Русская линия
Татьянин день Виктор Васильев03.10.2009 

Историческая проза: повседневная убогость и красота прошлого

Историческая проза всегда завораживает. Устав от обыденщины, очень хочешь представить, что идеалы раньше были выше, цели — достойнее, а люди — благороднее и честнее: таков взгляд шведа Яна Гийу. А иногда охватывает такая досада, что светлого и яркого не находишь даже в прошедшем времени, как не нашёл его немец Гюнтер Грасс.

Все дороги ведут в Иерусалим

Роман Яна Гийу «Путь в Иерусалим» переведен на русский язык ещё в 2000 году. Он открывает для наших читателей трилогию, повествующей об Арне, рыцаре-тамплиере. Жаль, но книгу у нас почти не заметили, и ее продолжение теперь вряд ли издадут. В Швеции же, на родине писателя, по роману уже снят фильм «Арн — рыцарь-тамплиер» — самый масштабный в истории шведского кинематографа.

Место действия книги — Скандинавия, в основном Швеция в XII веке, во время крестовых походов (пожалуй, это самый интересный период истории северной Европы). Показаны реальные нравы и уклад жизни средневековых шведов: поместье героя, монастырь, деревенская свадьба, тинг — съезд благородных рыцарей, на котором решается судьба династии правителей будущей Швеции, и многое другое. В том числе здесь есть попытка объективно отобразить влияние христианства на повседневную жизнь вчерашних викингов-язычников.

«Все дороги ведут в Иерусалим». Подобные слова для средневекового мира столь же справедливы, как и для древнего мира (до Рождества Христова) выражение «все дороги ведут в Рим». У Гийу, как ясно уже из названия, герой только направляется в сторону гроба Господня. Священная война — далеко впереди, в сослагательном будущем. Но эхом первого Крестового похода наполнено все детство и юность главного персонажа — Арна Готского. Норвежский скальд (сказочник) поет песни о подвиге Сигурда Крестоносца на его пути в Иерусалим: «Сигурд Крестоносец и его воины наткнулись на сарацинских пиратов, язычников и нечистых разбойников, бездельников и уродов, порожденных от совокупления с ослицами. У них была богатая добыча, состоявшая из добра, отнятого у честных христианских пилигримов, не сумевших защититься, совершая богоугодный путь».

Маленький Арн с упоением слушает песни скальда. В монастыре, в который еще в юном возрасте попал на воспитание Арн, его учат любви и милосердию ко всем людям, за исключением сарацинов. На них не распространяются Божьи заповеди: «Ибо сарацины — это наиболее гнусный род, приведенный на землю дьяволом. Они не люди, они — дьяволы в человеческом облике… они известны своим распутством и безудержным пьянством, они постоянно одержимы грехом содомским и совокупляются с животными. Они — мразь, и каждый убитый сарацин угоден Богу, а тот, кто убивает сарацин, совершает священный акт и потому ему открыта дорога в рай!» — учит приор (настоятель) монастыря своего воспитанника.

Центр мира и ось истории — Святая земля, Иерусалим, где находится Гроб Господень. В этом единство христианского мира. Начиная с середины XI в. священники используют паломничество в качестве епитимии. «Путь в Иерусалим», как самый долгий для европейцев, накладывается в случае наиболее тяжких прегрешений. Подобную же епитимию за свой грех, совершенный не по своей воле, а в силу неблагоприятных жизненных обстоятельств, получает и Арн. Напутствуя будущего воина, монах Гильберт, член ордена тамплиеров, долго повоевавший на Святой Земле, дает последний совет: «В священной войне главное — уповать на Бога. Затем следуют смирение и тренировка. И потом — доброе оружие и хороший конь». Произносятся последние слова клятвы: «Во имя Бога, и смерть сарацинам!», и Арн, сын Магнуса из Арнеса, принадлежащий к роду Фолькунгов, отправляется в Иерусалим в замок тамплиеров. На этом и заканчивается книга (первая часть повествования).

Самое главное, что удалось Яну Гийу — это передать атмосферу средневекового мира, показать средневековый мир таким, каков он есть. Мир, который порою агрессивен и жесток, но всегда открыт для людей чести и силы. Мир противоположностей и противоречий, но очень крепкий и стойкий в своем стремлении к чистой и полнокровной жизни, и потому всегда непонятный для равнодушного взгляда. Мир трагичный и комичный одновременно: людям на голову каждый день сваливались непомерные испытания, но их природная сила и искренняя вера в Бога позволяет с несгибаемым оптимизмом встречать каждый новый день. Средневековый человек жил в постоянной готовности к чуду, поскольку оно не было чем-то отличающимся от самой жизни. И чудеса не раз случаются с героями Гийу.

В мире гуманизма, лишенном качественного разнообразия, где все благополучие спланировано, а каждая печаль выверена вплоть до отдельной слезинки, человек теряет веру в Бога. Современный человек не знает цену любви и ненависти, радости и скорби, добра и зла. Чтобы почувствовать волю к жизни, познать истинные ценности, придется пройти через испытания — ведь настоящий вкус к пище познается через голод, цена достатку есть бедность. Через страдания обретается Вера. Возможно в этом духовный смысл кризисов, которые всегда неожиданным образом вторгаются в нашу размеренную жизнь. Возможно, как и в старое доброе Средневековье, все нам необходима епитимия — путь в Иерусалим.

Луковица памяти Грасса

Самый авторитетный немец, к мнению которого прислушиваются миллионы соотечественников, интеллектуал, наиболее значимый писатель послевоенной Германии, общественно признанный политик, убежденный антифашист и сторонник социал-демократии — все это можно уверенно сказать о Гюнтере Грассе, лауреате Нобелевской премии по литературе. Как и то, что все его творчество сегодня оказалось под большим сомнением даже для преданных почитателей.

Это можно легко понять, прочтя его последнюю книгу «Луковица памяти», написанную в формате художественных мемуаров. Прочесть ее — дело необходимое для всякого интересующегося делами нашего исторического «неприятеля». Потому что скандал, связанный с выходом этой книги, не может оставить равнодушным. Вся соль заключается в том, что 80-летний Грасс уже на исходе своей карьеры писателя и гражданского деятеля признаётся: в молодости он являлся членом войск СС и искренне верил в Гитлера. В общем-то, для российского читателя в самом факте нет ничего удивительного: в Гитлера и сегодня верят ветераны СС (и не только они) в соседних с нами странах Прибалтики и на Западной Украине. Но в Германии это признание стало настоящим шоком, который перерос в истерию в СМИ и вылился далеко за пределы немецкого мира. И надо понимать, почему: для Германии, которая находится под прессом денацификации на протяжении вот уже шестидесяти лет, подобное признание сравнимо разве что с возможным заявлением президента Израиля о том, что холокоста не было. Тем более — речь идет о безукоризненном Гюнтере Грассе, который сам за свою жизнь заклеймил как нациста не одного добропорядочного немецкого бюргера и на этом заработал себе имя.

Читая книгу, втайне надеешься найти раскаяние старого человека, разочаровавшегося в пройденном пути искреннего борца с фашизмом и в политике социал-демократии. Но быстро обнаруживаешь, что службе в войсках СС отведен лишь малый эпизод книги, хотя и довольно запоминающийся[1]. К этому периоду своей биографии Грасс подбирается расчетливо и деловито: с одной стороны, надо добиться понимания и вызвать жалость у читателя, а с другой — все же соблюсти формат жанра горячей сенсации, дать пищу для журналистов, чтобы привлечь внимание к выходу книги и заработать неплохой гонорар. Задача непростая: шаг влево, шаг вправо — и всё, конец блистательной карьере и всенародному признанию. Доказательством этого служат раздавшиеся после выхода книги требования некоторых политических и культурных деятелей лишить Грасса Нобелевской премии (значительную часть которой писатель, кстати, потратил на помощь пострадавшим от гитлеровского режима цыганам). Но Грасс эту задачу все же мастерски решает: миллионные тиражи издания и новый виток общественных дискуссий подтвердили, что старые раны немецкого народа еще не зажили.

Что до самого текста — многие моменты, прямо сказать, кажутся сомнительными и с моральной точки зрения. В своей попытке максимального самопознания известный немецкий писатель докопался до совсем уж неприличных вещей. В прямом смысле. Подробные описания сношений родителей Грасса («в темноте у меня сверхотчетливо появлялись перед глазами всяческие варианты супружеского совокупления»), мастурбации («голод, который на краткое время утоляла правая рука») и сцена ситуативной гомосексуальности («иногда, нет, нередко, нас тянуло друг к другу, и мы давали волю рукам») особого удовольствия при чтении не доставляют.

Тем не менее, Грасс эпохальный писатель, и не только для Германии. Буржуазная жизнь, которую автор, выросший в семье лавочника, знает как никто иной, стала для его читателей откровением в своей очевидной серости и убогости. Это позволило по-иному взглянуть и на устоявшиеся «ценности», и на собственную жизнь. Думаю, что критичность и откровенность кни



[1] Другой, совсем уж мифологический сюжет книги — встреча Грасса в лагере для военнопленных с Йозефом Ратцинцером (будущим Римским Папой Бенедиктом XVI), который, по распространенному мнению, также служил в войсках СС. По «воспоминаниям» писателя, Йозеф уже тогда «цитировал» Святых Отцов Церкви и якобы мечтал о новой инквизиции.

http://www.taday.ru/text/220 757.html

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru