Русская линия
Православие.Ru Александр Чучалин10.11.2009 

«Надо подражать нашим великим врачам, таким как врач-святитель Лука (Войно-Ясенецкий)»
Беседа с академиком РАМН А. Г. Чучалиным

Сегодня все чаще верующие предпочитают лечиться у православных врачей. Для многих это становится своего рода страховкой от некачественной медицины, чем, к сожалению, нередко «грешит» отечественное здравоохранение. Академик РАМН, директор НИИ пульмонологии, главный пульмонолог и терапевт России, трижды лауреат премии Правительства РФ в области науки, в 2006 году награжденный орденом «За заслуги перед Отечеством», доктор медицинских наук, профессор Александр Григорьевич Чучалин — православный врач, для которого служение больному является смыслом работы. И неудивительно, что именно он стал идейным вдохновителем и создателем Общества православных врачей России. О том, что значит быть православным врачом, о главных проблемах российского здравоохранения и болезнях нынешнего века наша беседа с Александром Григорьевичем.

Академик РАМН, директор НИИ пульмонологии, доктор медицинских наук, профессор Александр Григорьевич Чучалин
Академик РАМН, директор НИИ пульмонологии, доктор медицинских наук, профессор Александр Григорьевич Чучалин
— Александр Григорьевич, вы являетесь идейным вдохновителем и создателем Общества православных врачей России. Какую роль оно играет сегодня?

— Недавно в Воронеже состоялся II съезд Общества православных врачей России. Я считаю, что он прошел на очень высоком уровне и стал следующим шагом в единении Русской Православной Церкви и нашего движения. И это мое утверждение основывается не только на симпатиях, которые возникают при общении с людьми. Для единения есть объективные причины.

Российское общество переживает сегодня сложный кризис в этике, деонтологии[1] и морали. Больной человек в такой ситуации особенно уязвим, потому что он испытывает страдания не только от своих соматических болезней. Он переживает и по поводу экономических условий, низкого уровня социальной защиты, страдает от негативного воздействия целого ряда других взаимосвязанных процессов. Страдает и от равнодушия врачей в том числе. А есть определенные болезни, наиболее тяжелые, такие как онкология, ряд хронических заболеваний, при которых человеку особенно тяжко, и он нуждается в сочувственной поддержке. И современное общество нуждается в опоре, которая поможет ему выйти из кризисной ситуации. Мы, наше движение православных врачей России, отзываемся на эту боль, которая пришла в общество, и пытаемся найти современное решение того, как выйти из этого кризиса.

А тут особенно мудрить и ничего придумывать не надо, потому что все крутится вокруг ядра, которое заложено в христианстве. Это должное отношение к человеку, любовь к нему. Ни в коем случае нельзя человека рассматривать как товар и как источник наживы, а нужно служить ему. Это все было у нас раньше, причем как раз тогда, когда Россия была капиталистической, — в XIX веке. И врачи, когда принимали присягу, произносили слова: «Служить больному человеку». От этого ни в коем случае нельзя уходить. Необходимо сохранять этот высокий уровень отношения к больному человеку.

Во-вторых, в объединении Церкви и врачей заложен огромный потенциал влияния на общество и человека в плане здоровья. Я представляю, как на приходах в своих проповедях священнослужители целенаправленно будут касаться темы здоровья. Пришедшие в храм очень внимательно слушают священника и чутко относятся к самым простым вещам, сказанным им. А ведь именно в этих простых вещах, а не в каких-то заоблачных материях человек нуждается сегодня. То есть храм — это то место, где говорят о простых человеческих темах: семья, образование, ориентация в жизни, вредные привычки — и еще о массе проблем, с которыми сталкиваются люди. Это большая возможность через Церковь влиять на оздоровление общества. И важно, чтобы это не носило стихийного характера, а существовало как определенный процесс. Общество православных врачей может участвовать в этой работе и занимается этим. Воронежский съезд как раз и показал, что мы не зря теряем время, а, собираясь и общаясь, врачи и священники помогают обществу в его оздоровлении.

— Почему общество названо в честь врача-святителя Луки (Войно-Ясенецкого)?

— Это было сильное и правильное решение. Оно уже сегодня оказывает влияние на наше общество, и, я думаю, дальше это влияние будет еще больше.

Святитель Лука дважды находился в ссылке в Красноярском крае, там он закончил свою известную книгу «Очерки гнойной хирургии». Разве не потрясающая вещь, что, находясь в ссылке, человек активно работал над главным трудом своей жизни? Сталин лично вручал ему премию за эту книгу. Мне посчастливилось посетить недавно несколько мест, связанных со святителем Лукой. Я был в Красноярске, где на старом кладбище святитель открыл церковь, в которой служил. Ему приходилось ходить почти за семь километров к ней. Туда собиралось много людей. Там, в Красноярске, он сделал очень много операций по поводу трахомы, там произошло чудесное исцеление одного прихожанина, который потерял зрение. Во время войны он был главным хирургом эвакуационного госпиталя Красноярска. Здание, где располагался этот госпиталь, тоже сохранилось. Более того, нынешний Красноярский медицинский университет носит имя Войно-Ясенецкого — это большое дело, если учесть, что вузам редко разрешают присваивать чьи-то имена. В главном корпусе, при входе, есть выставка о жизни и работе врача-святителя. И те, кто посвящаются в студенты, и получившие высшее медицинское образование приходят в университет и выходят из его стен с именем святого. Это дорогого стоит. Там же установлен очень хороший памятник святителю Луке. Он запечатлен сидящим в рясе. Копия памятника стоит в кабинете ректора университета Иван Павловича Артюхова, там же есть собрание литературы о святом.

Вместе с ректором мы посетили Енисейск — это 320 километров на север от Красноярска. В этом городе, который исторически древнее областного центра, сохранился дом, где жил святитель Лука, сохранилась больница, где он оперировал, и есть открытый им храм. За открытие этого храма и проводимые в нем богослужения владыка был сослан в Туруханский край — это еще дальше на север.

У нас есть большой моральный долг перед нашей историей; и мне хочется, чтобы наше общество врачей это понимало, чтобы имело перед собой пример такого выдающегося человека нашей современности, каким был святитель Лука. Я думаю, что когда будет создаваться Ассоциация врачей России, там должно звучать имя святого как выдающегося русского врача.

— В решении каких проблем российского здравоохранения Общество православных врачей может сегодня помочь?

— Прежде всего, этика, деонтология и мораль. Материально мы ничем помочь не можем. И это не наша задача. А укрепить устои нашего здравоохранения с позиций морали мы в состоянии.

Среди сегодняшних священников очень много врачей, есть даже профессора медицины. Эти люди стоят у истоков движения, начало которому мы положили в Воронеже. Это будет движение молодых лекторов, которые будут преподавать среди молодежи. Равные равным, они будут читать лекции по таким актуальным темам, как вред наркотиков и алкоголя, рассказывать о правильном образе жизни. Что-то подобное уже есть в Нижнем Новгороде. Такие примеры заражают энтузиазмом. Сейчас я озабочен тем, чтобы консолидировать наши силы по проведению такой общероссийской школы молодых лекторов под эгидой Русской Православной Церкви. Я хочу, чтобы наш следующий съезд был молодежным съездом, чтобы провести среди молодых делегатов соответствующие встречи и семинары, после которых они бы пошли в молодежную среду нести знания о здоровом образе жизни.

— Какой пример может показывать православный врач?

— Православный врач служит больному человеку, не зарабатывая на нем. Он в любое время дня и ночи готов человеку помочь.

— То есть для православного врача важно в первую очередь быть служителем больному, а уже потом являться экспертом по болезням?

— Да, именно служение больному во всех проявлениях стоит на первом месте. По этому поводу хорошо высказался однажды философ И.А. Ильин, отметивший, что московский врач был более заботливым и внимательным, хотя имеющиеся у него техника и оборудование не соответствовали тем, что были у врачей в Швейцарии. Душевный врач, душевное отношение к больному — вот это является определяющим.

— Почему, с вашей точки зрения, человек сегодня стал больше верить в достижения современной медицины, чем в Бога?

— Это утверждение неправильное. Сегодня у человека доминирует состояние депрессии и тревоги. Такое состояние характеризуется потерей веры как в Божественное начало, так и в технологический прогресс. По нашим данным, более 35 процентов населения России находятся в той или иной степени в тревожно-депрессивном состоянии. А это потеря ощущения здоровья, потеря ощущения социальных связей, потеря эмоциональных связей.

— В советское время отношения между больным и врачом с православной точки зрения были правильными, основывались на доверии. Как получилось, что эти отношения сегодня разрушены?

— В первую очередь из-за того, что медицину превратили в экономическую формацию, стали навязывать ситуацию, когда медицина и здравоохранение стали объектом наживы. Это произошло сразу, как только начали вдалбливать врачам, что они могут зарабатывать много, что пусть за себя платят сами больные, потому что государство не хочет этого делать. Как только между больным и врачом встали деньги, тут же начали рушиться доверительные отношения.

— И получилось, что вместо нехватки денег наступил дефицит отношений?

— Получился парадокс: и денег по-прежнему нет, и отношений.

— Это единственное, чего не хватает современному здравоохранению?

— Давайте начнем издалека. Россия сегодня является страной депопуляционной. В цифрах это выглядит так: ежегодно в нашей стране умирает 2 млн. 300 тыс. человек. (Правда, сейчас наметились некоторые позитивные сдвиги в связи с тем, что стали больше рожать.) Сколько из этих людей умерли преждевременной смертью? Более одного миллиона! Для сравнения: в США, где население в два раза больше, чем у нас, в год умирает полтора миллиона человек. Если бы в России ежегодно умирало всего лишь миллион человек, у нас мгновенно прекратилась бы депопуляция. Как сделать Россию страной, в которой бы исчезла сверхсмертность? Ведь, кроме депопуляции, у нас стоит и эта проблема. Об этом свидетельствуют сверхнизкая продолжительность жизни у мужчин, сохраняющаяся низкая продолжительность жизни у женщин, худшие показатели, по сравнению с Западом, по выживаемости детей. Все это находится в критическом состоянии. За счет чего мы можем выйти из этой ситуации?

Взять, например, патронаж беременных женщин. Хорошая инициатива. Но получилось, что женщины, которые находятся в лагерях, и наркоманки рожают, а те, на кого этот проект был рассчитан в первую очередь, неохотно на него откликнулись. Поэтому в тех позитивных сдвигах мы не видим той части оздоровления, которую ожидали.

Надо посмотреть на нашу историю, которая была и позитивной, и отрицательной. Ведь с этой проблемой мы не в первый раз сталкиваемся. Впервые Россия столкнулась с проблемой депопуляции в период крепостного права, и страна стала катастрофически терять свое население. И мало кто об этом говорил. Профессор Василий Осипович Ключевский поднимал эту тему. Он говорил, что отмена в России крепостного права позволила иметь в стране уже через два года ежегодный прирост населения в полтора миллиона человек при населении в 100 миллионов. Этот пример говорит о том, что необходимы социальные решения, чтобы стана вышла из депопуляционного состояния. Другой пример: Советский Союз вышел из Второй мировой войны с очень большими человеческими потерями. Но в предельно короткий промежуток времени страна вышла из депопуляционного состояния и уже в начале 1960-х годов лидировала в мире по приросту населения. Никто не хочет говорить, за счет каких механизмов это стало возможным. Один из них — отношения врач-больной, которые стали основой социально-ориентированного здравоохранения. Работали профилактории, пансионаты, курорты. Не было сильной в техническом смысле медицины, но была система, которая разрушена в настоящее время. Работодатель, он кривится, ему не нужен сегодня рабочий с гипертонией, сахарным диабетом, ему нужна прибыль. Вот какие сегодня проблемы. Пути выхода из такой ситуации в том числе ищет и наше Общество православных врачей.

— Профессия врача сегодня становится популярной.

— Я тоже замечаю это. Несмотря на большие конкурсы, платное обучение, небольшие зарплаты в государственных медучреждениях, на не везде современный процесс обучения. Думаю, что это на уровне инстинкта: общество хочет иметь генерацию новых врачей, новые подходы в медицине.

— Как молодежи, будущим врачам, имеющим понимание, что быть успешным можно только будучи высококлассным специалистом, привить представление о профессии как о служении, в первую очередь, больному?

— Войно-Ясенецкий — вот ответ на этот вопрос. Он не разбогател на своем поприще, а помог десяткам тысяч людей. Подражать надо нашим великим врачам, одним из которых был врач-святитель Лука. Подобных примеров у нас много и сегодня.

— То есть один из вариантов — популяризировать житийные примеры святых целителей?

— Да, необходимо рассказывать о них. И о современниках тоже. Сейчас ведь есть очень много таких целителей-бессребреников. В Ростове-на-Дону работает академик Ю.С. Сидоренко. У него очень хорошая онкологическая клиника — одна из лучших в России; он построил храм, открыл школу сестер милосердия. Он очень многим людям помогает, особенно онкобольным. В этой области медицины с людей часто берут деньги. Случай Сидоренко — идеальный пример того, когда между врачом и больным не возникает финансовых отношений.

— Как вы считаете, какие болезни будут главными в нынешнем веке?

— Это, в первую очередь, эпидемии, подобные нынешней, а также сердечно-сосудистые заболевания: инфаркт миокарда, артериальная гипертония, инсульты. Число инсультов будет расти: люди очень встревожены, много думают, хотят разобраться во многих вещах. И вот на эти стрессы организм отвечает такими заболеваниями. Будет стремительно расти сахарный диабет второго типа, резко будет ухудшаться легочное здоровье. В частности, различные гриппы, в том числе и такой, о котором сегодня много говорят.

— И причины болезней нынешнего века, прежде всего, в том, что люди не живут в мире с собой, ближним, Богом?

— Да. Кроме того, причиной этих болезней является табак, за ним идут наркотики. Между ними — алкоголизация. Это универсальные факторы риска для сердечно-сосудистых, легочных, раковых заболеваний и сахарного диабета. Сюда надо добавить нездоровое питание, гиподинамию и стрессы. Но самыми агрессивными факторами все же являются табак, спиртные напитки низкого качества и наркотики. Вы знаете, что, по последним данным Всемирной организации здравоохранения, Россия стала мировым лидером по потреблению героина? 20 процентов приходится на нас! Ведь надо понять, что это за болезнь такая. Это социальная болезнь.

А если взять туберкулез? В этой области мы до сих пор топчемся на месте и никак не можем разрешить ситуацию. Поиск ответов на эти вопросы ясен.

— Духовное возрождение общества может помочь изменить эту ситуацию кардинально или только отчасти?

— Кардинально. Даже в духовном образовании, а не возрождении общества уже заложена мощная оздоровительная сила. Ведь в духовном образовании обязательно поднимается тема здоровья, она пронизывает его. Поэтому наше Общество православных врачей России и обращает на это внимание.

— Как вера в Бога помогает врачу в его работе?

— Лично мне православная вера очень помогает. Бог помогает. У врача каждый день — это обязательно день с отрицательными эмоциями. Вот мне только что звонили из другой больницы, где в реанимации находятся два человека со «свиным гриппом», и мои мысли уже о них.

Я каждый свой день начинаю с молитвы Оптинских старцев, она помогает мне настроиться на новый рабочий день. Я сам часто бывал в Оптиной пустыни, внес свою лепту в оздоровление братии монастыря; у нас дружеские и в какой-то степени даже родственные отношения. И эти отношения очень сильно поддерживают.

Еще я очень много занимаюсь историей религии, много читаю по этой теме, и мне это помогает тем, что расширяет мой врачебный кругозор, помогает видеть какие-то проблемы более широко и глубже их понимать. Я, как инициатор создания Общества православных врачей, ищу какие-то темы, которые могли бы нас объединять не только на профессиональной основе. Я возглавляю стратегический комитет при обществе, влияю на развитие общества. Вот будем развивать направление молодых лекторов, и сейчас я увлечен поиском молодых людей — не обязательно врачей, это могут быть еще и студенты, которые склоны понимать пороки нашего общества и способны говорить о них в студенческой среде. По специальности это также могут быть не только медики, но и инженеры, учителя. В этом плане мы не ограничиваем свой круг.

Даже в обществе у нас состоят не только врачи. Есть, к примеру, известный химик — автор искусственной крови, физик есть.

— Быть православным врачом — это накладывает какие-то определенные обязательства?

— К православным врачам сегодня предъявляются очень высокие требования. Есть уже такие тенденции: свое несовременное знание прикрывать тем, что ты православный врач. Это очень тревожные нотки. Я хотел бы, чтобы в нашем обществе были очень передовые врачи, чтобы это были сильные фигуры и личности. И исключить момент, чтобы человек свой непрофессионализм прикрывал тем, что он состоит в нашем обществе. Это вызов, это очень непростая вещь — взять на себя бремя быть православным врачом.

— Что лично вам дала работа в обществе?

— В материальном плане ничего, а занятость существенно возросла. Но это ничто по сравнению с тем, что мы состоялись. В 2007 году в Прохоровке, под Белгородом, рядом с Прохоровым полем, прошел первый, учредительный, съезд Общества православных врачей, несколько лет мы уже действуем, так что мои личные моменты и сложности просто смешны по сравнению с той работой, которую мы делаем. Я продвинулся вперед, причем очень далеко. Я стал сильным как человек, я приобрел больше уверенности, я более спокойно смотрю на современное общество, могу управлять своими эмоциями, которые возникают в ответ на какие-то события, происходящие в нем.

— Вы расцениваете свою работу в Обществе православных врачей как своеобразное служение Церкви?

— Да, это моя форма служения. К сожалению, мое самообразование в области Православия наступило очень поздно. Хотя моя мама, которая сидела в концентрационном лагере, мне всегда говорила, что если бы не было Бога, мы бы с тобой не выжили. Я помню эти ее слова с того времени, как стал себя осознавать.

— Вы, общаясь с больными и давая им рекомендации по лечению, говорите им о необходимости молитвы?

— Нет. Я эту тему с больными не затрагиваю. Всуе я об этом не говорю, поймите меня правильно. Хотя бывают разные ситуации при общении с больными.

Расскажу об одном случае. Главным врачом у нас была Софья Абрамовна Евстигнеева. Она по национальности еврейка, уже очень пожилая женщина, прошла фронт. Так вот, зная, что я православный, занимаюсь организацией Общества православных врачей, она, когда ей стало очень тяжко во время серьезной болезни, обратилась ко мне, высказав желание стать православной. Я ей предлагал хорошенько подумать и все взвесить. Ей тогда было 83 года. А ведь это серьезный шаг — принять крещение. Она была неумолима, говорила, что ей это очень надо, что она чувствует, что дальше не сможет жить, если не станет православной. И один священник, отец Георгий, пришел в больницу и крестил ее. После этого она стала себя значительно лучше чувствовать. С того дня уже прошло четыре года.

Вера оказывает очень большое влияние на человека: внутренне он начинает совсем по-другому жить. Но всем подряд я об этом не говорю. Хотя я не скрываю своего Православия, многие это знают и поэтому не суют мне деньги и бутылки, а дарят иконки.

С академиком Александром Чучалиным беседовал Игорь Ильин



[1] Деонтология — профессиональная этика медицинских работников, принципы поведения медицинского персонала, направленные на максимальное повышение полезности лечения.

http://www.pravoslavie.ru/guest/32 598.htm

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru