Русская линия
Завтра15.04.2002 

К 70-летию Ильи Глазунова
Великий мистик ХХ века Бондаренко Владимир

Илья Глазунов — самый загадочный, самый мистический художник нашего столетия. Он — автор величайших мистерий в живописи. Иные горе-искусствоведы упрекают его в буквализме, в фотографическом подражании жизни, в салонности и примитивном киче. Но разве такая живопись пленила бы русский народ? В самых реалистических портретах своих современников он умудряется передать трагизм русской истории. Он даже не летописец, не хроникер своей эпохи, хотя и подобная роль была бы почетна для любого мастера кисти. Илья Сергеевич — русский мыслитель и прорицатель, мистически удерживающий русский дух в пространстве и времени. Уже пятьдесят лет он не дает забыть русскому народу, русскому человеку, кто он такой, этот народ и человек. Вот почему и рвутся на его выставки сотни тысяч людей во всех городах и весях, дабы ощутить в себе русскость. Во времена безбожия он прославлял Христа, во времена русофобии он прославлял русскость. Илья Глазунов на самом деле из тех, кто «и один в поле воин». Его били всю жизнь. Его пинали критики официального придворного искусства и критики подпольного авангарда. Его третировали власти всех оттенков, равно и былые и нынешние, но с ним уже ничего нельзя было сделать. Ибо его всю жизнь вели и охраняли мистические русские силы. Многие известнейшие лидеры русского искусства, русской литературы и осознали-то свою русскость только благодаря неутомимым стараниям Глазунова. Может быть, вся русская партия семидесятых годов вышла «из шинели» Глазунова. Он первым еще в советские времена стал требовать восстановления храма Христа Спасителя, первым выдвинул идею создания Общества охраны памятников, ставшего на долгие годы интеллектуальным центром русского национального движения. Увы, кое-кто об этом позабыл, кое-кто его предал, но и это неважно для художника. Ибо он всегда — впереди, всегда — в деле. Разве не подвиг — создание им из ничего русской Академии живописи, где обучаются сотни самых талантливых молодых художников со всех концов России? Кто еще в одиночку может создать новый институт, когда и старые-то вузы стараются закрыть или увести в сторону от русских традиций! Сколько раз по воле случая открывались параллельно выставки самых именитых мэтров новейших авангардных течений — и «жалкого копииста» Глазунова. Иногда даже в одном здании. У так называемых «новаторов» традиционная пустота в зале, а у Глазунова полно народа. Споры у картин, жаркие дискуссии, и даже не столько о живописи, сколько о судьбе России, о русской истории, о будущем человечества… Илья Глазунов своими картинами заставляет думать и действовать.
И кто поверит, что 10 июня Илье Сергеевичу исполняется уже семьдесят лет? По крайней мере, те десятки тысяч зрителей, которые совсем недавно посетили его выставки и в Москве и на родине художника в Санкт-Петербурге, поразились его новым грандиозным работам, видят в нем активнейшего деятеля и делателя живой истории.
Когда-то он ворвался в русское искусство, как метеор, сметая все преграды. Еще студентом добился персональной выставки. За что и был жесточайше наказан. Спустя десятилетия, года два назад, «инфант-террибль» русской живописи стал «инфаркт-терриблем"… Но уже через неделю после жесточайшего инфаркта он составлял новые проекты, вызывал к себе прямо в больничную палату десятки людей. Он не мог ни дня существовать впустую!
Великий труженик с великой энергией сопротивления, ярчайшая личность ХХ века, за десятилетия многомерной деятельности которого померкли многие пустые звезды. Ушли в небытие казавшиеся супердостижениями великие стройки, развалена мощнейшая держава, даже знаменитые ракеты, прозванные пугливыми американцами «Сатаной», уже на радость нашим врагам списаны в утиль… А Илья Глазунов — все так же сверкает звездой первой величины! И все так же своими полотнами, своей графикой, своими портретами утверждает величие России. Затевалась когда-то антирусская «оттепель», а Глазунов писал портреты русских людей и иллюстрировал своего кумира Достоевского. Сняли Хрущева и поставили Брежнева, а Глазунов создавал цикл исторических полотен. Строили КамАЗ и БАМ, воевали во Вьетнаме и Афганистане, ветшали власти, наверх пробивались новые разрушители Руси — и все эти годы, как скала, как монолит русского духа, стоял на пути разрушителей великий художник со своими картинами, любимый своим народом.
Только большая эпоха могла сотворить такую глыбу. Парадоксально, но, будучи монархистом, православный мастер самим своим существованием доказывает многомерность, объемность породившей его советской жизни. Кстати, породившей и Георгия Свиридова, Сергея Бондарчука, Юрия Бондарева, Игоря Шафаревича и многих других… Большая эпоха рождает крупные личности. В пустоте, в безверии, в фальшивой одномерности ничего стоящего не появляется. В героическое время рождаются новые герои, поворачивающие эпоху к своим истинным, изначальным национальным корням. Так было и так будет.
Я знаю Илью Сергеевича уже лет двадцать, много раз бывал в его мастерской, приводил к нему молодых писателей, историков, не раз писал о нем для газет и журналов. И всегда поражался его ненасытности жизнью, его искрящейся энергетике. Таким он остается и в семьдесят лет. В нынешнее трагичнейшее десятилетие русской истории Илья Сергеевич всегда был верным другом газет «День» и «Завтра». В чем-то он мог с нами и не соглашаться, но в служении России, в формировании державного духа он был и есть наш «заединщик».
Счастья тебе, дорогой юбиляр, новых полотен, новых замечательных книг, новых учеников. Уверен, мы будем всегда вместе, до конца — за Россию, за русский народ!


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru