Русская линия
Фома Владислав Головин27.10.2009 

Похожа на небо

«Мать городов русских», «Второй Иерусалим» — все эти образные наименования Киева обычным туристам, да и самим киевлянам иногда кажутся всего лишь красивой сказкой из прошлого. Столица Украины — обычный мегаполис с обилием рекламы, с нелепо втиснутыми в исторический центр новостройками и лесом высотных домов в спальных районах. На первый взгляд, Киев мало чем отличается от остальных городов-миллионников, но достаточно заехать на один из мостов и посмотреть на купола Свято-Успенской Киево-Печерской лавры на склонах днепровских гор, чтобы все эти приметы современности отошли на второй план.

Попадая на территорию монастыря, начинаешь понимать, что название «Второй Иерусалим» — не преувеличение. Куда ни глянь — везде храмы. Везде туристы и паломники, молодые семинаристы и пожилые иноки. В Ближних пещерах почивают мощи 73 святых, в Дальних — 50. Больше ни в одном православном монастыре Восточной Европы нет такого количества святых.

Крупнейшая монашеская обитель Украины, резиденция митрополита Киевского Владимира, здания Киевских Духовных академий и семинарий — и всё в одном месте. Это не просто монастырь, а какое-то отдельное государство, где по-другому ощущается ритм жизни, где никому не хочется спешить, суетиться, пытаться все успеть. Лавра проповедует самим фактом своего существования…

История монастыря началась с того, что инок Антоний побывал на Афоне и, вернувшись в Киев, решил жить отшельнической жизнью. Он поселился в пещере за пределами города. Отказ от элементарных бытовых удобств, ограничение себя в пище, сне и одновременно большое количество молитв и труд своими руками — этот пример преподобный Антоний Печерский перенял у афонских монахов. Столь суровая аскеза, которая впоследствии станет почти что правилом для лаврских монахов, имеет глубокий смысл. Легко быть добрым и порядочным, когда ты сыт, обут, одет и хорошо устроен в жизни, но когда ты голоден, то помочь ближнему нередко означает лишить себя самого необходимого. В этом и состоит смысл монашеской аскетики — полностью вылечить душу от греха, создав себе для этой цели тяжелейшие условия жизни. Именно поэтому последователи Антония десятки лет проводили в затворах.

Монастыри в Киевской Руси уже существовали к тому времени, но именно Киево-Печерская лавра стала образцом для монашества на много веков вперед. Эта обитель дала Руси множество епископов. Фактически Печерский монастырь примером святости своих иноков довершил Крещение Руси, начатое князем Владимиром. Лавра распространяла христианство самым впечатляющим способом — через пример нравственной жизни самих служителей Церкви.

Принято считать, что большинство печерских святых относятся к домонгольскому времени, но это не совсем так.

— Лавра — удивительный пример преемственности святости, которая не заканчивается по завершении «золотого века». У каждой эпохи есть свои святые. В домонгольские времена — это основатели Антоний, Феодосий и первые их ученики. В позднее Средневековье — Иулиания Ольшанская, в XVII веке — святитель Петр Могила, затем — святитель Димитрий Ростовский, потом — Филарет Амфитеатров. Последний из канонизированных лаврских святых — святой Кукша Одесский, который скончался в 1964 году, — рассказывает историк Владислав Дятлов, автор нескольких научных работ об этом монастыре.

И в первое время существования лавры, в эпоху Киевской Руси, и позже выходцы из обители не только занимали епископские кафедры, но и становились святыми.

— Если вспомнить, что пострижениками лавры были и святитель Иоанн Тобольский, и святитель Иннокентий Иркутский, и еще много святителей, то лаврских святых будет не 123, а 150, — поясняет Владислав Дятлов.

http://www.foma.ru/article/index.php?news=3886


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru