Русская линия
Православие.RuИеромонах Иоанн (Лудищев)13.11.2009 

Игумен Петр (Котляревский) — настоятель Сретенского монастыря в 1738—1742 годы

Игумен Петр (в миру Прокопий Котляревский), «Полтавского уезда городка Великих Будыш козацкий сын», родился в 1687 году. В монашество Прокопий пострижен в Рыхловском монастыре Черниговской епархии в 1710 году при игумене Дионисии (Добромильском) и нес там писарское послушание. Через два года он был посвящен в Чернигове митрополитом Сербским Нектарием в иеромонаха. Затем пришел в Москву в Богоявленский монастырь, но через два года вернулся обратно в Рыхловский монастырь, где прожил около двух месяцев. Из малороссийских монастырей набирали в то время монахов в Петербург в Александро-Невский монастырь. Иеромонах Петр (Котляревский), избегая этого, ушел в Иерусалим, но добраться до Святой Земли не смог из-за войны с Турцией. Много путешествовал по венгерским, итальянским, испанским, польским землям и вернулся в московский Богоявленский монастырь, откуда в 1718 году был направлен в Александро-Невский монастырь[1].

12 января 1722 года иеромонах Петр (Котляревский) вместе с иеромонахом Герасимом пытались бежать в белороссийские монастыри. На наемных подводах из Московской ямской слободы они проследовали через Псков, направляясь к Невелю, за рубеж. В погоню за ними был послан подьячий Макар Назаров, который поймал их во Вдов-городе и 19 января вернул беглецов в Невский монастырь. По приказанию архиепископа Феодосия они были закованы в глухие кандалы и определены к «пилованью» дров. Назначен был каждому урок — по полсажени на день, как и всем обычным рабочим. Кормить их определено было после братии, от избытков братских, и содержать под крепким караулом в казенной келье[2].

Перед Пасхой 1722 года, 15 марта, не получая освобождения, иеромонах Петр (Котляревский) писал архиепископу Феодосию: «Приближающуся торжеству всемирному о избавлении рода человеческого, аз окаянный, что сотворю, окован сущий нищетою и железом? Да сподоблюся, по крайнейшему благоутробию Вашему, свободен бытии от уз и работы». Освобождение было дано 18 апреля, со взятием письменного обязательства впредь подобного не совершать[3].

В документах Синода 1725 года в ведомости о духовенстве Александро-Невского монастыря указывается, что иеромонах Петр (Котляревский) несет клиросное послушание (тенор), и ему было в то время 40 лет[4].

В 1728 году он сопровождал тело усопшей цесаревны Анны Петровны, герцогини Голштейн-Готторпской, при перевезении его из Александро-Невского монастыря в Петропавловский собор[5].

В 1727 году иеромонах Петр (Котляревский) просится во флот. Он участвовал в морских кампаниях 1729 года[6] и вместе с иеромонахом Серафимом (бывшим насельником Сретенского монастыря) — в морских кампаниях 1733−1734 годов[7].

В документах Святейшего Синода за 19 июня 1738 года говорится, что Сретенский монастырь в Москве находится без настоятеля, и, чтобы не последовало каких «непорядков и монастырскому иждивению расхищения и чрезвычайных расходов», велено было, согласно ходатайству братии монастыря, произвести по церковному чиноположению иеромонаха Александро-Невского монастыря Петра (Котляревского) игуменом в Сретенский монастырь[8].

Иеромонах Петр был представлен синодальному члену Вологодскому епископу Амвросию, которому поручено было произвести его в игумены и привести к присяге, чтобы в монастыре имел жительство благочестное, чистое и трезвенное. Братию, служителей содержал согласно церковным канонам, духовному регламенту и ее императорского величества указам, а противных и подозрительных духовному чину поступков и действий никаких не совершал. Монастыри, церкви, церковные, монастырские и казенные вещи по прежним описным книгам освидетельствовал при «знатной» монастырской братии и учинил «тому всему вновь описные две книги, и что сверх прежнего явится прибылого или убыли, о том в новых описных книгах написать каждую вещь подлинно, а об убыли известить московскую синодального правления канцелярию».

По силе высочайших указов 28 января 1723 года и 10 июня 1734 года, было велено в монахи и монахини никого, кроме объявленных в тех указах чинов, отнюдь не постригать. По определениям Святейшего Синода от 1 ноября 1725 года, 31 августа 1732 года, 11 марта 1735 года, пришлых бродячих чернецов, бывших под наказанием, в духовном регламенте в § 51 указанных, в монастырь не принимать. Из монастыря монахов для моления по разным монастырям и церквям и ради свидания со «сродники и свойственниками и ни для чего иного (кроме самых правильных, благословных вин) отнюдь не отпускать, и о том обо всем взять подписки».

По приведении к присяге и взятии подписки игумену Петру была дана ставленническая от Святейшего Синода грамота и паспорт, и о назначении извещены указами дикастерия и московская синодальная канцелярия[9].

В октябре 1738 года игумену Сретенского монастыря Петру (Котляревскому) было разрешено Святейшим Синодом, «когда он возымеет охоту, предиковать (проповедывать) в Успенском соборе, монастырских и приходских церквях[10].

В делах 1739 года сохранилась ведомость о количестве престолов и духовенстве в монастырях: в Сретенском монастыре значилось четыре престола, три иеромонаха, а иеродиаконов, как указано, нет[11].

11 марта 1739 года в 7 часов утра в соборную летнюю церковь Сретенского монастыря ворвались воры. Неизвестно, каким образом они проникли в собор (так как двери и окна оказались неповрежденными). Они сняли драгоценные украшения с трех образов Владимирской Божией Матери: с одного — цату[12] «жемчужную с запаны и мелким каменьем»; с другого — убрус с ожерельем, низанным мелким жемчугом, с третьего — такое же (то есть низанное мелким жемчугом)[13].

И.Ф. Токмаков в «Кратком историческом очерке московского Сретенского монастыря» писал, что игумен Петр 14 марта 1739 года обращался в канцелярию синодального правления с просьбою о назначении караула для охранения богатой ризницы обители, а также и храмов. Из донесения игумена видно, что в то время в обители было три человека. 6 июня того же года определены были два отставных солдата для охранения ризницы и прочих драгоценностей обители[14].

В июне 1740 году по указу ее императорского величества и определению московской синодальной канцелярии игумен Петр (Котляревский) и копиист московской консистории Василий Ширяев описывали ризницу Сретенского монастыря, сравнивая с описью, составленной ранее архимандритом Златоустова монастыря Лаврентием. «По свидетельству с тою описью явилось верно, кроме похищенного после той описи воровскими людьми, о котором похищении имеется в духовной дикастерии доношение и при нем осмотр, а деньги, которые показаны архимандритом Лаврентием в описи, данные по смерти синодального дворцового приказа секретаря Ивана Черного на перелитие в Сретенском монастыре большого колокола, 50 рублей, сборные церковные 25 рублей после большого пожара употреблены на монастырское строение, а братские, взятые с монастырской земли, 20 рублей разделены по братии, а что сверх той описи вновь прибыло, дан при сем доношении реестр"[15].

Игумен Петр (Котляревский) писал в реестре, что приобрел «пять запанок, больших, круглых, с разными камушками», из которых на похищенное место к местному образу Владимирской Богоматери приложил в низанное ожерелье три запонки, четвертую положил в ризницу, пятую оставил у себя.

«При образе Марии Египетской серьги серебряные с изумрудами и жемчужками; оставшегося от низания ожерелья вкладного крупного жемчугу 18 зерен, который дан вдовою княгинею Дарьей Голицыной. Оставшегося мелкого жемчуга, данного от госпожи Агриппины Потаповой Головиной, 57 зерен; три камня изумрудных, пять зерен (украшений) даны от вдовы Анны Михайловны Долгоруковой».

Указаны в реестре разные церковные ткани и богослужебное облачение (епитрахили, поручи, стихари, воздухи, ризы). Среди пожертвователей указаны «князь Александр Никитич Прозоровский, вдова Настасья Акиндиева"[16].

По документам 1740 года, монастырских вотчин, дворов в Сретенской обители не имеется[17].

В книге «Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви» П. Строева указывается, что игумен Петр (Котляревский) был настоятелем Сретенского монастыря до 1742 года[18].



[1] Рункевич С.Г. Александро-Невская лавра. 1713−1913. СПб., 1913. С. 170−171.
[2] Там же. С. 288.
[3] Там же. С. 290.
[4] Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. 5: 1725 г. СПб., 1897. С. LXV. Приложение 6.
[5] Рункевич С.Г. Александро-Невская лавра. 1713−1913. С. 450.
[6] Там же. С. 458.
[7] Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. 14: 1734 г. СПб., 1910. С. 120. Дело N 100.
[8] Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. 18: 1738 г. СПб., 1915. С. 434−435. Дело N 304.
[9] Там же.
[10] Там же. С. 682. Дело N 475.
[11] Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. 19: 1739 г. СПб., 1913. С. 308. Дело N 185.
[12] Цата — драгоценная подвеска, которая вешается под ликом на иконе.
[13] Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. 19: 1739 г. С. 383−384. Дело N 257.
[14] Токмаков И.Ф. Краткий исторический очерк московского Сретенского монастыря. М., 1885. С. 13.
[15] Центральный исторический архив Москвы. Ф. 203. Оп. 234. Д. 2. С. 1.
[16] Там же. С. 2−3.
[17] Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. 20: 1740 г. СПб., 1908. С. 570. Дело N 563.
[18] Строев П. Списки иерархов и настоятелей монастырей Российской Церкви. М., 2007. С. 211.

http://www.pravoslavie.ru/sm/32 670.htm

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru