Русская линия
Русский дом Александр Адылов14.06.2006 

Оборотни возвращаются

Под истерические крики о «русском фашизме», которого никто никогда не видел, на востоке Европы, в Латвии и Эстонии, сформировано два настоящих фашистских государства, где чтут память тех, кто сражался под знамёнами Гитлера.

Напав на СССР, Гитлер очень быстро столкнулся с совершенно непредвиденными затруднениями. Терпя тяжелейшие поражения и теряя огромные территории, русские, как оказалось, вовсе не собирались капитулировать, как другие народы Европы, а напротив, усиливали сопротивление на всех фронтах. Весьма остра для немцев была проблема пополнения людских ресурсов в условиях, когда Германия уже дала своей армии всё, что могла. В составе СС были сформированы части из «фольксдойче» (немцев — граждан других государств), но их тоже не хватало. На повестку дня был поставлен вопрос о привлечении к «антибольшевистской борьбе» ненемецких воинских контингентов.

Решая этот вопрос, гитлеровское руководство вынуждено было серьёзно пересматривать свои идеологические установки. В самом деле, ещё вчера Гитлеру в страшном сне не приснилась бы идея дать оружие в руки представителей «неполноценных народов» и поставить их в один ряд с «истинными арийцами», и вдруг это стало реальностью.

Со временем очередь дошла и до совсем уж «неполноценных» народов СССР, среди которых видное место занимали латыши.

В 1940 году Сталин восстановил историческую справедливость, вернув нашему государству исконно принадлежавшие ему прибалтийские территории. Большинство бедного населения возвращение в состав России приветствовало, богатые отнеслись к нему, мягко говоря, недружелюбно. Мелкая буржуазия, поначалу встречавшая Красную Армию цветами, после национализации была, естественно, разочарована. Так что противников у новой власти хватало.

С июля 1941 года до конца 1943-го было сформировано 45 латвийских батальонов общей численностью 15 000 человек, функцией которых было несение охранной службы на коммуникациях в тылу германской армии и борьба с партизанами.

У истоков формирования латвийских войск СС стоял Рудольф Бангерскис — личность настолько примечательная, что заслуживает особого упоминания. Вообще-то некогда его фамилия звучала как «Бангерский», и был он русским офицером латышской национальности, родившимся в Лифляндской губернии в 1884 году (по другим данным — в 1878-м). К революции 1917-го он дослужился до полковника, затем примкнул к белому движению в Сибири, был произведён в генералы, у Колчака командовал дивизией и корпусом. В конце 1920-го, когда белое движение в Восточной Сибири было разгромлено, ушёл в Китай, а затем вынырнул в независимой Латвии, где занимал высшие армейские посты и даже дважды был военным министром.

Осенью 1942 года Бангерский с группой сторонников обращается к рейхскомиссару Остланда (Прибалтика и часть Белоруссии) Г. Лозе с просьбой дать согласие на формирование 100-тысячной латвийской армии. Немцы, к тому времени санкционировавшие создание эстонских СС, дают аналогичное разрешение и латышам.

В мае-июне 1943 года на основе шести латвийских полицейских батальонов, действовавших в составе группы армий «Север», формируется 15-я гренадёрская дивизия СС. В ноябре 1943 года она впервые вступила в бой под Новосокольниками, отражая начавшееся наступление Красной Армии.

В феврале 1944 года на базе Латвийской добровольческой бригады и учебно-запасного батальона 15-й дивизии за счёт призывников формируется 19-я гренадёрская дивизия СС.

Всего в различных частях немцам служило около 150 тысяч латышей, что при численности латышского народа примерно в 1 500 000 человек (в 1940 г.) даёт 10 процентов населения — практически все мужчины, способные носить оружие! За что они воевали?

Современные апологеты легиона ответят вам без запинки: за свободу и независимость Латвии, против московского империализма. Что ж, можно убеждать себя, что чёрное — это белое, стол — это стул (или наоборот), — но это не станет реальностью. Довольно проблематично бороться за «свободу и независимость латышского народа», приняв следующую присягу: «Богом клянусь в этой торжественной клятве, что в борьбе против большевизма я буду беспрекословно подчиняться главнокомандующему германскими вооружёнными силами Адольфу Гитлеру и как бесстрашный солдат, если будет на то его воля, буду готов отдать свою жизнь за эту клятву». Конечно, «главнокомандующий германскими вооружёнными силами» имел своей целью что угодно, только не интересы латышей…

«О мужестве и героизме» сынов Латвии свидетельствует приводимый ниже документ, особо ценный тем, что он составлен латышом, служившим немцам в рядах власовской РОА.


«ОФИЦЕР ОСОБЫХ ПОРУЧЕНИЙ ШТАБА РУССКОЙ ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ АРМИИ

Поручик В. Болтинш, 26 мая 1944 года, гор. Рига.

Полковнику Позднякову.

Представителю Русской Освободительной

Армии в городе Риге

ДОКЛАД

…В середине декабря мес. 1943 года по делам службы мне пришлось (с несколькими сотрудниками) быть в районе Белоруссии (быв. Витебской губернии), в деревнях Князево (Красное), Барсуки, Розалино и др. Эти деревни занимали немецкие части и вполне терпимо относились к населению, но когда им на смену пришли латышские части СС, сразу начался беспричинный страшный террор. Жители были вынуждены по ночам разбегаться по лесам, прикрываясь простынями (как маскировка под снег во время стрельбы).

Вокруг этих деревень лежало много трупов женщин и стариков. От жителей я выяснил, что этими бесчинствами занимались латышские СС. 23 апреля 1944 года пришлось мне быть в деревне Морочково.

Вся она была сожжена. В погребах хат жили эсэсовцы. В день моего прибытия туда их должна была сменить немецкая часть, но мне всё-таки удалось поговорить на латышском языке с несколькими эсэсовцами, фамилии коих не знаю. Я спросил у одного из них, почему вокруг деревни лежат трупы убитых женщин, стариков и детей, сотни непогребённных трупов, а также убитых лошадей. Сильный трупный запах носился в воздухе. Ответ был таков: „Мы их убили, чтобы уничтожить как можно больше русских“.

После этого сержант СС подвёл меня к сгоревшей хате. Там лежало также несколько обгорелых полузасыпанных тел. „А этих, — сказал он, — мы сожгли живьём…“.

…После ухода этой части, не более ротного соединения, я с помощью ещё нескольких человек разрыл солому и пепел в сгоревшей хате и извлёк оттуда полуобгорелые трупы. Их было 7, все были женскими и у всех к ноге была привязана проволока, прибитая другим концом к косяку двери. Мы сняли проволоку с окоченевших обгорелых ног, вырыли 7 могил и похоронили несчастных, прочитав „Отче наш“ и пропев „Вечную память“.

Немецкий лейтенант пошёл нам навстречу. Он достал доски, гвозди, отрядил в помощь нам нескольких солдат, и мы, соорудив семь православных крестов, водрузили их над могилами, написав на каждом: „Неизвестная русская женщина, заживо сожжённая врагами русского народа — латышскими эсэсовцами“. На следующий день в районе деревни Кобыльники, в одной из ложбин мы видели около трёх тысяч тел расстрелянных крестьян, преимущественно женщин и детей. Уцелевшие жители рассказывали, что расстрелами занимались „люди, понимавшие по-русски, носившие черепа на фуражках и красно-бело-красные флажки на левом рукаве“ — латышские СС.

Не помню названия деревни, в которой моё внимание привлекла туча мух, кружившая над деревянной бочкой. Заглянув в бочку, я увидел в ней отрезанные мужские головы. Некоторые были с усами и бородами.»

(журнал «Источник», 1998, N 2, сс. 74−75).


Возмездие

Но «беззаветная храбрость» латышских мужей уже не могла помочь Третьему рейху. На календаре, как мы помним, было лето 1944-го года. В июле Красная Армия вошла на территорию Латвии. 6-й корпус СС, прикрывавший отход 16-й германской армии, был разбит наголову. 19-я дивизия продолжала удерживать свой участок фронта в составе группы армий «Курляндия», к маю 1945 года её численность составляла 16 тысяч человек. Дивизия капитулировала вместе со всей курляндской группировкой, лишь немногие смогли бежать морем в Швецию или примкнуть к «лесным братьям». Отдельным руководителям латышских СС и полиции — Ф. Еккельну, Б. Штреккенбаху — пришлось ответить за содеянное. В целом же Советском Союзе судьба ветеранов прибалтийских СС сложилась лучше, чем могла бы. По утверждению современного исследователя И. Пыхалова, «большинство литовцев, латышей и эстонцев, служивших в немецкой армии, СС и полиции в качестве рядовых и младших командиров, было освобождено и отпущено по домам». Видимо, этим и объясняется, что в настоящее время живёт и здравствует около десяти тысяч бывших легионеров.

Происходящее в Латвии с 90-х годов ХХ века вызывает у нормальных людей столь богатую гамму эмоций, что мы здесь воздержимся от комментариев, а ограничимся лишь хронологией событий.

1992 г. — в военном музее Риги открыт зал в честь штандартенфюрера СС Пленснера, руководившего массовыми казнями евреев, русских и латышей.

1993 г. — в актовом зале Рижского технического университета бывшему офицеру латышских СС Фрейманису вручён Рыцарский крест, к которому он был представлен в 45-м за бои в «Курляндском котле». Приняв награду, Фрейманис вскинул правую руку и воскликнул: «Хайль Гитлер!»".

1998 г. — 16 марта начат процесс создания мемориала легионерам СС в Лестене. На создание кладбища из госбюджета ассигновано 400 тысяч долларов. 29 октября сейм принимает «Декларацию о латышских легионерах Второй мировой войны, в которой правительству вменяется в обязанность «заботиться об устранении посягательств на честь и достоинство латышских воинов в Латвии и за её пределами.

1999 г., 17 июня — «День памяти латышских воинов» (16 марта) объявляется государственным праздником. Ежегодно в Риге в этот день проводятся шествия бывших легионеров, в которых принимают участие официальные лица.

2000 г., май — на государственном уровне торжественно отмечается 75-летний юбилей Н. Романовскиса, руководителя общества национальных воинов Латвии, объединяющего ветеранов легиона СС. Командующий вооружёнными силами Латвии Р. Граубе назвал бывшего эсэсовца человеком, у которого можно «черпать силы и энергию в трудные минуты. Не жалея сил, он до сих пор зовёт нас в бой. Нынешние солдаты должны брать пример с Н. Романовскиса».

2003 г., 29 сентября — в Лестене происходит церемония открытия и освящения кладбища эсэсовцев с участием депутатов сейма, министра культуры и представителей министерства обороны. Действо транслировалось в прямом эфире первого канала национального телевидения. По словам Н. Романовскиса, «в стране возникла древняя святыня».

Как пишет уже упоминавшийся здесь И. Пыхалов, «опыт истории учит нас быть оптимистами. За многие века нам не раз случалось терять земли Прибалтики, однако стоило русскому государству собраться с силами — и они вновь возвращались в состав России. Думается, так будет и на этот раз. И когда это случится, мы не забудем и не простим никого из тех, кто глумился над ветеранами и издевался над русским населением».

http://www.russdom.ru/2006/20 0606i/20 060 608.shtml


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru