Русская линия
Столетие.Ru Беата Блехова20.06.2006 

На перекрестке границ и народов

Жизнь народов Восточной Европы мы представляем значительно хуже, чем Европы Западной и Центральной. Но как складывается жизнь близких нам даже географически, не говоря уже о культурном и этническом родстве, славянских народов Европы после их вхождения в Евросоюз?

Беседа со словацким историком Беатой Блеховой неожиданно повернула в русло обсуждения столь острого для нас в последнее время национального вопроса. Казалось бы, какие сложности могут возникнуть в спокойной Словакии, где на 4,5 миллиона словаков приходится 570 тысяч венгров, а численность прочих меньшинств не превышает 500 тысяч человек?

— Словакия относится к традиционно спокойным в сфере межнациональных отношений регионам, но исторически находится на рубежах соприкосновения многих европейских наций и народов. Земли, населенные словаками, есть в сопредельных государствах, прежде всего в Венгрии. А в состав Словакии вошли территории, где традиционно проживают другие народы: украинцы, чехи, русины. Как складывались их отношения исторически и что изменилось за последнее время?

— В Словакии проживает несколько национальных меньшинств. Самое большое численно — венгерское — составляет почти 600 тысяч человек; затем цыгане — 300−400 тысяч, точнее сказать невозможно; чехи — 100 тысяч; русины — 50 тысяч; поляки — 2700; украинцы — около 8 тысяч; хорваты — 1 тысяча; сербы- 4 тысячи; немцы — 6 тысяч (до Второй мировой войны их было значительно больше); евреи — 200 человек.

В реальной жизни меньшинствами мы чаще всего называем венгров и цыган. По поводу цыганского меньшинства у Словакии постоянно возникают осложнения с Евросоюзом.

Согласно нашему законодательству, все национальные меньшинства имеют право на культурные, образовательные национальные учреждения: детские и учебные заведения, театры, музеи, СМИ и т. д. Словакия пописала целый ряд договоров по этим вопросам, к примеру, рамочный договор Совета Европы по защите прав меньшинств был ратифицирован Парламентом в 1995 году. Европейская хартия защиты региональных языков и языков меньшинств была подписана Словакией в 1998 году, хотя не все государства — члены Евросоюза подписали эту хартию. При министерстве культуры Словакии работает отдел культуры меньшинств, который помогает различным учреждениям национально-культурного профиля. Это, прежде всего театры, а их в маленькой Словакии очень много. Есть и венгерский театр в Комарне и Кошицах, и цыганский театр «Роматхан», театр имени Александра Духновича в Прешево и другие. В Словакии также 11 музеев национальных культур, причем некоторые из них существуют уже более ста лет, но большинство из них возникло в 1990-е годы, когда разрабатывались специальные программы. В основном финансирование развития культуры и языков малых народов осуществляется по системе грантов.

— Как складываются межнациональные отношения? Есть ли «группы риска», можно ли констатировать проявления ксенофобии, национальной неприязни, ревности?

— В Словакии довольно консолидированное общество. Что же касается приезжающих иностранцев, гастарбайтеров, то их немного, и они не бросаются в глаза. Иностранных студентов сейчас нет, а те, которые остались «с советских времен» глубоко интегрировались в жизнь общества и не чувствуют себя иностранцами. Отношение к иностранцам в Словакии такое же, как и в России — к ним относятся лучше, чем к своим. Вероятно, это элемент патриархального отношения к гостю.

Но недавно общество было взбудоражено обсуждением новой проблемы: «словацкий фашизм». Сначала вообще не было понятно, о чем речь. Началось всё с убийства словацкого студента при невыясненных обстоятельствах. Появились комментарии о причастности к этому маргинальной организации «Словацкая посполитость». Сразу же заговорили о том, что это проявление словацкого фашизма. Эта организация, в которой всего-то полсотни молодых агрессивных мужчин, получила почему-то государственную регистрацию…

— Является ли возникновение такой структуры реакцией общества на размывание национальной словацкой идентичности, своего рода защитной реакцией?

— Возможно, в какой-то мере. Но дело в том, что словаки не чувствуют угрозы своему национальному самосознанию и бытию ни с какой стороны; может быть только со стороны венгерского меньшинства, которое сейчас очень активизировалось в политическом плане. Главные дискуссии между представителями национальных радикалов, которые не имеют большой симпатии у населения, идут именно с представителями венгерских политиков.

На мой взгляд, политическая структура Словакии сильно проигрывает из-за того, что в ней не нашла отражения национально-католическая идея. У нас нет национально-католической партии. Христианско-демократическая партия стоит на либеральных позициях и не отвечает национальным интересам словаков. Именно эта партия ответственна за эрозию социальной сферы современной Словакии. Поэтому эта партия не популярна, она не получает на выборах больше 7−8 процентов голосов. В Словакии существует Национальная партия, это старейшая политическая сила, но она создана и пополняет свои ряды из числа протестантов — евангелистов, которых в современной Словакии около 370 000 человек.

Национальное мировоззрение, облагороженное католической верой, позволило бы найти золотую середину — избежать радикализма, экстремизма, не забывая при этом о национальных государственных интересах, традициях, народном укладе жизни. Христианско-демократическая партия, как уже сказано, не отвечает таким задачам. Именно в результате того, что она отказалась от участия в формировании правительства, места этой партии заняли представители венгерской партии, — теперь их представители руководят рядом министерств: образования, сельского хозяйства… Государственный секретарь тоже венгр. Эта ситуация обострила словацко-венгерские отношения, затронула национальные чувства словаков и возродила былую напряженность.

Исторически сложилось так, что Венгрия трижды нападала на наши земли. Во время Второй мировой войны в ее состав вошли территории южной Словакии, где проживали до полумиллиона словаков (сейчас в ее состав также входят территории южной Словакии, там 600 тысяч наших соотечественников). Печально то обстоятельство, что многие венгерские политики вообще отрицают право Словакии на национальную государственность. У них, например у Урбана, есть стремление объединить всех венгров под эгидой Будапешта, это напоминает ревизионистские планы включения земель сопредельных государств, в том числе Словакии, населенных венграми, в состав единого государства.

Сосуществование разных народов в составе одного государства, по моему мнению, не является проблемой, если все народы пользуются равными гражданскими правами, имеют одинаковые обязанности и уважают свое государство и его народы. К сожалению, у нас это не совсем так. Венгры — граждане Словакии зачастую не знают словацкого языка, ориентированы и культурно, и государственно на Будапешт, и вообще не считают Словакию легитимным государством. В Коморне существует венгерская культурная инфраструктура, вплоть до венгерского университета, где все преподавание идет на венгерском языке и по венгерским программам. Этот университет основан в 2000 году и играет роль центра сепаратизма. Пример Косово, где все начиналось похожим образом, заставляет предположить аналогичный сценарий и в Словакии. Даже в своих материалах венгры — граждане Словакии не называют себя иначе чем «верхнее-венгерские венгры». Звучит курьезно, но смысл в том, чтобы не называться «венграми из Словакии».

…Словаки не настроены на конфронтацию, но они не хотят разрушения своего государства.

— На землях Словакии проживает один из древнейших народов Восточной Европы, о котором мало знают в России — русины. Как складывается их жизнь и как они сосуществуют со своими соседями, повторяется ли «венгерская модель»?

— Русинов у нас называют тихим меньшинством. Населенные ими земли входили в единую Чехословакию и назывались Закарпатская Русь. В Чехословакии Массарика и Бенеша существовали специальные программы помощи русинам, многие рассматривали их как живой этнографический музей. В те годы было много сделано для развития культуры русинов и для знакомства Европы с этим народом. Венгры оккупировали эти земли в 1939 году, но после Второй мировой войны они отошли к СССР, — там русинов не считали самостоятельным народом и украинизировали. Параллельно в Словакии, в Пряшевской Руси стали использовать украинский и русский языки в культуре русинов. Этот народ разделен многими границами, но ему удалось сохранить свою идентичность и веру. В Восточной Словакии проживает около 220 000 греко-католиков — униатов, большинство из них русины, есть среди русинов и православные. Всего в Словакии около 50 тысяч православных, включая сербов, украинцев и русинов.

Русины тесно общаются между собой «поверх границ». Вообще феномен этого народа еще ждет своего изучения.

http://stoletie.ru/cgi-bin/print.cgi?item=1r205r060619165318


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru