Русская линия
Русская мысль10.04.2002 

Беатификация в Ватикане
Прославлены в лике блаженных два Папы — очень разных

Телефонный звонок из Рима собрал меня в дорогу буквально за несколько часов. Итальянское телевидение приглашало принять участие в прямой передаче из городка Сотто-иль-Монте в предгорьях Альп, где почти 120 лет назад, в 1881 г., родился Анджело Джузеппе Ронкалли, будущий римский первосвященник Иоанн XXIII, человек, открывший новую эпоху в истории христианства. Сотни жителей Сотто-иль-Монте горячо реагировали на все, что говорилось об их знаменитом земляке, и рассказывали перед телекамерами о том, что родина «доброго Папы», как здесь неизменно именуют Иоанна XXIII, стала местом паломничества тысяч его почитателей не только из Италии, но со всего мира.
Я давно знал о решении Иоанна Павла II беатифицировать (причислить к лику блаженных) Иоанна XXIII и был очень рад, когда получил из государственного секретариата Ватикана приглашение присутствовать на торжественной церемонии беатификации, которая состоялась в воскресенье 3 сентября в Риме на площади перед храмом Св. Петра. Сорок лет назад мне довелось в качестве корреспондента ТАСС освещать деятельность Иоанна XXIII, присутствовать на созванном им II Ватиканском соборе, перевести на русский язык и опубликовать в одном из московских еженедельников подлинное политическое завещание Папы — энциклику «Мир на земле».
Находясь в Сотто-иль-Монте, я узнал, что одновременно с «добрым Папой» к лику блаженных (у католиков он приблизительно соответствует православному чину местночтимых святых и является ступенькой к канонизации в лике святых для общецерковного прославления) будут причислены еще четыре церковных деятеля, и в том числе Пий IX, занимавший папский престол в 1846—1878 гг.
Решение Святейшего Престола провести беатификацию Иоанна XXIII вызвало единодушно одобрительную реакцию во всем мире. За несколько лет пребывания на папском престоле (с ноября 1958 по июнь 1963 г) он сумел осуществить крутой поворот в жизни Ватикана и Римско-Католической Церкви. Отказавшись от многовековой традиции анафем и отлучений, «добрый Папа» неожиданно для всех, в том числе для членов своей Церкви, заговорил с инаковерующими и неверующими на языке христианской любви и сумел завязать казавшийся ранее невозможным диалог со всем внешним миром.
Пий IX («последний Папа-король», как называют его католики) долго воевал с итальянцами, и открытый им собор так и остался незавершенным: войска Гарибальди, взяв штурмом Рим, положили конец существованию Папского государства, некогда занимавшего значительную часть Италии. Светская власть Пап была восстановлена в 1929 г. на территории государства Ватикан внутри городской черты итальянской столицы.
Прежде чем разойтись, однако, участники I Ватиканского собора успели провозгласить догмат о непогрешимости (безошибочности) Папы, который еще больше углубил накопившиеся за несколько столетий разногласия между католиками, православными и протестантами. Несколькими годами раньше этот же Папа издал «Перечень главнейших заблуждений нашего времени» («Силлабус»), который, наряду с различными философскими и политическими учениями, осуждал и свободу совести.

Папа мира и диалога

Площадь Св. Петра заполнилась народом задолго до начала церемонии. По данным газет, на площади и прилегающих к ней улицах собралось 80−100 тысяч человек. Глядя на освещенный ярким римским солнцем Апостолический дворец, здание которого возвышается над колоннадой Бернини, обнимающей площадь с двух сторон, я вспомнил о том, как сразу же после открытия II Ватиканского собора Иоанн XXIII пригласил в расположенную там Сикстинскую капеллу членов зарубежных делегаций, чтобы привлечь их внимание к самой жгучей проблеме, волнующей все народы, людей разных взглядов и разных религиозных убеждений:
«Перед нами, в этой Сикстинской капелле, шедевр Микеланджело, его грандиозное творение „Страшный суд“, вся глубина серьезности которого заставляет задуматься. Да, мы должны будем отдать отчет Господу, мы и все главы правительств, несущие ответственность за судьбы народов. Пусть же не забывают об этом все, кто должен будет в свое время отчитаться за свои действия перед Творцом, Который будет и их верховным Судией. Пусть же осенит их сознание, пусть прислушаются к возгласу беспокойства, который поднимается к небу со всех краев земли как от отдельных людей, так и от целых человеческих сообществ: мира, мира!»
Прошло всего несколько дней, и вспыхнувший в западном полушарии кризис, который был вызван установкой советских ракет на Кубе, вновь заставил Папу предпринять миротворческую акцию для поиска решений, способных спасти мир от ракетно-ядерного конфликта. Призыв Папы был передан одновременно в Москву и Вашингтон и возымел действие.
Выходец из простой крестьянской семьи и, как видно из опубликованных теперь архивных документов, выдающийся богослов, он давно начал задумываться о том, как уврачевать самый тяжкий грех христиан — их разделения, порожденные взаимной нетерпимостью. Бывший личный секретарь Папы архиепископ Лорис Каповилла познакомил меня с письмом Анджело Джузеппе Ронкалли, написанным в 1926 г. (будущий Папа находился тогда на церковно-дипломатической службе в Болгарии). Отвечая на просьбу одного православного верующего содействовать поступлению на учебу в одно из католических учебных заведений, он объяснял ему, что делать это нет необходимости:
«Католики и православные — не враги, а братья. У нас одна вера, те же самые таинства, прежде всего евхаристия. Нас разделяют некоторые недоразумения в вопросах Божественного строительства Церкви Господа нашего Иисуса Христа. Но те, кто оказался у истоков этих недоразумений, умерли много веков тому назад. Так отодвинем же в сторону старые споры и займемся, каждый в своей среде, работой, с тем чтобы внушить нашим братьям чувство доброты, подавая им собственный добрый пример».
Работая «в своей среде», Иоанн XXIII совершил подлинное чудо. Ибо его идеи завоевали умы не только простых верующих, но и большинства епископов, которые продолжили начатое им дело под руководством Павла VI. II Ватиканский собор состоялся чуть менее века спустя после предыдущего, но, казалось, их разделяет целое тысячелетие. Западная церковь, не отказываясь от примата Папы, сделала акцент на своей кафоличности (в русском переводе — соборности), повысила роль епископов как носителей апостольского преемства. Собор утвердил документ, в котором православные христиане впервые назывались не еретиками, а братьями, а их Церковь — Церковью-сестрой. За рукоположенными православными клириками было признано «действительное священство». Участники собора заявили, что, несмотря на «весьма значительные разногласия» католиков (как и православных) c протестантами, диалог с ними также возможен и необходим.
Коренным образом изменилось и отношение к нехристианским религиям. Была указана необходимость обращать внимание прежде всего на то, что объединяет людей и ведет их к совместному общению. Католическая Церковь заявила, что не отвергает ничего, что истинно и свято в других религиях, и сожалеет «о ненависти, о гонениях и обо всех проявлениях антисемитизма, которые когда бы то ни было и кем бы то ни было направлялись против иудеев». Наконец, собор признал право выбора религии за каждым конкретным человеком, указав, что гражданская власть должна следить за тем, чтобы юридическое равенство граждан никогда не нарушалось на религиозных основаниях — ни открыто, ни тайно — и чтобы никто из граждан не подвергался дискриминации. Человек, созданный Господом по Своему образу и подобию, был провозглашен «началом, предметом и целью всех социальных учреждений».
Все эти документы были приняты уже при Павле VI, после смерти Иоанна XXIII, но они прямо вытекают из его учения, выраженного в энцикликах и других документах, стали неотъемлемой составной частью социальной доктрины Римско-католической церкви.
Нынешний папа Иоанн Павел II, следуя по пути своих предшественников, чьи имена он объединил в своем собственном, принес покаяние за ошибки и преступления, совершенные католиками в прошлом. Ровно год назад он заявил: «Признание первородного греха побуждает Церковь просить прощения за „историческую“ вину своих сыновей. Прекрасным поводом для этого является великий юбилей 2000 года, когда, следуя урокам II Ватиканского собора, мы намереваемся открыть новую страницу истории, чтобы снять препятствия на пути к преодолению того, что разделяет людей и, в частности, христиан. (…)
Церковь не боится исторической правды. Она готова признать ошибки, особенно когда речь идет об уважении человеческой личности и человеческих обществ… В тех случаях, когда вина ее членов установлена серьезными историческими исследованиями, Церковь считает своим долгом признать эту вину и попросить прощения у Господа и у наших братьев… Я думаю прежде всего о болезненной реальности раскола христиан. Разделения прошлого, вина за которые, конечно же, лежит на обеих сторонах, остаются скандалом перед лицом всего мира.
Второй акт покаяния касается нетерпимости и даже насилия, прикрывавшихся мотивами служения истине. Хотя многие прибегали к этим методам как бы из самых лучших побуждений, мы ни в коем случае не можем признать соответствующим Евангелию путь навязывания истины силой.
Покаяние распространяется и на молчание по слабости или неправильной оценке, как и на проявления нерешительности или просто неподобающее поведение. В этом, как и в других случаях, ссылки на смягчающие обстоятельства не освобождают Церковь от обязанности выразить самое глубокое сожаление в связи с тем, что так много ее сынов исказили ее образ».

Папа «Силлабуса» и анафем

В отличие от всего, что связано с деятельностью Иоанна XXIII, беатификация Пия IX (в миру — Джованни Мария Мастаи-Ферретти), как и следовало ожидать, вызвала далеко не однозначную реакцию, в том числе и среди католиков. Это проявилось даже в поведении массы верующих, собравшихся на площади Св. Петра. В то время как упоминания имени Иоанна XXIII часто вызывало продолжительные аплодисменты, на долю Пия IX в основном доставалось вежливое молчание.
Наиболее категорично высказалась по поводу прославления Папы Пия, а следовательно, и его богословия редакционная коллегия международного католического журнала «Консилиум». Авторы заявления, 19 известных богословов из 10 стран, задают вопрос: «Как можно в один и тот же год приносить покаяние и прославлять одного из тех, на ком лежит ответственность за действия, потребовавшие этого покаяния?».
Официоз Ватикана газета «Оссерваторе романо» поместила в конце августа большую статью в поддержку намерения Святейшего Престола, но была вынуждена начать этот материал с сообщения о «крике протеста против беатификации Пия IX», прозвучавшем на заседании Общества католических церковных историков в Иннсбруке 13 июня нынешнего года. Отвергая позицию членов общества, газета не соглашается также с той оценкой, которую дал Пию IX ученый Джакомо Мартина, «известнейший автор трех объемистых томов», посвященных этому Папе, и «один из крупнейших исследователей эпохи Пия» (по признанию самой газеты).
Статья в «Оссерваторе романо» завершается комментарием по поводу знаменитого высказывания Папы: «Традиция — это я». «Чтобы не допустить ошибки, — пишет автор комментария, — следует вернуться в прошлое, попытаться проникнуть в душу Пия IX, в доведенное почти до отчаяния самосознание Папы, человека, который понимает свою ответственность как преемник Петра, в его роль публичного деятеля, вокруг которого объединяется Церковь… Лишь в свете этого ярко выраженного самосознания можно понять богословски оправданную, хотя и провоцирующую формулу, каковой является выражение: „Традиция — это я“».
Это объяснение явно не удовлетворило ту весьма значительную часть итальянской общественности, в том числе католической, которая помнит, что история объединенной Италии начинается только с того момента, когда гарибальдийцы вместе с войсками короля одержали победу в длительной войне с «последним Папой-королем» и защищавшими его иностранцами. Ветеран итальянской политической публицистики Индро Монтанелли заявил на страницах газеты «Коррьере делла сера», что многие увидят в беатификации Пия IX вызов национальному единству Италии, противником которого был этот Папа. В печати отмечалось, что по его указанию выносились (и приводились в исполнение) смертные приговоры по политическим мотивам.
Много писалось и об эпизоде с еврейским мальчиком Эдгардо Мортарой, который в шестилетнем возрасте был тайно крещен служанкой (!) его родителей, а после того как случившееся стало достоянием гласности, был задержан жандармами и передан Папе. Воспоминание об этом эпизоде послужило поводом для целой серии заявлений еврейских организаций не только в Италии, но и за рубежом, в том числе в США и Израиле. По словам председателя Союза еврейских общин Италии Амоса Луццатто, выступавшего в день беатификации во флорентийской синагоге, прославление Пия IX «создаст трудности в иудео-христианском диалогку, Папа Иоанн Павел II в своем выступлении на беатификации сказал, что Пия IX «очень любили, но и ненавидели, возводя на него клевету». Беатифицируя одного из своих сыновей, добавил Папа, Церковь прославляет не его конкретный исторический выбор, а добродетели. Что касается Иоанна XXIII, то он, по убеждению нынешнего Понтифика, «поразил мир своей приветливостью, в которой отражалась вся доброта его души». При этом «принесенное им дуновение нового ветра касалось, конечно же, не церковной доктрины, а способа ее выражения. Новым был стиль выступлений и действий, новым — заряд симпатии, с которой он общался как с простыми людьми, так и с сильными мира сего».
Рим — Москва


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru