Русская линия
Фонд стратегической культуры Елена Пономарева08.10.2009 

Революция на экспорт: новые методы психоисторической войны (I)

Когда речь заходит о так называемых «цветных» революциях, о «демократической» трансформации и общечеловеческих ценностях, ради которых стоит уничтожать государственность и национальное самоуважение, я всегда вспоминаю «малую октябрьскую революцию» в Белграде. 5 октября 2000 г. ленты кинохроники рисуют как эпохальное событие борьбы с «тиранией»: толпы разъяренных людей штурмуют здания Скупщины (парламента) и редакции государственного Радиотелевидения Сербии (РТС), а в центре этих событий бульдозер Любислава Джокича, «экскаваторщика Джо», похожий на трансформер из одноименного фильма…

Однако эта молниеносная «революция» была совершена не оскорбленным и рассерженным народом Сербии. Государственный переворот, повлекший за собой свержение режима Милошевича, последующую его выдачу Гаагскому трибуналу и фактически убийство бывшего национального лидера, развал Югославии (отделение Черногории), провозглашение независимости Косово и превращение Сербии в марионетку мировой закулисы, был очередной вехой психоисторической войны Запада за гегемонию. Приведу лишь очевидные факты, подтверждающие данное утверждение.

«Цветные» технологии представляют собой усовершенствованные, модернизированные методы психологической войны (составной части войны психоисторической), объявленной Западом Советскому Союзу и его союзникам сразу после окончания Второй мировой войны. Напомню, что впервые «психологическая война» была определена в служебных документах ЦРУ в 1949 г. так: «координация и использование всех средств, включая моральные и физические (исключая военные операции регулярной армии, но используя их психологические результаты), при помощи которых уничтожается воля врага к победе, подрываются его политические и экономические возможности"1. Это классическое определение не потускнело с годами. Изменились лишь методы достижения «уничтожения воли врага к победе».

В том же году по указанию Белого дома Объединенный комитет начальников штабов разработал план под кодовым названием «Дропшот», в котором впервые акцент делался не на прямую агрессию, а на классовых союзников по ту сторону фронта, т. е. «диссидентов». «…Психологическая война — чрезвычайно важное оружие для содействия диссидентству и предательству среди советского (в зависимости от ситуации может быть: кубинский, белорусский, сербский) народа; подорвет его мораль, будет сеять смятение и создавать дезорганизацию в стране…"2. Таким образом, психологическая война, не имеющая определенных сроков для достижения целей, иными словами, война только до победного конца нацелена на вызов массового предательства внутри враждебной системы.

В апреле 1950 г. президенту Г. Трумэну была представлена директива Совета национальной безопасности США СНБ-68, ставшая основой американской внешней политики на многие годы вперед и действующая в своих важнейших положениях по сей день. Признанный специалист в теневой политике ЦРУ Н.Н. Яковлев считал, что созданная в 1973 г. Трехсторонняя комиссия в своих докладах обтекаемыми формулировками озвучивала именно рекомендации директивы СНБ-68: «Запад не должен довольствоваться защитой своих основных ценностей и стремиться воплотить их в жизнь только на своей территории. Запад должен поставить своей целью оказание влияния на естественные процессы изменений, происходящие в «третьем» и коммунистическом мире… в направлении не благоприятном для их ценностей… Говоря о мирных изменениях в интересах наших ценностей, мы должны скорей стремиться к изменениям внутри этих режимов, оказывая влияние на выбор альтернатив, которые возможны и необходимы в рамках их существующего строя… Запад не может оказывать эффективное влияние простой пропагандой их преимуществ или увеличивая требования к лидерам… Мы должны сформулировать перед партнером альтернативы так, чтобы тот или иной курс во внутренних делах для него представлялся более выгодным"3.

С середины прошлого века в постановке целей ничего не изменилось, а вот методы психологической войны стали более совершенными. Почетное место среди них занимают технологии «цветных» революций. П. Ильченков4 выделяет четыре основных характеристики этого ноу-хау западных мозговых центров и разведслужб:

1. Экспрессивный и молниеносный характер действий. За счет массированного применения финансовых и информационных ресурсов срок подготовки свержения режима удается сократить до 1,5−2 лет. Таким образом, не нужно длительно выращивать диссидентов, заниматься изнуряющей, растянутой на несколько поколений пропагандой, втягивать страну в гонку вооружения или изматывать противника экономически. Все эти этапы проходят в предельно ускоренном режиме, с использованием новых возможностей постиндустриального и информационного общества.

2. Укрепление блока всех демократических оппозиционных партий и выдвижение единого кандидата в президенты, не запятнанного ни сотрудничеством с прежним режимом, ни сотрудничеством с Западом. В силу чего правящий режим сталкивается с сильным противодействием на выборах и оказывается перед неизбежным искушением «подправить» результаты выборов, что является исключительно действенным обвинением в глазах неискушенного избирателя.

3. Активный и целенаправленный поиск сторонников перемен, в первую очередь, в силовых структурах (органы МВД и госбезопасности) и армии. Возможность «купить» отдельных важных представителей государственных структур, показывая им в качестве кнута международный суд, а в качестве пряника — возможность беспрепятственно поучаствовать в перераспределении ценностей, сконцентрированных режимом в своих руках.

4. Создание — с использованием технологий «сетевого маркетинга» — «безлидерных движений» и «рекламного менеджмента» гигантских «партий-големов», охватывающих значительное число протестного электората всех спектров, привлеченных различными, зачастую полностью противоречащими друг другу обещаниями. Отсутствие единого открытого руководства позволяет этим движениям обрести высокую степень неуязвимости, позволяет собрать под одним флагом необъединимое любым другим способом число сторонников. Эта «партия-голем» может быть разбужена в час «Х» при появлении необходимости вывести народ на улицы для проведения массовых акций гражданского неповиновения. А по достижению целей переворота может быть полностью ликвидирована благодаря встраиваемому механизму самоуничтожения, мешающему этим массовым, но безголовым партиям превратиться в «гегемона» или в партии диктаторско-популистского типа. Механизм самоуничтожения скрывается в постыдной и скрываемой до победы переворота тайне их возникновения и финансирования, а также в исключительной широте спектра участников, которые могут примириться лишь до момента победы над ненавистным диктатором, а вот «светлое будущее» представляют совершенно по-разному.

Эти новые методы ведения психологической войны против исторических противников Запада — России, Белоруссии, Украины, Сербии впервые были апробированы в 2000 г. в Союзной республике Югославия. Их обкатка именно в Сербии еще раз подтверждает тезис о том, что Балканы являются геополитическим зеркалом России. Ах, если бы российские политики умели смотреть в него!

Намерения США демонтировать режим Милошевича и вместе с ним Югославию стали очевидны в ноябре 1998 г., когда администрация Б. Клинтона активно поддержала сепаратистов в Черногории и правую оппозицию в Сербии. Однако этого оказалось недостаточно для реализации политики «управляемого хаоса». Бомбардировки 1999 г. тоже не привели ни к капитуляции режима перед Западом, ни к его свержению изнутри. Наоборот, произошло невиданное национальное единение власти и народа. Спасти ситуацию и достичь поставленной цели помогли методы психологической войны, своего рода «Дропшот-2». Еще во время бомбардировок Клинтон подписал секретную инструкцию для ЦРУ, в которой была поставлена цель — в кратчайшие сроки свергнуть правительство Милошевича. ЦРУ должно было скрытно финансировать оппозиционные группы и вербовку изменников в югославском правительстве, армии и полиции5. Сказано — сделано.

Уже через несколько дней после прекращения бомбардировок, в июне 1999 г. в Новом Саде (Воеводина) в издательстве «Гражданская инициатива» было отпечатано несколько тысяч экземпляров небольшой брошюры известного технолога ненасильственных политических переворотов Джина Шарпа под броским названием «От диктатуры к демократии». Книги распространялись бесплатно преимущественно в студенческой среде вместе с несколькими страницами фотокопированного приложения «Методы ненасильственного сопротивления». Заокеанскими кукловодами ставка была сделана на выборы, назначенные на 24 сентября 2000 г. К этому времени необходимо было создать «партию-голем» («Отпор»), определиться с единым от оппозиции кандидатом в президенты (В. Коштуница) и лишить Милошевича какой-либо опоры в силовых структурах, т. е. добиться массового предательства в органах государственной власти.

В начале августа 2000 г. США открыли в Будапеште специальное бюро помощи оппозиционным партиям Югославии. Среди его сотрудников были по крайней мере 30 специалистов по психо-логической войне, многие из них участвовали ранее в такого рода операциях в Польше, Чехословакии, Бирме, Ираке. В Болгарии Политическая академия Центральной и Юго-Восточной Европы учредила программу для подготовки сербской оппозиции. Еще одна финансируемая Западом болгарская организация — Балканская академия старших репортеров предоставляла финансовую, техническую и экспертную помощь югославским оппозиционным СМИ. С помощью британских спецслужб была создана организация «Новый сербский форум». Через него устраивались регулярные поездки сербских специалистов и ученых в Венгрию для обучения ненасильственному сопротивлению у западных экспертов. Деньги направлялись в правые оппозиционные партии и СМИ через такие организации, как Институт открытого общества Дж. Сороса и Национальный фонд поддержки демократии (США), через SEED (Support for East European Democracy — «Поддержка демократии в Восточной Европе»). По мнению экспертов, всего в Сербию только через SEED поступило 15,3 млн долл. в 1998 г., 24,3 млн. — в 1999 г. и, наконец, 55 млн долл. в 2000 г. Для их распределения использовались, в частности, каналы организации Балканская инициатива при Американском институте мира6.

Национальная демократическая организация (NDI) — еще одна из множества организаций, которые ведут активную деятельность в Восточной Европе. NDI открыла отделение в Белграде в 1997 г. и к 1999 г. уже обучила свыше 900 лидеров и активистов правых партий «предвыборной стратегии и умению привлекать широкое внимание». К подготовке переворота также была привлечена еще одна «общественная» структура — Международный республиканский институт (IRI). Если NDI делала ставку на работу с оппозиционными партиями, то IRI был занят студенческим движением «Отпор».

Это движение было создано в октябре 1998 г. малочисленной группой активистов, руководивших студенческими акциями еще в 1991—1992 и 1996−1997 годах. В феврале 1999 г. состоялось первое публичное выступление организаторов «Отпора» в количестве 25 человек во Дворце молодежи Белграда. В период открытого противостояния страны и блока НАТО деятельность этой оппозиционной группы была свернута. «Отпор» возобновил свою работу в августе 1999 г. Обильные финансовые вливания привели к быстрому его расширению: если до 2000 г. «Отпор» действовал в четырех университетских и нескольких крупных городах, то в феврале 2000 г. в Сербии, по оценкам участников движения, было от 130 до 160 его региональных представительств общей численностью в 70 тыс. человек. Не вызывает сомнения, что «Отпор» стал «партией-големом», той узловой структурой, через которую западные спецслужбы вели работу с правыми организациями и пятой колонной.

(Окончание следует)



1 War Report of the Office of Strategic Service. W., 1949. P. 99.

2 Drop Shot. The United States Plan for War with the Soviet Union in 1957. Ed. by A. Brown. N.Y., 1978. P. 62.

3 15-й доклад Трехсторонней комиссии цит. По: Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. М., 1985. С. 70.

4 Ильченков П. «Экспресс-революция» в Сербии / Оранжевые сети: от Белграда до Бишкека. СПб., 2008. С. 56−91.

5 Кара-Мурза С.Г. Революции на экспорт. М., 2006. С. 199.

6 Данные по финансированию и организационных центрах «революции» даются по: Popovic S., Milivojevic A. Nonviolent struggle. Belgrade, 2006; Bujo? evi? D., Radovanovi? I. 5 Oktobar. 24 sata prevrata. Beograd, 2000; ?in?i? Z. Kakos mo sru? ili Milo? evi?a // Blic News. — 1.11.2000; Glas javnosti. — 6.06. 2000. С. 4.

http://www.fondsk.ru/article.php?id=2514


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru