Русская линия
Газета.GZT.Ru Вениамин Гинодман06.08.2005 

Бомба для императора и генералиссимуса
К 60-летию атомной бомбардировки Хиросимы

60 лет назад, 6 августа 1945 года, впервые в истории человечества было применено оружие массового уничтожения. Выполняя приказ президента США Гарри Трумэна, бомбардировщик B-29 Enola Gay сбросил на японский город Хиросима атомную бомбу с зарядом, равным 20 килотоннам тринитротолуола. Бомбардировка должна была сломить волю японцев к сопротивлению и запугать генералиссимуса Сталина, в ходе Потсдамской конференции отказавшегося идти на уступки своим англо-американским союзникам по антигитлеровской коалиции.

17 июля 1945 года во дворце Цецилиенхоф в Потсдаме открылась конференция глав стран-победительниц, решавших судьбу послевоенного мира. Союзники по антигитлеровской коалиции проводили европейские границы, определяли зоны влияния и договаривались о совместных боевых действиях против Японии. Сталин, задумавший отгородиться от Западной Европы системой государств-сателлитов СССР, с первого дня разговаривал с президентом США Гарри Трумэном и премьер-министром Великобритании Уинстоном Черчиллем (которого затем сменил Клемент Эттли) с позиций силы. Он был уверен в своем абсолютном могуществе, поскольку в июле 1945 года Советский Союз обладал самой многочисленной, хорошо вооруженной, отважной и закаленной в сражениях армией в истории человечества. 11,5 млн. солдат и офицеров, 112 тыс. орудий и минометов, 12 тыс. танков и САУ, 15 тыс. боевых самолетов были сведены в 101 армию (5 ударных, 6 гвардейских танковых, 11 гвардейских общевойсковых, 18 воздушных, 61 общевойсковая). Однако 24 июля невозмутимость и уверенность Сталина в своем могуществе поколебались. После заседания Трумэн задержался для того, чтобы с глазу на глаз сказать: «Генералиссимус, я должен поставить вас в известность о том, что в США испытано новое сверхмощное оружие. Это необычное оружие, сила которого превосходит все, что было до сих пор известно человечеству».

«Великая новая сила для использования во благо или во зло»

Испытание атомной бомбы было проведено 16 июля в 6.30 утра на базе ВВС США Аламогордо, в 120 милях к юго-востоку от Альбукерке, штат Нью-Мексико. Впоследствии свои впечатления изложил в мемуарах ответственный за безопасность всего проекта «Манхэттен» генерал-майор Лесли Гроувз: «Сначала вспыхнул свет ни с чем не сравнимой яркости. Мы все, лежавшие ногами к взрыву, перевернулись и сквозь темные очки увидели огненный шар. Образовалось большое плотное облако, которое, клубясь, вздымалось вверх с огромной силой и примерно в пять минут достигло субстратосферы. Вскоре после главного взрыва в облаке произошло два дополнительных взрыва меньшей силы, не сопровождавшихся световыми эффектами. Облако поднялось на большую высоту сначала в виде шара, затем оно приняло форму гриба, затем превратилось в длинный, похожий на трубу, столб. Все присутствующие испытывали чувство глубокого благоговения от сознания того, что оправдалась вера тех, кто нес ответственность за возникновение и осуществление этого исполинского проекта». Мемуары оставил и заместитель Гроувза, бригадный генерал Томас Фаррелл: «В то краткое мгновение в далекой пустыне Нью-Мексико колоссальные усилия мозговой и мускульной энергии всех участников проекта привели к ошеломляющему результату, беспримерная научная работа была сделана. Деление атомов не будет более скрыто в уединении мечтаний физиков-теоретиков. Это была великая новая сила для использования во благо или во зло. В убежище царило чувство, что все, имевшие отношение к рождению этой новой силы, посвятят свою жизнь тому, чтобы она всегда использовалась во благо и никогда — во зло. Относительно продолжавшейся войны у всех было такое чувство, что у нас теперь есть средство обеспечить ее быстрое окончание и спасти жизнь тысячам американцев».

«Боже мой, что мы натворили!»

К моменту создания атомной бомбы США и Японская империя находились в состоянии войны более трех с половиной лет. Понеся огромные потери (разумеется, по американским меркам: на тихоокеанском театре военных действий армия, флот и корпус морской пехоты потеряли убитыми свыше 200 тыс. человек), вооруженные силы США, действуя вместе с британцами, австралийцами, новозеландцами, индийцами и другими нациями Британского Содружества, отобрали у империи все ее завоевания и готовили операцию вторжения на Японские острова. Принимая во внимание то обстоятельство, что японцы вооружали все население, чтобы дать десанту отпор, президент Трумэн принял решение применить новое оружие, чтобы, как пишет генерал Фаррелл, «обеспечить быстрое окончание войны и спасти жизнь тысячам американцев». Кроме того, высшее политическое руководство США и военное командование хотели продемонстрировать Сталину, так и не пошедшему в Потсдаме на уступки, возможности оружия массового уничтожения. Поскольку СССР принял на себя обязательство начать наступление против миллионной Квантунской армии в Манчьжурии ровно через три месяца после завершения боевых действий в Европе, то есть 9 августа 1945 года, бомбардировку Японии было решено провести 6 и 8 августа. Группа ученых, генералов и советников президента рассмотрела семь целей, остановившись на Хиросиме и Нагасаки, — первоначально было принято решение 6 августа нанести удар по Киото, древней императорской столице, но этому воспротивился руководитель проекта «Манхэттен» доктор Роберт Оппенгеймер, пожалевший всемирно известные памятники архитектуры.

6 августа 1945 года в 2.45 утра с аэродрома острова Тиниан (Марианский архипелаг) поднялся стратегический бомбардировщик ВВС США B-29 Superfortress N 82, носивший имя матери командира экипажа полковника Пола Тиббетса-младшего — Enola Gay. Его сопровождали шесть самолетов: запасной B-29 Strait Flash майора Клода Изерли, три разведчика и два «наблюдателя», имевшие на борту фотоаппаратуру и геофизические приборы для фиксирования результатов взрыва. В 8 часов 14 минут 15 секунд на Хиросиму была сброшена бомба Little Boy («Малыш»), начиненная зарядом, эквивалентным 20 тыс. тонн тринитротолуола. Температура в эпицентре взрыва достигла 300 тыс. градусов, на площади в 12 кв. км. образовалась пустыня. Член экипажа Enola Gay капитан Роберт Льюис записал в бортовом журнале: «Вспышка была ужасна. Нет никакого сомнения, что это самый сильный взрыв, который когда-либо видел человек. Боже мой, что мы натворили!»

227 тысяч погибших японцев, русских и американцев

Число погибших непосредственно от взрыва достигло приблизительно 90 тыс. человек, еще 50 тыс. скончались от ран, ожогов и проникающей радиации в течение первого года. Впоследствии в японском языке возникло слово, обозначающее жертв атомной бомбардировки, — «хибакуся». На сегодняшний день в списке хибакуся значатся около 227 тыс. человек. Американские военные историки предполагают, что от ударной волны погибли пять военнослужащих США, находившихся в плену; имена трех из пяти американцев стали известны в прошлом году — это 19-летний Норман Бриссетт из штата Массачусетс, 20-летний Джулиус Молнар из штата Мичиган и 20-летний Хью Аткинсон из Вашингтона. Пострадала от бомбардировки и крошечная колония русских, бывших подданных Российской империи, в начале 1920-х годов бежавших от войск командарма Блюхера в Японию. Вместе с тремя немцами они составляли все сообщество живших в Хиросиме иностранцев. Торговец хлебом вразнос, бывший полковник русской императорской армии Павел Борзенский через два года после бомбардировки умер от лучевой болезни. Владимир Ильин, бывший колчаковский офицер, после войны перебрался в Австралию и в конце 1960-х годов умер от лейкемии, вызванной лучевой болезнью. Пианист, бывший капитан русской императорской армии Сергей Пальчиков и его жена Александра потеряли дом в Хиросиме, некоторое время жили у приютившей их японской семьи Ямада, затем перебрались в Токио, а в 1951 году уехали в США. Супруги Федор и Александра Парашутины держали на окраине Хиросимы мануфактурную лавку. Сразу же после взрыва они бросились к реке и просидели в проточной воде несколько часов, что их и спасло. Остаток жизни Парашутины прожили в японском городе Кобэ. Еще одной жертвой бомбардировки стал полковник (в 1945 году — майор) ВВС США Клод Изерли, передавший на борт Enola Gay приказ, после которого наводчик майор Томас Фирби нажал кнопку сброса бомбы. После войны Изерли вернулся домой героем, но вскоре отказался носить мундир с наградами, запил и закончил свои дни в клинике для душевнобольных. Перечень психических заболеваний, известных медицине, пополнился «синдромом Изерли» — так врачи стали именовать комплекс личной ответственности за массовое убийство людей, связанное с новейшими техническими достижениями. Справедливости ради надо отметить, что ни бригадный генерал Пол Тиббетс, ни члены экипажей Enola Gay и B-29 Bockscar, 9 августа сбросившего бомбу Fat Man («Толстяк») на Нагасаки, впоследствии не испытывали ни малейших угрызений совести.

Президент Трумэн достиг своей цели лишь отчасти: ему не удалось запугать Сталина, зато получилось деморализовать власти Японии. 9 августа 82 советские дивизии при поддержке 5,5 тыс. танков и САУ, 26 тыс. орудий и минометов, 3,8 тыс. боевых самолетов обрушились на линии японской обороны и взломали их. 11 августа глава японского правительства генерал Тодзио Хидэки и император Хирохито получили доклад военной разведки и штаба секретной полиции «Кэмпэйтай» о ситуации в Хиросиме и Нагасаки (9 августа жертвами бомбардировки стали 70 тыс. человек). Стало очевидным, что, во-первых, 1,2 млн. японцев и их союзников в Маньчжурии обречены; во-вторых, американцы могут нанести следующий удар где и когда угодно. 14 августа император подписал высочайший рескрипт о капитуляции. 18 августа по приказу командующего Квантунской армией генерала Отодзо Ямада его подчиненные стали сдаваться — за исключением нескольких сотен офицеров, которые предпочли самоубийство плену.


«Япония подчинилась силе, равной которой не было в истории войн»

Мацуока Такуя, бывший чу-и (лейтенант) 1-й гвардейской дивизии Токийской армии — ГАЗЕТЕ

— Как сложилась ваша судьба в годы Второй мировой войны?
— Я начинал войну в Китае, в конце 30-х годов, сержантом. В 1939 году в составе 6-й армии участвовал в боях на реке Халхин-Гол. Далее воевал на Соломоновых островах и в Бирме. В начале 1944 года, уже лейтенантом, был переведен в Сайгон, в штаб главнокомандующего Южной группой армий фельдмаршала графа Тэраути Дзюити. В мае, когда штаб переезжал в Манилу, получил тяжелое ранение и после госпиталя был направлен для прохождения службы в 1-ю императорскую гвардейскую дивизию Токийской армии.

— Каким образом вы оказались в Хиросиме?
— Весной и летом 1945 года стало очевидным, что вскоре последует вторжение врага в Японию. Ставка божественного императора отдала приказ готовить население к отпору вражеским десантам. Все мужчины, способные держать оружие, а также женщины и подростки объединялись в отряды по месту работы и проживания, учились держать строй, рыть окопы и эффективно пользоваться любыми предметами, которые можно было использовать как оружие. Дело в том, что все винтовки поступали в армию, поэтому каждый ополченец учился, как в старину, управляться с цепом для обмолотки риса, серпом, палкой, заостренным бамбуковым колом. Более половины офицеров Токийской армии были отправлены в провинции для того, чтобы проводить учения с ополченцами.

— Лейтенанта гвардейской дивизии отправили в Хиросиму, чтобы он обучал женщин приемам боя с бамбуковыми кольями?
— Пусть вас не обманывает красивое название. К началу 1945 года Токийская армия была на 90% укомплектована военнослужащими, фактически выбывшими из состава боевых частей после многих ранений. У нас была одна боевая задача — в случае высадки десанта и угрозы столице стоять насмерть и погибнуть с честью. А до того, как это случится, офицеры и сержанты выполняли свой долг, занимаясь с гражданским населением.

— Как для вас начиналось 6 августа 1945 года?
— Как обычно — подъем, завтрак, подготовка к занятиям… В 8 часов я должен был покинуть часть, на территории которой жил, но задержался, ожидая своего помощника. Наверное, эта задержка и спасла мне жизнь. Моим порученцем был сержант из специальных частей, тайваньский горец-такасаго на императорской службе. Его перевели в Японию после того, как он получил тяжелую контузию близ Гуадалканала. Не знаю, что с ним случилось в то утро, — и уже никогда не узнаю. Я прождал минут пятнадцать, пристегнул к поясу меч и пошел к воротам. Подумать только — я глубокий старик, многого уже не помню, почти забыл лицо друга детства, которого русские убили на Халхин-Голе, зато в памяти сохранилось, что земля содрогнулась в тот момент, когда я подумал, что нужно хорошенько наточить и почистить клинок меча.

— Что было потом?
— Сильный толчок, как при землетрясении, ужасный звук, который мне даже не с чем сравнить, волна очень горячего, обжигающего кожу воздуха. Меня сбило с ног, и раскаленный воздух с песком ободрал лицо, будто теркой. Здания казарм вспыхнули, людей разметало в разные стороны. Какое-то время продолжался хаос, но офицеры, даже раненые, начали быстро наводить порядок. Мы решили, что это очередной налет тяжелых бомбардировщиков, подобный тем, которыми американцы изнуряли жителей Токио. Поскольку горел склад амуниции и распространялся черный удушливый дым, старший из офицеров, подполковник Мацуэда, приказал всему личному составу надеть противогазы — возможно, этот приказ спас многим жизнь и здоровье. Далее, как и полагалось в случае массированного нападения, воинская часть походным порядком эвакуировалась на юг, в направлении Ивакуни, в место сбора нескольких полков по тревоге, то есть, как стало понятно уже потом, мы вышли из зоны проникающей радиации и облучения. На следующий день военные медики разбили полевой госпиталь и начали принимать раненых из Хиросимы, а солдаты оказывали посильную помощь. Именно эти несколько дней после бомбардировки стали самыми страшными в моей жизни. Я воевал несколько лет, на разных фронтах, многое видел, но лишь в августе 1945 года до конца понял, как уязвимо и подвержено страданию человеческое тело. Не могу описать, в каком состоянии находились многие люди, поступавшие из зоны бедствия. Полковник Номура, принявший на себя командование, приказал помочь многим несчастным отправиться в Западный рай, на равнину Высокого Неба, где их ожидала милосердная богиня Каннон. Он проявил истинное сострадание к несчастным японцам, а американцы после войны судили его и повесили как военного преступника. Это несправедливо.

— Как вы, переживший атомную бомбардировку, оцениваете приказ президента США о применении оружия массового уничтожения?
— Цель любой войны — победа. Победу добывают в бою любыми средствами. На войне нет законов. Мне известно, что за последние 100 лет подписано множество документов о каких-то «правилах ведения войны», но любому настоящему бойцу просто смешно об этом слышать. Печально, что победа досталась не нам, но утешает мысль о том, что Япония испытала первое поражение за всю свою историю, лишь подчинившись силе, равной которой не было в истории войн.

http://www.gzt.ru/rubricator_text.gzt?rubric=novosti3&id=64 054 900 000 061 584


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru