евреев в годы войны? Разве не свидетельствует об этом треть тех восемнадцати тысяч деревьев, что посажены в Иерусалиме в честь? Праведных среди народов? Шесть тысяч деревьев — это шесть тысяч поляков, получивших медаль? Праведного? за спасение евреев. И разве, с другой стороны, не евреи служили в послевоенной сталинской Польше в органах госбезопасности, в том числе на самых высоких постах, и имели непосредственное отношение к репрессиям против польских патриотов, подпольщиков, солдат и офицеров Армии Крайовой? Пусть евреи просят у нас прощения!
Таких статей и читательских писем в польской прессе появляется немало. Но президент Польши Александр Квасьневский уже принял решение: 10 июля, в 60-ю годовщину трагедии, он приедет в Едвабне и попросит прощения от имени польского народа. Это заявление вызвало бурю. Пусть Квасьневский просит прощения от своего имени! Проведенный социологический опрос на тему, просить прощения или нет, показал, что 53% поляков — против, 34% - за, а 13% не знают, что ответить. Президент так комментировал эти результаты: ?Такие события, как в Едвабне, не оцениваются с помощью опросов. Это вопрос нашей ответственности, нашего нравственного самоощущения… И никакие рассуждения здесь ничего не изменят?.
Любопытно, что, не соглашаясь с президентом в вопросе о прощении, большинство поляков продолжают доверять ему больше, чем любому из нынешних политиков (77%, согласно последнему опросу).
Высказался на эту тему и премьер-министр Ежи Бузек: ?Если как народ мы гордимся теми поляками, которые с риском и даже ценой собственной жизни спасали евреев, то обязаны признать и вину тех, кто их убивал?.
Все ждали, какую позицию займет Церковь, что скажет примас Польши кардинал Глемп. Недавно было принято решение конференции епископата, и Юзеф Глемп объявил, что 27 мая в костеле Всех Святых на Гжибовской площади в Варшаве, там, где в годы войны был центр гетто, епископы? попросят прощения у Бога за преступления против евреев в Едвабне и других местах, за все зло, которое принесли польские граждане своим согражданам иудейского вероисповедания?. Кардинал ожидает также, что? еврейская сторона понимает и собственную греховность и потому решится попросить прощения у поляков за зло, причиненное им евреями, в том числе в коммунистические времена?.
На эти последние слова Глемпа отозвался раввин Варшавы и Лодзи Михаэль Шудрих, приглашенный на совместное богослужение с польскими епископами в костел Всех Святых: ?Поляки должны понять, что эти коммунисты были также предателями собственного народа, отрекшимися от нашей религии и национальных традиций. Эти люди не считали себя евреями, и мы их таковыми не считаем?.
Журналист Ян Турнау призвал следовать примеру Иоанна Павла II, попросившего прощения у евреев за все обиды, причиненные им католиками, без всяких оговорок.
Означает ли богослужение, состоявшееся 27 мая в Варшаве, что высшие католические иерархи Польши не приедут 10 июля в Едвабне, — неизвестно. Но то, что там будут президент, премьер, маршалы Сейма и Сената, депутаты парламента, многие политические и общественные деятели страны, — это несомненно.
Весной этого года книга Гросса вышла в переводе на многие языки. Резонанс огромный. Польша стоит на пороге вступления в Европейский союз, и в Европе хотят увидеть, что страна начала засыпать кровавый ров, разделяющий польский и еврейский народы. Ров, но не память о нем…
Варшава


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

Молодежные рюкзаки, слинг рюкзак.